В стиле Окделл

Оллария. Айрис Окделл Айрис была девушкой решительной. Поэтому, увидев в шестнадцатый раз, как Дик медленно падает к ногам мужчины с пистолетом, она, недолго думая, собрала свои скромные пожитки и, надавав домочадцам несколько сотен ценных указаний, отправилась к источнику своих плохих снов. О вещах вроде того, что до столицы добираться не меньше двенадцати дней и что одинокая путница выглядит очень подозрительно и является легкой добычей, Айрис не то что не думала, но на ее решительность эти маловажные факты никак не повлияли. Поэтому сейчас девушка и сидела в довольно уютной гостиной, обшитой синей тканью, и предавалась раздумьям в отсутствие хозяина этой самой гостиной. О том, что ее присутствие в этом доме является верхом неприличия и бестактности, Айрис не думала вовсе. Ей было о чем подумать и помимо этого. – Чем могу служить, эрэа? – мелодичный незнакомый голос вывел девушку из задумчивости, и герцогиня тут же поднялась со своего места. Затем неспешно присела в глубоком реверансе и в лучших традициях скромных провинциалок начала теребить юбку в руках. – Я – Айрис Окделл, и я приехала к моему брату, – произнесла она, украдкой изучая говорившего и его спутника. Айрис невольно отметила, что слухи о герцоге Алва были явно преуменьшены, кэналлиец был до неприличия хорош собой, а еще без сомнений зол. Ворон прекрасно умел держать маски на своем лице, но его злость легла на плечи девушки мертвым грузом, а дышать сразу стало трудней. Хотя последнее можно было списать на недуг, но Айри не верила в подобное совпадение. – Сожалею, сударыня, но Ричарда Окделла здесь нет, – холодно произнес герцог. – А когда он вернется? – испуганно переспросила она, совсем как кукла, хлопая глазами. Айрис, как уже говорилось, была девушкой решительной, и, что-то вбив себе голову, она всегда шла до конца, но помимо этой самой решительности у нее был и разум. И к сожалению девушки, он был достаточно острым и пытливым, чтобы уметь не только подмечать маловажные детали, но и складывать их в узор правды. И этот узор ей совершенно не нравился. Айри была в этом доме достаточно долго, чтобы понять, что брат сюда не вернётся. Слуги смотрели на нее тяжелыми взглядами, ничего не отвечая на распросы о Ричарде, а когда она только появилась на пороге дома, то и вовсе не стесняясь говорили между собой на родном языке, и уж слишком часто в этих разговорах мелькало имя Дика. Помимо этого, девушку насторожило отсутствие Чести. Маленький ызаржонок все же был домоседом, часто оставался в доме без брата, привычно киша везде и всюду, а здесь за целый день она не видела его ни разу. И когда девушка заглянула на конюшню, она прикрылась радостью от встречи с Баловником, не увидев там Соны. Вывод напрашивался сам собой: Ричард уехал куда-то, в лучшем случае по делам, оставленным им тетушкой, в худшем он и вовсе покинул этот дом. – Никогда, Ричард Окделл покинул Олларию, – подтвердил худшие опасения Алва. Слова заставили сердце замереть, Айрис еле удержалась от того, чтобы упасть обратно в кресло и совсем по-глупому разрыдаться. Сказывалась утомительная дорога и эти кошкины сны, что пытали не хуже инквизиции, а еще это треклятое понимания, что она уже могла опоздать. «Не сейчас», – одернула себя девушка и решительно продолжила давно спланированное представление. – Что же мне делать? – всхлипнула она, напоказ утирая огромные слезы отчаянья. – Где Дикон? Я приехала к Дику… Он обещал забрать меня… – Воистину, – еле слышно пробормотал Алва, – семейство Окделлов меня рано или поздно доконает. – И добавил более громко: – Эрэа, прекратите это представление, вы неубедительны. Герцогиня, не