Обратно в 16

Дорога к озеру выдалась изматывающей. Они шли через лес и то и дело останавливались, потому что Полумне нужно было найти парочку лукотрусов для небольшого исследования. Решив, что его исчезновения она даже не заметит, он прошел ближе к озеру и уселся на огромный камень. Понимание того, что произошел переброс во времени, пришло быстро. И теперь Гарри сокрушался на тему того, как это все вообще получилось. Как он женился на Лавгуд? И как уговорил себя ходить в эти долбанные экспедиции? Допустим, что Полумна очень хорошая, добрая девушка, но она же не от мира сего. И как бы он хорошо к ней не относился, каким бы другом не считал, не мог понять, как они вышли за рамки этой дружбы. И даже не знал, как на все это реагировать: благодарить ли Мерлина за то, что это не Паркинсон или Вейн, или спрашивать: почему и за что? Полумна показалась ему довольно заботливой, любящей женой. К тому же, за прошедший день он не слышал ни разу каких-либо странных разговоров с пикси или монологов вслух о вечном. Возможно, их семейные замашки Лавгудов немного отступили. С профессией вопрос разрешился сам собой. Если она его жена, значит, он ее любит. Если он ее любит, значит, в жизни бы не позволил, чтобы она одна пошла в экспедицию из-за какого-то там водяного, тем более беременная. Вполне логичное объяснение. А ведь он мечтал совсем о другом. Помнится, как у него появился шанс стать аврором, когда в школу вновь пришел Гораций Слизнорт. Он же как-то разом решил это. Был уверен, что закончит Хогвартс и уйдет в аврорат. Пока он думал о тех годах, что перескочил благодаря Невиллу, к нему подошла Полумна. Взгляд у нее был измученный, а сама — белее мела. Тут Поттеру в голову пришла неплохая идея. — Луна, тебе не здоровится? — спросил он, подхватывая ее под руку и ведя к камню. — Подташнивает и голова кружится — токсикоз, — счастливо объяснила девушка, присаживаясь на камень. — И ведь срок-то небольшой. Пятый месяц пошел. — Нет, хватит с тебя приключений. Завтра же отправляемся домой. Она с едва видимым возмущением, которое прикрывалось удивлением посмотрела на мужа. — Нет, пока мы не найдем водяного, не уедем. Да и смотри, тут чистый воздух, природа такая красивая, а в городе шлаки и выхлопные газы, — она мечтательно оглянулась. — Да, а еще давление и не совсем подходящие условия для беременных, особенно для токсикозных, — он улыбнулся, смотря, как Полумна на глазах становится ребенком, молящим побыть у друга в гостях еще полчасика. — И не смотри так на меня — не пройдет. Завтра же с рассветом аппарируем назад, в цивилизацию. — Ладно, — с грустным вздохом согласилась Полумна, признавая, что по большей части Гарри прав. Ну, ничего, как только она родоразрешится, ребеночек окрепнет, она вновь пойдет в поход. У нее на очереди еще столько существ на исследования: нарлы, огневицы, раморы и еще увидеть живого сниджета, а не на картинках. Поттер, найдя в сумке палатку, поставил ее и вошел. Было в точности, как на Чемпионате по квиддичу: с виду маленькая потрепанная годами ткань, а внутри — хоромы. Мягкие подушки, диваны. Кажется, он никогда не перестанет удивляться силе магии. Золотые краски заката скрылись за тысячами сосен, и по лесу загулял прохладный ветерок. Полумна, как только вошла, сразу же легла на диван и уснула. А Гарри продолжал обдумывать каждую деталь сложившейся ситуации. Самой большой проблемой было то, что он не знал, как можно вернуться обратно. Но следующим звеном стала мысль о том, что он точно не один перескочил лет этак пять-десять. И Рон, и Малфой тоже должны были попасть в эти же временные рамки. Значит, завтра по возвращении в Лондон, он пойдет их искать. К тому же, любопытство елозило где-то в мозгу, съедая изнутри. Интересно же, у него одного такая веселая жизнь или досталось всем. Решив, что утро вечера мудренее, он снял очки и прилег на соседний диван, отбывая в небытие.

