Бессмертный / Immortal

- Сэр, я не считаю логичным даже пробовать эксплуатировать Эндолла в военных целях... - Пока мы не знаем порога его сил, в том числе и способностей - да, не логично. Но для чего тогда вы здесь, мистер Ленс? Стискиваю кулаки, не отвечая на вопрос. - Правильно. Для выяснения все этого. А вот как мы будем использовать это существо, уничтожим или в клетку посадим да в зоопарк отправим уже решать не вам. - Сэр, вы понимаете, что навлекаете на себя? Я не имею ввиду угрозы, но ведь Крайсилиан имеет такой же разум, что и мы все, поэтому не факт, что будет вам подчиняться. - Для этого, опять таки есть вы, мистер Ленс... Ночь того же дня. Раздраженный из-за бестактности Гена-Армии, я так отвратительно себя чувствовал, что рухнул на кровать в чем бегал весь день и отрубился. Да, все гениальные умы именно так и спят. Ладно, я холю и лелею лишь себя, но в данном случае я был готов собственноручно прибить этого всезнающего вояку и даже его когдатошняя снисходительность ко мне и мудрость уже меня не остановят. В какой-то миг я резко проснулся, чувствуя непонятное щемящее чувство в груди. Что бы это могло быть? Сев на кровати и свесив ноги (ох, я до сих пор был в брюках и туфлях), я прижал руку к области сердца, пытаясь понять что именно меня беспокоит. Но неприятные покалывания шли будто от всего тела сразу. Создавалось ощущение тупой боли, но как будто не моей, а чужой. Сердце сжалось, а на глаза словно нашел морок...

- Ну что, проведем краткую серию опытов, - посмеиваясь, солдат в черном натянул маску на лицо, вновь наводя пистолет на... меня. Пара выстрелов, новая порция режущей боли и удар спиной о стеклянную поверхность. Приземление на пол, переворот на живот. Тяжелое дыхание, но не глубокое, чтобы не потревожить раны. Подношу руку к лицу - пальцы в синей крови, ее разводы на белом полу и стекле. Второй наемник хватает за шею, резко вжимая спиной в стекло. Ударяет кулаком в живот. Тупая боль застилает сознание, а пули лишь через время могут испариться. Мог бы что-то сделать, но он запретил...

Резко прихожу в себя, стараясь успокоить сердцебиение и дыхание. Такое ощущение, что стометровку пробежал, причем... Не в своем теле. - Крайсилиан. Поднимаюсь с кровати, не обращая внимание на свой взлохмаченный вид, вылетаю из отведенного мне жилища в виде пары комнат с санузлом. Все самое новое, лучшее и технологически продвинутое. Но мне сейчас наплевать даже на измятую, как из одного места вытащенную, рубашку, поэтому по пути впопыхах поправляю доставучий халат. Вот век прошел, а ничего нового не придумали, абзац. Они не могут быть чужаками, так как система защиты не позволит пройти дальше коридора первого этажа, и уж точно спуститься сюда, на минус третий. Значит свои. Неужели генерал и здесь внес свою лепту, решив привлечь к исследованиям еще кого-то? Но это же бесчеловечно! Быстро ввожу код доступа, сразу же вбегая в камеру Эдолла (с одной стороны она прилегает к белой стене, поэтому войти или выйти можно лишь оттуда). - Убери от него руки! - командным тоном приказал я, глядя на двух замерших бойцов. Один из них, все еще держал на весу легкое тело Крайса, не размыкая рук на шее. Хрипя и еле дыша, Эндолл с надеждой смотрел на меня, не предпринимая никаких мер по собственному спасению. - У нас приказ вышестоящего, - ответил солдат, абсолютно бесстрастно глядя в синие глаза нечеловека. Второй боец вовсе не обращал на меня внимания или, быть может, последовал моему слову. - А у меня электрошокер, - не успел громила обернуться, как я вжарил ему под бок пару сотен вольт, подхватывая тело драга. Солдат рухнул на спину, извиваясь от электрического тока. Второй тут же подбежал к нему, отключая напряжение и приводя его в чувство. Пары секунд недостаточно, чтобы получить серьезные травмы. Поджарился немного, да, немного онемел тоже. Но это не сравнится с тем, что они творили с Крайсилианом. - Почему ты не дал отпор? - негромко прошептал я, осторожно кладя его на пол, судорожно бегая глазам по ранам от пуль. Всего пять и все вразброс, из каждой течет кровь, окрашивая