Ненастье перед бурей

Проклятые боги подарили мне пустую победу. Корону... а я просил у них девушку.

(Дж. Мартин «Песнь Льда и Пламени»)

      Утро Элиссы было сущим кошмаром наяву. В Башню Бдения притащились все, кому не лень: Эсмерель, еще несколько баннов, представители гильдии и портовый начальник Хьюго. Эсмерель устроила настоящее драматическое представление, когда рассказывала о пожаре в порту, убытках, погибших работниках и последствиях всего этого безобразия для Амарантайна. Элисса боролась с желанием придушить старую каргу, для которой трагедия была лишь поводом ткнуть Командора носом в грязь. Тем не менее, Кусланд совладала со своей яростью и смогла досидеть до конца приема и никому не нагрубить.       «Вэрел был бы доволен моей выдержкой», — невольно подумала Элисса и тут же прикусила губу.       В сердце неприятно кольнуло, словно от прикосновения отравленной иглы. Вэрел был для нее практически наставником. Как он мог?       Элисса вошла в свой кабинет. Страж хотела закрыть дверь и расслабиться, но увиденное заставило ее напрячься. Кусланд узрела массивную закованную в броню спину Алистера. Девушка достала кинжал. В последнее время, Элисса предпочитала давать волю своим чувствам и убивать своих призраков с помощью оружия, нежели выслушивать их. Страж тихо подошла к своему лже-мужу, ожидая, когда он развернется от стола, чтобы обвинить ее в предательстве или еще чем-нибудь. Командор посильнее сжала рукоять своего ножа, в ней начал закипать гнев: «Ну, сколько можно?!» Она подкралась к лже-Алистеру на расстояние удара. Его мощная фигура развернулась к Элиссе и произнесла:       — Прекрати! Я терпеть не могу, когда ты так делаешь. И вообще, набрасываться нехорошо! — поучительно-насмешливо произнес муж.       От удивления Элисса перестала дышать. Сердце остановилось, тело покрылось потом, а кинжал так и норовил выскочить из мокрой ладони. Алистер же, не замечая всего этого, просто сгреб девушку в свои объятия.       — Создатель, как же я скучал по тебе, — негромко произнес он, зарываясь лицом в ее волосы.       Элисса прижалась к его груди, прямо к стальному нагруднику мужа. Метал не слишком удобная вещь для объятий. Но Кусланд на это было плевать. Она пыталась осознать, до конца переварить то, что едва не накинулась на мужа с кинжалом. Нож выскользнул из ее рук и упал на пол. Элисса молилась, чтобы Алистер его не заметил. Сама же Командор закрыла глаза, адреналин постепенно отходил, позволяя девушке вернуться в нормальное состояние. Алистер гладил ее по волосам, Элисса просто стояла — хотя, уместнее будет сказать, висела на муже — закрыв глаза, полностью сосредоточившись на его прикосновении. Она расслабилась, на какое-то мгновение ей показалось, что они просто ушли в другой мир, в котором не было государственных проблем и всей этой политической суеты.       «Может в этом и состоит суть любви. Не во внешности, не в слепом бездумном восхищении, не в количестве и качестве подарков, не в ярких словах. А в том, в чьих объятиях ты находишь мир», — подумала девушка.       — Мне скоро нужно будет уйти, — с сожалением сообщил Алистер, нарушая затянувшуюся тишину.       Он попытался высвободиться, тогда Элисса подняла голову и потянулась к его губам. Она хотела знать наверняка, что это он, а не очередное ее видение, которое превратится в чудовище и будет обвинять Элиссу в предательстве. Она целовала его страстно, горько, отчаянно, словно ей через несколько секунд нужно было отправляться в финальное сражение с Архидемоном.       Алистер немного отстранился, чтобы отдышаться.       — Какими судьбами ты здесь оказался?       — Я и банн Теган направлялись в Киркволл, чтобы повидаться с Защитницей. Я хотел заехать проведать тебя по пути, но Теган все твердил, что у нас нет времени. Поэтому я послал его с одним поручением, а сам решил отправиться к тебе.       — Подожди, то есть банн Теган не знает, что ты здесь? — удивилась Элисса. — Ты отправился в Амарантайн самостоятельно?       — А что такое? Я что мальчишка, который не в состоянии сам передвигаться по дорогам? — Алистер наигранно обиделся и скрестил руки на груди.       — Здесь не безопасно.       — Я взял с собой двух телохранителей. На случай, если Теган скажет, что не пристало королю путешествовать в одиночку.       — Да, Теган будет просто счастлив, когда ты вернешься, — фыркнула Элисса, затем серьезно добавила. — Ты велел сенешалю Вэрелу следить за мной.       — Элисса, — Алистер тяжело вздохнул и почти развел руками. — Нет... я... я не хотел, чтобы ты так это трактовала.       — А что я должна была?.. — начала Кусланд, но муж перебил ее.       — Подожди, я хочу все тебе объяснить. Когда-то я сказал, что постоянно жалуюсь, а ты все вынашиваешь в себе. Твоя уверенность очень помогала нам во время Мора. Но сейчас мне нужно знать о малейших неурядицах и проблемах, которые происходят в нашем королевстве. Я догадывался, что в письмах ты до конца не раскрываешь всех дел, поэтому в свой прошлый визит велел сенешалю Вэрелу держать меня в курсе дел.       — И как это выглядит со стороны?! Ты поручил моему подчиненному докладывать о моих действиях!       — Создатель, Элисса, — более настойчиво повторил Алистер. — Почему ты мне не написала, что здесь орудует банда, которая подрывает экономику края?       — Потому что проблемы Амарантайна касаются меня, и я должна их решить! Именно поэтому этот край ты доверил мне, а тебе нужно заботиться обо всем остальном королевстве! — вспылила Кусланд.       — Элисса, — смягчился муж. — Пойми же, это не значит, что я тебе не доверяю или не люблю… Просто…       «Он любит меня, даже несмотря на всё то, что я сделала», — подумала Элисса, мысленно подобрав аргументы против лже-Алистера и подобных ему видений.       — Просто… я — дурак, — заключил бывший храмовник. — Ты заслужила отдых после победы над Мором, а я отправил тебя в этот далекий край и забросил в гущу событий. Я хочу все исправить. Мне плохо без тебя там, в столице. Поэтому я твердо решил, что заберу тебя с собой в Денерим.       — Что? — Глаза Элиссы округлились. — Но здесь еще столько всего предстоит сделать! Я не могу просто так взять и уехать с тобой.       «Ты же этого так хотела», — прошептал внутренний голос.       — Никаких возражений, — покачал головой Алистер. — Решено, я возвращаюсь из Киркволла, еду сюда и забираю тебя с собой.       — Но…       — Никаких «но», я заберу тебя, даже если мне придется связать тебя по рукам и ногам и заткнуть рот кляпом.       — Но…       — Элисса. Никаких «но», значит никаких «но». Вот что значит, жена убила Архидемона, а теперь не боится королевского гнева.       — Смотря, что подразумевается под «королевским гневом», — улыбнулась Кусланд и придвинулась к мужу поближе, настойчиво прижимаясь к его… доспехам.       — Еще хотел спросить, что это за «красота» у тебя на шее? — как ни в чем не бывало спросил Алистер.       Игривый настрой Элиссы завял, подобно цветку при первом морозе. Кусланд вспомнила, как светловолосый юноша пытался задушить ее. Как Героиня Ферелдена и победительница Архидемона валялась на полу, не в силах противостоять убийце. Борьба шла не с нападавшим, а за каждый глоток воздуха. Если бы не Марис… Элисса отогнала мысли о своей смерти и, стараясь говорить как можно более небрежно, ответила:       — Да так, один дезертир.       — Ах да, дезертир, — в своей шутливой манере произнес Алистер. — А я думал, дезертиры бегут прочь от своих командующих, а не приходят к ним, чтобы задушить. Учитывая, что Командор — легендарный Серый Страж, сразивший Архидемона…       — Это был злой дезертир, — прервала издевательства мужа Кусланд.       — Ну да. Элисса, я жажду услышать всю историю полностью, — он вновь стал серьезным.       Алистер бережно поднес руку к щеке Элиссы, он едва касался ее, но это малая толика нежности согревало девушку лучше, чем любой камин в Ферелдене.       — Тебе не обязательно все держать в себе, — произнес он. — Я хочу тебе помочь, сделать твою жизнь легче… Я люблю тебя, и я увезу тебя отсюда. Все будет хорошо. Я обещаю.

