Мечты. Север.

      Я рухнула на постель едва вошла в юрту, даже не пытаясь раздеться.       - Мог бы и сказать, что ходишь с ними в пещеры искать Хеодачи, – я с укором посмотрела на льва. Альфард сел рядом и, вывалив язык, тяжело задышал.       Я уткнулась в подушку, чувствуя, что теряю над собой контроль. Чувства лавиной накрывали меня, заставляя сердце то ликовать от радости, то сжиматься от страха. Я почти убедила себя, что нужно смириться со смертью Хеодачи, что его нет и это необратимо. Я должна жить ради других, даже если эти «другие» у нас с братом внезапно оказались разными. А теперь? Мне хотелось разорвать Лероя в клочья за то, что он заставил меня убить в себе надежду. Я вцепилась когтями в подушку так, что затрещала пропоротая ими ткань. Мне не хотелось верить, что все это время брат скрывал от меня правду по иным причинам, нежели те, что назвал Шерри. Но, если бы не случайность, я бы так ничего и не узнала!       Альфард испуганно смотрел на меня, переступая передними лапами и не решаясь лечь.       Нужно успокоиться, я перевернулась на спину и, закрыв глаза, глубоко вздохнула. Никто ничего не должен узнать, особенно брат. Теперь от этого многое зависит. Малейший просчёт с моей стороны и второго шанса уже не будет.       Я лихорадочно прокручивала в голове план действий. Поскольку Олару для всех уплыл, мы больше не могли видеться в лагере. Нужно было найти безопасное место, где мы могли бы общаться. Для этого вполне подходила пещера возле лжемогилы Хеодачи. Мы договорились встречаться там каждый день, чтобы обмениваться всеми новостями.       Сейчас главной задачей стояло убедить Лероя отодвинуть начало его похода в пещеры. И этим нужно было заняться этим с самого утра – найти Лероя и сказать, что я согласна на его предложение. Утро! Черт! Я ведь обещала Адиму пойти с ним! Я открыла глаза и уставилась в потолок. Придётся соврать, придумать основательную причину и остаться. На душе от этой мысли было мерзко. Ещё недавно я упрекала друзей в том, что они врут мне, а теперь собиралась лгать сама. Но это было самым лёгким, по сравнению с тем, что мне ещё предстояло сделать.       Моя свадьба – это точка невозврата. Отыграть все обратно будет невозможно. Для себя я уже всё решила. Увы, Лерой лишил меня последних иллюзий этого мира. В одном он был прав: я не принадлежу себе. Я дочь императора, и, хочу того или нет, это обязывает меня в первую очередь заботится о других. Передо мной сейчас стояли три задачи. Первая по значимости – найти Хеодачи и Балрага. После столкновения с Бездной я знала, что это возможно. Тьма не всесильна, а я… я просто очень хочу вернуть их назад. Вторая – предотвратить войну у себя на родине. Хотя я даже не представляла, как это сделать. Но у меня были друзья, значит вместе мы точно найдём выход. В этом я была уверена. И третья задача – самая трудная, при мысли о которой у меня холодели руки и немел кончик хвоста – Лерой прав, будь он проклят, перед битвой надо сплотить всех, кто отправился сюда сражаться за лучшую долю, это поможет им выжить в тяжёлом для них сражении. И если для этого надо чтобы я вышла замуж… я выйду.       При этой мысли я так сжала спинку своей кровати, что мои когти вонзились в дерево, оставив глубокие следы. Онестат… Мысли утыкались в это имя и обречённо разбивались в кровь. Я глубоко уважала его, но уважение не любовь и с этим ему придётся смириться, на большее он может не рассчитывать. Интересно как он воспримет моё согласие, ведь он знает, что Хеодачи жив, как он при этом будет смотреть мне в глаза? Или долг превыше всего? Злоба снова зашевелилась в моей душе.       - Задира? – сестра тенью проскользнула в мою юрту.       Я приподняла голову.       - Эшьяла!? – удивилась я. – Что-то случилось?       - Ты тоже ещё не ложилась? - она кивнула на неразобранную постель.       - В последнее время мне что-то не спиться, – невесело ответила я.       - Не только тебе, - вздохнула Эшьяла. – Думала, что первым чему научусь здесь, будет лечение ран, а оказалось борьбе с бессонницей. Не ожидала, что тут стольких мучают кошмары по ночам. Хочешь, я принесу тебе пузырёк со снотворным?       Вид у сестры был встревоженный, она маялась не находя себе места, и расхаживала по юрте.       - Я слышала, Олару уже отплыл, - она остановилась на месте, и в её глазах читался немой вопрос: «а как же мы»?       - Эшьяла, - я оказалась в замешательстве: скрыть от сестры правду, или рассказать? Рано или поздно, мне придётся все объяснить ей. Но, сестра невольно могла погубить весь мой замысел, здесь следовало быть очень осторожной!       - У Олару появились неотложные дела, - начала я, - и, чтобы их уладить, ему требуется время. Но, поскольку Лерой не проникся к нему симпатией, лучше, если о том, что Олару до сих пор на Изначальном континенте никто не будет знать. Ты понимаешь меня? Никто!       