Две принцессы и одна корона. Чья голова лишняя?

Драконы - сила и гордость войск Кемрона. Крылатые твари со змеевидными телами, летали в небе, размахивая двумя парами могучих кожистых крыльев. Их крокодильи морды с челюстями, соединенными мощными мускулами, вырывали куски из жертвы даже в воздухе. По земле драконы почти не передвигались. Короткие лапы предназначены для поднятия дракона в воздух. Гибкое тело сжималось, и лапы отталкивались от земли, в воздухе тело выпрямлялось, и дракон распускал крылья, мощными взмахами набирая высоту, не падая на землю. Управлять такой крылатой змеюкой мог только физически сильный и ловкий всадник. Когтистые лапы с легкостью подхватывали тяжелые валуны, и каменный град с высоты обрушивался на крепость неприятеля, или чан со смолой, когда дракон отпускал этот сосуд, а всадник стрелял горящей стрелой, обеспечивая огненный дождь неприятелю. Длинный хвост с острыми прочными шипами, одним движением отбрасывал десяток солдат врага, когда всадник направлял дракона лететь близко к земле. Пока хвост раскидывал противников, голова дракона могла откусить от вражеской лошади. Драконьи всадники вооружались луком и стрелами (пара запасных колчанов крепилась к телу дракона) и мечом для боёв в воздухе со всадниками противника и их драконами. Бэллроуз весело мчалась к выходу из таверны, расталкивая всех на своём пути. Долгожданная свобода и выпитое вино не делали принцессу вежливой и учтивой, какой подобает быть особе её положения. Пыл желающих научить тощего юнца хорошим манерам остужал идущий следом Крэсс. Только его ярко-рыжий ирокез стал красной тряпкой для изрядно выпившего размером с молодого бычка какого-то амбала. "Махина какая", - подумала принцесса про соперника Крэсса. Постепенно в драку втянулся и Хаурон. Вдоволь почесав кулаки о хари соперников и пропустив пару ударов, друзья собрались возвращаться к оставленным в сторонке своим леди. - Внимательнее будь, а то личико испортишь, и принцесса любить не будет, - как всегда подколол Крэсс. - Да она меня и так не любит, - Хаурон жалостливо глянул на Бэллроуз. - Сзади! - крикнул он ей. Крэсс и Хаурон кинулись к Бэллроуз, чтобы защитить принцессу от нападения. И замаха-то особого не было, но худенькая рука принцессы вогнала клинок на две трети в твердую доску стола через плоть руки напавшего. Амалия даже не шелохнулась, наблюдая за своей подопечной. Пришпиленный к столу противник получил несколько ударов и безвольно разлегся на столе корчась от боли. Валия жалась к Амалии, ища защиты от воительницы. Истинной леди Кемрона явно не по душе увлечение подруги-принцессы дракой в трактире. Беллроуз не без усилий выдернула свой нож, и поверженный противник сполз под стол. Сидевшие за столом мужчины приветственно подняли чарки с вином, салютуя тощенькому подростку. Второго искателя удачи в трактирной драке, побив наглого юнца, смели Хаурон и Крэсс. Лорд вытащил принцессу из кабака, прижав ее к себе, а командующий аккуратно вывел леди. Холодный ночной воздух остудил воинственный пыл юной принцессы. Бэллроуз успокоилась и, вспомнив про драконов, послушно подхватив под руку свою подругу, пошла к драконьим загонам. Ночная прогулка освежила и леди Валию, но как только девушка увидела тюки с сеном для гнезд драконов в загоне, она забралась на них и удобно улеглась вздремнуть, пока её подруга развлекается, летая на драконе. Амалия укрыла девушку плащом командующего и присела рядом с Крэссом. Амалии надо было много рассказать своему боевому товарищу о королевском дворце и его обитателях. Бэллроуз послушно выполняла все, что говорил ей Хаурон, чтобы не стать поздним ужином для крылатой твари. Не смотря на то, что принцесса была во хмелю, дракон быстро подчинился ей. Лорд помог принцессе сесть в седло и привязать страховочную веревку, а сам сел сзади, прижимаясь к принцессе и держа поводья. - Куда полетим, Ваше Высочество? - Гулянья закончились, и в городе уже темно, ничего не видно. Тогда только к маяку, через Площадь верховных богов. Там всегда горят факелы, хочу посмотреть на огни сверху. И получится ли полетать над дворцом, чтобы стража не увидела? - И не только полетать... Держитесь, взлетаем! Когда подлетали ко дворцу, принцесса сама взяла в руки поводья, а лорд придерживал её за талию, прижимая к себе, чтобы крепче держалась в седле. В это время принц Алексин, которого не пустили в пьяном виде на супружеское ложе, вел философские беседы с луной на террасе парадных покоев. Очень скоро число собеседников увеличилось. - Проснулся, пьянь, - голос Жулианы был недовольным. - А-а-а... Я это... - всё что мог выдавить из себя Алексин. - Напился вчера. Мало того, что перед этим плебеем Хауроном опозорился, так ему еще драконы мерещатся! Алексин попытался вспомнить, когда вчера опозорил супругу. Ему не понравилось, что его женщину лапает это отребье. Только из трущоб выполз, смазливое личико отмыл - и руки к принцессе потянул. Танцевали, видите ли, они, как же. Алексин всё видел, как они «только танцевали». А вот Бэллроуз и Хаурон, летящие на драконе, вот это точно приснилось. - Ну, приснилась ерунда какая-то… Зачем с утра орать? - Зачем? – был уже почти полдень, и Жулиана уже