Смена

Нью-Джерси, двумя годами ранее Анна жила вдвоём с матерью, сколько себя помнила. Нельзя сказать, что она была единственной среди своих знакомых, кто рос без отца. И даже не единственная, кто в глаза его не видел. И не сказать, что её хоть каким-то образом это волновало. Как, впрочем, и то, что мама ходила на свидания с завидной регулярностью. Хейэли всё ещё оставалась красавицей, и не удивительно, что личная жизнь кипела ключом, не смотря на дочь-подростка. Так что девушка жила своей жизнью, не особо обращая внимания на мать. Это прекратилось в тот день, когда они наводили порядок в доме. Анна часто бывала на чердаке, но разбирать хлам для гаражной распродажи довелось впервые. Сколько же коробок со всякой дребеденью… А это что? Девушка смахнула пыль с коробки, которую явно не доставали много лет. Того, что можно было бы продать, там не было, только куча разных снимков, которых Анна никогда не видела. И судя по ним, мама провела юность в Новом Орлеане. И почему мы не живём в этом шикарном доме? А это что за ребёнок? Точно не я, это не мои щёки. И дата не совпадает. Кто это? - Анна, ты закончила? - Скоро, мам. – И девушка зарылась в эту любопытную коробку. Открытки, ещё парочка фото, и какие-то документы. Свидетельство о рождении. Надежда? Кто это такая? И почему документ выдан через полгода после сделанного фото? Это вообще тот же ребёнок? И чей это ребёнок? – Мама, можно тебя на пару слов? - Да, милая. – Хэйли отставила в сторону коробку, в которую пыталась запихнуть вещи последние четверть часа. – Что-то случилось? У тебя такое лицо… - Что это? – Девушка бросила на стол фото и документы, найденные наверху. – Кто такая Надежда? И почему у тебя её фото и копия свидетельства о рождении? У тебя есть ещё дочь? И где она? Ты отдала её на усыновление? И кто это красавчик рядом с тобой на фотке? МАМА! Скажи мне правду. Или я узнаю сама, ты меня знаешь. Хэйли знала, что рано или поздно это всплывёт. Но готова к этому не была. А к отповеди дочери тем более. Анна характером пошла в неё, и уж точно так просто не отстанет. Но устраивать матери выволочку, это точно перебор. - Анна Мария Маршалл, что ты себе позволяешь?! Как ты смеешь так разговаривать с матерью?! - Серьёзно? У меня есть сестра, ты не понятно куда её дела, и ещё отчитываешь меня? Говори. На этом фото твой ребёнок? Твой? - Я родила дочь в восемнадцать лет. – Хэйли знала, что эта история не лучший пример, который она может подать дочери. Но Анна всегда добивалась, чего хотела. И, в конечном счёте, вытряхнет историю и перевернёт всё с ног на голову. – Это было давно, милая. Очень давно. - И что с ней случилось? Ты отдала её на усыновление? Мама! - Да, так я и сделала. Всё, закрыли тему. – Женщина собиралась заняться своими делами, но не тут-то было. - Я хочу познакомиться с сестрой. - Нет! – Хэйли встряхнула дочь за плечи с неожиданной силой. – Пока ты под моей крышей, ты будешь делать, что я скажу! Я запрещаю тебе даже думать об этом. Ты поняла меня? - Да, мам. – Анна старательно спрятала ехидную улыбку. – Как скажешь. Пока живу здесь, больше эту тему поднимать не буду. Но забыть она не обещала, и не забыла. Так что перетрясла все архивы, и нашла семью, усыновившую Надежду. А справив совершеннолетие и отпраздновав выпускной, собрала вещи и вылетела в Новый Орлеан. И да, стоило подождать хотя бы до утра, но Анна просто не удержалась. И, забросив вещи в камеру хранения аэропорта, поспешила к Майколсонам. И дверь ей, не смотря на позднее время, открыли довольно быстро. На пороге стояла молодая, красивая блондинка, одетая в платье последней коллекции, стоившее больше всего