Юный Некромант

       Много воды утекло с того памятного Хеллоуина 1985 года, много дней и ночей провёл юный Гарольд, изучая магический мир, многое узнал он и многое осталось ему неизвестным. Но больше всего на свете познал, сей молодой сэр, о заботе и любви. Он был окружен ею все шесть лет и не горевал и не печалился понапрасну, как бывало ранее, все эти девяносто пять человек стали ему семьёй, с ними он и рос, и радовался. Не было секретов в этой необычной семье, царили в ней умиротворение и порядок. Все занимались в ней, тем, чем хотели, многие обучали Гарри премудростям различных наук, и уж им скучать не приходилось. Гарри уже в столь юном возрасте подавал большие надежды и в ближайшем будущем должен стать великим магом.       Но, сейчас, 1 сентября 1991 года, маленький мальчик, одетый в серый костюмчик из легкого материала, и с круглыми очками на глазах, шёл по перрону «Кингс-Кросс». Он толкал впереди себя тележку, на которой стоял огромных размеров чемодан, люди, проходящие мимо, не замечали его. Гарольда Певерелла это не волновало, он вспоминал сумбурное лето этого года.       В середине июля ему пришло письмо из Хогвартса, ничего необычного, скажете вы, но адресовано, оно было Гарри Поттеру на Тисовую улицу дом 4, в чулан под лестницей. Конечно, с фамилией можно было ошибиться, не обязан же он был писать в «Ежедневный пророк», что Гарри Поттер сменил фамилию на Певерелл и обрёл одно интересное наследие. Но переезжать к родственничкам из удобной спальни в чулан под лестницей в угоду отправителю этого пригласительного Гарри не собирался.        Так что следствие начали вести всей семьёй, вместе с Себастьяном отправились к тётке, которая даже после стольких лет испытывала ненависть к сыну сестры. Рассказывать Петунья Дурсль ничего не хотела, но после того, как поросячий хвостик вырос на попе её любимого малыша, и «малыш», весивший не меньше полтора центнера, испуганно похрюкивая, схватился за зад руками и умчался наверх, она рассказала всё. И безграничную любовь к Лили, и радость, что её цветочек, был не таким, как все: и ужас оттого, что младшая сестрёнка умерла, и женщина винила в этом Гарри, ведь если бы не он… А потом началось самая интересная часть сбивчивого рассказа, оказывается, Дамблдор приходил к ним, и не раз, и после их чаепития, Петуния все более утверждалась в том, что все зло исходит именно от Гарри, и тогда она приняла решение избавиться от него, Вернон её в этом полностью поддержал… А дальше и так все известно. После этого разговора состоялся ещё один, но уже в семье Певереллов, который должен был поставить все точки над i.        Сейчас, стоя на перроне, он начал раздражаться, Пенелопа забыла сказать, как пройти на эту платформу. Но вот мимо него прошла группа людей, и до Гарри донеслись обрывки разговора. – Я так и думала, что тут будет целая толпа маглов...        Гарри резко повернулся на знакомый голос, так и есть – Молли Уизли собственной персоной, отправляет в школу свой курятник. Ещё при немногочисленных походах в Косой переулок Гарри все время натыкался на эту мадам, крикливый голос которой был слышен на другом конце улицы. Всем своим видом она напоминала Гарри курицу, даже выводок птенцов имелся, и все как один в мамочку, забрали её «лучшие» черты.        Сейчас не было времени обдумывать свои действия, и, сделав вид поглупее, он пристроился за ними. Шли они недолго и вскоре остановились. Самый старший из мальчиков пошёл в сторону перегородки между платформами, он разбежался, и его загородила группа туристов, когда она прошла, мальчика видно уже не было. Следующие пошли близнецы, и Гарри увидел, что они исчезли в стене. Надавив на тележку, Гарри двинулся к стене, и его увидела Молли. – Привет, дорогуша, – доброжелательно, как она думала, улыбнулась женщина, Гарри чуть не передёрнуло, – Первый раз едешь в Хогвартс? Рон, мой младший тоже новичок.        