Брак по расписанию

/Автор активно шипперит R27, поэтому не удержался от маленького намёка./ Тсуна оторвалась от биржевых сводок и перевела взгляд на окно, но капли по металлическому подоконнику стучали по-настоящему. Задержав дыхание, девушка тут же вскочила, отбрасывая от себя всю работу и маленьким вихрем вылетела из кабинета, пронеслась по коридорам к выходу и замерла у распахнутых дверей. Дождь лил сплошной стеной, как из ведра. По двору бежали горничные, прикрываясь кофтами и куртками, садовник сиротливо жался под навесом. Серьёзные мафиози в костюмах хмурились и втягивали головы в плечи, но холодные капли скатывались им за шиворот и затекали под одежду. Пол у входа был совсем мокрый: тут и там лужицами стекала вода с зонтов и людей. Тсуна сделала шаг вперёд, и по ногам тут же пронёсся маленький ураганчик из брызг. После удушающей жары, дымкой висящей над Палермо, дождь смывал усталость и напряжение. Ни о чём больше не думая, Тсуна вступила во двор, подставляясь под упругие ласковые струи. Одежда тут же промокла, прилипая к телу, а ливень только усилился. Громыхнуло, но молнии не было – гроза далеко. Откуда-то из-за неплотной пелены облаков выглянуло солнце, заставляя жмуриться и терять ориентацию в пространстве. Девушка смеялась и щурилась, кружась под ливнем и порывами ветра. Кажется, Гокудера зачем-то выбежал. С зонтиком или пиджаком... Десятая покачала головой, снова рассмеявшись. Она так не радовалась дождю с детства, когда, маленькая, прыгала в лужах, измазываясь грязью и так же радостно смеясь. Короткий ливень утих минут через десять, оставляя после себя лужи и мокрую землю с травой. Тсуна прикрыла глаза, глубоко вдохнула посвежевший воздух, наполнившийся ошеломляющими ароматами цветов и трав. Развернувшись, она увидела, что на крыльце её уже ждали репетитор, отец и Занзас, впрочем, пережить возмущения этих троих ради нескольких минут ничем не замутнённого счастья было легко. - Что это было, Тсуна? – спросил репетитор, стоило девушке подняться на крыльцо. Реборн осмотрел свою бывшую ученицу, с которой потоками стекала вода и обречённо вздохнул: здесь помочь не могло уже ничто. Десятая пожала плечами, выжимая волосы прямо на пол и встряхивая мокрыми прядями. Реборн снова вздохнул: Тсуна даже не догадывалась, как она сейчас выглядит. Не зря он всё-таки так трепетно охранял её от всевозможных поклонников. Он знал, что так и не смог до конца спрятать девушку от пошлости мира, но всё же сумел сохранить её абсолютную внутреннюю чистоту и невинность. Если бы между ними не была такая огромная разница – в возрасте, мировоззрении, вообще во всём – он бы сам в неё влюбился. - Разве я не могу хоть иногда побыть человеком? – спросила Тсуна, отлепляя блузку от тела и пытаясь её хоть немного просушить. Реборн незаметно скосил глаза направо и посмотрел на Занзаса. Снова вздохнул и развернулся, уходя. Здесь тоже помочь ничего не могло, особенно, когда сквозь тонкую белую блузку просвечивала аккуратная грудь девушки, затянутая в белый же бюстгальтер. Реборну так и хотелось приложить руку к лицу и обречённо покачать головой, но статус лучшего в мире киллера не позволял ему сделать этого. *** Тсуна вернулась в свой кабинет, по дороге заглянув в гостевую и переодевшись. Любимые джинсы и клетчатая рубашка – девушке казалось, что она не одевалась так уже целую вечность. Ведь правда, это гораздо удобнее, чем узкие юбки и полупрозрачные блузки, которые, как нарочно, выбирал для неё репетитор, объясняя это «Ты босс, Тсуна, ты должна выглядеть соответствующе». Тсуна была согласна с этим лишь отчасти, а потому с репетитором спорила не очень активно, но всё-таки отвоёвывая часть гардероба. Через распахнутое окно доносился аромат трав и цветов, голоса мафиози и отдалённые звуки учебного боя. «Опять Скуало», - поняла