Эшьяла вздохнула с видимым облегчением.       - То есть они, вернее он, тьфу, – смутилась сестра, - я хотела сказать «Небесная тень» никуда не уплыла?       - Уплыла, но не так далеко, - успокоила я сестру. – И ещё, я хочу тебе кое-что сказать. Понимаю, что это будет как гром среди ясного неба, но постарайся меня понять.       - Я слушаю, - застыла Эшьяла.       - Скоро я выйду замуж за Онестата…       - Ты что сделаешь? – недоуменно переспросила сестра. – Мне какая-то тарабарщина послышалась…       - Выйду замуж за Онестата, - не торопясь повторила я.       - Зачем? – ошеломлённо выдохнула Эшьяла.       - Так надо, я не могу раскрыть тебе всех причин, но они очень весомы.       - Ты же его не любишь! – выпалила сестра, широко распахнув глаза.       - Да, - пожала я плечами, - но сейчас это значит меньше всего. Я должна это сделать.       - Кто тебя заставляет? Лерой? Онестат? Зачем ты это делаешь!? Какое они имеют право командовать тобой!? – в глазах Эшьялы появилось отчаяние. - Не выходи замуж! Слышишь! Давай вместе убежим отсюда!? Ты же знаешь где корабли, где Олару, давай уйдём отсюда сегодня же!       Я невольно улыбнулась, если бы все было так просто в жизни: не хочешь-не делай.       - Давай не будем о грустном, лучше поделись, что такого интересного тебе рассказывает Твист?       Эшьяла заметно покраснела, но тут же смущение сменилось тревогой.       - Я его не узнаю, - сестра прошла к моей постели и села на край. – Он сам не свой.       - Что произошло?       - Это все из-за Адима, – нехотя призналась Эшьяла.       - Причём тут Адим? – нахмурилась я. – Что за кошка между ними пробежала? – попыталась я свести все в шутку.       - Ни кошка, а Ясира, - тяжело вздохнула сестра и, взяв мою подушку, обняла её и уткнулась подбородком.       - Кто такая, Ясира? – имя ничего мне не говорило. Я была готова поклясться, что слышу его впервые.       - Это погибшая невеста Твиста, - грустно ответила Эшьяла.       - И причём тут Адим? – не поняла я связи одного с другим.       - Да не причём! – воскликнула сестра. – Но Твист вбил себе в голову, что Адим это тот самый надсмотрщик, который забил до смерти его невесту!       - Это же бред! – вырвалось у меня. – С чего он это взял?!       - Радмир ему сказал, что Адим - «Кровавая плеть» - один из самых жестоких надсмотрщиков на плантациях какого-то Грогла в Долгой косе.       - Эшьяла, это же нелепо! Адим сам был рабом, он мне об этом рассказывал! Да и верить Радмиру, который вечно сражается только с одним врагом - содержимым бутылок, я бы не стала.       - Вот и я так говорю, а Твист и слушать не хочет! – расстроилась сестра.       - Все уладится, я поговорю с Твистом, объясню ему, что его подозрения беспочвенны.       - Поговори, пожалуйста! Может, он хоть тебя послушает? – с надеждой в голосе попросила сестра.       - Хорошо, но сейчас тебе не помешало бы отдохнуть. Идём, провожу тебя, заодно помогу донести книги, которые я нашла у Хеодачи. Возьми их пока к себе. Тебе они пригодятся.       - Но… - начала Эшьяла и замолчала на полуслове.       - Ты что-то ещё хотела? – как можно мягче спросила я сестру.       - Я не хочу оставаться здесь! «Небесная тень» уходит, тебя выдают замуж, Балраг мёртв. Что нам здесь делать? – Эшьяла зло отшвырнула подушку.       Догадка, такая же простая как и очевидная вспыхнула в моей голове.       - Эшьяла, успокойся! – обняла я сестру. - Твист без тебя не уплывёт. Мы уйдём отсюда только вместе. Но нужно время. Запомни – если ты не хочешь навредить пиратам – никто не должен знать, что они ещё здесь, на северном континенте. Для всех они уплыли. Поняла? Эшьяла кивнула.       - Вот и хорошо. А пока, думаю, тебе будет интересно это почитать, Хеодачи не стал бы держать все эти книги ни будь они важными. Эшьяла кинула взгляд на стопку книг, и её лицо прояснилось.       - Обязательно прочту. Все, что знал Хеодачи, теперь буду знать и я.       Моё сердце предательски защемило от её слова «знал».       Разделив книги поровну, мы вышли из юрты. В темноте сторожевые костры выделялись особенно ярко.       - У тебя хорошие друзья, - решила сменить тему Эшьяла. – Сехмет приносит дрова, а Гояни вечно тревожится, что моя юрта стоит слишком близко к границам лагеря.       Я украдкой улыбнулась, хотя навряд ли моя сестра в темноте увидела это. Проходя мимо юрты брата, я заметила, внутри свет. Снаружи было слышно, как он ходит взад-вперёд рассуждая о чём-то вслух. Возможно, мне не придётся ждать до утра, чтобы поговорить с ним.       Мы дошли до юрты Эшьялы. Я положила книги и собралась уходить.       - Держи! – Эшьяла протянула мне маленький флакончик с зеленоватой жидкостью. – Раствори в воде и будешь спать как младенец часов двенадцать! Микстура без вкуса и запаха, так что никаких неприятных ощущений – попыталась улыбнуться сестра.       - Спасибо! Как-нибудь воспользуюсь, – поблагодарила я и сунула флакончик в карман.       Вернувшись к палатке Лероя, а немного помедлила, но взяв себя в руки, решительно откинула полог.       - Инами?- Лерой отложил в сторону бумагу, которую держал в руках, и повернулся мне навстречу.       - Что это? – мой взгляд упал на исписанные странными знаками страницы, разложенные на столе аккуратными стопками.       - Древние эльфийские летописи. Эти записи чудом сохранились со времен переселения первых эльфов на западный континент. Возможно, мы найдём в них что-то, что сможет помочь нам в борьбе с тьмой.       - Ты знаешь эльфийский язык? - удивилась я.       - Да, Энар обучил меня ему. Если хочешь, я могу попросить Рейнольда заниматься с тобой, - Лерой выжидающе посмотрел на меня.       - Я долго думала над тем, что ты сказал, - вместо ответа начала я. – Понимаю – я не идеальная сестра, но ты прав, сейчас не время ставить личные проблемы превыше всего остального.       - Рад это слышать, - с одобрением в голосе произнёс Лерой.       - Я согласна выйти замуж за Онестата, - собравшись духом, произнесла я, стараясь не встречаться взглядом с братом.       Я отвернулась, сделав вид, что смотрю на портрет матери.       - Это мудрое решение, - слегка опешил Лерой, по-видимому, потерявший всякую надежду на такой поступок с моей стороны. – И я понимаю, чего оно тебе стоило, - возвращая себе привычный тон, продолжил он.       - Оно стоило мне намного больше, чем ты думаешь, - прикусила я губу. – Поэтому я прошу тебя об одолжении.       - Каком? – с готовностью спросил брат.       - Прошло слишком мало времени с того момента, как я узнала о гибели Хеодачи. С моей стороны будет неуважением к его памяти, вступать в брак, не выдержав хотя бы немного времени для приличия.       Лерой медленно выдохнул:       - У нас нет этого времени, Инами. Тьма наращивает силы. Если мы будем тянуть с наступлением, то проиграем.       - Я прошу не так много: ни год, ни полгода, ни месяц. Пусть свадьба состоится в день полнолуния. Это не так сильно задержит тебя, а я смогу успокоить свою совесть. Если ты хочешь, чтобы я стала твоей опорой, сделай это для меня. Пусть это будет твоим подарком мне на свадьбу, - я замолчала, ожидая его решения.       Лерой подошёл к портрету матери и, взяв его в руки, долго смотрел на него не отрываясь. В том, что внутри брата сейчас борются два противоположных решения, я не сомневалась. Слишком напряжённо он смотрел на картину, словно ждал от неё подсказки как поступить. Я не просила невозможного, всего лишь несколько дней. Я прекрасно осознавала весь риск своего мнимого «каприза», и чем он мог обернуться для всех. Может я поступала неправильно, ставя под удар гораздо большее, чем спасение друга и того, без которого вся оставшаяся жизнь для меня превращалась во тьму. Но, если Адим хоть немного прав, и боги хотя бы изредка смотрят на меня – они не допустят нашего поражения.       Лерой тяжело вздохнул и обернулся. И, прежде чем он заговорил, я уже знала, что он скажет.       - Хорошо, но только ради тебя, - он попытался улыбнуться, но улыбка вышла вымученной.       Я склонила голову в знак признательности и быстро вышла из его юрты, опасаясь, как бы он не передумал. На улице сборный отряд разведчиков неторопливо готовился к выступлению. Кто проверял оружие и доспехи, кто заполнял водой походные фляги.       - Ты что так рано встала?! - удивлённо фыркнул за моей спиной Адим.       От его голоса я вздрогнула и обернулась.       - Нет, - Адим скептически оглядел меня, - ты ещё не ложилась. Это плохо, - безапелляционно заявил наёмник, - в таком состоянии ты долго не продержишься. Немедленно отправляйся спать! У тебя есть на это пара часов!       Я кивнула, не в силах спорить с Адимом, и отправилась к себе. Он прав, если я хоть немного не посплю, то буду не в помощь, а головной болью для него.       Странная субстанция – время. Когда ты хочешь чтобы время быстрее прошло - оно еле тянется. Когда же ты хочешь чтобы оно остановилось – пролетает мгновенно. Стоило мне коснуться головой подушки, как Адим уже тряс меня за плечо.       - Понимайся, нам пора, – он с сочувствием смотрел на меня.       Альфард лениво потянулся и обиженно лёг обратно, когда я покачала головой.       - Ты можешь понадобиться Шерри, так что ты остаёшься, - похлопала я льва по загривку.       Я плеснула себе в лицо водой из лохани и вышла вслед за Адимом. Два ферре, не уступающих наёмнику по крепости, и харниец ждали нас у выхода из лагеря.       - Сегодня идём за Грозовую стену, - коротко объяснил мне маршрут Адим. – Нужно посмотреть, нет ли там какого скопления врага.       С побережья дул холодный, пронизывающий ветер, от которого плохо спасал меховой плащ. Но наёмник поглядывал на море с улыбкой.       - Пираты уплыли, - он не скрывал своего удовлетворения. – Теперь в лагере будет спокойней, да и за тебя меньше волноваться придётся, –       Адим многозначительно посмотрел на меня.       - Дойдём до стены – сделаем привал! – крикнул он всем, стараясь перекрыть шум ветра. – Увидите по дороге дрова – собирайте!       Привал под стеной был не долгим. Поленья, собранные по дороге весело трещали, возвращая нам тепло, отобранное ветром.       - Держи, - Адим протянул несколько печёных бататов из своего мешка, - ешь сейчас, потом будет не до еды.       Я с благодарностью взяла их и принялась жевать. Адим же так и не притронулся к еде.       - Что-то случилось, Адим? Ты выглядишь расстроенным и молчишь больше обычного, - откусывая кусок батата, поинтересовалась я. – Это из-за разговора с Твистом? Не бери в голову! Он наслушался пьяных бредней Радмира.       - Да нет, всё в порядке, - неубедительно отмахнулся он и о чем-то задумался.       - Мне так не кажется, ты что-то скрываешь от меня.       - Я? – Адим невесело усмехнулся, шевеля угли в костре.- По-моему, наоборот.       - Наоборот? – я положила свой батат на камень. – Ты о чем?       - Как понимаю, тебя можно поздравить? – криво улыбнулся Адим.       - С чем?       - Сегодня только глухой ещё не слышал радостную весть о твоём скором замужестве.       - Адим… - я стала подбирать в уме слова, как объяснить ему происходящее. – Адим, я…       - Ты опять пошла на поводу у брата, - он устало выдохнул, - это я уже понял.       - Ничего ты не понял! И Лерой тут не причём! – повысила я голос.       Сидящие чуть поодаль от нас оставшиеся члены отряда, прекратили есть и удивлённо переглянулись.       - Это было моё решение, - уже спокойнее добавила я.       - Это ты так думаешь, а на самом деле он вертит тобой, как хочет, - мрачно возразил Адим.       - Никто мной не вертит! – возмутилась я. – Сейчас это единственный выход!       - Для кого? Для них? Охотно верю! – тряхнул головой Адим. – Им все равно, что с тобой станет!       - Пойми, не они принимали решение, а я. Это нужно мне в первую очередь. Только так я смогу…       - Ты ничего так не сможешь! – перебил Адим, поднимаясь с места. – Теперь ты будешь вечно зависеть от них.       - Я ни от кого не буду зависеть!       - Да ты что? – Адим изобразил удивление. – Ты сама-то в это веришь? Сначала от тебя требуют выйти замуж, потом потребуют рождения наследников - какой же это брак, если нет продолжателей рода? – передразнил Адим Лероя. - Интересно сам процесс их получения тоже будет проходить под контролем твоего брата?       - Адим! – я задохнулась от возмущения. – Это уже слишком!       - А что я такого сказал? Или ты полагаешь, что наследников приносит почтовая сова? – широко раскрыл глаза Адим. – Если ты надеешься, что все ограничится праздничным застольем, то ты ещё наивнее, чем я думал!       - Адим! – я была готова ущипнуть себя, чтобы проверить, что не сплю. Уж чего-чего, а такого я не ожидала от своего друга.       - Что, Адим? Или тебе об этом брат не стал говорить заранее? – лицо наёмника горело от негодования.       - Спасибо, за просвещение, – с издёвкой ответила я, поднимаясь, – а то я гадала, как же появляются на свет харнийцы и ферре!       Мне в голову приходили подобные мысли, но я отбрасывала их как нечто непристойное. Однако, раз об этом думает Адим, значит, задумаются и остальные. От этого стало мерзко и пакостно на душе. Ощущение словно кто-то облил меня помоями.       - Хеодачи повезло, что он никогда не узнает, на кого ты его без промедления заменила, - запустил последнюю шпильку мне под когти Адим.       - Это всё ради него! – не сдержалась я.       - О, да, конечно! – перекосилось лицо Адима. – Я прямо слышу, как он с небес шлёт тебе своё благословение.       - Ты ничего не знаешь! – я понимала, что объяснять что-либо Адиму бесполезно, пока он в таком состоянии. Да и то, что Хеодачи не умер, пока должно оставаться тайной.       Адим зло рыкнул и стал собираться.       - Если вы уже все выяснили, может, мы двинемся дальше? – криво улыбнулся подошедший харниец. – Семейные разборки это прекрасно, но мы не затем сюда пришли!       По тому, как Адим замер, я поняла, что сейчас что-то случится. Наёмник медленно распрямился и молча, без замаха ударил кулаком харнийца. Харниец охнул и свалился как подкошенный.       - Ещё есть желающие высказать своё мнение? – ледяным тоном поинтересовался Адим, наступая сапогом на лицо упавшего. Раздался омерзительный хруст, заставивший меня содрогнуться.       