Полутона

Солона

— Но, дорогой, я хочу, чтобы ты был дома, когда соседки придут... Нет, стой. Не хочу. Я знаю, какой эффект ты производишь на противоположный пол. — Иногда это пугает и меня. Семейка Аддамс (The Addams Family)

      Солона Амелл намотала волосы эльфийки на руку и резко потянула в сторону.       — Отвечай мне, сука, что у тебя с ним?!       Эльфийка поддалась и чуть не свалилась с ног, но Солона резко дернула ее назад. На хорошеньком личике служанки справа сиял распухший синяк, а в краешке глаза виднелся кровоподтек.       — Изображаешь из себя невинность, да? — Солона сглотнула и приблизилась вплотную к ее лицу. Служанка отвечала полным непониманием, ее щеками катились крупные слезы.       — Я видела, как ты выходила из его покоев, вся такая довольная. Не первый раз, как мне доложили… Ты ведь знаешь, что я с тобой могу сделать? Сама ведь понимаешь.       Заглатывая слезы, она наконец пропищала:       — Простите, госпожа, я лишь убиралась в покоях его величества. Клянусь, больше ничего!       Солона отпустила волосы служанки и магией отбросила ее к кровати. Больно ударившись о спинку ложа, служанка ухватилась за саднящую голову и тихо застонала.       — Знаешь, что? — Солона вытянула руку перед собой и, поворачивая, стала рассматривать ладонь. — Колодец видела? Как там ведро болтается? То же самое будет и с тобой. — Солона наклонилась к служанке. — Потому что, я вырву твое поганое женское естество и когда тебя будут иметь, ты будешь себя ощущать тем самым колодцем. Тебе ясно?       Эльфийка сжалась и отползла впритык к кровати.       — Умоляю вас… — она промямлила на грани обморока, — …я этого не делала.       Солона так и не поняла: это она от боли или от страха за свою никчемную жизнь? Все равно, иных чувств эти твари не испытывают, щелкни их разок по лицу, и они уже лобызают тебе пятки. Она с отвращением отвернулась к окну.       Кто-то ворвался в комнату без стука. Солона обернулась и всплеснула руками. Сам король пожаловал! В смятении, он посмотрел сначала на Амелл, потом на служанку и холодно спросил, яростно вглядываясь в волшебницу:       — Что тут происходит?       Кивнув, она елейно улыбнулась и сказала, будто выплюнула:       — Добрый день, Ваше Величество. — Она указала в сторону служанки: — Ах, ты об этом? Да так, урок преподаю. Пустяки, недостойные вашего внимания.       Алистер устало выдохнул и помог эльфийке подняться.       — Иди, я разберусь, — он подтолкнул ее к выходу.       Несмотря на травмы, след от нее вмиг простыл. Алистер прикрыл дверь.       — Пустяки? — он спокойно спросил у Солоны, которая принялась накручивать на палец прядь огненно-рыжих волос.       — Что же ты эту дрянь на руках не вынес? — резко выпалила она, подходя к нему.       Они буравили друг друга взглядами. Солона буквально дрожала от злости, Алистер же старался не терять самообладания.       — Кто тебе дал право истязать слуг?       Амелл рявкнула:       — Ты с ней спишь!       — Я ни с кем из них не сплю! — не выдержал и он. — У тебя паранойя!       — Тянет, значит, на остроухих шлюшек? — Солона скривила губы в подобии улыбки. — Прямо как твоего венценосного папашу.       Алистер замахнулся, чтобы ее ударить, но тут же опустил руку, шумно дыша.       — Не смей, — тихо произнес он, ткнув пальцем ей в лицо.       — Я убила архидемона, рискнешь? — прошептала женщина, приблизившись почти вплотную к лицу короля.       — Не заставляй меня принимать меры, — медленно произнес Алистер, делая шаг назад к двери. Затем развернулся и вышел из ее покоев.       Солона расправила плечи, и отсутствующим взглядом посмотрела на полуоткрытую дверь.       — «Принимать меры». — Затем выкрикнула: — Да ты мне должен быть благодарен!