сбиваясь с ритма, прибавила паники и отчаянья в свой лепет, не забывая плакать еще более трогательно и душещипательно. В слова кэналлийца она не поверила, в ее слезы верили даже матушка и сестры, а ведь последние и сами умели неплохо разыгрывать подобные представления. Рокэ устало выдохнул и сел напротив девушки, произнеся: – Всё. Убедили, я готов на все, только прекратите плакать… Терпеть не могу женские слезы. Айрис украдкой глянула на говорившего: на полностью капитулировавшего Алва не походил, но вот на готового к переговорам даже очень. – Я хочу встретиться с братом, – прямо призналась девушка. – Он не появится в Олларии, я отправил его в Крион, но подозреваю, что он в Агарисе. – Зачем ему туда? – искренне удивилась Айри. – Мне откуда знать? Может, к Ракану присоединится. – Он у него уже был, – отмахнулась герцогиня, невольно намечая путь своего следования. Получалось долго и затратно, столько с собой у девушки не было, и это было единственным, что остановило ее от поездки. – М-м-м, и как? – подал голос спутник Рокэ. – Не понравилось. Скучно, церковников много и воняет непонятно чем, – не задумываясь, ответила девушка. – Замечательно, – процедил Алва, поднимаясь. – Герцог, Вы же позволите мне остаться тут? – улыбнулась Айрис, очаровательно хлопая глазами. Герцогиня была уверена что если брат и вернется в столицу, то в дом монсеньора он заглянет в первую очередь, да и вероятность услышать здесь хоть какую-то информацию о Дике было куда выше, чем в том же дворе. Ну, по крайней мере она точно будет верней. – Сударыня, я – последний человек в Олларии, к которому юная девица может обратиться с подобной просьбой. Подумайте о репутации и отправляйтесь к кузену, раз так стремитесь дождаться брата. – Бросьте, герцог, ваша репутация пережила не одного Окделла, еще один погоды не сделает, – вдруг произнесла Айрис, упрямо смотря в синие глаза. – Тогда подумайте о своей. – Я дочь мятежника, и моя репутация не станет хуже, даже если я открою бордель. – Хорошая идея, – усмехнулся Алва. – Я, пожалуй, как-нибудь даже загляну. – В Надоре это невыгодно, северяне предпочитают не платить за то, что могут получить и так, а здесь конкуренция слишком большая, – Айри тоже поднялась со своего места и даже привстала на цыпочки, чтобы быть одного роста с герцогом. – Я не собираюсь… – Либо здесь, либо у ваших ворот, – перебила девица герцога. – Со стенаниями, завыванием и обращением к народу. – Любовь к театрализованным действиям у вас семейное? – Согласна, пафосно, зато действенно, не пройдет и часа, как вся столица будет посвящена в наши дела, – буркнула девушка, смущенно краснея. – А то, что не услышат, надумают сами. Учитывая взаимоотношения наших родов, надумать они успеют многое и вот это даже для вас выйдет боком. – Хорошо, но учтите, вам придётся побыть фрейлиной, другой причины для вашего пребывании в моем доме я придумать не могу, – как-то злорадно произнес Рокэ, рассчитывая на то, что раз сестра такая же языкастая, как и брат, то и неприязни у них одни на двоих. Расчет, кстати, оказался верным: Айри испугано содрогнулась, вот куда-куда, а во дворцовые будуары ей лезть точно не хотелось, но только в этом случае можно было свести сплетни к минимуму. Юную особу не сильно беспокоила ее репутация, но портить жизнь сестрам из-за собственной неприязни она не хотела. – Благодарю, – девушка присела в глубоком реверансе, более не желая смотреть в глаза герцогу, а то что-то сердце начинало шалить от его взгляда. Алва же устало усмехнулся и передал девушку на поруки слугам, чувствуя себя отомщённым практически за весь сегодняшний день. Мелочь, конечно, но приятно.