Безмолвные

Железная дверь вагона захлопнулась за спиной, и Дэрил почувствовал себя загнанным в ловушку животным. Тупым кроликом, который доверчиво припёрся удаву в пасть. Оставалось только посыпать голову перцем, лечь на тарелку и сложить руки на груди. Он просто не мог поверить, что они могли так лохануться. Дэрил чувствовал, что что-то не так с этим ёбаным Терминусом. Нормальные люди, которым удалось выжить в этом дерьме, не станут везде развешивать щиты с прямыми указаниями, где можно взять их, тёпленьких, другой подготовленной группе. Он обдумывал это, когда брёл по рельсам за Риком и Мишонн, но… Там может быть Бет. По крайней мере, он не мог представить, где ещё она может быть. Не так много выживших осталось на этой планете. Сжатая внутри него пружина ещё больше скрутила кишки. С тех пор, как она исчезла, это преследовало его днём и ночью. Ты все-таки ее проебал. Мудак. Один и тот же сон, превращающий каждую ночь в ночь сурка, оставляющий после себя мучительную пустоту в желудке — багажник, скрипнувшие на повороте шины и выедающий ледяной ужас, когда он точно осознал, что не догонит машину, в которой увезли последнего человека, который был для него своим. То, что ее не убили на месте вселяло надежду. Он старался не думать о том, кому и зачем девушка могла понадобиться живой. Просто она может быть в Терминусе. И значит, они идут туда, несмотря на ревущий в голове сигнал тревоги. Сейчас, когда глаза потихоньку привыкали к темноте, он напрягся, кожей ощутив, что они не одни в вагоне. Рука автоматически потянулась за спину, за арбалетом, который отобрали подонки, прежде, чем согнать их в этот гребаный вагон. Блядь. Без арбалета он чувствует себя голым. Принимает боевую стойку, стараясь встать между своими людьми и теми, кто был там, в темноте. Напрягает глаза, вглядываясь во мрак, пытаясь разглядеть источник опасности, но в редкие щели почти не проникает свет. Паршиво. Звук осторожных шагов. Неясное шевеление впереди. Они замирают, напряженно слушая свое и чужое дыхание. Наблюдая, как из темноты проступают бледные маски лиц. Гленн, Мэгги, Саша, Боб. Охренеть. Просто охренеть. Может, дерьмовые святоши правы, и Бог действительно существует? Впервые эта мысль приходит в его голову, когда он видит Рика на дороге. С пистолетом у виска. Не самый весёлый момент для встречи друзей. Но Рик жив. И Карл. И Мишонн. Теперь, в этом вагоне, куда их согнали, как скотину на убой, люди, которых никто не чаял увидеть, недоверчиво смотрят на них. Дэрил хочет ткнуть Гленна в бок. Ощутить, что это не глюк воспаленного разума. Он прикрывает на миг глаза. Ограничивается полуулыбкой. — Рик? — Гленн тоже не может поверить, что это не галлюцинации. — Вы здесь! — напряжение дрожит в голосе Рика. За спинами своих людей виднеется несколько незнакомых лиц. — Они наши друзья. Они все спасли нас. — Да. Теперь это и наши друзья, — Дэрил принимает это как должное, без лишних рассуждений. Друзья его друзей — его друзья. Он не думал, что после исчезновения девчонки сможет когда-нибудь испытывать такие эмоции. Но он нашёл своих людей. И жить стало легче. — На то время, что нам оставили, — мрачно изрекает рыжий, мускулистый детина. — Нет! Они почувствуют себя очень глупо, когда поймут, — Рик смотрит в щель между дверями вагона. Он собран и спокоен. — Что поймут? — Что они связались не с теми людьми.