их дома в Нью-Джерси. - Простите, вам кого? - Меня зовут Анна Маршалл. Я слышала, здесь живёт моя сестра. Я могу её увидеть? То, как вытянулось её лицо, сложно передать словами. Смешалось удивление и что-то похожее на ярость. Ни одно не было удивительным. Но к тому, что было дальше, готова она не была. Расширившиеся зрачки, заполнившие собой всё пространство, вкрадчивый голос, и то, как это на неё подействовало. - Кто ты такая? - Анна, дочь Хэйли Маршалл. - Садись в такси, езжай в отель, и когда я завтра приду, расскажешь, с какой стати явилась сюда. И Кэролайн захлопнула дверь, чтобы в панике сползти по ней. Они рассказали Надежде правду ещё в детстве, и ответили на все вопросы. С тех пор тему своей биологической матери она никогда не поднимала. Сама Кэролайн не слышала о Хэйли много лет. И не сказать, что скучала по ней. И даже благополучно не вспоминала, благо Надежда была копией своего отца. И что теперь? Вампирша никак не ожидала появления дочери Хэйли, о существовании которой не догадывалась. Но хуже всего то, что вслед за ней может приехать и мать. И этого ей точно не стоит делать. Вреда Анне Кэролайн не причинила бы никогда, но вот насчёт Хэйли она не была бы так однозначна. После всего что было, желание свернуть волчице шею было чересчур сильным. Стоило только на секунду представить её с Клаусом, как кулаки по неволе сжимались, и просыпалась острая жажда убийства. И Кэролайн определённо не была уверена, что стоит подпускать её дочь к своей. Лондон Маргарет посещала все светские мероприятия. Ей определённо нравилась такая жизнь, и девушка старалась не думать о той жизни, что идёт за кулисами светского лоска. Часто она встречалась с графом Арунделом, и ни разу рядом с ним не было его милой подружки-янки. Ходили слухи, что то ли она терпеть не может приёмы, то ли его друзья намекнули, что мисс Хейз не умеет вести себя в обществе. Леди Маргарет её отсутствие было только на руку. Так что встреча на скачках, где просто обязана была собраться вся золотая молодёжь Лондона. Артур стоял, облокотившись на перила, одетый с модной небрежностью, которая так ему шла. Были мужчины привлекательнее его, красивее, и да, богаче. Но он был одним из немногих, в ком ключом кипела магия, и её просто магнитом тянуло к нему. Эти недели она сдерживала свои эмоции, как ни странно, это удавалось. Как не посмотри, они были бы прекрасной парой, и в магическом, и в политическом, и в личном смысле. Так что Маргарет провела почти три часа перед зеркалом, надела свой лучший выходной костюм, и отправилась на скачки. А теперь напустила на себя светски-скучающий вид, как и было положено. Леди должна ждать, когда он подойдёт сам, иначе это возмутительное нарушение приличий. Если она правильно поняла, Артур так же заинтересован, а значит, обязан проявиться. Что он и сделал, положив хлыст рядом с её рукой. - Добрый день. - Добрый день, граф. Красивый хлыст, вы участвуете в скачках? - Так точно, леди Маргарет. – Чуть заметно улыбнулся Артур. А ему шла эта улыбка. – Вы очаровательны. - А вы не слишком высоки для жокея? – Маргарет сделала вид, что не заметила комплимента. - Вполне сгодится для благотворительных скачек. - Будете отлично смотреться в газетах. Ваша девушка с вами, или вы её опять дома оставили? - Анжела на конюшне, она любит лошадей. - Подходит вам. – Маргарет вернулась к созерцанию стадиона. Возможно, она вела себя не совсем правильно, но воспитание, характер, и чувство собственного достоинства говорили поступать именно так. Артур стоял рядом и молчал. Ему действительно нравилось, как она держалась. Красивая, умная, гордая леди. Истинная леди. В