Время

      Я не покидал палату Сакуры, пока она засыпала. Это давалось ей с трудом. Она очень волновалась за Ясуо, постоянно спрашивала, в порядке ли он. Я старался успокоить ее и всеми правдами и неправдами уговорить ее поспать. Она была еще очень слаба после операции, и чтобы восстановиться, ей понадобится довольно много времени.       Когда прошли добрых три с половиной часа, а девушка даже ни разу не зевнула, я уже начал бояться, что мои убеждения перестали действовать, и Сакура стала придумывать всякую всячину, вроде: Ясуо в коме; или Ясуо вышел из палаты и больше не вернулся, так как его похитил маньяк.       Женщины — существа удивительные. В своей маленькой голове они могут напридумывать такого, от чего волосы на спине зашевелятся. Клянусь, иногда я и вправду такое чувствовал. Мне оставалось только надеяться, что Сакура таким не занимается.       Не занимается, правда ведь?       Телефон в кармане завибрировал, и я тут же взял его. На экране высветилось сообщение от Наруто:       137 кабинет. Нужно поговорить. Срочно. Я сразу почувствовал что-то неладное, но не подал виду, чтобы не пугать Сакуру. Но эти короткие, обрывчатые предложения, так несвойственные Узумаки, давали понять, что что-то не так. — Это Наруто? — услышал я её голос и поднял взгляд. Девушка смотрела на меня с волнением и одновременно с надеждой в глазах. — Да. Я мигом, — я поцеловал ее в лоб, избежав как пустых обещаний, так и поводов для беспокойства. — Почему он сам не пришел? — она явно уже засыпала, но мысли о брате не давали ей этого сделать. — У него много работы, — объяснил я, придумав всё находу. — И мне проще подойти самому. Не волнуйся: если бы что-то случилось, то он бы сразу нам сказал. Постарайся поспать, ладно? Я туда и сразу обратно, — я улыбнулся, чтобы ее подбодрить, и она улыбнулась мне в ответ.       Аккуратно закрыв за собой дверь, я пошел вперед по коридору. Меня не покидало странное предчувствие чего-то плохого. Уж слишком хорошо я знал Наруто, и даже по сообщениям мог угадывать его настроение. Но я всё равно старался отбросить плохие мысли. Мужчины — не женщины. Мы ничего не придумываем себе сами, а добиваемся четких ответов и верим лишь фактам. Нам несвойственно самобичевание, придумывание убийственных умозаключений, приводящих к медленному и болезненному самоуничтожению.       Дойдя до нужного кабинета, я, не постучавшись, вошел внутрь. Как только дверь за мной закрылась, посмотрел на Узумаки и вздрогнул от холода — здесь было как в морозилке.       Блондин был бледнее обычного — меня явно ожидали плохие новости, и я уже стал понимать, что к чему. В центре палаты стоял стол, накрытый белой простыней, под которой точно прочерчивался человеческий силуэт.       Внутри меня всё оборвалось.       Блондин, до этого стоявший лицом к столу, опустив голову, повернулся ко мне и присел на край. Несколько мгновений мы просто стояли молча. Наруто старательно избегал моего взгляда, то и делая, что пряча лицо за ладонями и тяжело вздыхая. Меня сильно знобило. Не выдержав, я хотел было спросить, в чем дело, как он начал первый: — Ясуо мертв. Я не смог его спасти… — он снова опустил лицо на руки и тяжело вздохнул.       Не сказать, что его слова стали для меня шоком, но я всё равно почувствовал удар. Молча подошел к столу, чтобы посмотреть, кто именно лежал на нем. Мне уже много раз доводилось видеть трупы, но этот раз оказался для меня самым тяжелым. До последнего момента я надеялся, что там окажется кто-то другой, но когда я снял простыню с лица, то убедился, что это всё не плохая шутка, а именно то, о чем говорил Узумаки.       Ясуо бледный, словно полотно, сомкнул веки навсегда. Его белые губы были вытянуты в тонкую линию, а щеки сильно впали и уже постепенно начинали наливаться синевой. Дрожь охватила мои руки вовсе не от холода, и мне стоило больших усилий, чтобы совладать с собой. Я вглядывался в его лицо, в слегка нависавший над веками лоб, в узкий нос, в небольшой шрам на щеке, стараясь найти хоть что-то, чтобы могло доказать, что это был не Ясуо. Только всё говорило об одном.       Это был он.       Ясуо.       Я накрыл его обратно и опустил локти на стол, закрыв лицо руками. Всё не так. Всё снова идет под откос. Ничего еще не закончилось. — Я не смог его спасти, — повторил Наруто, развеяв давящую тишину. — Его сердце было слишком слабо. Ему и без того оставалось недолго, но из-за сильных потрясений его сердце не выдержало. Пересадить ему было нечего — такой орган очень трудно достать. Многие его ждут годами и даже тогда не всегда дожидаются. — Ты мог взять моё сердце. — Что? Не дури. Я бы никогда этого не сделал. — Она бы смогла пережить мою смерть, но его — нет. — После того, как она рисковала жизнью, чтобы спасти тебе жизнь? Не думаю, — он покачал головой. — Сейчас тебе нужно сделать всё, чтобы ей было легче это пережить.       