Lost Soul. Том 1. (Академия Дипломатии)

Пролежав всю ночь в каком-то странном оцепенении, никак не походящем на сон, я встретила утро нового дня с какой-то радостью, никак не вяжущейся с нынешней ситуацией. Просто хотелось слепо верить в то, что все наладится, что все будет нормально. За год жизни в изгоях я успела устать, и теперь удерживалась только на собственных миражах – надеждах. Я шла не торопясь и стараясь не думать ни о чем плохом, отвлекаясь на все то, что меня окружало. Широкие просторные коридоры, статуи в нишах, сверкающие сотнями огоньков хрустальные люстры, зеркальный паркет… Дипломаты могли позволить себе роскошь. Вот старшеклассники с третьей ступени – последней в Академии – идут, переговариваясь о чем-то с серьезными лицами. В конце года приблизительно половина из них получат аттестаты и отправятся на практику. Два года проживания и работы на одной из двух территорий – Солнечные Сады или Приграничье – зависит от того, на каком отделении они учатся. Светлые будут проходить практику в Садах – прекрасное место, если верить слухам. Полностью оправдывающее свое название. Если бы не мой враг, то я бы сейчас училась на Светлом отделении, в мирной спокойной обстановке, и проходила бы практику в Садах - маленьком мире солнца, тепла и весны, подобии Рая. Но, увы, в реальности мне не светит ничего подобного, как бы я ни хотела. Потому что там меня будут искать в первую очередь, учитывая мое происхождение. Я учусь на Темном отделении, и практику буду проходить на Приграничье - местности, о которой рассказывают столько страшных неправдоподобных историй. Думаю, обстановка там действительно напряженная, но сомневаюсь, что по улицам тамошних поселений разгуливают зомби, вампиры и прочие темные личности. Особенно если учесть, что их просто не существует – существуют чудовища, но совсем другие, их мы как раз изучаем на уроках и, если вдруг даже что-то случится, сможем защитить себя. Первым уроком сегодня – факультативы, каждый идет на тот дополнительный предмет, который хочет изучать. Я иду на медицину, потому что кроме нее у меня больше нет никаких наклонностей и наследственных предрасположенностей. Медицина мне интересна и необходима. Практически вся аудитория – ученики Светлого отделения. Завидев меня, некоторые из них начинают возмущенно переговариваться, искоса поглядывая в мою сторону. Во-первых, Темный. Во-вторых, сын Антеро – и на Темном. Этот парень явно не может быть хорошим, он - предатель своего отца, своей крови! Слышать все это, чувствовать и осознавать нестерпимо больно. Я не предательница. Я бы с радостью пошла учиться к вам, на Светлое, ни на миг не задумавшись о других вариантах! Я не виновата в том, что мне приходится скрываться от убийцы моих родителей и жертвовать ради этого правом выбора. Обида сдавливает горло, снова подступают слезы. Я не прощу его и его пособников. Никогда. И я не сломаюсь, не сдамся, я добьюсь всего, о чем мечтаю, я буду жить. Отзвенел звонок, и я заняла свое место во втором ряду. - Итак, начнем сегодняшний урок с краткого опроса по предыдущей теме, - говорит мистер Харрисон - пожилой мужчина, одетый в белый халат и всегда носящий с собой на всякий случай сумку с лекарствами и инструментами. – Какие могут быть изменения артерий? Рука взлетает вверх – я хорошо знаю эту тему. - Антеро? - Могут быть врожденные пороки развития, а также расстройства кровообращения, дистрофии, гипертрофии, нарушения целостности, воспаления артерий, различные аневризмы… - я старалась говорить более низким голосом – ведь все думают, что я – мальчик. - Хорошо, а расскажите-ка нам об аневризмах артерий. Я это помню… - Аневризма – это выпячивание стенки артерии из-за того, что она растянута или истончена, при обнаружении необходимо хирургическое вмешательство. Бывают разные виды… Истинная и ложная, врожденная и приобретенная… - Отлично. Мэскот, а расскажите-ка нам о врожденном пороке сердца. Мэскот, вы с нами? Приятная зеленоглазая девушка со Светлого отделения настолько увлеклась разговором с подружкой, что не слышала, как ее зовут. - Энн! – тихо позвала я ее. - А? Что? Да, я с вами, какой вопрос?.. – с улыбкой спросила она. - Врожденный порок сердца, пожалуйста. - М… Врожденный порок сердца…это дефект сердца? – вопросительно огляделась по сторонам девочка. - Абсолютно верно, дальше. - Это самый распространенный дефект, и приводит к летальному исходу при отсутствии оперативного вмешательства? Да, и вы говорили, что он чаще всего развивается у мальчиков… - Верно, я такое говорил. Причины? - Причины… Пауза затянулась: причин она не помнила. - Генетические, - тихо произнесла я. - Генетические, - словно с внезапным озарением уверенно