Алистер

Только потому, что кто-то не любит тебя так, как тебе хочется, не значит, что он не любит тебя всей душой. Габриэль Гарсия Маркес

      Не разбирая куда, Алистер быстро шел, напрягшись будто для прыжка. Он был в бешенстве. Главное — отпугивать челядь яростным блеском в глазах и просто идти.       — Ваше Величество! — окликнули его. — Ваше Величество!       Резко остановившись, Алистер обернулся. Звал его Эамон, эрл Редклифа, на чьем лице промелькнуло удивление, сменившееся спокойной выдержкой. Он прибыл в Денерим совсем недавно, но вот уже не первый раз находил Алистера в таком состоянии.       — Тебе не обязательно звать меня Величеством, Эамон, — Алистер выдавил улыбку, но получилось откровенно плохо. — Что-то случилось?       — Тебя уже ждут в приемном зале, — слегка поклонившись, мягко сказал эрл. — Дворяне собрались для обсуждения нововведений во внутренней торговле. Теган уже на месте.       — Как-то вылетело из головы, — Алистер рассеяно почесал в затылке. — Раз уж все собрались, то пойдем, посовещаемся.       Король уже было двинулся к ведущей в зал лестнице, как Эамон придержал его за плечо.       — Ты можешь мне объяснить, что происходит?       — Ничего серьезного, издержки ремесла, — Алистер отвернулся от проницательного взгляда Эамона, зная, что такое объяснение его не удовлетворит. Теперь он точно собирался разнюхивать, а сплетников при дворе хватало.       — Тогда позволь, я тебя провожу, — предложил эрл.       Собрания проводили в огромном зале. В типичном ферелденском стиле: стены отделаны резным деревом, пол сине-зелеными узорами полированных камней. За продолговатым столом в форме буквы «П» уже восседал и переговаривался весь денеримский и не только цвет, а у королевского трона стоял Теган. На них безмолвно взирали бывшие монархи с портретов.       Алистер прошел к своему месту, мельком кивнул Тегану, и поклонился собранию. С окончанием приветствий и поклонов, Эамон начал речь:       — Уважаемые лорды и леди, думаю, в первую очередь нас всех волнует безопасность торговых путей. Полгода назад закончился Мор, самый короткий Мор в истории… Но бед от него, как и от всех предыдущих. Еще долго восстанавливать сельское хозяйство, а стервятники-бандиты отнимают и эту возможность! Отряды солдат уже посланы нашим милосердным королем Алистером Тейрином по всему Ферелдену, но и этого оказывается мало...       Алистер изо всех сил старался уследить за бесконечной речью Эамона. Естественно, проблем много, и Алистеру еще очень долго придется разгребать оставшееся после Мора дерьмо. Скорей всего, до конца своих дней. Страна переживала не лучшие времена, и он не раз бессонными ночами совещался об этом с Теганом. Но прямо сейчас мысли Алистера смещались к проблемам личного характера.       Очередной довод в пользу распространенного по углам мнения, будто король из Алистера ровно никакой.       Солона Амелл — невыносимая баба, ставшая его проклятием. Раньше у них была общая цель, тогда она ему казалась милой девушкой, сильной, смелой, прекрасной. Солона собрала великую армию, убила архидемона. Солона была для Алистера, да и не только для Алистера, кем-то вроде небожительницы. Тогда.       Теперь его изводили вопросом — почему он не женится? Ведь королю нужен наследник. При этом практически все знали о его связи с Героиней Ферелдена: придворной волшебницей, его полководцем и по совместительству любовницей. Двор буквально жужжал о ее неадекватности. Ходили слухи о изувеченных девушках — к которым она ревновала короля, — срывах, пристрастии к алкоголю. Алистер не знал, как с ней совладать. Уже не впервые он замахивался на Солону, и каждый раз сдерживался только неимоверным усилием воли. Часто думал — стоит ли вообще сдерживаться? Ударить так, чтобы вся дурь вылетела из той головы? Но знал — не сможет. Не то воспитание. Бить женщину — значит унижаться самому, Алистер всегда так считал. Да и вряд ли это помогло бы.       