В стиле Окделл

Письмо датировано Летними Волнами «…я больше не знаю кому писать. Прошу помогите! В пути, не смотря на все предосторожности и частые остановки для отдыха, ему вдруг стало плохо. Он стал мертвенно бледный, дышит через раз и совершенно не желает просыпаться, что-то шепча словно в забытье. Врач, что вы отправили с нами, лишь разводит руками и говорит о том, что это лихорадка, но причины ее он не знает. Рана на бедре не воспалена и уже не кровоточит, ткани медленно но срастаются, как собственно и кости. Рана в принципе выглядит хорошо! О пресловутой надорской болезни я уже наслышана, но и она не приводит к таким последствиям. Ведь болезнь мешает дышать, а он дышит! Медленно, но глубоко и не аритмично! Я не знаю, что мне делать. Он шепчет, что-то странное, не на талиг, я вообще никогда такого языка не слышала, и зовет кого-то, иногда тянет руки куда-то вперед, словно что-то хочет схватить, но то постоянно от него ускользает… Мне страшно за него! Прошу Вас! Не дайте ему умереть!» Фельп. Эмиль Савиньяк. - Что? Ричарда здесь нет? Рокэ, это не честно! – возмутился Эмиль – Я рассчитывал на прекрасную заварушку! Глобальные разрушения. Фейерверки по поводу и без. Моро в окне, в конце концов, а ты говоришь, что Дик вернулся в Олларию! Нечестно! Вот кто теперь меня развлекать будет? - Мальчик скорее всего никогда ходить не сможет, а ты все о развлечениях, – укорил Савиньяка Ворон. - Это Окделл, и если он не ходит, то бегает, – отмахнулся Эмиль, совершенно не веря в ранение парня. - Боюсь что теперь только ползает. – устало произнес Алва – А если хочешь развлечься, то пишите письма братьям, кстати, это приказ. Эмиль удивленно замер на долю секунды, а потом нахмурился: - Думаешь что-то случилось в столице? Рокэ кивнул. - Ну-у… если ты не прав, то Ричард это скоро исправит, он наверняка заедет за сестрой лично. - Да… и это меня беспокоит больше всего. - И не говори, а ты отправляешься в Ургот… а мы с Вейзелем зимуем здесь. - Хватит издеваться, Эмиль, иди уже писать брату. - Я так и знал, ты о нем беспокоишься! - Больше за столицу… и королевскую династию. Письмо датировано Летними Волнами. «… ты ошибся, все это время мальчишка был при Рокэ. Успел отличиться в сражении и заполучить рану из-за которой не сможет продолжать службу… мне его даже жаль... хотя речь не о том, как там младшенький? Бедокурит? А то что-то до меня письма никак не могут дойти, то ли ленится писать, то ли Рокэ прав и что-то действительно случилось. Хотя… все это блажь.» Оллария. Кардинал Сильвестр. Кабинет в его глазах сузился до коридора из алатского хрусталя, за спиной стукнула захлопнувшаяся дверь, щелкнул невидимый замок, в лицо ударил ледяной полынный ветер. Хрустальные стены дрожали, как ноги загнанной лошади, сквозь них рвался рыжий, недобрый свет. Догорающий камин? Закатное пламя? В ушах грохотали барабаны, грудь и левую руку рвала на куски немыслимая боль, но нужно было идти сквозь оранжевые сполохи, подчиняясь неровному барабанному, и Сильвестр пошел. - Уверены? – сильный утробный мужской голос заглушил барабаны и даже боль в руке стало меньше. Сильвестр непроизвольно повернулся на источник голоса, но за спиной никого не было, лишь хрустальные станы и холодный ветер. - Впереди Вас ждет не самая лучшая компания, - на этот раз голос раздался не сзади, а сбоку и Сильвестр даже не потрудился повернуть голову, полностью уверенный что и там будет пусто, но ошибся. Резкий порыв ветра поднял с пола кучу опавшей листвы вперемешку с пылью и та закрутившись приняла очертания человека, а в скором времени тот стал полностью осязаем и вполне узнаваем профилем. - Не думал, что провожать в Закат меня будет сам герцог, - усмехнулся Дорак, закладывая руки за спину и смотря в невыносимые серые глаза. При жизни они общались редко, не больше десятка раз, но каждый из этих разговоров Сильвестр помнил дословно, словно они были вчера. Старик и сам не знал почему запомнил их, но серые усталые глаза собеседника навсегда въелись в его память, а вместе с ними и слова. - Закат еще заслужить нужно, – усмехнулся мужчина, делая шаг вперед, заметно прихрамывая – Вы выбрали не самое удачное время для смерти. - Увы, его выбирал не я, - не согласился кардинал подстраиваясь под шаг старого знакомого. - Только дурак сетует на судьбу и ссылает на нее все свои неудачи, – не согласился мужчина продолжая шагать – Не думал, что подобное услышу от Вас. - Я всего лишь человек… - развел руками Дорак и сам же скривился от своих слов. - Непривычное для Вас смирение. Что дальше? Послушно примите свою смерть и пойдете в Рассветные сады? – спросил северянин, дотрагиваясь до полупрозрачной стены. От его