Ты бы попрощался с прошлым?

Подождал. Так подождал, что теперь стоял и думал, как бы мне перелезть через гору трупов. И это было ещё не всё. Судя по разговорам, что доносил мне КПК, фанатиков было много больше. Сюда что, весь «Монолит» слетелся? Я уже устал быть ассасином. Пришлось немного поработать грузчиком, и в скором времени проход снова был открыт. Я, в мыслях ругаясь уже не на только ноги, а ещё и на спину, кое-как заставил себя бодрячком пробираться обратно, к свежему, а главное — чистому, воздуху. На обратном пути ещё десять раз заблудился (оказалось, что дорогу я запомнил о-о-очень приблизительно), напоролся на распылившихся по лаборатории монолитовцев, перепугался, но в конце концов выбрался. Глубоко вздохнул, наслаждаясь запахом леса и пороха. Шикарно. Но и тут меня ждал сюрприз. Оставшихся на поверхности живых фанатиков отвлекали на себя вояки, периодически переругиваясь между собой. Перевес был на стороне военных. А всё я помог. Пока меня не замечали, надо было потихоньку сваливать, дабы остаться более-менее невредимым. На пути к Выжигателю, прячась от врагов, чтобы привести себя в порядок, я заприметил небольшую дыру в ограждении, что отделяла территорию лаборатории от внешнего мира. С большим усилием я мог протиснуться в неё и избежать многих проблем, но… приобретенные раны давали о себе знать и без приложения сил. Мне бы сейчас вообще сидеть отдыхать где-нибудь в баре, а я тут… Однако я предпочёл потерпеть боль, чем вновь пробиваться сквозь несметные толпы врагов. Спасибо, обойдусь. Ещё помереть не хватало для полного счастья. Я и так уже полумёртвый…, а ведь мне ещё в Припять идти. Можно было бы, в принципе, сначала немного передохнуть, но… раздался голос Бармена, заставивший меня неправильно дёрнуться и застрять в узком проёме.  — Меченый?! Живой! Отключил-таки Выжигатель! .. Тут все как узнали, просто с ума посходили! Все, кто могут, сейчас пробиваются в Припять. «Свобода», «Долг», даже наёмники! Если поспешишь, сможешь нагнать небольшой отряд нейтралов… — и прочее, прочее. Дальше я его восхищенный бубнёж даже не слушал. Единственная информация, которая была мне полезна — про отряд нейтралов. Небольшое прикрытие жопки мне не помешает. Значит, отдыхать мне не придётся. Чёрт, нехорошо всё-таки получилось. Моя задница всё ещё была там, на базе «Монолита», в то время как туловище рвалось на волю. Не получилось бы оказы в виде сексуально озабоченных фанатиков или вояк… насиловать имею право только я! Но всё обошлось. Увлеченные битвой, они меня так и не заметили. А я что? А я рад. Время прогуляться обратно. Не успел я пройти и десяти метров, как тут же услышал другие «переговоры». Теперь перекидывались ругательствами «Долг» со «Свободой». Тут я не удивился. Эти ребята в своём репертуаре…  — Отряд «Свободы», приём! Это командир спец. отряда «Долга. Приказываю вам развернуться и валить отсюда нахер. В центре Зоны вам делать нечего, — раздался знакомый голос. Я слышал этого командира, вот только видеть мне его никак не удавалось. Что ж, нагло воспользуюсь возможностью.  — Нифига себе, — я услышал картинно удивлённый голосок видимо свободовца, — ты чё тут раскомандовался? Ща мы вам покажем, кто и куда валить отсюда должен! Началось в деревне лето… надеюсь, эта развеселая компания даст мне пройти… Я шарахнулся, услышав резкий визг детектора. Чуть на аномалию не напоролся. Вот что делает с людьми невнимательность. Именно поэтому растяпы долго в Зоне не живут. Интересно, а как я до сих пор не в могилке? С другой стороны от аномалии шёл одиночка. Он посмотрел на меня офигевшим взглядом, цокнул языком и молча постучал себя указательным пальцем по виску. Сначала я не понял, но потом… оказывается, я совсем забыл, что теперь пси-шлем можно снять. Я торопливо кивнул сталкеру в знак благодарности и уселся в сторонке, пытаясь как можно аккуратнее стряхнуть с головы это дело. Одиночка постоял-постоял, посмотрел-посмотрел, пожал плечами и дальше пошёл. Спасибо хоть, что вслух ржать не стал. Как и ожидалось, свободовцы с должанами развлекались во всю. На одиночек, деловито снующих мимо, они не обращали внимания. Ну и хорошо, значит, есть шанс проскочить невредимым. Едва я на цыпочках, вдоль заборчика из колючей проволоки, стал пробираться к проходу в Припять, из отряда «Долга» выделился один солдафон и кинулся ко мне. Знакомый такой солдафон. Серёгой звать. Он, не обращая внимания уже более ни на что, и уж тем более на то, что на нас смотрят и его «коллеги», и его противники (а на мой взгляд — все дебилы), молча бросился ко мне на шею. Крепко стиснул в объятиях, сдавливая раны и заставляя охать от боли и затрудненного дыхания. О возможности пошевелиться я вообще молчу. Перестрелка стихла. Долговцы застыли аки статуи. Могу поспорить, они под своими масками ещё и побледнели. Со стороны же свободных донеслось издевательское улюлюканье. Сначала я решил просто переждать эту минутку нежностей, но уж больно она затянулась, поэтому я раздражённо зашипел ему на ухо:  — Сгинь. Он отстранился и с улыбкой ответил таким же шёпотом, чтобы услышал только я:  — Я догоню тебя в Припяти. Плевать на этих старперов, — он еле заметно кивнул в сторону своего начальства, — или буду ждать здесь. Не помри только. И тут я как никогда захотел умереть.  — Уж постараюсь, — вяло откликнулся я, проходя наконец мимо. Сам-то не сдохни. После такого выкидона тебе не снискать милости у командира. Ты же их перед «Свободой» опозорил. Надеюсь, его наконец-то расстреляют. Неважно кто — свои или фримены. Главное, чтобы я остался в покое и одиночестве. У самых ворот, ведущих в Припять, я увидел небольшую группку нейтралов. Наверное, это о них говорил Бармен. Что ж, выглядят впечатляюще. Было бы вообще замечательно, если бы они сражались так же, как и выглядели. Но это потом…, а сейчас мне бы их догнать со своими-то больными ногами. Быстрые, сучки, что сказать…