Молли потрепала оставшегося паренька по волосам, он кисло улыбнулся. – Не знаешь, как попасть на платформу? – Гарри хотел ей возразить, но она его не слушала. – Все очень легко, все, что тебе надо сделать – это пройти между разделительным барьером платформ девять и десять. Главное — ты не должен останавливаться – она также потрепала его по волосам и открыла шрам. – Спасибо, ну, я тогда… пойду?– Внутренне поразившись такой наглости, но не подав виду, спросил Гарри, и дождавшись утвердительного кивка, направился к стене, спиной ощущая презрение, исходящее от Молли.        Походив по перрону, он нашёл пустое купе. Устроившись у окна, мальчик стал наблюдать за людьми, родители маглорожденных прощались со своими детьми, особенно чувствительные мамочки плакали, на этом фоне выделялись чистокровные аристократы, показательно холодно прощающиеся с отпрысками. Раздался громкий свист паровоза и люди засуетились. Через несколько минут паровоз мягко качнулся и медленно поехал вперёд, набирая скорость. Когда платформу уже не было видно, в дверь постучались, и лохматая рыжая голова просунулась в купе. – Можно? А то везде занято, – промямлил младший Уизли, не дожидаясь разрешения, он сел напротив Гарри.       Гарольд напрягся, ему всё меньше и меньше нравился этот рыжий. Но он лишь кивнул. – Ты Гарри Поттер? – нервно выпалил рыжий.       Гарри удивлённо посмотрел на него. – Откуда... – Я видел твой шрам, – сказал он, – меня зовут Рон Уизли, приятно познакомиться. – Мне тоже приятно, – немного смутившись, Гарри спросил Рона, – если честно, то я никогда не выходил за пределы своего дома, не мог бы ты мне рассказать про волшебников?       Очевидно, такое внимание понравилось Рону, хоть и сама ситуация показалась ему странной. Как можно не выходить из дома? Но он с удовольствием стал рассказывать про быт волшебников. Гарри не особо вслушивался в его болтовню. Пока Рон рассказывал к ним заходил какой-то мальчик и искал свою жабу, приезжала тележка со сладостями, снова приходил мальчик, а с ним была девочка уже переодетая в школьную мантию. В этот момент Рон пытался удивить Гарри, заколдовывая свою крысу в жёлтый цвет. Девочку звали Гермионой Грейнджер и она оказалась маглорожденной, Гермиона Гарри не понравилась своим стремлением показать, что она лучше и все знает. Продолжали они свой путь уже вчетвером, мальчика, искавшего жабу, звали Невилл Лонгботтом. С виду он казался довольно скромным, с мягким характером мальчиком, но Гарри иногда замечал внимательный взгляд Невилла, направленный на него.       Когда Рон выдохся, и Гермиона успела задать ему парочку вопросов, дверь открылась и на пороге собственной высокомерной персоной стоял Драко Малфой. Стоит упомянуть, что Гарри уже встречался с ним в Косом переулке, когда делал покупки к школе...       Отправив соглашение обратно с совой, Гарри, Пенелопа и Себастьян отправились за покупками. За шесть лет Пенелопа и Себастьян стали самыми близкими людьми для Гарри. Купив учебники и необходимые предметы, они зашли за мантиями к мадам Малкин. Там на скамеечке уже был Драко Малфой, он, скучая, ожидал, когда портнихи снимут с него мерки, и был очень рад новому посетителю. Гарри встал на скамейку рядом с ним. – Драко. – Гарри. – Ты тоже в первый раз в Хогвартс? — спросил Малфой. – Да. – Сейчас мой отец смотрит волшебные палочки, а мама покупает учебники, а это твои родители? – он указал на Пенелопу, смотрящую в каталог, и Себастьяна с такой же вселенской скукой, как и у Драко минуту назад, наблюдающего за девушкой. – Мои родители умерли, а Пенс и Себастьян помогают мне с покупками, – ответил Гарри. – Соболезную. У тебя есть метла? – Нет, – это было абсолютной правдой, Гарри не увлекался квиддичем и полётами на метле, ему по душе были другие способы передвижения: камины и трансгрессия. – У меня да. Я хочу уговорить отца купить мне новый Нимбус, а потом тайно принести его в школу. А на какой факультет ты хочешь поступать? Я на Слизерин, вся моя семья училась на Слизерине.       