прикосновения хрусталь брызнул снопом искр, оплавляясь и закручиваясь в, черневшую словно изнутри, спираль. - А у меня есть выбор? - Он есть всегда. Даже тогда, когда его нет, он есть. Вы мне верите? - Вы уже это говорили, при нашей второй встрече, - вдруг произнес Сильвестр, вспоминая второй разговор с этим мужчиной. - Вы ошибаетесь, это наша первая встреча … для Вас, - усмехнулся мужчина, резко хватаясь за опаленный хрустать и дергая его на себя. Огромные искры вспыхнули словно одновременно и полностью ослепили кардинала, а когда тот вновь смог видеть в руках у мужчины была хрустальная трость с едва узнаваемой собачей головой на конце. - По глупости повредил ногу, а мучаюсь исключительно по уму, - посетовал он, опираясь на трость – Собака не особо удобна, морские твари куда изящней и забавней, но мне не приходится выбирать… Выбор это по Вашей части, Квентин Дорак. - Вы не Эгмонт, - еле слышно произнес кардинал, замирая. - С этими эориями никогда не понятно. Чаще всего они похожи друг на друга как капли воды, но гнилы каждый по своему. Но мы отошли от разговора... - Вы не Эгмонт… - перебил его Сильвестр. - Боитесь что я это Он? Зря. Леворукому нет дела, ни до Кэртианы в целом, ни до Вас в частности. Все что его волнует это хороший бой… и может быть неплохое вино. - Создатель, защити… - И снова не угадали, - хохотнул мужчина, вновь начиная шагать – Ему тоже плевать, что делают его глупые дети. Иногда мне кажется, что он даже не помнит о том, что создавал нас. Дорак замер не сводя взгляда с мужчины. - Не стойте столбом. Нам нужно спешить, если конечно Вы хотите исправить свои ошибки и не допустить новые… Смерть редко опаздывает и даже я не могу задерживать ее вечно. - Хотите сказать… - не поверил Квентин срываясь со своему места и нагоняя хромого мужчину. - Именно, мы сейчас обманываем смерть, - кивнул он, продолжая бодро шагать, куда-то вперед – но долго ее дурачить у нас не получиться… Она слишком долго живет… - Сколько? – жадно спросил кардинал – Сколько у меня будет времени? - Ну-у-у… даже если будешь очень стараться, Ворона на трон посадить не успеешь, а вот защитить того, кто это сделает, сможешь. – усмехнулся мужчина. Сильвестр недоверчиво посмотрел на говорившего. - Этого никто не захочет. - Почему? Я хочу, а то как-то не честно получается, что я мучаюсь в одиночку. Пусть и летящий против ветра помучается… Для того, кто ценит лишь свободу, нет большего наказания, чем сидения на одном месте, особенно если оно такое не удобное как трон… Ну так как? Дать тебе время? Дорак был готов не задумываясь сказать «да». Он очень хотел этого, но губы почему-то не размыкались, а тело не слушалось. Сильвестр понимал, что он скорее всего уже мертв и это его последний шанс. Его не пугала смерть… не больше жизни, но что-то внутри, сильное и властное заставляло молчать. - Значит нет? – понял по своему мужчина, замирая – А ты умней чем кажется, Квернтин Дорак… жаль… тогда позволь мне сделать тебе последний подарок. Мужчина слишком резво для хромого, сократил расстояние что их разделяло и с силой загнал хрустальную трость прямо в сердце кардинала. Старик испуганно разжал губы, но крика или даже стона не последовало, впрочем, как и боли. - Я подожду шестнадцать дней, - произнес мужчина усмехаясь – Успей исправить, что натворил, иначе… твой новый король умрет и мне даже не придется пачкать об него свои руки. Щелчок невидимого замка и скрип двери, словно та приоткрылась. *** Письмо датировано Летними Волнами. «Не думаю, что у меня хватит смелости отправить его, но не поделиться этим хотя бы с бумагой я не могу... …я бы поклялся Создателем что это был он, но теперь… я сомневаюсь в существование не только его, но даже самого себя. Я верю лишь в то, что трость, прошедшая сквозь мое сердце, сейчас стоит рядом со мной и непривычно холодит левую руку. Ее ручка никогда не становиться теплой, хотя я не выпускаю ее из рук… отведенные мне дни кончаются, а я все еще так и не понял, что именно стало моей ошибкой, той из-за которой он отсрочил мою смерть… Как бы глупо это не звучало, но… мне страшно. Страшно не умереть, а не успеть исправить… Страх глупая штука, герцог Алва, вы так не считаете? Глупее страха только преданность. Впрочем вам ли не знать этого…» Рокэ перечитывал это письмо в сотый раз и все отчетливей понимал, что последние строчки написаны кем-то другим, подчерк, был тем же, но стиль, суть. Это были чьи-то чужие слова, но вот были они предупреждением или все же констатацией произошедшего? ________________________________________________ конец части. ну, не переношу я громоздкие произведения, к тому же, мне нужно подумать. И с наступившим новым годом.