Оставшиеся двое ферре, ошеломлённо молчали, наблюдая, как снег под сапогом Адима медленно окрашивается в алый цвет.       - Нет? – сильнее вдавил он каблук сапога. - Я так и думал, - хладнокровно произнёс Адим, убирая сапог.       Наёмник демонстративно вытер подошву о снег, оставив на нем кровавый след. Ферре замерли в нерешительности, с изумлением глядя на Адима.       - Что уставились! – рявкнул он. - Поднимайте этого недоумка и выдвигаемся.       Ферре бросились помогать товарищу. Харниец, пошатываясь, встал на ноги, зажимая сломанный нос руками.       - Снег приложи и лицо почисть, - как не в чем ни бывало бросил Адим харнийцу и закинул мешок за спину.       Поступок Адима сильно напугал меня. Даже не то, с какой лёгкостью он изувечил харнийца, несдержанного на язык, а то, с каким удовольствием он это сделал.       Весь оставшийся путь прошёл в напряжённом молчании. Никто больше не пытался заговорить с Адимом, все молча выполняли его приказы. Харниец, с распухшим и посиневшим лицом, зло косился на Адима. Я предпочитала не думать, что начнётся, когда мы вернёмся в лагерь.       Туман, встретивший нас за стеной, как густое молоко обволакивал все вокруг.       - Надо подняться на стену и осмотреть всё сверху! - Адим первым полез по склону крутого холма к подножию стены.       Ноги скользили на промёрзшей земле, и продвижение шло не так быстро как хотелось бы.       - Мда, - разочарованно произнёс Адим, поднявшись наверх, - зря лезли.       Кругом, на сколько хватало глаз, было белое поле, словно облака прилегли отдохнуть на землю и заснули тут вечным сном.       - Вы двое, - обратился он к ферре, - пройдите и посмотрите на другой стороне стены. Ты, - пренебрежительно бросил Адим харнийцу, - можешь спускаться – от тебя всё равно никакого толку.       У харнийца побагровели кончики ушей. Он зло сплюнул и полез вниз.       - Нам тоже тут нечего делать, - кивнул мне Адим, - идём.       Я сделал шаг вперёд.       - Стой! Не здесь, - схватил меня за руку Адим, - там провал, бери левее.       Я послушно пошла левее. Падение с высоты не входил в мои планы. Вдруг, справа от нас, послышались харнийские ругательства, шорох осыпающейся земли, и негромкий вскрик.       - Чёртов неумеха, - прорычал Адим, - стой здесь, Задира, я сейчас, - и он растворился в белом тумане, пытаясь отыскать харнийца.       - Где ты есть, безмозглое животное? – послышался рёв Адима.       Вместо ответа я услышала скрежет когтей и сразу же за ним глухой звук удара тела о камни.       Спустя минуту около меня возник взволнованный Адим.       - Надо быстрее спускаться, этот олух сорвался вниз! Теперь ему точно без нашей помощи не обойтись!       Но помощь харнийцу уже была не нужна. Разве что Нуя могла теперь позаботиться о нём. Он лежал ничком на камнях, устремив остановившийся взгляд в туман. Соорудив походные носилки из копий и плаща харнийца, мы положили на них тело и вернулись в лагерь.       Встретившие нас в лагере воины, в полголоса обсуждали происшествие. Адим, не дожидаясь пока его позовут, отправился к Лерою докладывать о случившемся. Многочисленные харнийцы хмуро рассматривали тело товарища.       - Что произошло, Инами? – подошёл Онестат и с недоумением стал разглядывать чёрное лицо харнийца.       - Он сорвался с Грозовой стены, – машинально ответила я, тщательно заученную на обратном пути фразу. – Сорвался со стены. Мне и самой хотелось сейчас в это верить. Там ведь был провал, харниец мог его просто не заметить и, не удержавшись, сорваться. Оба ходивших с нами ферре молчали, не смея оторвать взгляд от земли.       - Прискорбно, - Онестат сделал знак харнийцам унести тело. – Знаю, как тебе тяжело это было видеть. Падения с высоты редко заканчиваются благополучно. Идём, мы уже ничем ему не поможем, - вздохнул лучник и потянул меня за собой.       В молчании мы дошли до моей юрты. Я откинула полог и кивнула, приглашая Онестата войти.       - Лерой утром рассказал мне о твоём решении, - войдя вслед за мной, Онестат остановился около очага.       Я молча сдёрнула плащ и бросила его на табурет.       - Я знаю, чего тебе это стоило, - продолжил харниец.       Я снова промолчала.       - Я не в восторге от этой затеи, - внезапно выдал Онестат.       - Да? – я сделала вид, что искренне удивлена такой реакцией.       В глубине души зародилась надежда, что сейчас он скажет, что передумал и не хочет никакой свадьбы. Признается, что Хеодачи жив…       - Но Лерой прав, - как мечом полоснул ответ Онестата.       Я отвернулась, стараясь скрыть охватившее меня разочарование.       - Я возьму на себя все хлопоты по подготовке свадьбы, - продолжал он, – тебе не надо ни о чем беспокоиться.       - Спасибо, - единственное, что я смогла ответить.       - Наш брак - вынужденная мера, и я понимаю, как это выглядит со стороны…       - Если бы Хеодачи был жив – этого брака никогда бы не было, - резко оборвала я Онестата.       Лучник едва заметно вздрогнул.       - Но к счастью для вас – он умер, - закончила я, пряча сжатые кулаки за спиной.       - Это несчастье… - возразил Онестат.       - Давай называть вещи своими именами, многое изменилось бы, если он был жив? Думаю, уговорить меня было бы почти невозможно. Разве не так?       - Инами, - предостерегающе поднял руки Онестат, - ты перегибаешь палку.       - Да неужто?! Предлагаю кое-что прояснить до нашего брака, чтобы это не стало для тебя потом неприятной неожиданностью. Я выхожу за тебя замуж, только потому, что у меня нет другого выхода. Я уважаю тебя, но не более. И если кто-нибудь, когда-нибудь заикнётся о наследниках – он может смело отправляться за ними в ад, потому как там он их получит быстрее! Надеюсь, это ясно?       Вопрос повис в тишине, оставшись без ответа.       - Я считала тебя другом, Онестат, наставником, храбрым воином, мне жаль, что многое из этого существовало лишь в моем воображении, - с горечью добавила я.       Онестат, не говоря ни слова, вышел из юрты.       «И ещё на одного друга стало меньше», - невесело шевельнулось в голове. Я стащила броню. Одна пластина оторвалась и болталась на честном слове. Все к одному. Поколебавшись, я накинула плащ, прихватила броню и отправилась искать Гояни.       - Тебя искал Энар, - Гояни придирчиво осматривал мою амуницию.       - Энар?       Я выругалась про себя – началось…       - Зачем он меня искал, ты не в курсе?       Гояни пожал плечами и покачал головой.       – Тогда, пока ты разбираешься, на что теперь это может сгодиться, схожу к нему.       - Сходи, - задумчиво вертел в руках нагрудник Гояни.       Жилище Энара можно было узнать издалека по идеальному порядку перед домиком.       - Эльфы привыкают жить в домах? – я с интересом осматривала жилище Энара. Внутри было множество засушенных растений, расставленных в высокие глиняные вазы, а изогнутые деревянные коряги своими ветвями подпирали потолок. Казалось, что ты не в помещении, а в лесу. Для полного сходства не хватало проворных белок или фыркающего ежа.       - Пытаются, - Энар поставил глиняный горшочек с землёй, который он держал в руках, обратно на подоконник и обернулся. - Я услышал радостную новость о твоём скором замужестве, хотя она удивила ровно настолько, насколько обрадовала. Мне казалось, ты не к этому стремилась, - в глазах Энара проскользнула едва заметная тревога.       - Перед лицом врага мы должны оставить все свои противоречия,- уклонилась я от прямого ответа. Сколько ещё раз мне придётся это повторять, пока все не отстанут от меня?       - О каком именно враге ты сейчас говоришь?       Я растерялась. Было странно слышать этот вопрос от Энара, эльфа знающего почти все.       - Если ты говоришь о том враге, что пытается вырваться с острова, то он не так страшен, как тот, что живёт в каждом из нас, - ответил за меня эльф. – Мы всю жизнь боремся с ним, а он использует весь арсенал подручных средств: боязнь обидеть близких, уступчивость в пользу чьих-то амбиций, страх одиночества, нежелание отвечать самому за свои действия – все, что может ослабить нас, подчинить в угоду ему. Проиграть такому врагу намного страшнее. Но мы всегда оправдываем свой проигрыш, оборачиваем его в красивые обёртки, выдаём за подвиг, хотя, в глубине души, знаем, что это не так. А в последствие, рано или поздно осознавая свои поступки, мы уже не в силах что-либо изменить.       Энар выжидающе посмотрел на меня.       - Да, мы не всё можем изменить, но это не значит, что с этим нужно мириться, - с вызовом ответила я Энару.       Мне бы хотелось рассказать ему правду, попросить у него совета, но, сейчас было не время и не место. Признаться, что победив своего внутреннего врага, я тем самым подставила под удар всех остальных, подыграв опасному и коварному врагу внешнему? Навряд ли Энар придёт от этого в восторг.       - Я знаю, ради чего пошла на такой шаг. Не думайте, что брак - навязанное решение моего брата. Решение принимала я, а не он. Это единственное, чем я могу помочь здесь в вашей борьбе.       Энар задумчиво улыбнулся.       - Раз так – я спокоен.       - Жаль, что не могу сказать того же, - призналась я.       - Лерой рассказал мне о твоих сомнениях по поводу генерала Макбрайда, - сменил тему Энар.       - Это больше чем сомнения, - возразила я.       - Нельзя быть одновременно во многих местах, особенно, если ты одна или один. Приходится делать выбор, и он подчас не всем, и не всегда понятен.       - Мне мой выбор понятен, - я раздражённо мотнула головой.       - Тогда не отступай от него, - заметил Энар.       