Росток скверны

      — Я рад, что вы проявили благоразумие, — сдержанно заметил командир.       Ар, идущий следом за ним, позволил себе кривую улыбку. Легко быть благоразумным, когда против тебя целый отряд, и ты прекрасно знаешь, на что способны эти бойцы — сам когда-то мечтал быть одним из них. И Сариэл, молча идущий следом, тут не помог бы.       Со стороны казалось, что они просто следуют за проводником, петляя по едва заметным глазу тропинкам. Стражи скользили вокруг, незаметные среди пышных листьев. Лишь то там, то тут иногда мелькала смутная тень и тут же терялась в ветвях. Командир тем временем уточнил:       — Почему вы не снимете маскировку? В ней нет необходимости.       Ар помрачнел окончательно. Значит, Элмиэра уже раскусили, раз знали и про это. Сам их визит в Леса предугадать было несложно — чуть надави на младшего, спроси родню... А вот раскрыться было куда хуже.       Сариэл за спиной вздохнул, повел руками, сминая сложную вязь заклятий, окутывавшую тела обоих. Командир с интересом обернулся, сравнивая открывшееся его взору с тем, что было раньше.       Ар практически не изменился. Все та же мощная, неуловимо неправильная фигура и морщины, из-за которых его можно было спутать с полукровкой. Разве что язык, то и дело показывающийся меж тонких губ, оказался неожиданно длинным и раздвоенным. Воин на змеиный манер пробовал воздух и, заметив изучающий взгляд, мрачно скалился, продемонстрировав еще и внушительные клыки.       Любопытство командира было вполне понятным, как и не слишком-то большое уважение. «Принц» — одно из немногих слов, которые эльфы переняли у людей. Вот только значение его слегка изменилось, расширившись: теперь так называли любого мужчину из правящей ветви Древа, теоретически способного занять место Главы. Это помогало кратко охарактеризовать ситуацию, не вдаваясь в подробности родства, зачастую весьма запутанного, ибо разница между родными братьями эдак в пять сотен лет была абсолютно нормальна.       Оглядев Ара, командир покосился на Сариэла. Теперь стала ясна горделивая осанка мага, будто чуть свысока взирающего на мир. Седую голову украшала корона из переплетенных меж собой рогов. Роговые выросты виднелись и на висках, на костяшках тонких рук с профессионально гибкими пальцами.       При этом оба, казалось, дополняли друг друга, будто кусочки единой головоломки.       Командир невольно задался вопросом, как же выглядят все трое. Младшего из двух принцев он еще не видел, лишь слышал о нем из чужих уст.       Последний ответ на свои вопросы он получил через несколько часов, когда, пройдя внутренними порталами, они очутились у подножия великого Древа. Гостей — а статус этих двоих был подчеркнут особо, как и исходящая от них вероятная угроза — было велено разместить вместе с принцем Элмиэром.       Командир сам распахнул дверь отведенных им покоев, посторонился, пропуская двоих эльфов. Сидевший в кресле эльфенок поднялся им навстречу, и головоломка сложилась.       Юный, тонкий, почти что хрупкий, Элмиэр оттенял массивность и мощь брата, спокойствие и незыблемость мага. То, как он шагнул вперед, легкость движений, нервно подергивающийся из стороны в сторону тонкий, похожий на хлыст хвост...       Их бы слить воедино — интересно, какое создание бы вышло.       — За вами скоро зайдут. Светлых вам дней, — командир коротко поклонился на прощание и вышел, прикрыв дверь. В нем и его отряде больше не было нужды. Здесь были свои охранники.       Едва он исчез, Элмиэр метнулся вперед, вцепившись в брата и для надежности обвив его ногу хвостом. Ар сжал младшего, быстро оглядел.       — С тобой все в порядке?       Элмиэр быстро кивнул.       — Зельем истины напоить пытались... Но я почти ничего не сказал.       Ар хищно улыбнулся. На них вообще плохо действовали всевозможные яды, а зелья, подобные этому, не туманили рассудок полностью, позволяя вполне сносно соображать.       Сариэл осторожно положил руки им на плечи, вслушиваясь в колебания силы. У Элмиэра её было даже слишком много, и она щедро хлынула во все еще не до конца оправившегося мага, выравнивая баланс. Некоторое время они так и стояли, замерев, вслушиваясь в себя.       Ар шевельнулся первым, отстранил брата.       — Рассказывай, пока время есть.       Тот почему-то смущенно прижал уши, прикоснувшись на мгновение к затылку. Ар взъерошил его волосы, ободряя и заодно проверяя, что там. И тут же одернул себя. Элмиэра уже наверняка осмотрели друиды, мало что не разобрав на кусочки. Уж если и были раны, то от них точно не осталось ни следа.       