Мечты. Север.

      Лерой, слишком назойливый, чтобы быть сном, что-то возмущённо выговаривал и сверлил меня гневным взглядом. Из-за его плеча виновато выглядывал Твист. Поодаль стоял Адим, поджав нижнюю губу и предпочитая вообще не смотреть на меня. Я несколько раз моргнула – видение не исчезло. Постепенно в моё сознание стали проникать слова и складываться во фразы, смысл которых я никак не могла ухватить. Рядом с ухом раздавалось ритмичное похрапывание. Осторожно повернув голову, я увидела капитана спящего в кровати рядом со мной прямо в сапогах и одежде. Зря я это сделала – пошевелилась. В голове тут же взорвалась пороховая бочка, наполняя её невыносимой звенящей болью. Слова брата снова ускользнули от меня, и я закрыла глаза. Но это не принесло облегчения – меня снова стали трясти как тряпичную куклу, и мой желудок не выдержал. Лерой успел отскочить в сторону, а Твист ловко подпихнул ногой заранее приготовленный тазик.       Во всём есть свои плюсы – мне стало немного легче. При этом Лерой смотрел на меня с плохо скрываемой брезгливостью, Адим вообще отвернулся. Один Твист смотрел на меня с сочувствием и сожалением.       - Извини, - развёл он руками, ловя мой укоризненный взгляд. – Вы так набрались, что заснули за столом. Мы с Ломаном вас просто перенесли. А теперь твой брат, - скосил он взгляд на багрового от злости Лероя, - отказывается уходить без тебя.       - Поднимайся! – голос брата разорвался как пушечное ядро в моей голове. – Нам пора!       Лерой вышел из каюты, не закрыв за собой дверь. Адим же остался стоять на своём месте, наблюдая за моими попытками подняться.       - Прости, – прошептал Твист, когда я встала, - я не хотел его сюда пускать. Но он пригрозил перевернуть вверх дном весь корабль, потому как знал, что ты здесь.       - Все нормально, - простонала я, хватаясь за стол руками, чтобы удержаться. – Он бы сделал так, как грозил.       - И где же этот бездельник?! – голос Радмира по ту сторону двери звучал как иерихонская труба, вскоре в проёме показался и он сам, заслоняя собой весь проход. – Все-таки рыжая чертовка! – радостно ткнул он в меня пальцем свободной руки. Вторая сжимала початую бутылку рома. - Я так и знал! - расплылся он в довольной ухмылке, делая большой глоток. – Так уж и быть, я прощаю ему, что он предпочёл твою компанию моей. Будь я на его месте, поступил бы также.       Радмир оценивающе обвёл взглядом каюту и, наконец, заметил Адима, молча стоящего у стены. Улыбка медленно сползла с губ Радмира, уступив место пренебрежению.       - А ты что тут делаешь, блохастая шкура? – Радмир ввалился в каюту и смерил Адима презрительным взглядом. – Здесь не место для кровавой плети! Пошёл прочь! – нуианин сделал неуклюжий жест рукой в сторону двери, едва не расплескав содержимое бутылки. – Пр-ро-о-валивай!       - Моё почтение! - Радмир отсалютовал мне бутылкой, и прошёл в каюту.       Зацепившись за ножку стола, он с грохотом повалился на пол рядом с кроватью.       - Каналья! – в сердцах выругался Радмир, устраиваясь рядом с Олару.       Он ещё что-то бормотал себе под нос, но я не могла разобрать его речь.       Взбешённый Адим вывалился из каюты и буквально вылетел на палубу. Я же медленно брела к выходу, пытаясь унять головную боль и не рухнуть с очередной ступеньки. Свежий воздух немного облегчил мои страдания. Подойдя к борту, я оперлась на него, глядя на горизонт и подставив лицо ветру. Интересно, кто же донёс моему брату, что я на «Небесной тени»? Не хотелось думать, что это дело рук Шерри, или Эшьялы, хотя они с лёгкостью могли слышать наш разговор с Олару.       Шлюпка довезла нас до берега, и с глухим стуком уткнулась носом в гальку. Лерой молча выпрыгнул на берег и, не оглядываясь, пошёл впереди, совершенно не волнуясь, иду ли я за ним. Отойдя на приличное расстояние, он остановился, чтобы я догнала его. Как только мы поравнялись, он дал знак охране оставить нас одних. Убедившись, что нас никто не может слышать, он повернулся и хмуро уставился на меня.       - Ты должна понимать, что такое поведение недопустимо! – едва сдерживая ярость произнёс он. – Ты забыла, кто ты есть! Я понимаю, у тебя горе, но это не повод напиваться вдрызг и проводить ночи в компании пьяных пиратов, - на последних словах Лероя передёрнуло от неприязни. – Я даже не говорю о том, какой пример ты подаёшь остальным. Ты не имеешь на это право!       - А на что я имею право? – я устало опустилась на холодный камень.       - Ты принадлежишь не только себе и должна мыслить другими категориями! - резко отчеканил брат. – Личные боль и горе не должны отрывать тебя от реальности.       Я слабо кивнула, и тут же поморщилась от новой волны тошноты и головокружения.       - Ты ведёшь себя непристойно! – не унимался он. - Я думал, что могу рассчитывать на тебя, и ты разделишь со мной не только славу, но и ответственность. Но, похоже, тебя тревожат только твои беды и домыслы, - в голосе Лероя сквозило разочарование, - остальное не в счёт.       - Это не так, - слабо возразила я. – Я просто хочу уберечь свои земли от войны.       То, что я зря повторно вступила в диалог, почувствовалось сразу. Теперь нравоучения грозили затянуться надолго. Я молча слушала, молясь про себя, чтобы они как можно скорее прекратились. Я уже поняла, что совершила ошибку напившись, и в многочасовой лекции не было необходимости. Мне хотелось в свою юрту, закрыться с головой одеялом и заставить мир замолчать. Вместе с душевной болью пришла физическая, и я чувствовала, что проигрываю им обеим.       - Время нашего спокойного присутствия кончилось, - заложив руки за спину, Лерой прохаживался мимо меня, глядя куда-то вдаль. – Скоро нам понадобятся все силы, что есть. Только объединившись, у нас есть шанс на победу. Я ждал от тебя другого решения, но видно зря.       Он сказал это так, словно выносил мне смертный приговор.       - Общение с пиратами доведёт тебя до беды! Я распоряжусь, чтобы их больше не пускали к нам в лагерь. Надеюсь, это поможет тебе образумиться и передумать, - закончил свои нотации Лерой.       Он подозвал охрану и, оставив со мной Адима, ушёл. Адим, с мрачным лицом проводил его тяжёлым взглядом и сел рядом.       - Ты не должна позволять ему так говорить и обращаться с собой! – неожиданно выдал Адим. – Ты такая же наследница, как и он! Лерой не имеет права устраивать тебе выволочки!       