светлый торс Эндолла в синий цвет. - Я пообещал тебе, что никого не трону. А я никогда не нарушаю обещаний, - мысленно поведал мне черноволосый, с преданностью и облегчением глядя мне в глаза. Часть моей одежды уже перепачкана его кровью, откуда возникает вопрос - почему он не излечивается? - Почему твои раны не заживают? - пытаясь зажать пулевое ранение у него на животе, я невольно замечаю, насколько гладкая у него кожа, идеально ровная, светлая и... твою мать, вся в крови! - Нужно время, пары минут хватит, - даже у меня в голове его голос казался каким-то сиплым, теряющим силу. - У тебя нет этих минут, Крайсилиан, - пули слишком глубоко вошли и наверняка задели основные органы. Скорее всего, расположение у них такое же как и у людей, а второе сердце расположено с правой стороны. - Ты боишься смерти, - констатировал Эндолл, держа меня за руку и внимательно глядя мне в глаза. - Возможно не своей, но близких. У тебя нет родных, друзей и пары. Поэтому ты боишься привязываться к кому-то. Смерть слишком тесно коснулась тебя... Я не веря уставился на Крайса, не понимая, откуда он узнал это. Это слишком личное, об этом никто не знает... Кроме него. - Ты чувствуешь между нами связь, но не воспринимаешь ее всерьез. Однако боишься и сторонишься моей смерти, сам не понимая почему, - чем дальше он вел этот односторонний диалог, тем больше он приникал в саму суть моего сознания. Словно в душу влез и теперь раскладывал все по полочкам. - Но моей ты не должен бояться, потому что только ты можешь меня убить... - под конец голос Крайсилиана стих, синие глаза закрылись, а грудная клетка просто перестала вздыматься. Только пара сердец постепенно прекращала свою работу, стихая вовсе. - Нет, этого не может быть... - страх прошелся по коже от осознания того, что необыкновенное существо погибло. Погибло от рук пары шавок, спущенных с поводка генерала армии. Из камеры уже вывели двух бойцов, решивших проверить Эндолла на живучесть, а позади показались медики и ученые, все в защитных костюмах, естественно, кроме меня. Но мне было все равно, я не собираюсь уходить от него, пока... Вот же глупость. Все так противоречиво. Я верю Крайсилиану и могу еще во многое поверить ему на слово. Но вот воскрешение представить не могу. Не даром я ученый. Человек, что собственными глазами видел как гибнут другие. Даже близкие мне. Эта война отобрала у меня многое, но я не горю жаждой мести и искупления. Убийцы наказаны, все по закону. Смерть настолько близко когда-то коснулась меня, что я больше не завожу ни друзей, ни знакомств, ведь подсознательно я уже боюсь их потерять. А что же с Крайсом? Он предан мне, хотя практически и не знает меня, а я его. Но верит мне, как своему... Черт, я даже не знаю как назвать это. Он не считает меня другом, здесь что-то другое. Тем, кто отвечает за него? Тоже нет. Я не понимаю, что творится ни с ним, ни со мной. Это странно, необычно и вообще не по-человечески. Может мы друг друга ранее и не видели, но он так смотрит на меня словно уже когда-то встречал. Может не в этой жизни, а другой. Все может, но толка разбираться сейчас нет. По всем показателям он мертв, разве что... Кристалл. Синий камень медленно разгорался, все активнее смешивая различные оттенки этого цвета в себе. Я не смел выпустить прохладной руки из своей, словно боясь, что чудо пропадет и больше не появится. Вокруг меня кружили люди в белом, кто-то пытался помочь, кто-то констатировал факт смерти существа не из этих мест. Но я противился их помощи, молча покачав головой. Меня послушно оставили в покое, покидая камеру. По любому сейчас все наблюдают за мной, но мне как всегда наплевать на это. Сейчас жизнь Крайсилиана была важнее... Я не знаю, сколько я так просидел рядом с его телом, но по факту больше часа. Несмотря на то, что была глухая ночь, уже половина народа находилась на постах, занималась своей работой. Здесь никто не сидит сложа руки. А учитывая все произошедшее, то суета будет продолжаться и с утра. В какой-то миг я заметил, как синий едва заметный дымок исходит от стремительно