Что же делать? Убрать к демонам всех женщин-слуг из дворца и нанять одних мужчин?.. Бред. Над Алистером будет потешаться весь двор за такое. Уже шептались за спиной, еще и насмешек он не вынес бы. Да и Солона найдет другой способ его извести, придворные дамы в любом случае останутся. Да, эльфийки для него были большим искушением, иногда он мог и поразвлечься, но ведь это ничего не значило. Что, ему никому не улыбаться, не заигрывать в шутку, демон, это — элементарный этикет! Ненормальная!.. А ведь в недалеком будущем предстояли визиты в Вольную Марку, Орлей… Солона бы его окончательно опозорила.       Алистер знал, помнил, что она не идеал, но не настолько… не до беспринципной жестокости. Избивать этих эльфиек? Они без того угнетенные и забитые, вынуждены побираться, чтобы выживать. Уже не первую Алистер отправлял на работы в прачечную и кухни, а ведь они первоклассные служанки. Откуда Солона выдумывала, будто он с ними спал? Кто-то ее дезинформировал. Алистер собирался выяснить кто.       — Ваше Величество... Ваше Величество...       Очнувшись будто ото сна, Алистер рассеянно посмотрел в зал. К взорам монархов добавились и живые — все устремленные на него. Ждали ответа? Чтоб его! Король прослушал речь. Очередная тема для судачеств.       — Да? Собственно, о чем речь? Я немного отвлекся, знаете, столько дел...       Он поерзал на троне.       Теган вкратце объяснил:       — Совет лордов пришел к мнению, что стоит увеличить патрули королевской армии на торговых путях, а всех схваченных бандитов казнить без жалости. Также, распространить листовки с предупреждениями для оных. Пусть дважды подумают. И стоит снизить на пять-десять процентов налоги для городов вроде Редклифа, чтобы люди могли восстановить рост сельского хозяйства. Вследствие этого, стоит уменьшить плату также на пять-десять процентов работающему населению, так казна ничего не теряет... Нам необходимо сейчас маневрировать, чтобы нарастить бюджет страны.       Алистер помассировал виски.       — Что ж, думаю, это необходимые меры... — Он взялся за перо. — И распишите в листовках казнь со всей жестокостью, чтоб неповадно было. Что насчет Неварры? Будем просить финансовой помощи?       Теган поморщился.       — Думаю, пока стоит подождать, Ваше Величество, возможно, мы сами справимся...       — Я тоже так думаю, пока будем справляться сами. Остальные документы я просмотрю на досуге и где сочту нужным, поставлю подпись. Все свободны! Аудиенций сегодня не будет.       Зал потихоньку пустел, Алистер взглянул на Эамона.       — Распорядись по поводу листовок, пусть принимаются за работу.       — Да, Ваше Величество, — Эамон поклонился и направился к выходу.       Алистер расслабился, откинул голову к спинке трона и закинул ногу на ногу.       — Что у нас там с солдатами, найдем людей?       Теган сложил руки за спиной и вздохнул.       — Найдем. С этим пока проблем нет, слава Создателю.       — Теган, почему иногда кажется, что ты знаешь некоторых людей, а потом оказывается, что ты их совсем не знал? — как бы невзначай поинтересовался король. — Что так их меняет, власть, деньги? Или этот маленький червячок сидел у них внутри всегда, и при благоприятных обстоятельствах разросся до огромных размеров?       Явно догадавшись, о ком речь, с затаенным предубеждением Теган спросил:       — Мы говорим о конкретной личности?       — Нет, это риторический вопрос.       Нависло молчание.       — Башня Бдения, — коротко выдал он.       — Что? — Алистер непонимающе взглянул на Тегана.       Советник невозмутимо смотрел прямо перед собой.       — Пошлите ее в Башню Бдения. Это форпост Серых Стражей, там беспокойно в последнее время, говорят, порождений тьмы видели.       — Ты хочешь, чтобы она мне шею свернула? — Алистер попытался улыбнуться, но вместо этого болезненно поморщился.       — Не свернет. Вы король, имеете право всем приказывать, — Теган пожал плечами. — Тем более, она полководец вашей армии и Командор Серых Стражей, ей там самое место в это нелегкое время. Пусть займется своими прямыми обязанностями, в конце концов.       В тяжких раздумьях Алистер с минуту помолчал.       — Башня Бдения, значит...