Тсуна, услышав до боли знакомое «Вроооой!». В нижнем ящике стола лежал отчёт Дино. После того, как Альянс включился в поиски банды «Пожирателей мафии», работать стало гораздо сложнее. Впрочем, и самому Альянсу приходилось не сладко: никто не знал цель, средства, мотивы новой организации, а самое главное, никто не знал, насколько обширно она разрослась в мафии. А Тсуна знала, что дела этой самой банды идут очень даже неплохо. Вербовка сторонников, слияния, заключение договоров. Только на публику «Пожиратели» разыгрывали спектакль. Понемногу они поглощали другие мафиозные кланы, вели свою пропагандистскую деятельность. Тсуна была довольна. Придёт день, и «Пожиратели» поглотят и Вонголу, и тогда мафия, наконец, будет существовать в виде одного клана с Тсуной во главе и состоять из относительно автономных частей. Вонгола всё так же оплакивала «безвременно ушедшего» Ламбо. Тсуна с некоторым ужасом думала о том дне, когда раскроется обман. Впрочем, всё это не так страшно, как раскрыть своё прямое участие в заговоре. Однако пока маленький телёнок служил очень хорошим прикрытием, потому что, как бы там ни было, но ни одно оружие не могло сравниться с рыданиями Ламбо. И его Пламенем Грозы. *** Бьякуран появился внезапно, выскочил, как чёрт из табакерки. Появился в особняке, довёл практически до нервного срыва Хибари, послал воздушный поцелуй Гокудере и без стука ворвался в кабинет Тсуны. - Хей, привет, Тсунаёши-кун! Тсуна вздрогнула и прикрыла глаза. Бьякуран был и оставался единственным человеком, кроме Мукуро, кто использовал мужской суффикс «кун». - Бьякуран… - девушка сцепила зубы и отложила нудные сводки прибыли. – Чем, чёрт возьми, ты занимаешься? Тебя однажды убьют и не заметят! - О, ты волнуешься? Это так мило с твоей стороны! – блондин хлопнул в ладоши и прикрыл глаза в удовольствии. - Садись, что ли, - Тсуна развернулась к бару и достала початую бутылку вина, стоящую здесь специально для задушевных бесед. – Что-то случилось, что ты внезапно приехал? Бьякуран молча пожал плечами, проводя пальцами по краю бокала. - Ты изменилась, Тсунаёши-кун, - сообщил он, подняв глаза. - Сама удивляюсь, - хмыкнула девушка. - На самом деле я хотел поговорить. До меня дошли слухи, что ты выходишь замуж, Тсунаёши-кун. - О боже… - Занзас-кун, конечно, очень милый парень, но, помнится, он хотел тебя убить… - Ты тоже милый парень, который хотел меня убить, - напомнила Тсуна, не ожидавшая ничего хорошего. - Ну, я изменился! – беспечно улыбнулся Бьякуран и продолжил: - Я хотел предложить тебе выйти замуж за меня. Убьём двух зайцев – и противоречия между семьями сгладим, и к тебе никто больше подкатывать не будет. Я не буду вмешиваться в твою жизнь, ты – в мою, как думаешь? С Занзасом такое не пройдёт. - Мм, - протянула девушка. – Хиии! Что?! Какого чёрта, Бьякуран?! – Тсуна вскочила, в шоке смотря на парня. Да как он… как ему вообще такое в голову пришло? - А что в этом такого? Такой же брак по расчёту, как с Занзас-куном, - пожал плечами Джессо и отпил вина. – Только не говори, что ты влюбилась в него и жаждешь долгой и счастливой семейной жизни. - Нет, но… - девушка развела руками, не зная, что сказать. Интуиция молчала, следовательно, никаких «вторых дон» в предложении Бьякурана не было, но… - Подумай об этом, Тсунаёши-кун, - Бьякуран пронзительно взглянул на Десятую, а после поднялся. – Ну, мне пора, дела не ждут, сама знаешь. Буду ждать твоего ответа, Тсу-чан~, - и он исчез так же внезапно, как появился, оставив девушку в растерянности и сомнениях. Контракт с Занзасом до сих пор был не подписан. Так было всегда: Бьякуран проносился по особняку тайфуном, оставляя после себя хаос, анархию и сбитые в одну непонятную кучу мысли. Почти никогда не задерживался на чай или обед, да и вообще редко когда задерживался по какому бы ни