затягивающихся ран, синяя кровь испаряется со светлой кожи, а прохладная рука аккуратно сжала мою. Стараясь унять бешеный ритм сердца, я встретился с яркими синими глазами, что смотрели на меня с искренней добротой, лаской и благодарностью. - Ты все это время был рядом со мной, - констатировал Крайсилиан, радостно улыбаясь мне. А я с бурей непонятных эмоций лишь кивнул, начиная подниматься с колен, не хотя выпуская руку Эндолла. - Как ты можешь так спокойно к этому относиться? - хрипло спросил я, глядя на него через плечо. Слишком личного он коснулся ранее, меня словно гложет груз вины за его смерть, сдобренной порцией несвоевременно нераскрытых тайн. - Я знаю, что люди способны на еще большую жестокость, но меня это не волнует. Я могу умереть еще хоть сотню раз, но не за что не дам пострадать тебе. Поэтому готов на любые меры со стороны твоего начальства, только если ты будешь сам все это выполнять. Отвернувшись от черноволосого, я нервно выдохнул, крепко сжимая кулаки. Раз он готов, значит так тому и быть. - Чем быстрее мы сделаем это, тем скорее тебя перестанут трогать, - произнес я, виновато оглядываясь на выходе. Крайс смотрел куда-то в сторону, но на устах его была едва заметная горькая улыбка.

***

- Тест - 33580, - произношу сухим тоном, уже не в первый раз за сегодня. Откладываю голограммный планшет, без какого-либо удовольствия подавая сигнал к началу опыта, мимолетно смотрю на фигуру Крайсилиана, вздыхаю и нажимаю на кнопку. Вокруг меня шестеро ученых: трое из них мои молодые ребята, один Джон, которого я едва ли человеком считаю, пара профи в испытательных делах, двое ботов у выхода дополняли картину. Напротив испытательная, которая отделена от нас прочным стеклом. Там трехметровый аквариум посреди широкого белого помещения, и Эндолл, с пристегнутыми к специальному крюку руками, сведенными над головой. Он стоит на люке закрытого аквариума в черном облегающем костюме. Отпускаю кнопку и синеглазый проваливается в воду. Устройство удерживает Крайса под водой, пузырьки кислорода медленно испаряются, а само существо спокойно смотрит прямо перед собой - на меня. Сенсоры начинают оповещать о том, что у объекта закончился кислород нудным писком. Поворачиваю голову на экраны слежения: здесь дается полный отчет о любых изменениях в его организме, как и внутренний, так и наружный, если уж можно было это так назвать. - Процесс пошел, - произнес рядом стоящий Джон, с некоторой опаской глядя на меня. Да, сейчас многие считали меня самым настоящим монстром не только потому, что общаюсь с драгом, но и потому, что сам подписался на испытания его организма. Многие считали это бесчеловечным и не понимали меня, да работа есть работа, но такое... Только вот будто я не считал также. Но другого выхода не было. Уберечь Крайсилиана можно только так, в случае чего именно я контролирую этот процесс, так как сам вызвался. А если бы это был кто-то другой, боюсь, было бы в разы хуже, ибо такие желающие будут настоящими маньяками. Тогда я бы мог всего лишь стоять рядом и помалкивать, пока они истязали бы Эндолла. Возможно именно поэтому он попросил меня исполнять эти глупые приказы, так как знал, что в любой допустимой ситуации я лучше снижу планку причиняемых мер, чем повышу ее. В этот момент замигали сенсоры "наружных" изменений. Но даже они не могли толком показать, откуда именно берется синий дым. Он просто появляется извне и все. Так и сейчас. Вокруг головы Крайсилиана стал виться синий туман. Казалось, синей дымке даже вода не помеха, и он как двигался в пространстве, так и продолжал двигаться, независимо под водой это происходило или на суше. Не понимая, чем синева может помочь Эндоллу, я перевел глаза на показатели. На них отражалось все происходящее в грудной клетке существа в реальном времени в виде рентгена. Технология предполагала, что как бы объект не двигался, это уже никак не могло исказить изображение. До этого было четко видно, как сжимаются легкие от недостатка кислорода, однако сейчас появились помехи. Я нахмурился, переводя взгляд с Крайсилиана на экраны. Туман