К этому моменту мантии были готовы и мальчики разошлись по своим делам. Но Гарри ещё пару раз видел, мелькающую в толпе, белобрысую макушку.       ... Эта встреча не была для Гарри чем-то особенным, и он не предал ей никакого значения, как оказалась зря. – Добрый день, Гарри,– сказал Малфой. Он вошёл в купе, за ним попытались протиснуться два, на вид второкурсники, но сделать это вместе у них не получилось, и они остались стоять в коридоре. – Это Крэбб, – он указал на мальчика ростом поменьше, – а это Гойл,– второй парень кивнул.       Малфой осмотрел все купе, немного скривившись при виде девочки, хмыкнув увидев крысу Рона, которая беззаботно спала на руках своего хозяина, и удивлённо приподнял брови, увидев Невилла. Драко склонил голову в знак приветствия, Невилл повторил его действия. – Гарри, откуда ты знаешь Малфоя? – Рон вскочил. – Мы покупали мантии вместе, Рон. – Я вижу манер у тебя нет,– Драко посмотрел на рыжего,– и представиться ты, видимо, тоже не хочешь, подожди, не говори. Отец говорил мне, что если видишь рыжего и веснушчатого, то это один из Уизли — семьи, в которой детей больше, чем они могут себе позволить. А ты Рон Уизли. Как и говорил мой отец, ты поступаешь со мной на один курс. Хорошо, что на разные факультеты, потому что семь лет жить с тобой в одной спальне это было бы кошмарно. – Закончив, эту тираду он уставился на закипающего Уизли, сжавшем кулаки и с лицом похожим на цвет его волос. – Ты!– Рон кинулся на сидящего парня.       В это время, Гойл метнулся в сторону Малфоя и мощным ударом в челюсть, что было довольно неожиданно для одиннадцатилетнего парня, вернул Рона на сиденье. Гермиона вскрикнула, Невилл встал и вытянул палочку, направляя её на Гойла. Гарри наблюдал и пытался понять, что последует дальше. Гойл покосился на Малфоя, ожидая его дальнейших указаний, Крэбб стоял в дверях тоже смотря на сидящего. Тот выразительно посмотрел на выход и парни скрылись за дверью. – Видишь, Гарри, тебе нужно выбрать достойных тебя друзей, а не всякий сброд, неспособный сдерживаться.– Малфой протянул руку для рукопожатия.       Гарри судорожно думал, как выкрутится из этой ситуации. Если пожать руку, то Уизли будет считать его тёмным, что не очень входило в его планы. Если не пожать, то Малфой, довольно ценный союзник в будущем не простит сейчас. Из этой дилеммы его спас, как ни странно, Невилл, убравший палочку и положивший руку на плечо Гермионе, хотевшей что-то сказать. Она недовольно поджала губы, но промолчала. – Не кажется ли тебе, Малфой, что Гарри сам в состоянии решить кто достоин его дружбы?– Невилл насмешливо посмотрел на парня.       Малфой нахмурился, но почти сразу же встал. – Ну что же. Обдумай моё предложение, Поттер. Честь имею.– Он напоследок посмотрел на Рона, с ненавистным взглядом смотрящего на него и, усмехнувшись, вышел.       Минуту все смотрели на дверь. Гарри думал над тем, что сказал ему Малфой и обдумывал поведение Невилла. Хотя тот и показался ему рохлей сначала, но, видно, что у него кишка не тонка. Его отвлёк промычавший что-то Уизли, он держал руки у рта и со скорченной болезненной гримасой. Все как по команде посмотрели на него. – Что же вы сидите, надо позвать кого-то из взрослых!– Воскликнула Гермиона и вскочила, повернувшись к двери.       Дверь открылась и в коридоре показалась полная женщина с добродушным лицом и тележкой со сладостями. – Будете что-нибудь покупать, ребятушки?– Она посмотрела на каждого в купе и, остановив взгляд на Роне воскликнула,– О, мальчик, что с тобой? Тебе плохо?       Гермиона пояснила ей ситуацию и женщина, поохав, что негоже первачкам драться, не доехав в школу, взмахнула палочкой и привела челюсть Рона в нормальный вид. Гарри купил сладостей и устроился на сиденье. Гермиона ушла вместе с женщиной, Невилл тоже распрощался и унёсся со своей жабой к себе в купе, вмиг став каким-то нерешительным. Стало темнеть, и машинист объявил о скором прибытии. Парни переоделись, положили сладости в чемодан и открыли купе. Там уже толпились студенты.