было поводу. Но сейчас… кажется, это перешло все границы. Посоветоваться бы с кем-нибудь, но в этот раз Тсуна дала себе слово, что решит всё сама. Выкинув из головы дурацкие мысли, девушка вышла из кабинета, направившись к гостиную. Там никого не оказалось и, под монотонный звук телевизора, она задумалась. С другой стороны – какая разница, за кого выходить замуж? Ни одного, ни второго она не любит, тут скорее вопрос, какое зло меньшее. Оба обладают Пламенем неба, у обоих родословная, Реборн вряд ли будет протестовать. А Бьякурана можно будет в любой удобный момент устранить, а после, поизображав годик безутешную вдову, выйти замуж за Занзаса. Тсуна вздохнула, поражаясь, когда успела стать такой циничной. Но, в конце концов, оба здорово попортили ей нервы, и она имеет право хотя бы в мыслях отомстить им. - Какая разница, в самом деле? – пробормотала Тсуна, прищурившись. Мечты о «большой и светлой» давно были разбиты, а ребёнка она не отдаст ни одному, ни второму, достаточно того, в какой среде он будет расти. Хотя, наверное, это плохо – отца у ребёнка опять не будет, как и у неё. Вряд ли Бьякуран или Занзас так уж жаждут возиться с детьми. - О чём задумалась, Тсуна? Скоро уже выезжаем, – девушка вздрогнула, услышав знакомый голос над ухом. - Реборн! Зачем так пугать? Я думала о браке, - вздохнула она. - И что надумала? - Сегодня приезжал Бьякуран, - репетитор кивнул и прищурился: начало ему не нравилось. - Предложил выйти за него, вот я и думаю – может это более выгодно, чем брак с Занзасом? В конце концов, с Джессо у нас чуть более худшие отношения, чем с Варией. А в случае чего я могла бы ночью придушить Бьякурана и проблема была бы решена. Как думаешь? - Ты в своём уме, глупая Тсуна? – Реборн нечитаемым взглядом смотрел не девушку. – Брачный контракт уже подписан. - Ой, имя всегда можно изменить, - махнула рукой Десятая, вновь погружаясь в раздумья. Через несколько минут она встала и вернулась в свой кабинет. На часах было почти пять, а это значит, что следовало собираться на встречу с Верде. Это должны были быть очень тяжёлые переговоры о поставках разработок нового типа вооружения. И кто бы знал, как Десятая не хотела на него ехать и встречаться с жутким учёным и его не менее странными помощниками. *** Тсуна сидела в роскошном номере отеля и заинтересованно рассматривала Верде. Не то, чтобы он просил слишком много – время, деньги, связи, безопасность – но это означало полновесное сотрудничество, а значит и обсуждения требовалось совсем на другом уровне: с участием экспертов, юристов, Гокудеры, Занзаса и Ёмицу, как минимум. - Хорошо, думаю, Вонгола найдёт с вами общий язык. Но такой договор, как вы понимаете, требует полноценного закрепления на бумаге, - наконец сказала она, склонив голову. - Разумеется, я это понимаю, Савада, - фыркнул Верде. Кажется, он был чем-то очень недоволен. – Я могу рассчитывать так же и на Пламя? - На моё – в разумных пределах. Это всё, что я могу обещать. - Как всегда – ты ничуть не изменилась. - Как знать, - Тсуна улыбнулась уголками губ. – Что ж, тогда следующая наша встреча состоится вместе с юристами. Какое время вас устроит? Учёный задумался. - Через неделю, в десять утра. - Хорошо, - Десятая кивнула и неровным почерком занесла это в ежедневник. – Тогда до следующей недели. Она встала и с гордо поднятой головой покинула комнату. Реборн, молчавший всё это время, последовал за ней. - Ты неплохо справилась, Тсуна, - сказал он, когда они спускались на лифте и девушка раздражённо снимала неудобный пиджак. В ответ она только хмыкнула, но промолчала. Да, этому она научилась – держать лицо. Глядя на неё на публичных мероприятиях, встречах или переговорах, а тем более – сражениях, никто бы и не подумал, что бывший репетитор до сих пор называет её никчёмной, ею помыкают, а она