исчез, причем никто из ученых не заметил этого момента, будто все дружно стали слепыми или отвернулись. Глупости, конечно, но видимо дым действительно резко испарился или смешался с водой. - Мистер Ленс, - настороженно пробормотал Джон, косясь на аквариум. Я только задумчиво провел рукой по бородке, не обращая на него внимания. На экране четко было видно, будто что-то заполняет легкие драга вместо кислорода, но что может быть под водой, пусть даже и идеально очищенной? - Мистер Ленс, - более требовательно позвал меня мой наглый помощник, отвлекая от появившейся цепочки мыслей. - Что? – хмуро отозвался я, сразу переводя глаза по указанному направлению. Я недоуменно сглотнул и подошел ближе к стеклу. Остальные же, наоборот, напряженно отошли назад. Грудь Крайса совершенно спокойно вздымалась под водой, будто у него откуда-то был доступ к кислороду. Однако встретившись с яркими синими глазами, я сразу же понял в чем дело. Вертикальные зрачки хищно и одновременно несколько сонно взирали на меня, только прибавляя порции интереса и чуточку страха. Но страх был лишь от неизведанного, чего-то нового, чего еще не видал ни один человек, кроме шестерых ученых и меня. В этот момент я заметил, что пузырьки воздуха, вырывавшиеся из носа и рта черноволосого, не прозрачные, а светло-синие. В данной ситуации именно это малюсенькое различие играло важную роль и позволяло определить грань между его физическими возможностями и магическими. - Убери магию, - произношу так, что не многие в лаборатории меня расслышали, но я знаю точно, что он слышит. Джон и двое моих ребят подходят ближе, начиная наконец выполнять свою работу, тогда как профи только после действий бесстрашных молодых людей, покачав головами, последовали их примеру. Крайсилиан слегка кивнул и прикрыл веки. Светящийся до этого под тканью костюма кристалл теперь больше не просвечивал, а открывшиеся глаза стали вновь более человеческими. Вмиг показатели запищали, оповещая об опасности гибели объекта, а ученые, взглянув на меня, продолжили записывать результаты и прочее. А я все так же стоял, скрестив руки, напротив стекла, отделяющего меня от медленно угасающего драга. Он не барахтался как человек, не пытался высвободиться из пут, просто совершенно спокойно терпел удушье и воду, поступающую в легкие. Крайс последний раз прикрыл веки и замер в аквариуме. Сенсоры громко затрещали, звук остановки сердца зазвучал на всю лабораторию. Мы уже давно выяснили, как работает пара сердец: во время вдоха активируется одно, во время выдоха – другое. Таким образом, позволяя ему практически не тратить энергию, не уставать и уменьшает нагрузки, чтобы выдержать силу и мощь драконьей ипостаси. Мы уже знали, что общее строение организма подобно нашему лишь внешне, потому что ДНК полностью отличается от человеческого. Совершенное существо, напоминающее человека лишь внешне. Словно кто-то наделил его абсолютно другими свойствами, физическими возможностями и магией. Вроде бы мы знаем о нем все, но одновременно и ничего… Один из моих парней нажал на кнопку, и вода из контейнера стала постепенно уходить. Ну что, пришел и мой черед хоть что-то делать. Я взял в руку шприц-автомат, чисто на автопилоте разблокировав дверь, и вошел в испытательную. Стекло доселе наполненного "аквариума" опустилось под пол, а я на миг замер в нерешительности еще у входа. С чего бы это я и нулевая уверенность? Сам не понимаю откуда не свойственные мне чувства и эмоции вылезают наружу. Когда-то я был сухим ученым, что без разбора лез вперед и брал все, что было нужно. А сейчас? Неуверенность, жалость, сочувствие и жажда защиты синеглазого. И все это я старался скрыть под холодной маской прежнего себя. Но боюсь, скоро и она затрещит по швам. Подхожу к бледному мокрому телу, висящему практически посреди испытательной, босые ноги едва носочками касаются пола. С влажных черных волос капля за каплей на пол капает вода, голова наклонена вбок и свисает вниз. Бледные синюшные губы кажутся еще идеальней, хоть их хозяин и находится в состоянии биологической смерти, густые мокрые