была одета. – А зачем было посреди ночи самому орать и меня будить, чтобы я посмотрела на сестру с драконом? - Я тебя разбудил? Прости, - жалостливо проскулил Алексин и полез обнимать супругу, несмотря на то, что голова ужасно болела. - Уйди от меня, - Жулиана оттолкнула мужа. - Ну, дорогая… Я же это… Люблю тебя. - Сходи в купальни и помойся. Перегаром всё провоняло. Вот отвар, - принцесса указала на позолоченный кубок, - выпей, легче станет. Небритый, помятый, но очень довольный, Хаурон шёл по дворцовой конюшне за своей лошадью, чтобы ехать в дом, когда увидел сестру леди Иридан. Она что-то причитала и раскладывала цветы под деревом. - Дорогая тётушка, доброе утро, - Хаурон поцеловал руку леди Ирис. - Доброе утро, мой дорогой племянник, - сестра леди Иридан не отличалась умом, но была очень добра. Она сразу же приняла и полюбила приёмного сына своей старшей сестры. И Хаурон отвечал уважительным и почтительным отношением к ней. Ни одному придворному он не позволял насмешливых или нелестных высказываний в отношении тётки, хотя и был полностью согласен. - Позвольте спросить, отчего вы так печальны? - О, мой дорогой мальчик. Это очень трагическая история, - леди Ирис глубоко вздохнула и прижала руки к груди. - Так расскажите мне её и позвольте разделить с вами эту трагедию, - Хаурон был уверен, что ничего серьёзного. - Этой зимой, вот в этом саду, поселилась сова, - леди Ирис начала своё повествование. - Все придворные, и я в том числе, когда темнело, слышали её уханье и видели горящие во тьме глаза. И вот, одним вечером второго дня начала седмицы, я вышла из дворца и вывела на ежедневный вечерний променад Пуфи, - Хаурон сразу вспомнил беленького кобелька – пушистого, милого и глупого питомца леди Ирис. – Также присутствовали Её Величество королева Лусия, твоя матушка, леди Иридан, леди Алия и лорд Виллан. Её высочества принцессы Бэллроуз, леди Вали и леди Амалии не было, хотя королева Лусия звала их присоединиться к нам. Её Высочество принцесса Бэллроуз и леди Валия хотели проверить знание леди Амалией этикета и танцевальных па, - лорду-красавчику почему-то показалось, что принцесса и леди занимались не хорошими манерами и танцами. Он сразу же вспомнил потасовку в таверне. – Мы шли по зимнему саду и вели непринужденную беседу. Её Величество и леди Алия рассуждали о привязанности Её Высочества и леди Вали к леди Амалии и пришли к выводу, что общение с леди Амалией благотворно влияет на их юных дочерей. Благородные леди стали чаще улыбаться и меньше раздражаться. Хотя частые занятия принцессы Бэллроуз верховой ездой беспокоят Её Величество. Это из-за того, что Её Высочество использует мужское седло и надевает для этого мужские штаны. И вдруг я услышала отчаянный визг моего Пуфи! Сова - эта чудовищное создание! - напала и утащила в небо, чтобы растерзать моего несчастного малыша. Его шкурку нашли под этим деревом. Ах, мой Пуфи! Мой несчастный Пуфи! - запричитала леди Ирис. «М-да. Упитанная собачонка для оголодавшей за холодную зиму совы была настоящим пиршеством. Жаль, конечно, бесполезную тварь, да и тётка страдает», - пронеслось в голове у Хаурона. - С тех самых пор, каждый второй день седмицы, я прихожу на это место, чтобы возложить цветы на месте убиения моего ненаглядного Пуфи, - леди Ирис зарыдала. - Дорогая тётя, - Хаурон приобнял леди, - почему же вы не рассказали мне этого вчера, когда я вернулся? – лорд понимал, какая трагедия для неё потеря собачки. - Я не хотела своими переживаниями омрачить этот великий день. Ты вернулся героем, получил пост советника... У тебя губа разбита! - Вчера в таверне весело было. Ничего страшного. Леди Ирис, через несколько дней я отбываю во Фланн. Её Величество не отпускает леди Иридан. Я пока ещё не женат, поэтому обязанности леди исполнять некому. Да и заниматься подготовкой к свадьбе я не смогу. Вы поедете со мной? - Право, я даже и не знаю... - Я уверен, у вас всё получится. Две юные искательницы приключений брели по кипарисовой роще к воротам дворца. После первой в их жизни попойки движения давались им с трудом. - Бэлл, ты уверена, что кататься сейчас на лошадях - это хорошая идея? - голова леди Валии болела, глаза были красными, к тому же девушку очень тошнило. – Солнце только встало, можно было ещё поспать. - Вали, нас никто не должен видеть в таком состоянии, - видок у принцессы был таким же, как у её подруги. – Надо уехать из дворца. Да и уже почти полдень! - А если мне ещё хуже станет? - Вали, вот выйдем за ворота замка, и делай что хочешь. Если попадёмся, то нас запрут. Тебя до свадьбы, а меня навсегда, - принцесса жалостливо посмотрела на подругу. - Наконец-то, - облегчённо вздохнула она, - Амалия с лошадьми! - Куда поедем? - Не знаю, по дороге придумаю, - тошнота неприятной кислотой подступала к горлу. - Леди, запрыгивайте и поскакали, - скомандовала Амалия. - Ваше Высочество, помочь вам? - Нет, Вали помоги. - Скачем к драконьим загонам. Там будет ждать лорд Хаурон. Я встретила его по дороге в конюшню. Поедем в его дом. - Нет! – жалобно пропищала леди Валия. - Я плохо выгляжу! Мне никак нельзя появляться перед лордом Хауроном в таком виде! - Он не лучше выглядит, - заверила Амалия.