сама боится каждого шороха. Впрочем, нет, уже не боится. С каждым днём Тсуна всё больше понимала, что самообман – великая штука на грани с магией, превращающаяся в огромный стимул. В особняке было темно и тихо. Все обитатели либо спали, либо работали в своих комнатах, либо там же занимались своими делами. Реборн исчез сразу же, стоило им переступить порог. Тсуна вздохнула и устало облокотилась на стену. - Чёртов Верде, - пробормотала она, сетуя больше на натёртые ноги, чем на учёного. – Чёртовы туфли. Чёртов Реборн. - Женщина? – раздался голос из темноты. - Хииииии! – Тсуна съехала по стене и на автомате зашвырнула Пламенем в предполагаемого обидчика. Из темноты донёсся мат, вспышка света осветила старые шрамы и знакомое лицо. Тсуна с облегчением поняла, что ошиблась. - Совсем сошла с ума? – осведомился Занзас, щёлкая выключателем. - Ты напугал меня. Занзас пару мгновений рассматривал сидящую девушку с высоты своего немаленького роста, а потом буквально за шкирку поднял её на ноги под полу задушенный писк. - Занзас!.. - Я тут узнал кое-что интересное… Ты намереваешься замуж за этого клоуна? - К-какого клоуна? Ты о чём вообще? – Тсуна зашугано смотрела на мужчину. Кажется, он на самом деле был зол, вот только она не понимала, что опять сделала не так. - За Бьякурана! - Ааа, - волна облегчения накрыла Тсуну, она даже смогла улыбнуться, вспомнив сегодняшнего гостя. – Не я собираюсь, а он предложил. И, надо сказать, в этом есть смысл. Не пойми меня неправильно, я уважаю тебя, но раз этот брак по расчёту, разве не выгоднее его заключить с Джессо? И тебе не надо себя пересиливать, я помню, как ты меня не любишь. Занзас прищурил полыхнувшие ярко-алым глаза и встряхнул девушку, отчаянно желая вбить в её голову простые истины. - Ты дура или издеваешься? – прорычал он. – Ты – моя, запомни это. В глазах Тсуны полыхнуло Пламя. Это ей совсем не нравилось. Она только вырвалась из-под вечных контроля и опеки своего репетитора и совсем не желала попадать в зависимость от мужа. - Успокойся, - произнесла она тихим угрожающим голосом. Мужчина чуть отпустил её, отступая на шаг. – Не смей говорить так, будто нас что-то связывает. Никуда твоя Вонгола от тебя не денется. Позволь мне самой решать, кого я убью в первую брачную ночь. - Мечтаешь от меня избавиться? – Занзас снова склонился над Десятой. - Такие мысли были, отрицать не буду. Я не в восторге от этого брака и от мафии вообще, ты это знаешь. Выйду я за тебя или за Бьякурана – только моё дело, - Тсуна пристально глядела в красные глаза, надеясь, что до мужчины дойдёт. Занзас впечатал ладонь в стену, девушка вздрогнула, но глаз не отвела. Пожалуй, Занзас и сам не понял, что произошло в следующий миг. Он этого не планировал и не думал даже, однако спустя мгновение его губы оказались на губах девушки, жёстко запечатывая её приоткрытый рот. Тсуна пришла в себя через мгновение, и её накрыла паника. Она замычала, пытаясь отвернуться и оттолкнуть мужчину, но тот, увы, по физическим параметрам был гораздо сильнее её. Язык скользнул в её рот, прошёлся по зубам, коснулся её языка, и Тсуна с ужасом осознала, что ей не просто нравится этот яростный поцелуй – её тело кричит о продолжении. От этого факта она окончательно запаниковала, Пламя вспыхнуло на лбу само по себе - и уже в следующее мгновение Занзас стоял у противоположной стены, прижимая ладонь к боку – выше она ударить не смогла. Тсуна закрыла глаза, пытаясь прийти в себя и угомонить бешено стучащее сердце. - Никогда так больше не делай, - тихо выдохнула она, когда дыхание восстановилось, развернулась на каблуках и почти убежала в спасительную темноту спальни. Щёки пылали, пальцы дрожали, колени подкашивались, между ног разливалось приятное тянущее чувство. Это был худший момент в её жизни. Это был лучший момент в её жизни.