Говорить с Энаром то же, что решать харнийскую головоломку. Вариантов ответов тысячи, и как выяснить, какой из них верный? Какой выбор я должна сделать? Тот, что предложил брат? Онестат? Свой выбор? Какой именно? Тот, о котором знают все? Или истинный?       Энар удовлетворённо кивнул, глядя на моё замешательство.       - Я задумался о подарке на твою свадьбу, и решил, что будет лучше спросить у тебя, - снова заговорил Энар. – Именно за этим я тебя искал.       - Мне ничего не нужно. Сейчас не самое подходящее время для подарков, - пожала я плечами. - На пороге война, а я должна думать о безделушках? Что мне с ними делать? Да и откуда им взяться на этой земле?       - Я так и думал, - удовлетворённо качнул головой эльф. – Что ж, ты очень помогла мне, спасибо.       «Хотелось бы ещё понять чем», - подумала я, прощаясь с эльфом.       Я вышла из дома Энара, и тут же столкнулась с Вендором и Виолеттой.       - Если вы с поздравлениями или проклятьями – приберегите их на потом, - я на всякий случай пресекла их попытки на корню.       - Но, Задира, это неправильно, - робко возразила Виолетта.       - Надо же кто-то ещё имеет мужество называть вещи своими именами, - с горечью заметила я. - Сейчас все неправильно, Летти, но от этого не становится легче.       - Ты уверена, что хочешь этого? – с тревогой спросил Вендор.       - Я уверена, что должна это сделать, для меня этого достаточно, – у меня не было желания продолжать этот разговор. И я, заметив проходящего мимо Шерри, извинившись, направилась к нему.       - Тяжёлый день? – сочувствующе заметил Шерри.       - Здесь нет ни одного места, где меня бы оставили в покое, - обречённо вздохнула я.       - Идём, - Шерри взял меня под руку, - Тонго сейчас спит, а Эльтере будет рада тебя видеть.       В юрте было тихо, и царил полумрак. Тонго мирно посапывал в своей колыбельке. Эльтере, стараясь не шуметь, суетилась по хозяйству.       Увидев меня, она улыбнулась и предложила сесть.       - Надо укрыть Задиру на время от любопытных, - пояснил наш визит жене Шерри.       - Что ж, я её понимаю, - кивнула Эльтере и протянула мне стакан с ярко красной жидкостью. – Пей – это морс.       Я отпила глоток кислой жидкости и поморщилась.       - Новость о свадьбе воспринимается в лагере как…       - …пир во время чумы? – подсказала я, отставляя стакан в сторону.       - Скорее наоборот, - поправил меня Шерри.       - Как чума во время пира? – нервно рассмеялась я.       - Да ну тебя, – махнул рукой ферре. – Если бы не гибель Микаэля, то это был бы один из лучших дней. Бедняга Микаэль, харнийцы любили его, он был славным малым.       - Да, - эхом отозвалась я, и чтобы хоть как-то скрыть своё волнение потянулась обратно за своим стаканом. – Это была трагическая случайность, я едва сама не угодила в тот же провал. Если бы не Адим, на месте Микаэля могла оказаться я.       - Не говори мне о таких ужасах, и, пожалуйста, повремени пока со своими «прогулками» с Адимом. Твоя свадьба не за горами. Ты уже решила как она пройдёт? – Эльтере села рядом со мной.       – Онестат сказал, что займётся свадьбой сам. Хвала Нуи, я избавлена от этого ужаса, не знаю, как бы с этим справилась.       - Он так сказал? – насторожился Шерри.       - Именно так. Надеюсь, у него хватит такта не приставать ко мне с вопросами по её проведению. Мне все равно как это будет происходить.       - По крайней мере, я сразу могу сказать, кто будет проводить обряд, - хмыкнул Шерри, заботливо подливая мне в стакан морс.       - И кто же этот несчастный? – поинтересовалась я.       - Жрец Свэнн, - невозмутимо ответил Шерри, наблюдая, как я поперхнулась от его слов морсом.       - Других кандидатов нет? – спросила я откашлявшись.       - Я не знаю, - пожал плечами Шерри, - мы с Эльтере были им довольны.       - Ну да, естественно, он же не запирал вас в подвал, - проворчала я себе под нос.       - Что ты говоришь? – не разобрала моих слов Эльтере.       - Я говорю, это чудесная мысль.       - Я тоже так думаю, – обрадовалась она. - Но вот белого платья у тебя не будет, - грустно заметила Эльтере. – Тут его не найти.       - Ты сейчас издеваешься?       - Нет, - удивилась Эльтере.       - Думаешь, меня интересует, в чем я буду выходить замуж? – сердито фыркнула я. – Да хоть в мешок нарядившись!       - Ну, такого тебе точно не позволят, - смутился Шерри.       - Жаль, было бы весело, - вздохнула я, представив, какой бы фурор это произвело на моего брата.       - Спасибо за гостеприимство, – поднялась я, - в последнее время я сама не своя. Я не хотела вас обидеть.       - Что ты, - немного смутилась Эльтере, - когда я выходила за Шерри, тоже себе места не находила. Будет трудно – двери моего дома всегда для тебя открыты.       Я порывисто обняла Эльтере и выскочила на улицу.       - Задира, постой! – окликнул меня Шерри, выйдя следом за мной.       - Он ведь может не прийти, - Шерри заглянул мне в глаза,- и тогда все окажется бессмысленным.       - Почему? Ты же сам сказал, новость о свадьбе обрадовала многих, значит, смысл есть. Он придёт, я знаю.       Я повернулась и, не оглядываясь, пошла прочь.       То, что в моей юрте кто-то есть, я поняла ещё не дойдя до неё - над ней поднимался дымок разведённого очага. Тяжело вздохнув, я откинула полог. У очага, спиной ко входу, сидел Адим.       - Заходи, я заждался тебя. Вот, решил огонь развести.       - Спасибо за очаг, Адим, но я очень устала, мне хотелось бы отдохнуть, - мне впервые не хотелось говорить с ним, и я не совсем чётко представляла себе почему.       - Ты сегодня нарасхват, - подавлено улыбнулся Адим.       - Да, - отозвалась я, бросая плащ у входа.       - Тяжёлый день, - признался наёмник. – Я не буду тебя долго задерживать. Хотел только сказать: мне жаль, что так все вышло с этим харнийцем, не надо было мне его бить, - сокрушённо пробормотал он. – Не знаю, что на меня нашло.       - Да, не надо было, - повторила я вслед за Адимом, проходя к огню,- но сейчас слишком поздно сожалеть об этом - он мёртв.       - Я пытался ему помочь, но не успел, он сорвался вниз на моих глазах! – задрожал от негодования голос Адима.       - Я разве обвиняю тебя в его смерти? – удивилась я.       - Нет, но мне показалось, я тебя напугал, – огорчённо развёл руками наёмник.       - Немного, - призналась я. – Я не думала, что тебя так заденут его слова.       - Дело не в его словах, а в том, что ты решила сделать. Я тревожусь за тебя, - снова затронул, и без того больную для меня тему, Адим. – Твой брат преследует свои цели. Он выдаёт тебя за харнийца! Не за ферре, а за харнийца! И его совершенно не волнуют твои чувства и мысли! Это… это эгоистично! Он преследует только свои интересы!       - Как и я, – возразила я Адиму. - Я давно знаю Онестата, он храбрый воин, верный друг, достойный харниец…       - Он харниец, чужак для нас, и этим все сказано, - прервал меня Адим. – Прости за то, что я наговорил тебе на привале. В смешанных браках не бывает детей. Твой брак не только укрепляет положение твоего брата, он ещё и гарантированно вычёркивает тебя из числа претендентов на престол. Раз у тебя не будет детей, его положению и его детям ничего не будет угрожать.       - Это неправда, у моего брата и в мыслях этого нет! – вспыхнула я.       - Откуда ты знаешь? - зло усмехнулся Адим. – Если ты не способна на предательство и коварство, это ещё не значит, что те, кто рядом с тобой, не способны на это. Власть – самый большой соблазн. Чтобы завладеть ей, даже самые честные ферре способны на многое.       - Не хочу даже думать об этом! – возмущённо возразила я ему.       - Ты поступаешь недальновидно лишая себя и своих детей законного места.       - Какого места? Где это место, Адим? Как я могу лишить себя того, что не существует?! – разозлилась я. - О чем ты говоришь?!       - О твоём будущем! Если ты не станешь думать о нем сейчас – потом будет поздно! Здесь никто пальцем не пошевельнёт ради него! Твоё место не здесь, среди снега и этой разношёрстной компании, которая даже толком не знает что ищет!       - Они ищут то, что поможет им справиться с тьмой!       - Это губительное самовнушение! Вместо того, чтобы решать реальные проблемы, они выдумали себе героическую миссию и убедили в ней остальных. Люди твоего брата не понимают, что происходит. Лерой ничего им не объясняет. Недомолвки не доведут его до добра. Те, кто готовы умереть за него, заслужили знать правду.       - Какую правду, Адим?       - Твой брат просто хочет выстроить новое государство ферре здесь раньше всех остальных. Потому ему так важен союз ферре и харнийцев. Он цепляется за находящееся тут «зло» как за спасительную соломинку. Ничто не консолидирует – как всеобщая угроза. Зачем ему добиваться власти на восточном континенте? Почему не пойти путём Свэнна? Здесь у него будет всё!       - Ты ошибаешься! – моему возмущению не было предела.       - Разве? – глаза Адима нехорошо заблестели. – А по-моему нет.       От его голоса повеяло холодом, таким же, как тот, что окружал меня в пещере. «Тьма коварна, - мелькнуло у меня в голове, - она может добраться до любого из наших близких». Теперь я поняла, что мешает мне воспринимать Адима как прежде – страх. Я стала его бояться.       - Я не изменю своего решения, Адим, оно окончательно, - как можно спокойнее произнесла я. – Ты прав, сегодня был тяжёлый день, и я бы хотела отдохнуть.       - Подумай о моих словах, пока ещё не поздно, - с угрозой, едва сдерживаясь, произнёс Адим.       Он поднялся, подхватил свой плащ и, не прощаясь, вышел из юрты.