каждом движении, в поведении, посадке головы, осанке… леди, как не посмотри. И вот, сейчас она, плавная и грациозная, покинула его. - Ты нарочно это делаешь? – Анжела стояла за его спиной, и в её голосе клокотала ярость. – Ты же обещал мне. - Анжела, ты придумываешь. - Я не слепая. – Девушка перешла на жёсткий, горячий шёпот, который, что греха таить, заводил Артура как никогда. – Ты пялишься на эту девицу, как койот на гнило мясо. - Во-первых, не девица, а леди Маргарет…. А во-вторых… койот и гнилое мясо? – Рассмеялся граф, прижимая девушку к перилам. Репортёров не было, так что можно было позволить себе некоторые вольности. – Какое художественное сравнение. - Ты опять меняешь тему. – Раздражённо дёрнула плечом Анжела, пытаясь скинуть его руку. Но ей это не удалось, потому как не особо и старалась. – Я серьёзно, Артур. Если ты заглядываешься на других, то хотя бы дуру из меня делать не надо. - Даже и не собирался, Анжела. Анжела не была дурой и хорошо знала своего парня. За прошедший год его взгляд никогда не поворачивался в другую сторону. Об Артуре болтали всякое, повесой не называл только ленивый, но это было не так. И то, что он смотрел на леди Маргарет, значило только одно. Анжела уже не занимала все его мысли. Рано или поздно это должно было произойти. Девушка знала, что в жизни графа Арундела появится леди из хорошей семьи, которая подойдёт ему больше, чем взбалмошная американка. Он всегда хотел именно такую: утончённую и воспитанную, сдержанную и умеющую вести себя в обществе. Анжела же скучала на приёмах, засыпала в опере, и до сих пор путала столовые приборы. В Штатах всё было проще. Они собирались после занятий в колледже, заваливались на диван с пивом и пиццей, ели рёбрышки прямо руками. И всё было замечательно, и все были довольны. Артур бы не вписался в их весёлую кампанию, даже оденься он в один из тех свитеров, что выглядят просто, но стоят баснословных денег из-за той редкой шерсти, из которой они связанны. Парни, которых она знала, пили пиво, пробовали травку и колёса, играли в бейсбол, не занимались фехтованием, верховой ездой, и едва ли точно представляли, что такое крокет. С ними Анжела была как рыба в воде, и абсолютно счастлива. И что заставило её думать, будто лондонский денди, с его воспитанием и благородным происхождением, может надолго оставаться с ней. Но отдавать Артура в цепкие лапки леди Маргарет так просто она тоже не собиралась. - Артур. – Анжела закинула руки ему на плечи и приблизила к себе. – Поехали со мной в Вашингтон. Познакомишься с моим миром, как я с твоим. Заедем в Луизиану, ты повидаешься с сестрой и мамой. Когда ты видел их последний раз? На Рождество? Поехали. Это будет замечательное путешествие. - Хорошо. Поедем. – Молодой граф поцеловал подругу, и плевать, кто смотрит на это. Хотя ему и нравилась Маргарет, терять Анжелу он не собирался тоже. С маленькой американкой было так хорошо и свободно, как ни с одной девушкой его круга. С ней можно было быть собой, ни о чём не думать, а просто развлекаться. – Закажу билеты на самолёт, и мы улетим. Предупредишь отца? - Пусть будет сюрприз для него. Я всё улажу. - Так сексуально, когда ты берёшь всё в свои руки. Лос-Анжелес Калиста Стенридж занималась политикой, сколько себя помнила. Приглашение в Лос-Анжелес стало повышением и счастливой звездой, если можно так сказать. Но вот к тому, чем придётся заниматься помимо политического вещания, готова не была. - Что? Вы хотите, чтобы я представляла музыкальный конкурс? Я освещаю серьёзные вещи, а куча «юных дарований» из голливуд-арт к этому точно не относится. - Вы в Лос-Анжелесе, мисс