Я уронил голову на грудь Ясуо, стараясь собрать все мысли воедино, но из того роя, что кружился в голове, мне не удавалось выловить ничего, кроме чувств сожаления вперемешку с гневом. Ну почему? Почему ты умер так рано? Почему ты оставил её именно сейчас? А ведь всё могло быть совсем по-другому. Ты еще смог бы увидеть своих племянников. И как Сакура была бы счастлива, если бы у них был такой дядя. Но всего этого не будет. Она потеряла не только дядю для своих будущих детей, но и своего брата. Единственного родного человека, который был с ней всю её жизнь. Мне даже не хотелось представить, что с ней станет, когда она об этом узнает.       То, что осталось у неё внутри после всего, что мы пережили, умрет навсегда. И даже мне не хватит сил, чтобы снова её возродить…       Я медленно выпрямился, сделав глубокий вдох и выдох. Мне срочно нужно было успокоиться — нельзя же было прийти к Сакуре в таком виде, иначе она точно поняла бы, что произошло. — Наруто… — обратился я к нему осипшим голосом. — Сакура ничего не должна об этом знать. Не сейчас. Я сам сообщу ей об этом, но позже. — Ты не сможешь долго оттягивать это… — Она не должна ничего знать, — я грубо оборвал его. — Понятно? — Да… — обреченно ответил он.       Было видно, что он корил себя за эту смерть, но это не его вина. Тот, кто действительно был виноват в столь скорой гибели Ясуо, получит по заслугам. Я знаю. Нет, я уверен в этом на все сто. Более того, я сам устрою ему быструю встречу с Богом, если таковой вообще существует. После всего, что было, я уже начал в этом сомневаться… Но Дьявола этот мерзавец повидает точно.       Если понадобится, этим Дьяволом стану я.       Больше не сказав ни слова, я покинул кабинет и вышел из больницы. Я больше не мог держать себя в руках, и чтобы хоть как-то успокоиться, закурил сигарету. Отойдя за угол и убедившись, что меня никто не мог подслушать, набрал знакомый номер. Всего после нескольких гудков послышался голос на той стороне линии. Но эти пару секунд показались для меня вечностью. — Алло? — Суйгецу, это я. — О-о, Саске. Я тут немного занят. Подожди секундочку… — послышался звук перезарядки пистолета, потом звонкий хлопок и последовавшие неразборчивые шумы и шорохи.       Я застал его за «работой», но мне было плевать. Докурив сигарету, я тут же выбросил её и достал новую — дрожь в руках никак не унималась, и пламя зажигалки колыхалось, пока я зажигал её. — Что стряслось, брат? — наконец ответил он. — У меня к тебе есть просьба. Точнее, приказ. Выполнишь его, и я обещаю, что это станет твоим последним заданием. — Без проблем, выкладывай. Что-то серьезное? — Ты должен убить Асеру, — без предисловий сказал я. — Это может быть смертный приговор или несчастный случай — мне плевать. Делай что хочешь, но он должен умереть.       Он явно удивился этому приказу, ведь Ли и без того был приговорен к пожизненному заключению. Зачем же его убивать? Но я хотел раз и навсегда избавиться от этого подонка. Зная его, мог смело сказать, что он и из тюремной камеры нас достанет, снова наняв каких-нибудь уродов, которые согласятся на всё, что угодно, ради денег. Им будет плевать, будь это нарко-курьерство или убийство невинных людей. Я не мог допустить, чтобы он вытворил что-нибудь еще. Довольно. На этот раз всё зашло слишком далеко.       Немного помедлив, он дал ответ, в котором я и не сомневался: — Хорошо, будет сделано.       Я нажал на кнопку, закончив разговор, и выбросил уже третий по счету бычок. Нервная дрожь немного унялась, и я мог вернуться к Сакуре. Задержавшись слишком долго, мне пришлось придумать достойную причину, чтобы убедить её, что ничего не произошло. Обычно я не врал ей, но это была ситуация, в которой нужно было принимать крайние меры. Её состояние было для меня превыше всего, и я не мог рисковать её здоровьем. По пути в палату я зашёл в кафетерий и купил парочку её любимых булочек с корицей и чашку чая, которая помогла бы ей поскорее уснуть. Пока я окончательно не приду в себя, мне нельзя будет оставаться с ней надолго, иначе, увидев мое состояние, она точно что-то заподозрит.       К моему удивлению и облегчению, когда я вернулся, Сакура уже уснула. Это избавляло меня от необходимости придумывать оправдания, почему от меня за версту несло сигаретами, и нелепые утешения, что с Ясуо всё хорошо. Тихо подойдя и поставив чашку на прикроватную тумбочку, я чиркнул небольшую записку на салфетке, чтобы, когда она проснется, а меня не будет рядом, она попусту не волновалась.       Записка гласила: «Ясуо в норме — отсыпается в своей палате как сурок, так что не волнуйся. Я ушел (нужно навестить Итачи). Кушай булочки и пей чай, если он еще не остыл. :) Саске».       Конечно, я не собирался навещать брата сейчас. Мне было вовсе не до этого. Тем более, он отлично уживался со своей няней и даже успел к ней привязаться, так что мое присутствие было вовсе необязательно.