От изумления я открыла рот и на мгновение забыла о головной боли.       - Не смотри на меня! – сурово скрестил руки на груди Адим. – Ты не хуже меня знаешь, что это так!       - Но он старший брат… - неуверенно нашлась я.       - И что с того? – холодно блеснули глаза Адима. – Если мне не изменяет память, у императора Кеншина было двое детей. Кто сказал, что старший имеет все преимущества? Ваши родители не успели решить, кому быть преемником.       - Но Лерой избранный…       - Избранный? – презрение промелькнуло в голосе наёмника. – Кто так решил?       - Боги, - нервно сглотнула я.       - Боги? – усмешка скривила губы Адима. - Боги… Да, боги без сомнения сделали свой выбор, и я вижу его сейчас перед собой, - Адим не отрываясь, смотрел на меня.       - Ты о ком?       - О тебе.       - Обо мне? – не совсем поняла его я.       - Именно. Ты и есть выбор богов. Для меня это очевидно.       - Для меня - нет, - честно призналась я, пытаясь собрать остатки разбегающихся мыслей.       - Начнём с твоего детства, - склонил голову Адим. – Твоего брата всегда прикрывал Онестат. Они вместе росли, довольно быстро узнав о своём предназначении. Отец Онестата берёг их, скрывая от опасностей. А ты?       - Меня тоже прятал мой прайд, - возразила я.       - Так ли уж он оберегал тебя? – хитро посмотрел Адим. – Эшьяла мне рассказывала совсем другое. Ты была сорви-голова. Творила, что хотела. Тебе позволили уйти одной познавать мир.       - Неправда! Я была не одна! Шерри оберегал меня!       - Я бы сказал «приглядывал». Это совсем другое. Да, тебя направляли, позволяя учиться на своих ошибках. Твоего брата же берегли как зеницу ока, пряча от всего и вся. Тот же Шерри, что «оберегал» тебя, не только допустил ситуацию, когда ты попала в руки к нуианам, но и ничего не предпринял, чтобы выручить тебя! Только проведение богов помогло тебе избежать страшной участи, послав на помощь, кого бы вы думали? Эльфа! Задира, вдумайся! Тебя спас эльф! Ни ферре, ни харниец, а эльф! Разве это не показатель благоволения к тебе богов? – Адим, не сводил с меня испытующего взгляда.       Я промолчала.       - А потом? – продолжил он. – Твой брат приплыл на север в окружении многочисленных соратников, верных ему, заручившись поддержкой ещё троих «избранных». И подготовка его похода сюда заняла довольно много времени, сил и денег, в конце концов! А ты? Добиралась сама! Практически не имея шансов на успех! Фанатики Сальфиры, ранение преданного друга, смерть Старого лиса – всё это препятствия на твоей дороге! И что же в итоге? Боги посылают тебе Виолетту. Тебе помогает твой враг, нуианка! Но именно она подарила надежду добраться на север! – воодушевился Адим. – А потом? Пираты! Я уже думал, что всем нам пришёл конец, когда мы попали на «Небесную тень»! – провёл дрожащей рукой по волосам Адим. – Но судьба снова благоволила к тебе, именно пираты оказались теми, кто поверил и помог тебе, привёз нас сюда. Ты, будучи жертвой, смогла стать для них другом. Эльфы, нуиане, харнийцы и ферре любят тебя! Любят и помогают тебе не потому, что ты избранная, а потому, что ты – это ты. Думаешь, что всё это простые совпадения? Я - нет! Это боги, их воля, сам Таян ведёт тебя! Ты избранная, а не твой брат! – уверенно закончил Адим.       Моя голова была явно не готова после отповеди брата слушать лекцию о признаках избранности у некоторых особей ферре. Я со стоном опустила голову на колени.       - Адим, можно я посижу в тишине? У меня сейчас голова расколется.       - Посиди и подумай, – назидательно произнёс Адим поднимаясь. – А пока, на! – он сунул мне в руку небольшой стеклянный флакончик.       - Что это? – поморщилась я, приоткрыв крышку и нюхнув оттуда.       - Пара глотков и похмелья как ни бывало. На вкус как помёт койота, но помогает отменно.       - Нет, - я вернула флакон, - лучше буду мучиться так. Не уверена, что смогу это выпить. Закрыв глаза, я постаралась не шевелиться. Головная боль немного утихла.       - Задира? – голос Твиста разрушил моё уединение. Видимо боги всерьёз решили наказать меня за мой проступок. Безмолвие слишком большая роскошь для оступившейся ферре.       - Да? – подняв голову, простонала я.       - Ты не видела Адима? – пират судорожно оглядывался по сторонам.       - Только что ушёл туда, - я махнула рукой в направлении лагеря. – А зачем он тебе?       - Хотел кое-что выяснить, - небрежно отмахнулся Твист.       - Боюсь не самое подходящее время: он, по-моему, зол на пиратов, но если хочешь рискнуть – пошли. Как раз проводишь меня до юрты. Если спросят, я скажу, что сама тебя попросила.       - Это было бы очень кстати с твоей стороны, – обрадовался Твист.       Но мои испытания на сегодня не закончились – в юрте меня ждала Эшьяла. Разгневанной тигрицей она носилась по ней, извергая на меня поток обвинений, которые вкратце сводились к одному: она волновалась.       Не в силах спорить с сестрой, я повалилась на кровать и накрылась подушкой. Но это не спасало – голос Эшьялы назойливо лез в уши. Боги отвернулись от меня окончательно.       - Нет, ты слушай меня! – голос Эшьялы буквально вбуравливался в моё сознание, учитывая, что сестра молниеносно отобрала у меня подушку.       У входа в юрту деликатно покашляли и слегка откинули полог.       - Задира, - послышался смущённый голос Твиста, - мне сказали, что Адим в своей юрте. Ты не подскажешь, как её найти?       На мгновение наступила тишина. Смущённая Эшьяла, забыв про меня, неловко поправляла волосы. - Не трогай её, Твист, - Эшьяла справилась со смущением и подхватила свой плащ, - идём, я покажу тебе, где это.       Выдав напоследок мне, что «самое лучшее лекарство - сон» сестра улетела из юрты быстрее, чем полог за её спиной вернулся на место.       В блаженстве я растянулась на кровати. В перспективе, я ещё не успела получить нагоняй от Онестата, раз уж один избранный выступил с пламенной речью, то и второй точно не останется в стороне, а также они могли запросто попросить Энара спасительно подействовать на мою душу. Плюс ко всему, наверняка, ещё и Шерри захочет поговорить со мной об этом же. Итого, меня ждали впереди ещё несколько душеспасительных бесед, при одной мысли о которых у меня сводило челюсти. Был только один способ избежать всего этого – ретироваться туда, где меня не будет никто искать – в юрту Веселео. Предположить, что я, добровольно, с похмелья, пойду к нему слушать его песни, мог только безумец. Но уж лучше песни, чем нравоучения.       