Стенридж. – Хмыкнул глава канала, который всегда заботился о своих рейтингах. – И этот город любит музыку. И да, это не вопрос. Выбора у вас нет. - Но я ничего не понимаю в музыке. – Калиста прекрасно понимала, что каким бы крутым специалистом она себя не считала, босс есть босс. - У вас есть помощник, мисс Стенридж. Не брошу же я вас к акулам, в самом деле. – Улыбка босса не слишком-то ей понравилась. – Этот парень в трендах среди молодёжи. - Какой ещё парень? - Остин, ты как раз вовремя. – И Калиста увидела трендового парня. Он шёл по студии, как по подиуму, в рванных джинсах и футболке с принтами. Худощавый, светловолосый, как раз того типа, что нравится девочкам-подросткам. – Калиста Стенридж, Остин Мун, знакомьтесь, вам вместе работать. - Приятно познакомиться, мисс Стенридж. – Улыбнулся парень, пожимая руку. Лёгкое и уверенное пожатие. – Мы планируем включить в программу лучших старшеклассников голливуд-арт. Отбор уже начался, нужно будет просмотреть финалистов. Для шоу достаточно дюжины, обоего пола, пара афроамериканцев и азиатов, чтобы нас никто не обвинил в дискриминации. Ваш экземпляр сценария, мисс Стенридж. – Остин сунул стопку бумаг в руке опешившей Калисте и обратился к боссу. – Выписали пропуск моему композитору? - Я здесь, Остин. – Высокая латиноамериканка чмокнула парня в щёку и привалилась к плечу. – И готова работать. - Нужно несколько музыкальных заставок. – Тот, кого называли Остином Муном, утащил свою подругу в сторону гримёрок, что-то ей втолковывая. А Калиста осталась стоять, где стояла со стопкой бумаг и совершенно обалдевшим видом. - Что…это было? – Босс выглядел довольным, и вопрос его не слишком удивил. - Это Лос-Анжелес, мисс Стенридж, здесь всё быстро делается. И если не успеете, этот юный талант вас затопчет. - Я не боюсь этого мальчишку. Он всего лишь ребёнок. - Внешность бывает обманчива. Постарайтесь выжить, я слишком много денег вложил в вас. - Мне что, бежать за ним? - Именно. Остина она нашла в гримёрке, разговаривающим по телефону. Его знойной подружки видно не было. Что-то странное было в этом парне. Слишком молод, чтобы рассматривать его как мужчину, но для ребёнка чересчур взрослый. Поэтому эмоции, которые она вызвал, были странные. Обычно молодых дарований ненавидели те, кто прокладывал себе дорогу упорной работой. Таких чувств у Калисты не было. - Джед со звукарями занимается заставками. – Остин повернулся и улыбнулся. – Вы просмотрели сценарий? Он ещё не закончен, но намётки готовы. Мы должны начать просматривать финалистов на следующей неделе. Шоу начнёт выходить через пять недель. У нас очень мало времени. - Ты в курсе, зачем тут я? – Калиста не стала ходить вокруг да около, а перешла сразу к делу. Раз уж у них и правда мало времени. – Я не имею никакого отношения к музыке. - Любое шоу строится на определённых принципах. Нужна пара ведущих на контрасте. Кто-то харизматичный, молодой и популярный, кто привлечёт основную аудиторию. И кто-то зрелый, серьёзный и саркастичный, как инородное тело, но под конец очень удачно вписывающийся. Такая пара повышает рейтинги шоу. Поэтому здесь вы, Калиста. А я здесь потому, что мои песни в верхних строчках хит-парада в течение последнего года. И потому что твой босс приятель моего отца. - Остин. – А вот и он, собственной персоной. Глава канала, Ричард Стонг. – У тебя в кармане нет финансиста, чтобы независимо подсчитал наши расходы? - У неё почасовая оплата, дядя Рич. - Если она такая же горячая, как твой композитор, оплачу вдвойне. - Ну уж нет. – Улыбка Остина из милой стала опасной. – Ради вашей же безопасности, сэр, к моей сестре лучше не подкатывать. С