***

      Стражники открыли дверь, Натаниэль вошел внутрь камеры. Он сел на корточки перед сенешалем и протянул ему флягу с водой.       — В этом нет нужды. Со мной хорошо обращаются, — Вэрел горько улыбнулся.       — Я намерен освободить вас, — уверенно произнес Натаниэль.       — Даже вопреки приказу Командора?       — Даже вопреки приказу Элиссы, — казалось, фраза эхом разнеслась по всей камере.       — Боюсь, тогда ты станешь моим соседом, Хоу, — покачал головой Вэрел.       — Решение посадить вас сюда было несправедливым. Вы много лет давали Элиссе мудрые советы, именно благодаря вам удавалось поддерживать тонкую грань между стражами, солдатами, аристократами и обычными людьми.       — Командор не хочет больше слышать моих слов.       — Вэрел, ситуация с каждым днем все больше и больше накаляется, посоветуйте мне что-нибудь. Я попробую достучаться до Элиссы.       Сенешаль замолчал, он хотел что-то сказать, но все, казалось, не решался начать. Наконец, Вэрел все же нарушил затянувшуюся паузу:       — Единственный путь не довести ситуацию до массового кровопролития, это отстранить Командора от ее обязанностей.       — Нет! — почти рявкнул Натаниэль.       — Послушай, Хоу. Я ведь обязан ей жизнью…       — Как и я!       — Когда-то простые люди уже собирались под Башней Бдения. Командор сумела их убедить, потому что солдаты защищали их земли от порождений тьмы. Сейчас Элисса казнила Лорда Эддельбрека без суда, по косвенным уликам — того самого аристократа, который постоянно заступался за свои земли и крестьян. Если в ближайшем будущем выплывет наружу та история с крестьянской девушкой — поднимется бунт, и в этот раз уже никто не будет слушать Элиссу. Учитывая ее нынешнее состояние, она скорее прикажет ее солдатам разогнать людей. Амарантайн захлестнет восстание. Кровь прольется рекой.       — Я не могу так поступить с ней. Я обязан ей всем, — Хоу встал и резко покинул камеру, возможно, резче и поспешнее, чем стоило.       Натаниэль брел по замку. Как назло, его взгляд периодически натыкался на портреты его родственников.       «Почему еще никто не поснимал эту мазню?» — сердито подумал мужчина.       Он остановился возле окна и принялся смотреть во двор Башни Бдения. Натаниэль поймал себя на мысли, что снова высматривает светловолосые макушки женщин, надеясь в одной из них узнать Веланну. А может, просто его разум хотел таким образом отвлечься от последствия разговора с Вэрелом.       Натаниэль невольно посмотрел на портрет своего родственника. Когда-то Элисса, будучи пьяной, рассказала ему про ночь, когда Рэндон Хоу и его солдаты вырезали семью Кусландов: ее отца, мать, племянника и его красавицу невестку, не говоря уже о всей прислуге и стражниках. А ведь Брайс и Рэндон когда-то вместе сражались с орлесианцами.       «Может, это судьба всех Хоу — предавать тех, с кем некогда бок о бок сражался?» — покачал головой мужчина.       Натаниэль подумал о своей жизни. Он был мальчишкой, когда повздорил с отцом и отправился в Вольную марку. Там он оставался мальчишкой, который обучался ремеслу ядов, стрельбе из лука и тратил деньги на шлюх. Когда он вернулся в Амарантайн, то оставался все еще мальчишкой, теперь озлобленным и одержимым желанием прикончить Элиссу. Именно приказ Кусланд сделать его Серым Стражем стал тем поворотным пунктом, который превратил его из злобного юнца в мужчину. И теперь он должен так отплатить Элиссе за все, что она для него сделала? Может, вся проблема в Натаниэле? Ему нужно было за кем-то следовать. В детстве он восхищался отцом, не замечая какой жестокой сволочью тот был на самом деле. Элисса раскрыла ему глаза на деяния Рэндона. И Натаниэль в какой-то мере принялся следовать примеру Кусланд. К чему теперь привела его слепая вера?.. Возможно, Натаниэлю стоило раскрыть Элиссе глаза раньше, когда она еще была в состоянии к кому-то прислушаться. Не стоило просто молча выполнять все ее приказы, или как она сама выразилась «стоять мебелью».       Натаниэль посмотрел в окно, солнце потихоньку приближалось к горизонту. Сколько же он простоял здесь в раздумьях? Не важно. Решение принято. Натаниэль вошел в камеру и помог сенешалю подняться на ноги:       — Вы правы, Вэрел. Элиссу необходимо остановить, пока не пролилась кровь.