***

Сознание возвращается медленно, словно продираешься сквозь липкую паутину, и приносит с собой дикую головную боль. Она открыла глаза и не сразу поняла, открыла ли их. Вокруг темнота. Гудящий звук двигателя. Запах бензина. Багажник. Второй раз за последние несколько дней она оказывается в багажнике. Только тот раз был совсем другой. Тогда рядом был Дэрил, сжимающий арбалет. Готовый без колебаний броситься в бой впереди нее. Как она снова оказалась в багажнике? Дэрил велел ей бежать к дороге, и она побежала. В последнее время его приказы воспринимались как данность. Если Диксон сказал сделать так, значит, это лучшее решение. Самое разумное, не терять время, мешаясь у него под ногами, и исполнить приказ. Никому в жизни Бет так не доверяла, как плохому парню Дэрилу Диксону. Она напряжённо вглядывалась в ту сторону, откуда прибежала. Он должен прийти с той же стороны, откуда и она. Почему его так долго нет? Он силен и здоров. И способен пробежать то же расстояние, что и она с больной ногой, гораздо быстрее. Он не может погибнуть там. Всё её существо категорически отвергало даже тень этой мысли. Но время шло, а его всё не было. Бет подняла рюкзак и ступила обратно на тропу с намерением потихоньку пойти навстречу Дэрилу. В этот момент в её глазах померк свет. Этот багажник был гораздо теснее того, где они прятались с Дэрилом. К глазам непроизвольно подступили слёзы. За последние дни для неё стало абсолютно естественным ощущать его защиту. Эта защита словно кокон окружала её со всех сторон. Она почти физически чувствовала, что он рядом, и с ней ничего не случится. Сейчас у неё было такое ощущение, словно её резко выбросили на мороз из уютного дома. Только что ты пьешь чай на безопасной кухне. И через секунду уже стоишь в тапках-кроликах на босу ногу посреди улицы, и дома больше нет. Соберись. Ты не должна распускать сопли. Ты обещала себе, Бет Грин. Больше никаких слёз. Если тебе суждено умереть — по крайней мере просто так ты не сдашься. Бет коснулась рукой затылка и почувствовала влагу. Кровь. Кто бы это ни был, ничего хорошего ждать не приходится. Хорошие люди не пытаются раскроить Вам затылок и не бросают в багажник. Провела руками вдоль пояса — нож пропал. Чёрт. Тело затекло, она почти не чувствовала ног. Попыталась переменить позу. Нельзя допускать, чтобы мышцы одеревенели. Кто бы это ни был, когда он откроет багажник, Бет постарается, чтобы ему хорошенько прилетело в зубы. Она почувствовала, что машина свернула и сбросила скорость. Напряглась. Скоро. Мотор заглох. Одиноко хлопнула водительская дверца. Наверное, он один. У неё есть шанс. Бет извернулась, стараясь прижаться спиной к дну багажника, упереться потверже. Кто-то повернул ключ. Створка начала приоткрываться. Не дожидаясь, пока она откроется полностью, Бет толкнула крышку руками вверх и одновременно изо всех сил выбросила ноги вперёд на уровне живота человека. Удар попал в цель, человек сдавленно охнул и отпрянул, согнувшись пополам. Травмированную ногу обожгло, будто в неё воткнули раскалённый прут. Чёрт, чёрт! Стараясь не обращать внимания на боль, Бет буквально вытащила себя из багажника, тяжело перевалившись через бортик, и упала, саданувшись левой рукой об асфальт. Отлично. Давненько она не обдирала руки. Заставила себя подняться. Ступню словно перемололи в мясорубке. Бет сжала зубы и побежала, не разбирая дороги. Позади немедленно послышались быстрые шаги. Она с сожалением подумала о том, что она не Мишонн. Если бы Мишонн долбанула кого-то ногами в живот — никто бы не разогнулся так быстро. Он всё ближе, ближе. Хриплое дыхание за спиной. Бет чувствует по звуку дыхания — преследователь не самый малогабаритный человек на земле. Слишком тяжело дышит. Да я просто везунчик. Бет резко разворачивается и, не глядя, бьёт. Она никогда в жизни не дралась. Не потому что боялась. Бет никогда не была трусихой, как о ней часто думали. Просто незачем было. Она изо всех сил молотит руками, куда придётся, толком не видя, кто перед ней. Мужчина перехватывает её руки и прижимает к себе так, что она не может двинуться. Такое ощущение, что её сжал в лапах медведь. Бет поднимает голову, но человек слишком близко, чтобы чётко его разглядеть. Она видит лишь, что это огромный негр. На лысом черепе выступил пот. -Прекрати! Прекрати, я сказал! Я не причиню тебе вреда! Ага, как же. Ты просто решил покатать девушку на машине. Бет опускает голову и вцепляется зубами в его грудь. Сжимает, чувствуя, как солёная кровь проникает в рот. Похоже, спирт — не самое противное, что она пробовала в жизни. — Ах, ты! Негр отрывает её от себя и отвешивает ей пощёчину. Ощущение, что в голове взорвалась граната. Сноп искр перед глазами. Кажется, что лопнули барабанные перепонки. Бет автоматически проверяет языком зубы — все на месте. Негр осторожно держит её на расстоянии, стиснув огромными руками. — Извини. Я не хотел бить тебя, это рефлекс. Теперь она видит. Он одет в чёрную рясу. На его шее — белый воротничок. Бет замирает в шоке. Господи, это священник.