Джед договаривайтесь сами. - Я моногамна, златовласка. – Латиночка привычно опустилась на колени к Остину. – На данный момент, по крайней мере. Ричард, мы договорились со звукарями, думаю, заставки будут готовы через пару дней. - Главное, предоставь мне счёт. - Джед Вазкес, приятно познакомиться. – Девушка протянула руку Калисте, та автоматически ответила на рукопожатие. Этот разговор мало напоминал деловую беседу, к которым она привыкла. Сидеть, болтать о всякой ерунде, перебивая друг друга и жестикулируя, и как-то умудряясь обсуждать дела – не самое привычное занятие для неё. Похоже, придётся привыкнуть к калифорнийскому ведению дел. Хоть это и будет сложновато. - Переночуешь у меня? – Спросила Джед, когда они уже выходили со студии. – У меня есть идеи для заставок. - А как же твой сосед? – Остин посадил девушку в свою машину и повёл в сторону её дома. - Уехал в Пуэрто-Рико. – Джед снимала квартиру напополам со своим однокурсником. Джо Фэл, красавчик, будущая звезда кино, как он очень надеялся. По нему сохла та половина колледжа, которая не сохла по Остину. И далеко не всегда это были девушки. – У него там пробы. - Ты живёшь с самым популярным парнем в колледже. Как тебя не убили до сих пор? - Живу с одним, и сплю со вторым. Я первый кандидат на уничтожение. Так что? Я ненавижу ночевать одна. - Ты ведь с большим удовольствием пригласила бы отца, верно? - А ты с большим удовольствием ночевал с Лекси, верно? – В тон ему ответила девушка и оба напряжённо молчали до самого её дома. – Эта женщина, Калиста, не кажется тебе знакомой? - Она довольно известный политический вещатель. Не раз видел её по телевизору. - Я не смотрю политические программы. – Отмахнулась девушка, быстро и сноровисто накрывая на стол. - Тут что-то другое. Никак не вспомню. - Значит, не важно. – Безразлично передёрнул плечами Остин, падая на диван. В квартире Джед он бывал намного реже, чем она у него. И каждый раз тут что-то да менялось. Обивка мебели, фотообои, статуэтки, неизменным оставалось лишь пианино на своём месте и усилители в углу. Хотя зачем ей усилители, не понятно. Для вечеринок места явно маловато. – Зачем тебе усилители? - Это усилители Джо. - Он играет? На чём? - Электрогитара. Он и поёт неплохо. - Ты не говорила. – Остин не слишком хорошо знал Джо Фэла. Сталкивались пару раз на вечеринках Джед, и всё. Сплетни об этом парне Констан пропускал мимо ушей, в разных направлениях они работали, как не посмотри. - Зачем? – Фыркнула девушка, удобно устраиваясь на диване рядом с Остином. – Как будто ты потерпишь красавчика на одной с собой сцене. - Ты пишешь для него? - Что? – Джед рассмеялась. – Нет. А ты что, ревнуешь? Клянусь, Остин, мои песни только для тебя. - Хорошо. – Улыбнулся Остин, поправляя её волосы. – Мы – команда, Джед. - Не думай, что я не понимаю, о чём ты. Моя личная жизнь на нашу работу никак не повлияет, это точно. И да, я понимаю, что никто не дал бы мне работать над заставками к шоу, если бы не ты. - Ну почему же… Ричард вполне оценил твои ноги. - Я пробью себе ими дорогу в жизнь. – Девушка закинула ноги ему на колени. – Как дополнение к моему таланту. - Отличное дополнение. – Они оба знали, что дорога, которую они избрали, далеко не проста. И внешность, и умение себя подать играет большую роль в грядущем успехе. Хотя в конечном счёте помнить будут тех, кому есть что предложить, помимо этого. Они были молоды, умны, страсть захлёстывала с головой, просто вырубая мозги. Пока что у обоих хватало разума и инстинктов, чтобы не переступать грани, за которой остановиться будет невозможно. - Ты не можешь себе этого позволить. – Неожиданно