Окольные пути

Барабанные палочки Хакимова с резким грохотом ударились о поверхность стола. Денежные купюры, лежавшие на нем, разлетелись в разные стороны. Костя поднял несколько бумажек с пола и вернул на место, Самойлов ленивым взглядом рассматривал пейзаж за окном, думая о чем-то своем. Казалось, что гнев директора, долетая до сознания Глеба, глухо ударялся о стену непонимания и разбивался на мелкие частички, растворяясь в задымленном воздухе студии. - Сможете на эти деньги записать альбом - записывайте, - мысленно сосчитав про себя до десяти, произнес Снейк. Бекрев нервно оглянулся на солиста и потянулся за очередными, валявшимися на полу, купюрами. - Дим, а ты не можешь нигде денег достать? - Костя опустил глаза и потер бледные щеки. - Ты назвался продюсером? Вот и думай. А я устал. Мне все это до смерти надоело! - тон директора повышался с каждым словом, пока не перешел на крик. – Я с самого начала говорил, что эта затея провалится! Практичный и умный Снейк окончательно потерял терпение. Самойлов и Бекрев достали своими пьянками и междусобойчиками. На запись нового альбома была собрана только половина суммы, акцию по сбору средств продлили еще на полтора месяца – не помогло. Дима мог бы изыскать необходимые деньги, но он просто не видел больше смысла вкладываться в «Матрицу». Группа медленно, но верно шла ко дну, и топили ее эти два шута, сидящие напротив. - Херовый из тебя директор, - неожиданно подал голос фронтмен. Хакимов быстро пересек помещение и оказался около Глеба. - Херовые у тебя песни, раз каждый второй концерт в минус играем, - парировал он. Глаза солиста сверкнули холодной яростью, ладони сжались в кулаки. - Дим, послушай… - засуетился было Бекрев, пытаясь разрядить обстановку, но барабанщик перебил его. - Мы с Валерой уезжаем в тур с «Наивом», а вы пока можете подумать о том, чем вам заняться в ближайшем будущем. - И направляясь к двери, добавил: - Готовьтесь к серьезному разговору после моего возвращения. *** Как только дверь за директором с шумом захлопнулась, Костя развернулся к Глебу. - И что нам делать? - Застрелиться, - ухмыльнулся Самойлов и потянулся за сигаретами. Клавишник сидел как в воду опущенный и, наклонив голову, рассматривал свои кеды. - Пойдем, напьемся, – не отрывая затуманенного взора от окна, промолвил Глеб. – На это денег хватит. - Я имел ввиду не сейчас, а вообще. Денег на альбом нет, концертов никаких не предвидится, Снейк уехал, и что теперь? - Слушай, Кость, не нуди, а? Один полдня мозг трахал, теперь ты начал, - с легким презрением произнес Глеб. Бекрев со вздохом прикрыл глаза. *** Увидев на экране вибрирующего мобильника имя брата, Глеб не поверил своим глазам. Какое-то дурное предчувствие охватило его, сжимая горло, мешая дышать. - Вадик? - Глеб, привет! Не занят? – Голос Самойлова старшего звучал бодро, и Глеб немного расслабился. - Да, нет. Все нормально? – все же решил уточнить он. - Да-да. Мне нужно поговорить с тобой. Если ты дома, я мог бы к тебе приехать. Младший неестественно рассмеялся, стараясь тем самым скрыть волнение от предстоящей встречи. - Я уже и не надеялся услышать от тебя подобное. Вадим пропустил колкость брата мимо ушей. - Можно пересечься в каком-нибудь кафе, если тебе так удобнее, или если ты не один. Глеб выдержал паузу, показывая тем самым, что он задумался, хотя на самом деле ему очень хотелось увидеть брата. - Нет, лучше приезжай. Неохота никуда выходить. *** Вадим взглянул в голубые глаза и, тепло улыбаясь, протянул руку для приветствия. Глеб робко коснулся пальцев брата. Изможденно-задумчивое лицо младшего вдруг показалось Вадику чужим. Может всему виной были черные круги от недосыпа вокруг глаз? Совсем не бережет себя, думал старший, проходя в комнату. - Надолго не задержу. - Я никуда не спешу, - ответил Глеб, опускаясь на диван, и жестом приглашая брата сесть рядом. - Как дела? Как твоя группа? – поинтересовался Вадик. - Нормально все, а что? – мгновенно насторожился младший, упираясь локтями в колени. Во взгляде, направленном