Конфликт

— Если я правильно понимаю, — замялся аррант, — те слова, что он обратил против тебя, суть непроизносимые речи, которые ваш закон велит смывать только кровью? — Может, и велит, — поглядывая наверх, сказал Волкодав. — Только не наш закон, а сегванский. — А у вас как принято отвечать на такое? — У нас, — проворчал Волкодав, — говорят «сам дурак». Мария Семенова. Волкодав. Право на поединок

      В королевском кабинете назревал нешуточный конфликт. Алистер восседал на шикарном резном стуле с высокой спинкой за тяжелым столом. Обтянутым высококлассной парчой из Орлея. Солона над ним нависала, и лишь ширина того стола спасала короля от опасной близости придворной волшебницы.       — Решил от меня избавиться? Я никуда не поеду! Мне обрыдли порождения тьмы, окунаться в это дерьмо снова я не собираюсь!       Солона клацнула зубами, заходились желваки. Алистер уложил сцепленные руки на стол — его терпение иссякало, лишь бы выдержка не подвела.       — Ты Командор Серых Стражей, там тяжелая обстановка, твоя обязанность перед страной — быть там, — монотонно говорил он, кивая. — Как только разберешься с ситуацией, приедешь ко двору.       — Значит, когда разберусь с ситуацией... — Солона сузила голубые глаза. — Подлец! — взвизгнула она и, забравшись с коленями на королевский стол, залепила Алистеру звонкую, бесспорно, ощутимую оплеуху. Затем Командор шустро слезла со стола и быстро направилась к выходу из кабинета.       Для Алистера это стало последней каплей. Он вскочил, его лицо исказила гримаса ярости:       — Сука, сука, сука ты! — орал король, долбя кулаком по столу. — Гребаная сука! Стой!       Солона уже успела выскочить из кабинета и скрыться в уборной. На втором этаже. Даже она понимала — Алистера довели до края. Довела она же. Король вылетел за ней, в три прыжка взобрался по лестнице и стал силой открывать все двери в коридоре. Одна не поддалась.       — Открывай! — он остервенело стучал по двери. — Твоя магия тебе не поможет! Я притащу сюда весь Круг Магов во главе с Первым Чародеем и они откроют эту демонову дверь!       Тут король почувствовал, что на него смотрят. Он резко повернул голову. Перед ним стоял один из помощников Тегана. Глаза юноши округлились от удивления, а нижняя губа тряслась.       Стукнув в дверь еще раз для верности, король рявкнул:       — Что надо?       Помощник заикался от страха:       — Я... я...       — «Я-я-я». Что?!       — Меня пос-с-слал... Тут вот... постановление... что делать с пойманными бандитами...       — Всем башку срубить, прилюдно! — Алистер повернулся к двери и задергал ручку. Помощник с места не двигался. — Что встал? Выполняй! — проревел король.       Помощник ретировался в ускоренном темпе.       — Солона!       — Да! — прозвучало из-за двери.       — Ты завтра же выезжаешь в Башню Бдения, это приказ, — уже тише и спокойнее сказал Алистер. — Поняла?       — Да!       Король, немного успокаиваясь, слегка похлопал рукой по гладкому дереву.       — Ну, вот и славно.

Винн

Разговоры... Странная это все-таки вещь. Можно обменяться миллионом слов и... не сказать главного. А можно молча смотреть в глаза и... поведать обо всем. Ксения Баштовая, Виктория Иванова. Тяжело быть младшим

      Ей было все труднее подниматься ступеньками — занятие, все-таки, для молодых. Но старая чародейка должна была добраться до покоев Героини Ферелдена, у которой, помимо этого, титулов хватало. Алистер щедро осыпал свою фаворитку властью. Винн знала, что новоиспеченный король далеко не глуп, не простак, чью маску он надевал довольно часто, и, надо сказать — успешно. Титулы, данные Солоне, вполне оправданы: превосходный стратег, очень сильный маг, идеальный полководец. Вот только с моралью у нее туговато. Мораль у нее своя.       Винн остановилась передохнуть у покоев придворной волшебницы, как тут же услышала:       — Входи, Винн, — глухо донесся из-за двери голос Солоны.       Не отдышавшись как следует, Винн шагнула за порог и со вздохом облегчения опустилась в мягкое кресло. Солона сидела в отдалении, в таком же кресле. Закинув ноги на резной столик, Солона держала в руках бутылку то ли вина, то ли бренди. Винн точно не разглядела, но нахмурилась.       — Я еще не совсем пьяна, если ты об этом думаешь, — улыбнулась Солона.       Винн неодобрительно качнула головой.       — Полдень, а Героиня Ферелдена уже с бутылкой в одиночестве за завешенными шторами.       — Я готова воспринимать здоровую критику, — опять заулыбалась Солона.       Винн считала, что Солона ее уважает. В разговорах на привале внимательно слушала и здраво рассуждала, с тем стараясь не обижать старшую чародейку. Солона относилась к ней как к матери или бабушке, которых сама никогда не знала и Винн могла до нее что-либо донести, дать некоторую пищу для размышлений. Но, к сожалению, влиять на нее не могла.       — Это-то мне как раз и нужно. Я слышала, ты отправляешься в далекое путешествие? В Башню Бдения?       Отвернувшись, Солона безразлично ответила:       — Да, выдвигаюсь завтра, моя идиотка служанка уже собрала вещи и растолкала их по сундукам, а сейчас королевский оружейник подготавливает доспехи и оружие, чистит их до блеска.       Тяга Солоны скорее к мечам, чем к магии, всегда казалась странной для Винн. Дар она использовала только в случаях, когда стали оказывалось недостаточно.       — А я, как видишь, подготавливаюсь морально, основательно и глубоко окунуться в дерьмо порождений тьмы, — после недолгого молчания произнесла Солона. — Но ты пришла поговорить не об этом.       Винн откинулась на спинку кресла, унимая ноющую спину. Да и так было легче наблюдать за Амелл.       — Как долго будет продолжаться этот фарс? Как ты могла так низко опуститься?       — О, я давно опустилась ко дну, в тот день, когда родилась с этой мерзкой магией в крови. — Солона сделала большой глоток из бутыли. — Поверь, опускаться не страшно, мне уже не страшно вообще. И если ты думала, что возведя Алистера на престол, я так просто отойду в сторонку, ты ошиблась. Знаешь, гордость никогда не была моей сильной стороной.       — Когда-нибудь ему придется жениться. Он Серый Страж, его век короток и от него потребуют наследника. Его жене ты снимешь скальп?       Солона рассмеялась, но через несколько мгновений наступила тишина.       — Не переступай черту, Винн. Я к тебе хорошо отношусь, но мое терпение не безгранично, знай свое место. А на твой вопрос я отвечу. Я не дура и не витаю в облаках по этому поводу. Он женится, и я не стану мешать. Но пока я здесь, — Амелл ткнула пальцем себе в грудь, — пока я здесь, ни одна шелудивая девка не заберется к нему в постель. Когда я буду далеко... — она развела руками, — скорее всего, мои мысли будут заняты чем-то другим.       Солона посмотрела на Винн померкшим взглядом. Взглядом древней старухи, очень уставшей и разочарованной в жизни. В ее глазах стояли слезы.       — Ты не видишь логики, Винн? Алистер — это все, что у меня есть, но я не могу вечно его удерживать рядом с собой. Я после короля самая влиятельная персона в Ферелдене, но я лишь его полководец, и любовница... Мое дело торчать в какой-нибудь башне, выполнять свой долг, восстанавливать мощь ферелденских Серых Стражей. Я уже почти смирилась. А теперь оставь меня.       Тяжело поднявшись, Винн тихо вышла из покоев. Теперь она поняла. Правда груба и безжалостна. Солона каждый день и ночь оставалась с правдой наедине, и она разжигала в Солоне ненависть.