серьёзно сказала Джед, глядя ему прямо в глаза. Остин явно не понимал о чём она, поэтому девушка продолжила. – Ты не можешь быть с Алекс. Как ни крути, она твоя сестра, хоть и не по крови. Когда это просочится в прессу, ты свалишься с вершины очень быстро. Это будет конец. Остин, ты мой друг, и ты знаешь, что я права. Такой скандал угробит твою карьеру. - Какой смысл думать об этом. – Голос Остина звучал глухо. Ему совершенно не нравилось то, что она говорила, будь она хоть трижды права. А права она была, к сожалению. – Я и так ни на что не рассчитываю с Лекси. И не говори больше об этом. - Как скажешь, Остин. – Дёрнула плечом Джед, удобней устраиваясь у него на груди. – Как скажешь. Ричард Стонг утрясал последние вопросы с мисс Стенридж, когда зашла она. И не просто зашла, а вплыла величественной, уверенной походкой. Дизайнерское платье, белокурые волосы, безупречная фигура жены Джозефа Константа, самого влиятельного человека в городе. - Ребекка. – Мужчина бросил все дела и поднялся ей на встречу. – Какая честь. - Здравствуй, Ричард. Где мой сын? - Остин с четверть часа уехал со своей подругой. - С которой? – Не сказать, что Ребекка хорошо ориентировалась в личной жизни своего сына, но не сомневалась, что она бурная. - Латиночка, 170, короткая юбка… Кажется, его композитор. - А, Джед. Спасибо, Ричард. – Улыбнулась Ребекка, и от этой улыбки мужчину мало не зашатало. Всерьёз претендовать на благосклонность жены Констана он бы не решился никогда, но нравилась она ему очень сильно. – Джозеф очень занят на этой неделе, просил передать тебе документы. Не знаю что там, но что-то важное точно. - Ты приехала их завести? – Удивился Ричард. Для этих целей Констан послал бы курьера. - По дороге. – Отмахнулась женщина. – Едем с дочерью в спа. Так когда, говоришь, уехал Остин? - С четверть часа. - Отлично. Пока, Ричард. – И растворилась так же величественно и бесшумно, как и появилась. - Мать Остина Муна? – Босс как-то забыл про Калисту, а она ничего не пропустила. – Да вы шутите. Мне определённо нужен телефон её хирурга. - Идите работать, мисс Стенридж. Калиста в сторону уходившего шефа даже головы не повернула. Слишком занята, размышляя о том, где раньше могла видеть эту женщину. Словно очень давно, но точно видела. И обстоятельства этой встречи были далеко не радостные. И далеко не факт, что стоит их вспоминать. Новый Орлеан Кристина не чувствовала себя хорошо. То есть совершенно не хорошо. Ей снились сны. Яркие, живые, настоящие, пугающие до дрожи. Она резко просыпалась, и ничего не могла сообразить. И просыпалась она не в своей постели. На кухне, в родительской спальне, а этой ночью и вовсе на пороге дома Майколсонов. И не успела толком опомниться, как её втащили внутрь. Это был Томми, и вид у него был ошарашенный. - Ты что тут делаешь? Я утром бы сам пришёл. – Кристи только сейчас обратила внимание, что полностью одета, и даже в обуви. Как и когда она это сделала, вспомнить не могла. - Я спала. – Дёрнула плечом девушка, и, освободившись из его рук, сама поднялась в его комнату. Всё-таки ей здесь нравилось. Много книг, жужжание компьютера, цветы на окнах, и сама комната в сдержанных, тёплых тонах. Томми так мало походил на парней его возраста. Милый, добрый, изящный и хрупкий, как фарфор. Рядом с ним Кристи, не смотря на все свои посещения котильона, чувствовала себя неуклюжей. И с каждым днём становилась всё больше и ещё неповоротливей. Ей так только казалось, но ощущения были крайне неприятные. Томми же видел, что на его кровати посреди ночи сидит девушка, которая ему была далеко не безразлична. Хотя он ещё не до конца осознавал, что