сказала Энн. - И еще одна причина? - Экологические, - я прикрылась учебником, чтобы мистер Харрисон не видел, что я ей что-то подсказываю. - И экологические, - повторила за мной Энн. - Хорошо, какие факторы влияют чаще всего? – видимо, мистер Харрисон решил засыпать ее вопросами. - Оба…вместе влияют, тихо прошептала я, замечая, что некоторые оглядываются в мою сторону. Не смотрите на меня, не смотрите… - Оба фактора, - сказала Энн, улыбаясь. - Мистер Антеро, весьма странно видеть вместо вашей головы учебник, - сказал преподаватель наигранно-серьезным тоном. - Извините, - я не смогла подавить улыбку. - Итак, думаю, что вы усвоили все, что смогли, и поэтому мы перейдем к новому разделу… - Спасибо, - сказала мне Энн, все еще улыбаясь. Мне кажется, что улыбка и хорошее настроение постоянно при ней, словно она родилась с ними – такой она позитивный человек, в отличие от меня. – Тебя ведь Мишель зовут? - Да, а тебя Энн, - улыбнулась я. – Рад знакомству! - И я рада познакомиться! Настроение улучшалось в геометрической прогрессии. Неужели я, наконец, нашла себе друга в этих стенах? До этого у меня тут были только знакомые, относящиеся ко мне без предрассудков, максимум - хорошие приятели. После урока мистер Харрисон внезапно объявил, что, начиная со следующей недели, все желающие смогут посещать практические занятия. Мы будем ходить по ближайшим к нам населенным пунктам, учиться ставить диагнозы, назначать лечение и тому подобное. Из группы записалось семь человек, и я в их числе. Мне не терпелось перейти, наконец, от сухой теории к практике. Выходя из класса, я снова услышала о себе нелестные отзывы со стороны Светлых. - Он – предатель! А Энн так мило обошлась с ним. Неужели она не понимает, что с ним нельзя связываться – ничего хорошего из этого не выйдет! – громко возмущался Лоренс Уинстон, один из активистов Светлого отделения. – Я вам говорю: он на нее плохо повлияет! - Энни просто добра ко всем, вот и думает, что этот Темный может оказаться белым и пушистым. - Я за нее боюсь. Вдруг он затащит ее в какую-нибудь секту? – испуганно сказала какая-то девочка. -Думаю, даже если она пообщается с ним немного, то сразу поймет, что он из себя представляет, - с изрядной долей пафоса произнес Лоренс. Все с ним согласились. Радость медленно улетучилась, оставив за собой пустоту и безразличие.

***

Я тянула время, как могла, чтобы не встретиться с Рейгардом Блэкмором и его свитой, так как знала, что после вчерашнего мое нахождение в стенах Академии станет совсем невыносимым. И, чтобы хоть как-то смягчить этот удар, старалась не встречаться со своим страхом лицом к лицу. Большую перемену я провела, скитаясь по старой части Академии, где обычно всегда царило запустение. Здесь не было даже слышно шума, каким наполнены коридоры в учебное время, не было суеты, не было разговоров. Не было ничего и никого, кроме меня. Мало кто заходил сюда: место непримечательное, единственный вход постоянно заперт. Хотя открыть его при наличии сноровки не составляет особого труда для меня и прочих любителей побыть в одиночестве. Я просто шла по пустым сумрачным коридорам, стараясь ни о чем не думать. Старая ковровая дорожка под ногами была выцветшей и истертой, на истрескавшихся подоконниках скопилась пыль. Тяжелый воздух наверняка не приносил пользу легким. Но только здесь было так спокойно и тихо, как нигде в этом учебном заведении. Время просто замирало. Я по привычке села на подоконник и достала из сумки книгу, чтобы продолжить чтение там, где остановилась в прошлый раз. Это помогало отвлечься от реальности и связанных с ней проблем, попасть в тот мир, в котором тебе интересно и уютно, в котором хотелось бы остаться надолго, если не навсегда. Все, что меня окружало и что меня заботило, меркло и уступало новым образам и ощущениям. Но, увы, сегодня мне не посчастливилось отвлечься от проблем. Похоже, они сами пришли в этот пустынный мирок и нашли меня здесь. Услышав шум со стороны входа, я резко вздрогнула и закрыла книгу. Реальность медленно возвращалась, становясь все ярче, натуральнее и невыносимее. Кто-то пришел сюда. Наверняка этот кто-то – с нашего Темного отделения, и пришел сюда, чтобы передать мне привет от Блэкмора. Мне больше некуда будет бежать от реальности. Сначала очень захотелось где-нибудь спрятаться, но я подавила в себе это трусливое желание и осталась на месте, чтобы встретиться с пришельцем из внешнего мира лицом к лицу. Сердце отбивало быстрый ритм. Кто же это? И что будет дальше? - Мишель! Ты здесь? О нет, это кто-то знает, что я здесь! Но…этот голос я не могу припомнить. Определенно не Блэкмор, с его властной интонацией. И не громкий басок