На моё счастье, Веселео было не до песен. Он сосредоточенно помешивал какое-то варево в подвешенном котелке, периодически заглядывая то в книжку, то залезая рукой на полку за каким-нибудь ингредиентом. Звон передвигаемых кастрюлек болезненным эхом отдавался в моей голове. Следя, как он ловко управляется возле котелка, я непроизвольно проникалась уважением. Здесь же, у очага, растянулся Альфард в ожидании законной кости. А раз так, значит, Шерри был в лагере.       - Не хочешь попробовать? –Веселео помахал поварёшкой. – У тебя такой весенний цвет лица, - с ехидно улыбкой добавил он.       - Такой свежий? – отозвалась я, прикладывая ко лбу холодный медный половник.       - Такой же зелёный, - весело хмыкнул он, снимая котелок с огня и ставя его на землю.       - В твоём возрасте, – поучительно начал он, - напиваться не стоит.       - Хотя бы ты не начинай, - простонала я, откладывая половник в сторону.       - Ладно, ладно, – согласился он, начиная крошить ножом на столе непонятные коренья, - не буду! На вот, - Веселео налил из прозрачного сосуда в стакан зеленоватую мутную жидкость, сильно смахивающую на настойку Ломана. – Пей! До дна!       Я осторожно принюхалась. Кисловатый запах не внушал мне оптимизма, а мерзкий солено-пряный вкус жидкости так и намекал, что она будет лишней в моем желудке.       - Лучшее средство от похмелья! – гордо изрёк он, сбрасывая порубленные корешки в котелок. – Ты не первая кто так страдает! Я постоянно держу его под рукой для спасения погибающих от избыточных возлияний.       - И много таких погибающих обычно бывает? – поинтересовалась я, с трудом допивая содержимое.       - Бывает, - отмахнулся Веселео, забирая из моих рук пустой стакан.       Я замерла, увидев у него на поясе знакомую мне вещь - один из парных кинжалов Хеодачи.       - Откуда у тебя это? – ткнула я в кинжал.       - Это? – смутился Веселео. – Шерри нашёл его в последний раз в пещере. Решил отдать мне. Хочешь – возьми себе!       - Не надо. Так Шерри ходит в пещеры? – не поверив своим ушам переспросила я.       - Да, а разве он не говорил? – удивился Веселео и тут же спохватился: - Но это уже давно было! Как раз когда они и погибли. Больше не ходит, – он подхватил котелок и снова повесил его над огнём. Странно, Шерри ходит туда, куда нам запретил даже приближаться, и старательно это скрывает. Зачем? Хеодачи никогда не расставался со своими кинжалами. Так что, если нашли только один из них, то где же второй?       - Веселео, а где вещи Балрага и Хеодачи?       - Не знаю, возможно, у Онестата или Лероя, – пожал плечами Веселео. – Спроси у Эльтере, она знает наверняка!       Я поблагодарила его и, стараясь не попасться никому на глаза, отправилась к ней.       Эльтере сидела напротив входа, склонив голову и пристально за чем-то наблюдая. Оглянувшись, я увидела около колыбели Тонго Виолетту, стоящую на голове и корчившую рожицы малышу, от которых тот заходился радостным визгом. Во взгляде Эльтере проскальзывала немая борьба: насколько уместно такое поведение нуианки, и стоит ли ей мешать, если Тонго так счастлив?       - Я вижу, вы не скучаете, - заметила я, глядя на то, как Тонго пытается проделать тот же трюк, что и Виолетта.       - Ага, - отозвалась Эльтере, не спуская глаз с сына, пятка которого мелькнула в воздухе и с глухим стуком врезалась в деревянный борт.       - Тогда я ненадолго, - пообещала я. - Эльтере, Олару собирается скоро отплывать. Мне бы хотелось отдать ему на память вещи Балрага. Ты не знаешь, где они?       - Там же где и были, у Балрага в юрте, - не задумываясь ответила Эльтере, следя как пятка Тонго снова поднимается над краем колыбели.       - А где жил Балраг? – я смутилась от того, что так и не удосужилась узнать этого за всё время здесь.       - Там, где сейчас живут Гояни и Сехмет. Они вчетвером так и жили, – Эльтере подняла на меня сочувствующий взгляд.       - А Веселео? Почему он один живёт?       - Ну, ты сама знаешь, - улыбнулась Эльтере – он у нас на особом положении.       - Спасибо, - я оставила их и вышла на улицу.       Где юрта Сехмета я знала, но то, что там жил и Хеодачи… Я остановилась на середине пути, не в силах сдвинуться с места, сделать ещё хоть один шаг. Одна мысль о том, что я иду туда, где он жил парализовала меня.       - Инами? С тобой всё в порядке?       Я не заметила, как ко мне подошёл Шерри. Теперь прятаться и бежать от него было поздно. Единственное, на что я могла надеяться, что он не станет читать мне проповедь по поводу произошедшего накануне.       - Идём к нам, Эльтере напоит тебя горячим чаем, - предложил он.       - Спасибо, - я, наконец, вышла из ступора, - я только что от вас. Там Виолетта, она неплохо развлекает Тонго, - попыталась улыбнуться я. – Мне надо к Сехмету, забрать вещи Балрага. Я хотела бы отдать их Олару, он скоро уплывёт отсюда, пусть у него хоть что-то останется как память о брате, думаю, это было бы справедливо.       - Да, - задумчиво кивнул головой Шерри, - это возможно. Я попрошу Гояни и Сехмета перенести их к тебе. Договорились? Олару же может прийти и забрать вещи брата у тебя.       - Спасибо, – я посмотрела на Шерри и только сейчас обратила внимание какой у него усталый вид.       - Тебе сейчас приходится нелегко. Лерой постоянно отправляет тебя на разведку?       - Лерой хочет выступить в пещеры до наступления полнолуния. Тьма набирает силу, ждать больше нельзя. Мы должны подготовиться, разведать подходы и силы противника. У нас будет только один шанс. Тьма безжалостна, она легко заберёт и всех остальных, дай только слабину!       - Заберёт? – с удивлением переспросила я. – Что значит заберёт?       - Убьёт, разорвёт, поглотит, - несколько смутился Шерри, - те змеи - это же тьма.       - Понимаю, - кивнула я. - Да, ещё я хотела забрать и вещи Хеодачи. У него было много книг, они очень пригодились бы Эшьяле. Ты ведь знаешь, она учится на целителя.       - Хорошо, договорились, я скажу им, чтобы они прихватили и его сундук.       Я кивнула. Шерри простился и поспешно направился к юрте Эльтере.       Оставшись одна, я забрала Альфарда у Веселео и вернулась к себе. Вскоре Гояни и Сехмет внесли в мою юрту два сундука. Поставив их на свободное место у стены, они уже собрались уходить, когда я заметила на лице Гояни свежий шрам.       - Гояни, - задержала я друга. - Веселео сказал, что вы нашли кинжал Хеодачи в пещере… - начала я, пристально глядя ему в глаза, - у Веселео он был один, а второго случайно вы не находили?       Гояни едва заметно вздрогнул.       - Веселео оговорился, - медленно произнёс он, - он хотел сказать, что мы нашли кинжал у входа в ущелье. Наверно, Хеодачи выронил его, и не заметил, когда мы ещё шли в пещеры. Нет, к сожалению, второго кинжала нет.       - А посох Балрага? Неужели он тоже не уцелел? Олару было бы приятно получить вещь, которая была дорога его брату.       - Ты же знаешь, - вмешался Сехмет, - не уцелело ничего.       - Эти твари едят металл и дерево? – перевела я взгляд на Сехмета. – Кожаная броня, металлические заклёпки, железные наручи – тоже входят в их рацион?       Дружное молчание лишь убедило меня в начинающих крепнуть подозрениях. Хеодачи обожал свои кинжалы. Версия, что он мог потерять один из них и не заметить, была неубедительной. Так же как и версия, что монстры вообще ничего не оставили от Балрага и Хеодачи. Поначалу эти мелочи ускользнули от меня. На фоне гибели Хеодачи я вообще больше ни на что не обращала внимание. Но сейчас, когда в голове стали всплывать разные детали разговоров, мелочи и несоответствия, мне все больше и больше начинало казаться, что во всей этой истории есть ещё что-то, о чем я не знаю, и что от меня старательно скрывают.       - Зачем вы ходите в пещеры? – я в упор посмотрела на Гояни. От меня не укрылось, что и этот вопрос ему неприятен.       - Мы ищем наиболее безопасный вход в них, - ответил за Гояни Сехмет. – Скоро нам придётся идти туда, так что сейчас мы пытаемся понять, где это лучше сделать. Извини, но нам пора, - переглянувшись, они вышли из юрты, оставив меня одну.       Я открыла сундук Балрага. Поверхностный осмотр подтвердил то, что я и так уже знала – посоха среди вещей не было. Значит, он остался в пещере, и Шерри просто не рискнул пойти искать его. Мне отчаянно захотелось поделиться с Олару своими подозрениями. Отвар Веселео действовал, и я уже не чувствовала себя такой разбитой как утром. Подумав, что в лагере ещё может находиться Твист, я, махнув рукой льву, вышла из юрты.       Без особой надежды я прошла по лагерю, спрашивая, не видел ли кто Твиста, потому что Адима в лагере точно не было. Я зашла в его юрту - очаг был холодным, его не растапливали с самого утра. Значит, Адим не возвращался домой с тех пор, как ушёл от меня.       Пират неожиданно нашёлся у Эшьялы. Я случайно заглянула туда, просто хотелось удостовериться, что с сестрой всё в порядке. Твист и Эшьяла сидели довольно близко друг к другу и о чём-то едва слышно переговаривались. При моём появлении они встрепенулись. Твист выглядел смущённым, а Эшьяла отчего-то даже покраснела. На всякий случай я сделала вид, что ничего не замечаю и, чтобы как-то исправить неловкость, спросила у Твиста:       - Как твой разговор с Адимом?       - Скажем так – он был коротким и бессодержательным.       Твист поискал глазами по столу, наткнулся взглядом на пиалу и, взяв её в руки, сделал глоток.       Альфард посмотрел на нас, втянул ноздрями воздух, потоптался и разочарованный лёг у входа, преграждая посторонним вход в юрту.       - Я предупреждала, - понимающе вздохнула я. – Твист, мне нужно поговорить с Олару. Вещи Балрага, думаю, он захочет забрать их. Передай ему, что они у меня, и он может прийти за ними в любой момент.       - Хорошо, я передам, – Твист с сожалением поднялся. – Спасибо за чай, - произнёс он и, накинув плащ, вышел из юрты.       - Эшьяла? – вопросительно уставилась я на загрустившую сестру. – Все нормально?       - Да, - она опустила глаза. – Олару скоро уплывает.       - Мы тоже не останемся здесь, - я подошла и присела рядом с ней. - Мы вернёмся домой. Ты все слышала, Эшьяла, возможно, война уже точит мечи и кинжалы, и ждёт только сигнала, чтобы напасть на наш дом. Но если ты хочешь остаться…       - Не хочу!       Не только у меня пропало желание сделать север своим новым домом. Эшьяле, судя по всему, тут нравилось ещё меньше.       - Если вдруг передумаешь – скажи, я пойму и не буду сердиться.       Я вышла из её юрты. Мне нужно было найти того, кто смог бы рассказать мне правду. А кто как ни эльф больше всего подходил на эту роль? Утаивать от меня правду Рейнольду не было никакого резона. А не рассказывал он мне об этом раньше только потому, что я его не спрашивала. Да я и не знала, что спрашивать. Теперь же совсем другое дело.       Разыскать менестреля Рейнольда не составило труда. Альфард быстро привёл меня к харнийским домикам.       Эльф, подперев подбородок, сидел около костра и попеременно слушал двух ожесточённо спорящих между собой харнийцев. На его лице, не смотря на царивший гвалт, застыло умиротворённое выражение. Он не делал попыток вмешаться в разговор. Увидев, что я подхожу, Рейнольд поднялся и, лучезарно улыбнувшись на прощание спорщикам, шагнул мне навстречу.       - Всегда было интересно, насколько глубокими могут быть заблуждения, и как рьяно их можно отстаивать, - произнёс он, как только мы поравнялись. - Я рад тебя видеть, Инами. Ты взрослеешь не по дням, а по часам, и, если честно, мне не нравятся обстоятельства способствующие этому.       - Не в нашей воле выбирать обстоятельства, - я глазами искала место, где бы нам никто не помешал. - Но раз ты заговорил о них, я бы хотела кое-что знать.       - Всегда к твоим услугам, - склонил голову Рейнольд.       Мы вышли за пределы лагеря и пошли в сторону ущелья. Альфард, пользуясь случаем, тут же унёсся вперёд в предвкушении удачной охоты.       - Так о чём ты хотела меня спросить? – заговорил Рейнольд, как только мы оказались в уединённом месте. – Не думаю, что ты хотела обсудить со мной «Счётную книгу».       - Ты часто видел Хеодачи?       - Да, - Рейнольд наклонился и подобрал с земли сухую тростинку. - Я до сих пор сожалею, что меня не было рядом с ним в день его гибели.       - Жаль, - я не смогла скрыть своего разочарования. - Но ты ведь знаешь, что произошло?       - Я знаю то же, что и все, - уклонился от прямого ответа Рейнольд. - А ещё то, что нам сейчас как никогда нужно держаться вместе. Сила, против которой мы собираемся выступить, слишком хорошо знает наши слабые места. Будет трудно её победить.       - Все так плохо? - сердце тревожно забилось в моей груди.       - Боюсь, ещё хуже, - откровенно признался Рейнольд. - Эокад Энар почти не спит, в поисках того, что поможет одержать нам победу, но даже у него нет уверенности.       - Ты говоришь о Тьме? Но в чем её сила? Почему все так её боятся?       - Наши чувства, наши привязанности - наши слабые места. Проблема в том, что у нас есть душа. Именно из-за неё мы уязвимы. А Бездна как эта трава. Смотри, внутри ничего нет - пустота, но именно из-за неё она и может выстоять.       Я приняла из рук эльфа тростинку и с лёгкостью переломила её.       - Сухую траву легко сломать.       - Если она сухая, - уточнил Рейнольд. – Пока она жива, пока живы корни, с ней не так-то легко справиться. Лиши её корней, и она обречена. Но эти корни ещё надо найти, - вздохнул эльф. - С каждым днём тьма подбирается всё ближе, иногда мне кажется, я вижу, как она протягивает свои костлявые руки ко мне.       - Как же её остановить?       - Мне об этом ничего не известно, - Рейнольд не скрывал того как он этим расстроен. - Она где-то там, - эльф не отрываясь смотрел в сторону ущелья, - наблюдает, слушает, прощупывает нас, ни на секунду не оставляя без внимания. Стоит нам потерять бдительность, как она снова пытается пополнить свои ряды, пытаясь добраться до наших душ.       Мне стало жутко от его слов. Если даже эльфы бояться, то, что тогда говорить об остальных. Молча мы вернулись в лагерь. У самого входа нас догнал Альфард с тощим грызуном в зубах. Ближе к вечеру ко мне в юрту заглянул Адим. Чем-то рассерженный он, тем не менее, принял от меня чашку чая и с удовольствием уселся за стол. В последнее время мы стали видеться урывками. Лерой давал Адиму все новые и новые поручения, каждое из которых было опаснее предыдущего. Сила и храбрость наёмника быстро заслужила уважение в лагере, ему стали доверять наиболее трудные задания.       - Тебя днём искал Твист, - пододвинула я к нему нарезанный хлеб, - но я слышала, что разговора не получилось.       - У нашего знакомого слишком богатое воображение, - раздражённо отломил кусок хлеба Адим, - а так же, мешок подозрений, основанных на пьяной болтовне такого же глупца, как и он сам, плюс настырность достойная ишака. У меня нет ни малейшего желания обсуждать его бредни. Надеюсь, теперь ты понимаешь, что уплывать в компании неуравновешенных пиратов может быть опасно. Их настроения меняются как погода весной. Скорей бы этот проклятый снег растаял, - устало выдохнул Адим и положил кусок хлеба в рот, - я начинаю походить на Виолетту, скоро буду жаловаться, что мёрзнет хвост и отваливаются уши.       - И вот тогда я пойму, что наши дела точно плохи, - попыталась пошутить я. - Ты говоришь, что начинаешь походить на Виолетту, а стал почти таким же неуловимым как Шерри.       - Ну, мне хотя бы не приходиться, как ему, пропадать по ночам, - заметил Адим, запивая хлеб чаем.       - Он пропадает по ночам? - насторожилась я. - Где?       - Так он мне и сказал, где, - хмыкнул Адим, - Шерри отчитывается только перед твоим братом и Онестатом.       - А откуда ты знаешь, что он уходит по ночам из лагеря?       - Видел его несколько раз довольно далеко от лагеря вместе с Сехметом и Гояни, когда шли с заданий. Вот и вчера, мы сильно припозднились, возвращались уже затемно, а они снова куда-то шли.       - Странно, но может их отправляют на задания и ночью. Но ты хотя бы занят, а я нахожусь в лагере в качестве моральной поддержки, - сменила я тему.       - Я не нахожу, что это правильно, - посерьёзнел Адим, - ты не должна сидеть в лагере без дела. Хочешь, будешь ходить на задания вместе со мной? Тебе будет полезно вспомнить, что такое меч и для чего он ещё нужен, кроме как болтаться на поясе в виде бесполезного украшения, - ткнул он пальцем в моё оружие.       - Лерой будет недоволен. Ты рискуешь тем самым присоединиться к его списку, в который записаны все «кто плохо на меня влияет». Но если ты не боишься, то я только «за».       - Не боюсь. Готовься, завтра с утра я зайду за тобой, и горе тебе, если ты ещё будешь спать, – шутливо пригрозил он, поднимаясь и ставя пустую кружку на стол.       После ухода Адима я легла на кровать. Безделье угнетало меня. Сейчас я вспоминала свой поход как самые лучшие дни моей жизни: у меня была цель, мне некогда было скучать и, самое главное, рядом были мои друзья, на которых я всегда могла положиться. А теперь меня не оставляло чувство одиночества и ненужности. Я ощущала себя наряженной куклой на видном месте, посаженной туда для красоты и привлечения внимания. Все мои друзья были при деле, и только я - украшение, символ. С досады я пнула полено, звонко ударившее в стоявшее на земле ведро. Альфард испуганно вскочил, огляделся и снова улёгся, с укоризной взглянув на меня. Я села на кровать, закрыла лицо руками и тихо заплакала. Я плакала над собой, Хеодачи и Балрагом, над Лероем и Онестатом, над Шерри, Гояни, Сехметом, Веселео, над всеми теми, кому вскоре предстоит погибнуть ради призрачной лучшей доли. Слёзы помогли, я немного успокоилась. Сейчас я была рада, что живу одна в юрте. Мне бы не хотелось, чтобы хоть кто-то видел мою слабость. Вытерев слёзы, я принялась наводить порядок. Перекладывая вещи, я вдруг отчётливо поняла, что моё отношение к брату, к Онестату переменилось. Нет больше того благоговения перед великими людьми, перед избранными, перед теми кто ведёт и направляет. Я увидела их другую сторону, неприглядную и не сочетающуюся с «высокими» идеалами, какую бы благородную цель они при этом не преследовали. Брат оказался глух к моим доводам и страхам за судьбу тех, кто остался на нашей родине. Я же в его руках была просто инструментом для достижения его цели. Онестат оказался не лучше - меня тошнило только от одной мысли о свадьбе, и о том, как всё за меня решили.       Теперь я была твёрдо намерена уплыть отсюда с Олару. Мой дом был не здесь, мой дом там, на восточном континенте и я обязана сделать всё, чтобы его спасти. Но у меня осталось тут одно незаконченное дело – узнать правду о смерти Хеодачи. И Адим мне в этом поможет! Завтра я уговорю его отвести меня в пещеры, туда, где погибли Балраг и Хеодачи. Я должна сама увидеть это место! Ну не может такого быть, чтобы не осталось совсем ничего! Если только… моё сердце гулко стукнуло и забилось так, словно хотело вырваться из груди и улететь куда-то на волю. Если только они не погибли! Но тогда почему все считают, что они мертвы? Почему Шерри так неловко каждый раз, когда я говорю о Хеодачи? Зачем Шерри ходит в пещеры и, наконец, почему он говорит, что тьма «забирает»? Ведь он же не сказал «убивает», а именно «забирает». Это оговорка? Случайность? Или его слова надо понимать буквально?       