перед ним мать его ребёнка, чувства испытывал странные. – Мне кошмары снятся. - Какие? – Парень сел рядом, и она положила голову на его плечо. - Чудовища. Я таких даже на картинках не видела, а уж книг перечитала немало. И лес… знаешь, такой серый, и ветер там сильный. Там цветов нет, и тихо, как на кладбище. Даже ветер дует молча…И в этом лесу кто-то есть. Их много и они ждут… как будто с надеждой. Это так… жутко. Знаешь, я ведь не помнила, пока не начала тебе рассказывать. Что происходит, Томми? - Я не знаю, но то, что тебе снится, похоже на «ту сторону», как дядя Кол рассказывал. - «Та сторона»? Куда попадают все сверхъестественные существа после смерти? Моя семья называет это место Чистилищем. Скверное место, как я слышала. Но почему оно мне снится? - Не знаю, это ведь твоя мать Верховная ведьма, спроси у неё. - От тебя никакого толку. – Фыркнула девушка, заваливаясь на кровать и экспроприируя одеяло. – Спокойной ночи. - А мне где спать прикажешь? На полу? - Я худая и подвинусь. Поместимся как-нибудь. Ну что ты так смотришь? Ладно, держи одеяло. Но только краешек. Орландо Старшим был Эл, но Ник всегда острее реагировал на любые изменения. Так что проснулись братья резко и одновременно. Они никогда не спали в разных комнатах, даже в колледже. И вот они оба, плечом к плечу, стоят у окна, и смотрят в ночь. - Ты видел? Мир, в который мы уйдём. - Мрачноватое место. Долго спало. Почему проснулось? - Мечется, как зверь раненный. Ищет что-то. Или кого-то. - Нам надо уехать отсюда. Этому городу не нужна наша помощь, но этой планете нужен лес. - И куда поедем? Нью-Йорк? - Для начала. Возьмём девочек, и сделаем то, для чего родились. - Озеленение? Чтобы на той стороне не было стыдно? - Мы первенцы дриады, сумевшей прижиться среди людей. Это наш долг. - Поговорим с родителями. Отец будет не слишком рад. - Мама расстроится. Но в итоге поймут. - Точно. А сон странный. - Ещё какой. Но не пугает. - Не прямо сейчас. Пошли досыпать. - Да, пошли. Лондон Маргарет стояла и смотрела в окно. Сон который её разбудил, был такой странный. Мрачное место, словно застывшее в ожидании чего-то. Это несло перемены, и никто не знал, какими они будут. Но не прямо сейчас. И это было всё равно страшно. Девушка слушала звуки ночи, но они не приносили покоя, как это было обычно. Звёзды звучат по-разному для каждой ведьмы. И сейчас они пели о том, что всё будет хорошо. И всё будет зависеть от неё и тех решений, что она примет. Это касалось и Артура. А значит, стоит подумать над тем, как забрать графа у его сексуальной подружки. А думать об этом лучше утром, на свежую голову. И, значит, ложится спать прямо сейчас. Новый Орлеан Надежда вышла на улицу, оставив Билли отсыпаться в комнате. Этта присмотрит за ним, а ей захотелось прогуляться. Луна уже побледнела, как всегда бывает перед рассветом, но девушка всё ещё чувствовала, как звериная сущность требует выхода. Довольно слабо, но было чувство, что теперь она уже никуда не денется. Мисс Майколсон подняла глаза на луну, и увидела то, чего тут точно не было. Вокруг был лес. Все цвета исчезли, словно выплеснули серую краску. Ветер срывал верхушки деревьев, но Надежда его не ощущала. Это странно, но жутко ей не было. И даже страшно не было. А вот голоса, звучащие ниоткуда, пугали действительно. - Вернись… мы ждём тебя… только ты можешь нас спасти… ты нам нужна… мы погибаем. - Кто вы? Что происходит? Но ответа не было, и уже в следующее мгновение вокруг был задний двор её дома, словно ничего не было. Или показалось. Это пугало. Даже более чем пугало. И это был ещё один вопрос, ответ на который нужно было найти.