Младший тем временем путано начал объяснять о голоде, погнавшем его не пойми куда, об эльфах, которые его нашли, о том, как он умудрился взять от них силы... Ар скривился. Он вообще не любил подобного, а уж обнаружить такую пару среди эльфов...       — Не злись, — Сариэл заметил это. — Сила есть сила... Что было дальше, Элмиэр?       Тот замялся и все-таки признался, как именно его оглушили, тут же заработав подзатыльник от брата.       — И чему я тебя учил? — рыкнул Ар, делая вид, что сейчас снова шлепнет Элмиэра по затылку. Рука хлопнула по спешно поставленному щиту.       — Вот то-то же... Что с тобой сделали в Лесах?       Слегка насупившийся младший пожал плечами заимствованным у мага жестом.       — Сначала лекарь осматривал... Все никак не мог понять, в чем дело, почему все в порядке, а амулет с ума сходит, — ядовито хмыкнул он. — Потом ушел, а явился с толпой друзей и стражами. А потом меня упихнули сюда, предварительно попытавшись выяснить, сколько правды в моих словах.       — Признали?       — Признали, — Элмиэр тряхнул головой, — Ар, я еще не до конца разобрался, но похоже с нашего ухода началась вся та...       Его прервал деликатный стук в дверь. Трое эльфов переглянулись. Те, кто имел право, вошли бы без стука. Тех, кто не имел права, должна была перехватить охрана — а они не сомневались, что она есть, и в должном количестве, чтобы о побеге можно было даже не думать. Тогда в чем же дело?       — Войдите, — мягко откликнулся Сариэл.       Кто бы ни был за дверью, он помедлил, возможно, потому, что ожидал услышать другой голос.       Наконец створка распахнулась, и Ар с Элмиэром замерли, глядя на того, кто стоял на пороге.       — Светлых дней, отец, — первым нарушил тишину Ар. Приветствие прозвучало почти зло.       Эльф в непритязательной темно-зеленой мантии вздрогнул, услышав голос сына. Хриплый, глухой, он ничем не напоминал хранимые им в памяти звонкие переливы.       — Светлых дней... — неуверенно поздоровался Элмиэр, невольно отступая назад, втискиваясь между братом и Сариэлом, туда, где он привык чувствовать себя в безопасности.       — Светлых дней, дети мои, — отец со смесью страха, боли и интереса взирал на своих сыновей. Они изменились за минувшие три сотни лет. Они изменились уже тогда, когда вернулись, опоздав к обещанному сроку на несколько месяцев, замученные, дерганные, не желающие ничего объяснять, буквально рычащие на пытавшихся подойти к ним лекарей. А когда их попытались скрутить силой, они умудрились бежать, скрывая что-то, что не должен был узнать никто. Теперь отец видел, что это было.       Чужая, непонятная ему магия волнами расходилась от напряженной, готовой к бою троицы.       И он молчал, не зная, что сказать. Элмиэр сглотнул, осторожно спросил:       — Как мама?       — Возится с внуками,- отец попытался улыбнуться, но осекся, заметив бешеный взгляд Ара.       — Своих детей, значит, больше мучить не хочет? — сквозь зубы процедил эльф. — На чужих переключилась?       — Ар!       — Конечно, — оскалился тот, — сколько лет уже ты закрывал на это глаза, сидя в своей лаборатории? Интересно, внуки хотя бы знают, как ты выглядишь?       Эльф дернулся, будто от удара.       — Я никогда не...       — ...не интересовался нами, — закончил за него Ар. — Зачем ты тогда пришел сейчас? Или мы — новый материал для изучения? Тогда запомни — брата ты не получишь!       — Я просто хотел убедиться, что вы в порядке, — тихо ответил эльф, отворачиваясь и берясь за ручку двери. Элмиэр дернулся к нему, замер, остановленный рукой брата, и возмущенно вскинул голову. Несколько мгновений он напряженно смотрели друг на друга, потом пальцы Ара разжались.       -Отец... — Элмиэр шагнул к нему, чувствуя, как хлещет по ногам непослушный сейчас хвост. — Ты...       Он замолчал, поймав устремленный на него взгляд. Нет, не на него. На его хвост. И на глаза. Раньше они были зеленые, как у брата, а теперь отец глядел с таким любопытством... Элмиэр метнулся обратно, испуганно зашипев.       — Элмиэр, постой! — спохватился отец. — Я...       — Уходи, — жестко сказал Ар. Сариэл недвусмысленно поднял руки, ладонь воина же скользнула на рукоять меча, который никто не позаботился у него забрать — незачем было.       И эльф, опустив голову, ушел, понимая, что у него больше нет сыновей.       Только тогда Ар резко выдохнул и зарычал, низко и страшно, будто разъяренный зверь. Маг сжал его плечо, брат прижался, обхватил руками, ища то ли защиты, то ли утешения. Ему тоже было больно и горько. И если насчет матери он не питал не малейших иллюзий, давно поняв, что перестал интересовать её, едва только начал пытаться заботиться о себе сам, уже не нуждаясь в опеке, то отец...       Кажется, у него теперь не было родных, кроме Ара и Сариэла.