***

Утро для Гарри наступило слишком быстро. Кажется, Полумна восприняла его выражение: «с рассветом аппарируем» слишком серьезно. Едва розовая пелена поддернула небо, она его попыталась растолкать. Но тут подумала, что гораздо лучше пойти к озеру и поискать водяных. Убедившись, что он спит так же крепко, как и пять минут назад, Полумна тихо вышла из палатки и направилась к воде. Вернулась она через часа три-четыре, застав Гарри еще спящим. В руках у нее был фотоаппарат-мыльница, и она судорожно давила кнопки, листая кадры. — Гарри! Гарри! Проснись! — она с силой толкала его в плечо, пытаясь достучаться до затуманенного сознания. — Я… водяные есть, Гарри! — восторженно воскликнула девушка. Потерев глаза, Поттер на силу открыл их. По привычке нащупал очки и посмотрел на экран фотоаппарата, которым ему тычили прямо в переносицу. Натянуто улыбнувшись, он мягко отодвинул руку с техникой подальше и посмотрел на фотографию. Что-то непонятное, с расплывчатым силуэтом находилось на мели в кристально-чистой воде, которая Гарри впечатлила куда больше неопознанного субъекта. — Ты представляешь, какой это прорыв для ученых в изучении волшебных существ? А если мы напишем работу по этому случаю? Как это у маглов называется? Эм-м, диссерция! — воскликнула Лавгуд, довольная своей осведомленностью. — Э-э, диссертация, Луна, — тихо поправил ее Поттер. — Ну да! Мерлин! Мы должны ехать домой, в Лондон. Собирайся! — она вылетела из палатки, оставляя Гарри в недоумении. — М-да-а, — со странной улыбкой протянул парень, ограничиваясь такой неопределенностью. Через полчаса они были полностью готовы трансгрессировать домой. Не успев сказать, что уже можно отправляться, был схвачен за руку и в следующую минуту они уже были в каком-то доме. Интерьер, прямо сказать, обескураживал. Можно сказать, это был авангардный стиль. Причудливые торшеры, диваны, даже облицовка камина была вычурная, единственная в своем роде. Но, тем не менее, выглядело по-домашнему. Сбросив сумку, Поттер прошел поближе к камину. Там стояли фотографии и колдографии, где были Гарри и Полумна, ее отец, старые колдографии ее матери и его родителей. На Поттера накатила волна какой-то ностальгии, как вдруг сзади раздалось: — Инсендио! — луч заклинания пролетел мимо его ноги, едва не задев, разжигая в камине поленья. В шоке он обернулся на жену, ожидая объяснений. — Дома прохладно, — просто сказала она, пожав плечами. Тут наконец Гарри нашел достойную и самую точную причину, объясняющую ее меняющееся настроение, необдуманные шаги и обостренную странность. Всего лишь беременна. Подумаешь, захочется ей солененьких огурчиков или омаров с пирожными. Разве это не одно из самых счастливых времен молодых пар? Внезапно Гарри почувствовал умиротворение. Такая безмятежность и радость. Однако нельзя было расслабляться. Нужно найти Рона и хорька. Ближе к полудню заряд энергии Полумны закончился, и она прилегла отдохнуть. Гарри решил начать искать с Норы. Аппарировав, он убедился, что ничего не изменилось. Дом из года в год разрастающийся так и стоял обособленным местом. Реконструкция после пожара мало, что изменила во внешнем виде дома, разве что он стал более крепким. Радостная улыбка расплылась на лице парня, и он побежал к крыльцу. Однако дверь была закрыта на серьезный магловский замок. Стало понятно, что ни одного Уизли дома не было. Дальше Гарри трансгрессировал на площадь Гриммо, но и там было пусто. Выхода не оставалось: нужно искать Малфоя. Он знал, что такие люди, как Малфои никогда не покидают родовые гнезда, да и мэнор был цел и невредим. Гарри появился на аллее перед особняком уже вечером. И даже в сумерках он заметил разительные различия нового и старого Малфой-мэнора. Он помнил высокие четко стриженные кусты и никаких красок. Сейчас же справа виднелся сад: молоденькие деревца и разбитые клумбы с цветами, каких он раньше не видел за свои шестнадцать. Быстро пройдя по аллее, он взбежал по низкому крыльцу и неуверенно постучал. Дверь открыл сам Малфой, что удивило Гарри, ибо он ожидал какого-нибудь изможденного эльфа-домовика. — Поттер? — Драко был удивлен и, кажется, даже рад. — Да, Малфой. — Драко, кто пришел? — послышался голос, такой родной. Из-за спины Малфоя Гарри увидел фигуру с очень знакомой походкой. Девушка подошла ближе, и лицо Поттера вытянулось. — Гермиона?! — не поверив своим глазам, воскликнул парень. — Гарри! — радостно сказала она. А Малфой лишь громко приложился ладонью ко лбу.