Маркуса. - Мишель! – другой голос. Его я слышала несколько минут назад. - Энн? - Мы к тебе в гости! – весело сказала она, и все, кто был с ней, дружно засмеялись. Спустя пару минут они всей компанией подошли ко мне – четверо учеников Светлого отделения, среди которых Энн, Вендетта – ее лучшая подруга, Освальд и еще один парень со второй ступени. Последние трое оглядывали меня с любопытством, но неприязни или презрения в их глазах я не увидела. - Как вы узнали, что я здесь? – спросила я. – И… - Не беспокойся, кроме нас больше никто не знает, что ты проводишь перемены здесь, - поспешила успокоить меня Энн. – Мне и моим друзьям просто стало интересно, где же ты пропадаешь, и мы…общими усилиями тебя выследили. - Это было легко, но ты слишком быстро…перемещаешься. - Давайте я вас сразу друг другу представлю. Это – Мишель Антеро, он ходит вместе со мной на курсы медицины, думаю, что из него получится хороший врач. А это – Вендетта, моя лучшая подруга и названая сестра. - Приятно познакомиться, - скромно улыбнувшись, сказала Вендетта, голубоглазая, с густыми и длинными светлыми волосами удивительно похожая на одну из тех кукол, что я видела однажды в Лондоне, только живая. - А это – Освальд, мой друг и одноклассник. Он тоже ходит на курсы медицины и вообще на всякие курсы, и везде преуспевает. -Очень приятно, - сказал Освальд, которого я часто видела в библиотеке и лаборатории. - Это – Николас, мой приятель. Он тоже со Светлого, но со второй ступени. -Рад знакомству! – он крепко пожал мне руку. После знакомства мы еще немного поговорили. Я старалась узнать больше о друзьях Энн, они – обо мне, сначала несколько настороженно, но потом с все большим интересом и искорками любопытства в глазах. - Антеро…Слышал, что ты – его сын, - задумчиво проговорил Освальд. - Наверное, однофамильцы какие-нибудь, - с наивным видом отвечала я, хотя в глубине души знала наверняка, что он наверняка слышал о той трагедии и о моем отце, как и многие учащиеся. - Хм… - он был явно озадачен. - Ты хочешь стать врачом? - Да. - Каким именно? Хирургом? Патологоанатомом? Или сначала операция, потом вскрытие трупа несчастного? –допытывался Николас. - Кто знает, может и так, - смеялась я вместе со всеми. - Шучу! Слыхал, что ты смышленый парень, - улыбался мне Николас и хлопал по плечу. - И странноватый, - вставлял Освальд. - В смысле? -Ну…многие говорят, что твой отец – Антеро, - сказала Энн. Мне стало легче, когда я поняла по ее тону, что она не верит в это. - И…что ты зря пошел учиться на Темное отделение. Ну, то есть, что это – не твое, - тихо сказала Вендетта. - Я слышал. Но ведь Темное отделение просто означает, что ты будешь работать на Приграничье, не так ли? Там и работы больше для врача, - я говорила искренне. - Да, но и среди твоих одноклассников немало тяжелых случаев. Начни тогда сейчас, вправь им мозги! - Система Дипломатии отработана веками. И лет двести назад Темное отделение считалось низконравственным, более жестоким…из-за своей специфики, - отстраненно проговорил Освальд. - Какой специфики? – не поняла Энн. - Туда идут в основном либо дети семей Приграничья, либо полукровки…и те, и другие связаны с…хм, той стороной, либо знакомы, либо генетически. Что и определяет их…моральные качества. В этом есть доля правды, но это совсем не значит, что все учащиеся Темного отделения – безнравственные и аморальные личности. - Тяжело тебе, наверное, среди этих маленьких гадов, - сочувственно произнес Николас. - Ну…да, - сказала я, но мне почему-то не понравилось его предвзятое отношение. А если среди моих одноклассников есть хорошие люди, пусть даже и полукровки? Я, если так посмотреть, тоже полукровка, только другая, но не могу утверждать о себе, что я идеальна и абсолютно чиста помыслами. Каждый индивидуален, все зависит от характера, взглядов и поступков, а не от наследственности. Гены не могут сказать о человеке все. Послышался звонок, тихий и приглушенный в этой заброшенной части школы. Мы переглянулись. - Думаю, нам пора расходиться. Мне было очень приятно пообщаться с вами… - мне очень не хотелось расставаться со своими новыми друзьями. - Мы еще встретимся – и не раз, - весело заявила Энн. – На каникулах мы планировали съездить в Лондон вместе, и, если у тебя есть свободное время – можешь поехать с нами. - Будет весело, - заверил Николас. - Удачи тебе! Я не могла поверить в то, что все это – реальность. Столько лет я жила в одиночестве, у меня не было с кем поговорить, посмеяться, кому доверить свои проблемы и переживания. Но сегодня все резко поменялось, и я не верила своему счастью. Неужели судьба, наконец, смягчилась надо мной и даровала то, чего мне так не хватало – настоящих друзей?