Икс-драбблы

– Признайся, ты носишь шлем, чтобы не было видно седины, – Чарльз усмехнулся, не отрываясь от бумаг. Он сидел за столом в своём кабинете, у него было ещё много дел, нужно было утрясти вопрос с переоборудованием столовой в школе… То, что Эрик явился к нему, Ксавье просто почувствовал. Ему даже не нужно было для этого читать мысли. – Почему ты так решил? – Леншерр подал голос не сразу – то ли удивился, как Чарльз услышал его, то ли думал, что ответить. Он наконец влез в открытое окно, за которым парил до этого. Чарльз поднял голову и окинул друга взглядом. Суровый и непреклонный Магнето – ну надо же – был без плаща, да вообще без своего костюма, только шлем не снял. Ну, что ж, хотя бы эти дурацкие атрибуты в гости к Чарльзу он не надевал – носил только тогда, когда хотел попасть в объектив камеры. – Щетина. – Что? – У тебя поседела щетина, – Ксавье улыбнулся, жестом обведя свой подбородок, чтобы было нагляднее. – Буду бриться тщательнее, – усмехнулся Эрик, садясь в кресло для посетителей. Они немного помолчали, но Чарльз не спешил возвращаться к бумагам и делам. В конце концов, не так часто Леншерр выкраивал минутку в своём плотном расписании, да и нечасто эта минутка совпадала со свободным временем самого Чарльза. – Не снимешь его? Я давно не видел твоего лица целиком. – Не сниму. – Не доверяешь? Эрик, кажется, всерьёз задумался. – Тебе – доверяю, – наконец отозвался он и поскрёб и вправду чуть заросший подбородок. – Тогда в чём дело? – Чарльз пожал плечами. – Кроме тебя есть другие, – Эрик повторил его жест. Ксавье сделал серьёзное лицо, а потом и вовсе как-то странно посмотрел на Эрика и протянул ему руку. – Я защищу твой разум, друг мой, тебе нечего бояться, пока ты находишься в этих стенах. – Твоё благородство поистине не знает границ, как и твоё великодушие, – в тон ему отозвался Леншерр, и оба засмеялись. Шлем Эрика пристроился на краю чарльзова стола. – Ты правда седеешь, – Ксавье склонил голову, глядя на Эрика с какой-то особой мягкостью, которая резонировала и в его голосе. – Будешь серебристым. Или белым. Металлическим, – он улыбнулся уголками губ. – А ты? – А я облысею до состояния коленки. – С чего ты взял? – Я видел, – просто ответил Чарльз, и Эрик не стал больше спрашивать. Он прекрасно представлял себе, где и когда Чарльз мог видеть. Чарльз выехал из-за своего стола и, поравнявшись с креслом Эрика, накрыл его руку на подлокотнике своей. Рука у Эрика была сухой и чуть шершавой, а у Чарльза пальцы так и остались мягкими. Ласковыми. – Мы стареем, друг мой. – Ты так это говоришь, будто я только что рыдал тебе в плечо по этому поводу, – усмехнулся Леншерр. Он повернул руку ладонью вверх и мягко сжал пальцы Чарльза. – Ты мог бы тоже стать профессором, – внезапно перевёл тему Ксавье, и в голубых глазах заплескались весёлые искры. – К тому времени я поседею окончательно, да и учёба заставит меня седеть быстрее, не думаешь? – Эрик хмыкнул. Чарльз не забирал руку, и это могло значить, что сегодня у кого-то точно будут шахматы.