***

      Вернувшись домой, я открыл шкаф в прихожей и достал небольшой черный кейс с самой верхней полки. Поставив его на пол, открыл и достал оттуда самозарядный пистолет на шесть патронов. Немного, но мне было достаточно. Взяв полный магазин и вставив его в пушку, поставил её на предохранитель и, установив глушитель, спрятал за поясом. Лишнее внимание мне было ни к чему. Вернул чемодан на место, надёжно закрыв его на замки, и накинул кожаную куртку, чтобы пистолет не было заметно. Прежде чем выйти, убедился, что в кармане была пачка сигарет. Сегодня они мне явно понадобятся.       Уже через пятнадцать минут я поджидал у ресторана «Черный лебедь», нервно поглядывая на наручные часы. Пачка сигарет медленно подходила к концу, и если бы девушка не появилась в течение следующей минуты, то я бы ворвался в эту чертову забегаловку и застрелил бы шестерых без разбору, а потом придушил бы её голыми руками. Но этим жалким людишкам повезло, и как по моему велению она покинула ресторан и направилась в сторону дома. Я рысью двинулся за ней, ни на миг не упуская из виду. Как только мы прошли довольно большой промежуток, я подкрался к ней сзади и крепко взял за руку, чтобы она не убежала при первой же возможности. — Здравствуй, Хината, — почти прорычал я сквозь зубы. — Нам нужно поговорить. Будь так любезна, пойдем со мной. И без глупостей.  — Чего? Ты в своем уме, придурок? — огрызнулась та, но словив на себе мой взгляд, тут же замолчала. Она не переставала дергаться, надеясь вырваться из стальной хватки.       Мы свернули за угол и зашли в ближайшую подворотню, чтобы нас никто не видел. Небольшой закуток вдали от шумной улицы был как нельзя кстати. Толкнув Хьюга к стене, я преградил её единственный путь к отступлению. Теперь ей некуда было бежать, и я сделаю то, что должен был сделать уже давно. — Не знаю, что тебе нужно, Учиха, но тебе нужно остыть, — она держалась за покрасневшее запястье и вертела головой как цыпленок, стараясь найти соломинку спасения. Как жаль, что её не было. — О, я абсолютно спокоен, — склонив голову на бок, я выхватил пушку и направил на неё. Мне хватило бы одного точного выстрела, чтобы лишить её жизни, но я решил немного растянуть удовольствие. Пускай она умоляет меня, чтобы я её не убивал. Я точно знал, что она не сумеет умереть достойно, потому что ей не хватит силы духа посмотреть смерти в лицо. Поэтому мне хотелось посмотреть, на что она пойдет, чтобы сохранить свою жалкую жизнь.       Как только она увидела, что на неё был направлен ствол, зрачки её расширились, и она напряглась всем телом. Думаю, Хьюга явно не ожидала такого «сюрприза». — Что на тебя нашло? — дрожащим голом выпалила та. — Не надо. Не делай этого… — Почему же? Тебя когда-то не смутило то, что отморозки из четверки Куроби издевались над Сакурой. Помнится мне, ты была даже не против. Ты просто сидела и слушала её крики о помощи, даже и не думая помочь, — от воспоминаний мое сердце болезненно сжалось. Я не видел, что произошло в тот день, но мне хватило одного взгляда в заплаканные глаза Сакуры, полные ужаса и боли. — Тогда она чуть не погибла. Мы потеряли нашего ребенка. А сейчас она находится в больнице. Это ведь то, чего вы с Асеру хотели, не так ли? Или я не прав? — Мне очень жаль… — сглотнув ком в горле, тихо проговорила она. Страх лишил её дара речи. — А Ясуо… Что с Ясуо? Он в порядке? — Он мертв, — изрек я с горечью в голосе, доставая из кармана последнюю сигарету. Сжав во рту, я поджёг её свободной рукой и вдохнул едкий дым, выпустив его через нос. — Что? — её глаза округлились, а лицо резко побледнело. — Не может быть… Это неправда…       Должен признать, мне было невероятно забавно наблюдать за ней. То мгновение, когда хищник, забитый в угол, внезапно стал добычей. Мне хотелось заставить её страдать, как когда-то страдала Сакура, но у меня ещё сохранились остатки здравого рассудка, поэтому я просто решил убить её быстро и почти безболезненно. — Ты думаешь, я лгу? — я посмотрел на неё.       