От вопросов у меня снова заболела голова. Я укрылась и задремала.       Меня разбудил шум и крики на улице. Спорили довольно громко, невдалеке от моей юрты, несколько человек. Я прислушалась. Альфард тоже навострил уши и приподнял морду. Неожиданно полог приоткрылся, и в проёме показалась взлохмаченная голова Олару:       - Задира, ты здесь?       По звукам яростной перебранки, предшествующей появлению Олару, я поняла, что Лерой успел предупредить охрану о своём решение в отношении пиратов.       - Здесь, заходи! Как ты добрался?       - Отлично, - безмятежно улыбнулся Олару, заходя внутрь, - если бы не Онестат, твой брат сварил бы нас заживо. Он был так рад меня видеть, и узнать, что я направляюсь к тебе, что едва сдерживался.       - Вот, здесь вещи Балрага, - указала я на сундук у стенки, - можешь забрать всё, и сундук тоже.       Капитан кинул беглый взгляд на сундук и его взгляд потяжелел.       - Спасибо, - произнёс он, переводя взгляд на меня. – Для меня это важно. На рассвете мы снимаемся с якоря. Собирайся, если не передумала. Здесь нам делать больше нечего.       - Они врут! - теперь я окончательно поняла, что это не просто мои ощущения, а уверенность.       - Кто – они и что значит: «врут»? – переспросил Олару.       - Все: Шерри, Лерой, Онестат – они врут нам.       - Врут? Ты о чем?       - Они что-то скрывают от нас о смерти Балрага и Хеодачи, что-то очень важное! - я встала и нервно заходила по юрте. – У меня нет доказательств, но я чувствую – тут что-то не так!       - Почему?       Я высказала все свои сомнения. Олару, не перебивая, внимательно выслушал и задумался.       - Конечно, я не сказал бы, что их поведение так уж подозрительно, - начал Олару, осмыслив услышанное. – Хотя твои сомнения тоже не безосновательны. Ты права, история с кинжалами, весьма странная. А что касается походов в пещеры, если там действительно так опасно, может, они просто не хотят, чтобы другие понапрасну рисковали? Но ты права, раз появились сомнения – надо выяснить все до конца и узнать правду. Но добровольно они нам ничего не расскажут.       - Боюсь, нет.       - Тогда я задержу отплытие на несколько дней. Время у нас ещё есть. Надо проследить за твоими друзьями. Когда они обычно уходят?       - Адим сказал: с наступлением ночи.       - Тогда сейчас самое время, - нахмурился Олару, - мы должны быть в ущелье раньше них. Раз они ходят туда втроём, то и нам не стоит идти большой компанией. Думаю, тебя, меня и Твиста вполне хватит для этих целей. Когда мы шли сюда, я видел, что Шерри ещё в лагере. Если ты готова - встретимся после заката в пещере. Ты её много раз видела: если подниматься к мнимой могиле, она как раз в начале тропы. Я буду ждать тебя там. Надо взять факелы и глайдеры.       - Зачем нам глайдеры?       - А как ты собралась следить за Шерри? Если пойдём следом – они нас заметят. Поднимемся выше по скалам и станем следить сверху. Если они пойдут в пещеры, мы слетим вниз, как только они войдут. Делать придётся все быстро, иначе они уйдут вглубь, и мы не сможем их догнать.       - Хорошо, - согласно кивнула я, - но где мы возьмём глайдеры?       - Ты сундуки хорошо смотрела?       - Смотрела, но… - я замялась.       - Если я хоть немного знаю брата… - Олару открыл сундук Балрага и принялся в нём копаться, периодически выкладывая из него кучки вещей. – Ага! Вот оно!       Олару торжественно выудил со дна сундука сложенный глайдер.       - Нам повезло! Давай-ка глянем, есть ли что в сундуке Хеодачи.       Я заколебалась. Я была не готова вот так переворачивать его вещи. Но, в конце концов, сейчас слишком многое было поставлено на карту.       - Давай, только я сама буду искать!       Олару понимающе кивнул.       Увы, в сундуке Хеодачи в основном были книги, травы, мешочки со снадобьями и пузырьки с жидкостями. Кое-что из одежды и никакого глайдера.       - Что будем делать? – задала я риторический вопрос Олару.       Олару почесал затылок.       - Что ж, думаю, придётся немного изменить план. Ты легче, тебе глайдер Балрага подойдёт больше, и видишь ты в темноте лучше. А мы с Твистом неплохо умеем маскироваться. Так что поступим так: ты будешь следить за своими друзьями сверху, а мы ждать тебя внизу. Как только ты увидишь, что они вошли в ущелье – слетаешь вниз. Мы тебя увидим и встретим, а дальше как и договаривались. Ещё бы раздобыть факелов.       - Я могу принести несколько штук, видела сложенные неподалёку, но как мы вынесем всё это из лагеря? Нас же сразу увидят и раскусят! – это волновало меня не меньше. Уйти из лагеря с глайдером за спиной без многочисленных вопросов мне вряд ли удастся.       - Сложим всё в сундуки и прикроем вещам, - улыбнулся Олару. - Я заберу сундуки, пусть все думают, что мы уплываем. Чтобы окончательно сбить всех с толку, попрошу Эльрата и Радмира отвести корабли дальше Грозовой стены. Ладиель то же самое сделает с "Небесной тенью". А ты, тем временем, выбирайся из лагеря и жди нас в условленном месте.       - Договорились! Так и поступим, - согласилась я. – Тогда я за факелами.       Когда всё было приготовлено – глайдер и факелы сложены в сундук и прикрыты вещами, Олару вышел из юрты и вернулся с Твистом, Венсом и Ладиелем.       - Постойте! – остановила я пиратов, когда те уже собрались выносить сундуки, - дайте мне минуту времени.       Олару переглянулся с остальными и они дружно вышли на улицу. Я поднялась, нашла в своих вещах перевязанную стопку писем к Хеодачи и, открыв крышку его сундука, положила поверх его одежды. Я обещала их отдать, пусть даже таким способом.       - Всё, можете забирать! – выглянула я на улицу и позвала пиратов.       - Не прощаюсь, - многозначительно кивнул Олару, берясь за ручку сундука.       Проводив их, я села на пол и стала механически перебирать книги для Эшьялы. Надо было выждать немного времени, а потом незаметно уйти из лагеря. Говорить сестре о том, что мы задумали мне не хотелось. Лишний раз бередить ей раны, не зная чем все обернётся, показалось мне излишне жестоким. Никто не знает, что нас ждёт впереди. Альфард ткнулся носом мне в ладонь.       - Ты остаёшься, - обняла я льва, - летать со скал не львиное занятие, хотя я бы предпочла, чтобы ты был рядом. Сделай вид, что я где-то рядом. Можешь даже залезть под одеяло! – кивнула я льву в сторону постели.       Недовольно фыркая, Альфард залёг у ног.       - К утру я вернусь, обещаю, - погладила я его по спине и пошла собираться.       Пещера, где мы договорились встретиться с Олару, была небольшой только на первый взгляд. В противоположной от входа стене виднелась расщелина, через которую можно было попасть в следующую пещеру, судя по эху, свободно гуляющему там, намного большего размера.       Последние лучи солнца гасли в облаках, когда появились Олару и Твист, неся с собой факелы и глайдер.       - Ну что же, пора занимать позиции, скоро совсем стемнеет. Мы с Твистом идём низом и ждём у входа в руины. Задира, поднимайся наверх, находи себе точку для обзора и жди. Как только заметишь, что твои друзья идут, слетай к нам вниз. Для ориентира я зажгу один из факелов. Как только ты спустишься, мы прячемся за камнями, ждём, когда они войдут в руины и идём следом. Возражения? – Олару обвёл нас взглядом. - Хорошо, раз возражений нет, выходим!       Он осторожно выглянул наружу и, убедившись, что все чисто, подал знак выходить. Взобравшись на противоположную сторону ущелья, я нашла выступ, с которого хорошо была видна проложенная по дну тропа, и притаилась в ожидании Шерри с друзьями.       В сумерках в глазах рябило от напряжения. Я очень боялась пропустить приближение Шерри и испортить всё дело. Но вот, наконец, в начале тропы показались несколько тёмных фигур с факелами. Я стрелой метнулась к обрыву и, раскрыв глайдер, буквально свалилась на голову Олару.       - Они идут! – прохрипела я, потирая ушибленное колено.       Твист загасил факел, и мы затихли, наблюдая как Шерри, Сехмет, Гояни и…       Я едва не вскрикнула от негодования. Как ни в чем не бывало шествие замыкал Альфард, уверенными движениями переставляя лапы. Пригибаясь, мы тенью пошли за ними, дабы не потерять их из виду. Не смотря на сгущающиеся сумерки и зыбкий свет факела, Шерри шёл быстро, не оглядываясь, как идёт тот, кто хорошо знает дорогу.       - Что-то не похоже, что твои друзья ищут вход, - прошептал Олару. – По-моему, они давно нашли его.       - Очередная ложь, - печально констатировала я непреложный факт. –       В пещере было холодно и сыро. Огонь факелов отражался от ледяной корки, покрывающей свод пещеры, разбиваясь на множество бликов. В камне тускло поблёскивали тонкие серебристые прожилки руды. От стен с высеченными на них символами и незнакомыми рунами, исходило слабое голубовато-фиолетовое свечение. Оно пульсировало, имитируя биение сердца, превращая бездушный камень в единый живой организм.       Пещера состояла из множества залов, соединённых короткими широкими туннелями. Мы следовали за маленьким отрядом Шерри, отставая на один зал. Внезапно отряд Шерри остановился. Олару дал знак подобраться ближе. Подкравшись, мы спрятались за обломками камней, так чтобы видеть, что происходит впереди нас.       Шерри стоял в центре круглой пещеры, опустив факел к полу. Рядом с ним остановились Сехмет и Гояни. Альфард, чуть выйдя вперёд, глухо рычал в сторону туннеля ведущего в следующую пещеру.       - Они не придут, - голос Гояни эхом отразился от стен.       – Три недели – слишком большой срок, - поддержал его Сехмет, - раньше они не пропадали так надолго. Надо либо идти дальше, либо прекращать всё это.       - Ты готов смириться и отдать их Бездне? – Гояни обернулся к Сехмету. - Это факт, Гояни, они и так уже принадлежат Бездне, - вздохнул Шерри.       Сехмет зачем-то обернулся назад и, встретившись со мной взглядом, вздрогнул.       - Задира? - удивился он.       Прятаться больше не имело смысла. Шерри и Гояни тоже обернулись, наблюдая, как мы выходим из своего укрытия.       - Инами, как ты… - начал Шерри.       - Мы проследили за вами, видишь, до чего мне пришлось опуститься, - с горечью прервала я его. – Я хочу знать, что происходит. Мне надоела постоянная ложь. Если ты не скажешь правду – я все равно её узнаю, чего бы мне это не стоило, - мой голос разнесло по пещерам звонким эхом. - Я знаю тебя дольше брата и всегда считала другом, а чем ты отплатил? Ложью!       - Я знал, что ты не поверишь, - прошептал Шерри разом постаревший на моих глазах. – Было глупо надеяться, что ты так легко смиришься с потерей.       - С потерей?! – ярость, которую я так долго усмиряла в себе, сейчас грозила вырваться наружу и разнести все, что можно в клочья.       - Ты хочешь знать правду, а она намного страшнее лжи, - Шерри вздохнул, собираясь с духом. - Нам действительно нечего было похоронить, потому что тел не было – это так. Поначалу мы посчитали, что эти твари разорвали их в клочья. Но, к сожалению, вышло всё иначе.       - К сожалению? – мне показалось, что я ослышалась. – Почему?       - Почему? – боль сквозила в каждом слове Шерри. – Бездна, она забрала их.       - Объясни же, во имя Нуи, что произошло?! – я начинала терять терпение.       - Мы действительно сказали тебе правду: Балрага и Хеодачи больше нет. Они были с нами, когда мы пошли в эти чёртовы пещеры! – глухо прорычал Шерри оглядываясь. – Змееподобные твари напали внезапно и отрезали нас от них. А когда мы смогли пробиться к тому месту, где находились Хеодачи и Балраг – их уже там не было. Мы звали, искали – все тщетно. Но мы не думали сдаваться, и на следующий день вернулись сюда чтобы найти их. Мы возвращались снова и снова, день за днём, пока однажды не увидели их. Но это были уже не наши друзья.       - Что значит не наши? – я подошла ближе, стараясь понять, не очередная ли эта ложь.       - Они стали другими, - с горечью произнёс Шерри, - словно их кто-то подменил, оставив только внешность, вынув душу и заменив её на лёд.       - Это бред, - я затрясла головой прогоняя прочь представшую перед глазами картинку. – Хеодачи и Балраг не могут быть кем-то ещё кроме самих себя. Нужно найти их.       - Думаешь, мы не пытались? Посмотри! – Шерри рывком закатал рукав, обнажая длинный уродливый шрам на руке. – Хеодачи, которого я знал, никогда бы не стал пытаться убить меня! Но, при последней нашей встречи, это было единственное, чего он хотел. Он стал силен, чудовищно силен, словно сам Кириос вселился в него! Мы чудом смогли уйти живыми.       - Вы его бросили… - сглатывая подступивший комок к горлу, прошептала я.       - Мы никого не бросали! – зло процедил Шерри. - То, что находиться здесь, это не Хеодачи и не Балраг - это тьма! Тьма, в облике тех, кого мы любим! – Шерри раздражённо отшвырнул факел, глухо стукнувший об пол. - Лерой испугался, что, узнав правду, многие побоятся идти в пещеры, и тогда тьма выиграет. Поэтому для всех Хеодачи и Балраг погибли! Погибли как герои!       - Я – не многие! Почему ты врал мне? Врал без зазрения совести! Единственный кому я безоговорочно верила - обманул меня!       - Я всего лишь хотел тебя защитить… - опустил голову Шерри. – Я знал, скажи тебе правду, и ты кинешься сюда.       - А я просила вас об этом?! –мой голос сорвался на крик. – Кто дал вам право решать за меня?!       - Я не мог допустить твоей гибели! – вспыхнул Шерри. – Достаточно было крепости Двух корон. Моя неосмотрительность чуть не стоила тебе жизни. Инами, ты одна из наследников трона ферре…       - Никогда, слышишь, никогда больше не называй меня этим именем! - прошипела я, едва сдерживаясь, чтобы не сказать, как ненавижу тот день, когда узнала о себе правду. - Ничего кроме горя оно мне не принесло!       Я бесцельно закружила по пещере, отчаянно пытаясь понять, что теперь делать дальше.       - Когда вы видели Хеодачи последний раз? Когда?!       Шерри поднял голову.       - Хеодачи мы видели трижды, каждый раз в первые дни полнолуния. Балрага лишь однажды. Но, мне кажется, он всегда где-то рядом с Хеодачи, просто не показывается нам на глаза.       - Полнолуния… полнолуния… - зашептала я. Мысли в моей голове быстро сменяли друг друга. - Ну конечно! Ведь мы договорились встретиться в полнолуние. Это не тьма. Тьма не стала бы искать дороги назад, это Хеодачи ищет её! Я должна найти его!       - Мы не знаем где он. В последний раз мы видели его тут, - подал голос Гояни. – Но с тех пор прошло уже три недели. Скорее всего, он ушёл глубже в пещеры.       - Сейчас он не появится, - я потёрла виски руками. - Надо прийти сюда в полнолуние! У нас будет шанс отыскать его.       - Не выйдет, - Сехмет с тоской посмотрел на меня.       - Почему? – я недоумённо посмотрела на Сехмета, и вдруг меня озарило: - Постой, Лерой ведь собирается вести своё войско в пещеры. Так? И это будет скоро, совсем скоро, ещё до полнолуния?       Шерри молча кивнул.       - Но ведь тут Хеодачи и Балраг, он же убьёт их! – от ужаса я непроизвольно прикрыла ладонью рот. – Я не верю. Он не может так поступить, - я в ужасе замотала головой, не в силах поверить в жестокость брата.       - Задира, это всего лишь копии тех, кого мы знали, - прошептал Шерри.       - Ты ведь сам не веришь в это! Иначе не стал бы сюда приходить! – я вцепилась в Шерри так, что затрещали швы на его одежде. - Нужно передвинуть день сражения! Убедить Лероя нападать после полнолуния!       - Он не согласится на это, - сокрушённо покачал головой Гояни. – Счёт пошёл на дни. Что-то активизировало тьму. Даже Энар говорит, что больше медлить нельзя.       - Тогда… тогда… - я задумалась. – Я соглашусь выйти замуж за Онестата и назначу свадьбу на день полнолуния. Это ведь не так сильно задержит Лероя? В конце концов, я имею право на глупый каприз. Если он действительно думает обо мне то, что говорит, он пойдёт навстречу, и у нас будет шанс найти Хеодачи!       - А если нам не повезёт, и мы не найдём ни Хеодачи, ни Балрага? Что тогда? Ты напрасно пожертвуешь собой, – глухим голосом спросил Шерри.       - Если нет, - я вздохнула, - если все наши усилия будут напрасны, что ж, Онестат получит то что хотел. По–моему это честно.       - Что это? – внезапно вздрогнул Олару.       Тихий завораживающий свист, казалось, просачивался сквозь камень, поглощая тишину. Крадучись вползал, занимая все свободное пространство в пещере. Обступал со всех сторон, смешиваясь с темнотой. Огни факелов, не в силах противостоять его наступлению, начали тускнеть, пока не погасли совсем. Свист и тьма слились в единое целое, вибрируя и обволакивая меня, мерно покачиваясь в завораживающем ритме. Свод пещеры над моей головой расступился, раскинувшись черным беззвёздным небом.       - Иди… - выдохнула Бездна, прерывая шум, и я ощутила её ледяное дыхание на своей коже. – Иди… - призывно прошептала она и растворилась в безумном шипении.       Я обернулась, но вокруг меня вместо друзей была темнота.       - Не верь… - умоляюще прозвучал её голос, снова заставляя шум замолчать. Холодные капли воды упали мне на ладони.       - Все живое – ложь… - в отчаянии зажглись передо мной её глаза, два мерцающих голубых кристалла.       - Забудь… - ласково коснулась она моей щеки. Её прикосновение было таким мягким и нежным. Я закрыла глаза, подставляя лицо под её прохладные руки.       - Кругом враги… - с горечью произнесла бездна, и я ощутила, как её боль забилась в моих венах.       - Враги… - эхом повторила я.       Враги, бездушные, безжалостные, готовые в любой момент убить любого кто встанет у них на пути. Любого даже того, кто спасает жизни, не деля их владельцев на врагов и друзей… Хеодачи! Разряд боли прошёл сквозь моё тело, едва не сбив с ног. Я открыла глаза. Чёрнота стремительно рассеивалась, отступая и вжимаясь в камни, возвращая украденный свет факелов.       - Задира? – испуганно позвал меня Олару.       Он стоял в нескольких шагах позади меня, напряжённо сжимая в руках меч. Свист стихал. Кто бы ни хотел на нас напасть – он передумал.       - Уходим! – схватил меня за руку побледневший Шерри. – Второго шанса у нас не будет!       Я неохотно последовала за ним, то и дело оглядываясь назад. Но позади нас оставалась только темнота и тишина, разбавляемая эхом наших шагов.       Выбравшись из пещер, я села на снег, пытаясь осознать произошедшее.       - У тебя дар пугать окружающих, - Олару присел рядом, с тревогой глядя на меня. – В следующий раз, когда тебе придёт в голову окаменеть – предупреди - я заранее спрячусь. Я тебя зову, а ты бледнеешь и молчишь. А когда у тебя стали чернеть глаза - стало совсем жутко, - стряхнул он руками с моих волос невидимую грязь.       - Она не так всесильна, - я поднялась на ноги и посмотрела в сторону входа. – У неё есть слабое место. Не могу сказать наверняка, но есть. Я его найду.       - Забудь, - переменился в лице Шерри, - в следующий раз у неё все получится! И она не отпустит тебя!       - Ничего у неё не получится, - с ненавистью глядя на пещеры прошептала я. – Ничего!