и слипшиеся ресницы, черные веки. Если бы они были бы накрашены, то уже давно бы превратились в непривлекательные разводы. Но это отнюдь не косметика. Все эти узоры на теле Эндолла имеют естественное происхождение. Просто однажды появляется существо, именуемое драгернаудом, из сгустка энергии и все. Каждый из них уникален и волшебен, ничто не сможет воссоздать подобное творение кроме волшебства. Горько улыбаюсь, посмеиваясь сам над собой. Надо же, уже признаю магию чем-то обыденным, словно каждый день и везде вижу ее проявления. Немного радует то, что такое существо как Крайсилиан бессмертно. Даже страшно представить что было бы, если бы его убили еще в момент пробуждения. До этого дня он, естественно не дожил. Но а сейчас мы, как типичные хозяева всего и вся, измываемся над ним, а он терпит. Однако что заставляет его так поступать, ведь любой бы уже не выдержал и смел это место к чертям собачьим? В левой руке шприц, а правой осторожно собираю мокрые гладкие волосы, которые даже в таком состоянии на свету отливают синим оттенком. Этот феномен также необыкновенен как и сам драг. Убираю волосы ему на другую сторону, завороженно глядя на маленькое ушко, которое ничем не отличается от моего, но наличие совсем маленького острого кончика придает волшебное нечеловеческое очарование. Перевожу глаза на изящную шею, медленно опускаю руку, нарочно задеваю пальцами нежную кожу, приписывая своим действиям случайный характер. Не спешу убирать ладонь, которая как всегда была без перчаток, очерчивая контур красивого бледного лица. Даже так он красив и это глупо отрицать. Пожалуй, впервые в жизни меня удивляет не то, что я вижу кого-то с такой внешностью и чистотой, а то, что я сам в себе замечаю, что он единственный, кого из мужского пола я признаю привлекательным. Спиной ощущаю поднимающиеся на меня взгляды, ученые стали замечать отклонения от выполнения должностных обязанностей, поэтому лишь сглотнув я вонзил в хрупкую шею иглу шприца-автомата, нажимая на кнопку. Тут же пустую пробирку стала заполнять бледная синяя кровь. Даже это само по себе удивительно, не говорю уже про цвет крови и ее способность испаряться, если она находится на теле Крайсилиана. Сменив наполненную пробирку на следующую, вновь вкалываю шприц в шею парня, с безотчетной тревогой глядя на место куда вонзил укол ранее. Яркий синяк и прокол в центре. А что же будет, если он ударится или еще чего хуже? Весь синий лежать будет? Успеваю вынуть шприц до того, как в лаборатории слышится новый писк сенсоров. Удивленно поднимаю глаза на бледное лицо, замечая, как оно вновь приобретает свой светлый оттенок, как фиолетового-синие губы розовеют, а щеки окрашивает легкий румянец. Не прошло и пары минут, как я уже встретился со взглядом обладателя ярких очаровывающих глаз, едва заметно улыбаясь ему и выходя из помещения. Я не знаю, что происходит со мной, изменения мне непонятны, однако приятному теплу, что манит меня к Крайсилиану противиться не буду. Он единственный, кто вызывает во мне доверие, кто руководствуется лишь своим умом и благими намерениями, за кого можно не бояться лишь потому, что он вновь воскреснет.

***

Итак, к концу недели мы провели более двадцати опытов над Эндоллом. Я не особо хочу перечислять все два десятка, а то и больше. Инъекции различными смертельными ядами, высота, огонь и вода. Крайс с выдержкой терминатора перенес все эти тесты. Я ему не завидую, однако и не могу сказать, что судьба его мне безразлична. Если на большую часть населения, вояк и ученых мне абсолютно начхать, то почему-то о нем даже выразиться плохо не могу. Как только вспомню этого нечеловека, тут же в груди отзывается непонятное тепло, пробуждающее во мне давно похороненные чувства. На очередном собрании воен-совета я отдал все результаты исследований генералу, получая одобрительный кивок и заслуженный недельный выходной. Убедившись в том, что все опыты по "убиению" объекта больше проводиться не будут, я выдохнул. Но какое-то чувство так и твердило, что это далеко не конец всех серьезных испытаний, а только начало...