***

Бороться я могу лишь за то, что я люблю. Любить могу лишь то, что уважаю. А уважать лишь то, что знаю. Гитлер А. Моя борьба

      Около полуночи Алистер надеялся на проводы теплее вечерних. Без предварительного стука, он решил зайти к Солоне, но дверь оказалась запертой. Это его немало удивило, обычно на случай визита Амелл всегда держала дверь открытой. Он тихо подергал ручку, никакой реакции. Оставался последний способ: тихо постучать, при этом прислонившись губами к маленькой щели между дверью и косяком, и отчетливо проговорить:       — Солона. — Тишина. — Солона, открой дверь, это король, демон тебя дери!       — Король может отправляться в задницу к архидемону! — раздался басовитый отклик из-за двери. — Вашей Придворной Волшебнице сегодня недосуг раздвигать ноги и фальшиво стонать под его Величеством! Завтра надо отправляться в Башню.       — Что?! — Алистер от неожиданности осмотрел дверь, вдруг ошибся сдуру. Так нет, голос ведь Амелл.       — Да иди ты уже спать, Алистер! Оставь меня в покое!       — Что значит «фальшиво стонать»?! — не унимался король.       — До завтра!       Алистер осмотрелся, не дай Создатель, кто услышал их перепалку. Для него относительно легкую и даже шуточную, уж он точно знает, что Солона стонет под ним не фальшиво, но ведь другим смысл покажется не настолько ясным. Король торопливо направился к собственным покоям.       С утра уже было не до шуток. Алистер не смог побыть наедине с Солоной, не смог сказать то, что держал на душе. Лишь холодные взгляды, молчаливые рукопожатия, сухие прощальные речи. Король знал: Амелл действительно считала, что он от нее избавляется таким весьма удачным способом. А это была неправда, ну, во всяком случае, не вся правда.       — Желаю вам, Командор, легкого пути! В скором времени я рассчитываю посетить Вольную Марку, по дороге туда по плану посещение Башни Бдения! — с улыбкой изрек Алистер, глядя на Солону.       Она ничего не ответила. Кисло улыбнулась, поклонилась, развернулась на каблуках и загремела доспехами по направлению к лошадям. Ему хотелось крикнуть: «Подожди! Дай же мне сказать тебе!» Но нет, есть этикет, за его спиной стоит половина свиты всего дворца. Вот в такие моменты он ненавидел всей душой свой титул, этот замок и этих людей. Тем временем Солона была уже верхом на коне, который от нетерпения ерошил копытами землю под собой, и, ни единым взглядом не наградив короля, она погнала коня рысью прочь от замка. Следом за ней, подняв густую пыль, отправилась ее свита, среди которой были двадцать всадников охраны. У Алистера что-то больно сжалось в груди.