на брата, мелькнуло подозрение. - Глеб, я получил очень заманчивое предложение от одной фирмы, организующей концертные туры. За несколько выступлений «Агаты Кристи» они предлагают, мягко говоря, очень неплохой гонорар. Глеб не сразу понял о чем говорил старший, но когда до него дошел смысл сказанного Вадиком, он резко поднялся на ноги и встряхнул головой. - Нет, меня это не интересует. Можешь даже не продолжать, - покривил он душой. - Там реально большие деньги, Глеб, я же знаю, что на альбом вы так ничего и не собрали, - продолжал убеждать брата Вадим тихим вкрадчивым голосом. Он знал, что младший будет отказываться, это же он бежал от «Агаты», как черт от ладана. - Снейк нашел нужную сумму, - соврал Глеб и отвел взгляд. В голове вихрем кружились мысли. - У меня другая информация. - Вадь, ну почему ты всегда все обо мне знаешь, а? – как-то обреченно то ли спросил, то ли просто констатировал факт младший. - По статусу старшего брата мне положено, Глеб, все знать о тебе, - грустно усмехнулся он. - Вадик, никуда я не поеду, - в его голосе зазвучал гнев. Вадиму было знакомо это упрямство на лице младшего, но он решил не отступать. - Боишься облажаться? Или не вынесешь две недели рядом со мной? Младший метнул на брата испепеляющий взгляд, собираясь сыронизировать, но его опередил звук дверного звонка. Заглянув в комнату, Бекрев смущенно кашлянул. - Здравствуй… те, - увидев Вадима в квартире фронтмена, Костя стал спешно протирать очки. Самойлов старший молча кивнул клавишнику. - Мне пора, - сказал он, поднимаясь. - А ты все же подумай, Глеб. Не каждый день предлагают такие деньги за пять концертов. *** Ночь стремительно обрушилась на город. Глеб, отпивая из стакана принесенный Бекревым алкоголь, бродил по памятным местам своего прошлого. - Самойлов, ты - дурак, - пьяно подытожил Костя, - такие бабки всего за две недели. Да нам с тобой за год столько не заработать. Соглашайся, Глеб, вернешься, и запишем сразу два альбома, и акустику и новый. - Кость, ты соображаешь, что говоришь? Да кому нахер нужна будет «Матрица», после того, как «Агата» снова стадионы соберет? - Ну, это же локальные концерты, отыграете и разойдетесь опять. - Создав прецедент, фанаты и впредь лучше будут ждать этих, как ты выразился, локальных концертов, чем придут на наши с тобой творческие посиделки, - вздохнул Самойлов. - Я все равно считаю, что тебе надо ехать, нам банально нужны деньги, - не отставал от друга Костя. - Вот и найди их, а меня оставь в покое, - начал злиться Глеб. - Может мне вообще уйти? – вскинул голову Бекрев. - Да уж, сделай одолжение, - услышал Костя в ответ и, поднявшись, молча направился к двери. *** Хоровод неугомонных мыслей готовился взорвать Глебу мозг, танцы теней на карнизе сна то подталкивали к самому краю, то отталкивали обратно. Небо дышало на износ. Он водил ладонями по давно минувшим дням, стараясь стереть все приятные чувства, которые теперь отзывались в нем ноющей болью. Глеб распинал их на кресте своего сознания, но они снова возрождались. Тогда он начал фильтровать их, отделять зерна от плевел. И незаметно для себя самого, прежнее стремительно перевесило настоящее. Ледяной покров слез накрыл его, принося утешение истерзанной душе. Луна, словно третейский судья между вчерашним и сегодняшним, вглядывалась в усталое лицо Самойлова. Глеб заснул только под утро мучительным сном, приняв для себя непростое решение, позвонить на следующий день брату. *** - Я согласен, - услышал Вадим на другом конце провода. - Рад, что ты передумал. - Деньги очень нужны, а то на паперть скоро выйти придется, - объяснил Глеб. - Понимаю, - Вадим знал, что ситуация у младшего совсем аховая. Дима постепенно перебирался в «Наив», прихватив с собой Валеру, а брат оставался фактически ни с чем, если не считать Костю. А Костю можно было и не считать – клавишник с гитаристом – не группа. - Если сможешь, приезжай сегодня ко мне на студию, обговорим детали. - Хорошо, подъеду, - кивнул Глеб, забывая о том, что брат не видит его.