Она опустила глаза и прикрыла лицо руками, чтобы я не видел её слез. Это заставило меня усмехнуться. Убрав предохранитель, я зарядил пистолет, и тот привычно щелкнул, отчего Хината содрогнулась и подняла голову. — Пожалуйста, не убивай меня! Зачем тебе это нужно? Что тебе даст ещё одна бессмысленная смерть? — мы уже подходили к тому моменту, когда в ход пойдут любые слова и уловки, чтобы заставить убийцу одуматься. Как глупо. Такое бывает только в фильмах, когда человек, только что готовый снести бошку неприятелю, внезапно осознает тленность бытия и отказывается от этой идеи. Если человек решается на такое, его уже ничто не способно остановить. По крайней мере, меня — точно. Разве что не найдется альтернатива, которая устроит меня больше, чем эта смерть. — Асеру лишил жизни дорогого Сакуре человека. То же самое сделаю и я, когда убью тебя, — я слегка согнул указательный палец, готовясь выстрелить. — А потом я отправлю ему твою посмертную фотографию, чтобы он полюбовался своей любимой в последний раз. Пускай теперь он познает боль утраты. — Подожди! Пожалуйста… Не делай этого… — по её щекам потекли слёзы, но меня это не тронуло. — Назови хотя бы одну причину, по которой мне не следует тебя убивать, — я развёл руками в вопросительном жесте. Сигарета подходила к концу. Если Хината не скажет хоть что-то убедительное, пока она не догорит, — в чем я сильно сомневаюсь, — я без колебаний пущу пулю точно ей в лоб. И уж поверьте, меня не будут терзать угрызения совести. — Я… — она задумалась, отчаянно ища в своей пустой голове хоть что-то, что бы смогло спасти её. — У меня есть доступ ко всем счетам Ли в банке! — её губы искривились в подобии улыбки, и она с надеждой посмотрела на меня. Я молча ожидал, что она скажет дальше. — Если ты пожалеешь меня… то я… Я не буду вносить залог за него, чтобы его выпустили… Если хочешь, можешь забрать эти деньги себе…       Я отвел дуло пистолета вниз и задумался. Так вот он, какой хитрец. Он прекрасно знал, что его посадят, поэтому заранее подготовил деньги и завербовал того, кто вытащит его из тюрьмы. А залоговая сумма не малая. За такого преступника они попросят как минимум пару миллионов. Кусок дерьма… Как же хорошо, что я узнал об этом вовремя, и он еще не на свободе. Теперь нужно разумно воспользоваться этой возможностью. Но сигарета уже догорала и, бросив на землю, я затушил её ботинком.       Узнать все коды к счетам и прикончить её?       Или всё же дать ей возможность жить с этим грузом?       Выдохнув остатки дыма, я спрятал пушку за поясом. Девушка облегченно вздохнула и тут же обмякла, лишенная сил. — Сделаем так: я сохраню тебе жизнь. Но взамен все деньги Асеру ты отдашь на благотворительность. Всё до копейки. Что бы ни одной чёртовой йены у него не осталось. Я хочу, чтобы он никогда оттуда не вышел и гнил там до конца своей жалкой жизни. Который придет совсем скоро, мысленно добавил я. — Тебя устраивают условия нашей сделки?       Она энергично закивала, продолжая улыбаться. Я лишь безразлично посмотрел на неё сверху вниз. Конечно, я не мог дать Хинате так просто уйти, поэтому лично проследил за всеми денежными переводами. Ко всему, я не забыл убедиться, что у Асеру не осталось никаких запасных счетов, которых у него оказалось не мало, и каждый был открыт под разным именем в разных банках. И когда он только успел всё это провернуть? Должно быть, пока я слепо бегал за ним, будучи его же марионеткой. Но с этого момента я беру всё под контроль.       Больше ни одна крыса не посмеет приблизиться к Сакуре, пока я жив.