***
Отделение уныло чапало по просёлочной дороге под палящими лучами полуденного солнца. - Газы! – заорал сержант. Как и положено по этой команде, солдаты, задержав дыхание и зажмурившись, достали из сумок и надели противогазы. Дальше идти пришлось с этой неудобной и совершенно негигроскопичной дрянью на голове. Однако на этом мучения солдат не закончились, потому что сержант заорал: «Вспышка справа!». По этой команде следовало упасть там, где стоял, пятками по направлению к взрыву (ага, как будто это спасёт, если взрыв будет ядерным). Дорога была сплошь усеяна коровьими лепёшками, поэтому Шерлок стал искать место почище, куда бы можно было упасть. - Рядовой Холмс, что ты мечешься, как курица на дороге? Команда была для всех, падай, - нога Джона в тяжёлом ботинке неласково стукнула Шерлока сзади под коленки, отчего он потерял равновесие и шваркнулся на дорогу, угодив рукой прямо в коровью какашку. - Вот дерьмо! – выругался он, прикрывая голову руками, как и было положено делать в подобных случаях. Да, похоже, сегодня вечером он будет долго и со всем тщанием отмываться в душе, чтобы избавиться от этого чудного аромата. Раздались странные звуки, похожие на те, которые издаёт блюющий кот, и Андерсен вскочил с земли, хватаясь за голову. Когда он снял с себя противогаз, то оказался ликом чёрен и ужасен, как шахтёр, вылезший из забоя после двенадцатичасовой смены. Да уж, Андерсену везло, как утопленнику, - в его противогазе сломался угольный фильтр. Опасаясь, что вся партия индивидуальных средств защиты могла оказаться бракованной, Ватсон дал команду всем снять противогазы. Однако после он этого повёл отделение не назад, в родную воинскую часть, а в направлении ближайшей речки. Подведя солдат к воде, он дал команду: - Вперёд! Вы должны преодолеть водную преграду, - Джон злорадно ухмыльнулся и ехидно добавил, - а Андерсен заодно и умыться сможет. Шерлок вздохнул, похоже, водные процедуры начались досрочно. Не очень-то хотелось лезть в одежде в эту холодную мокрую воду, но другой поблизости не наблюдалось. Утешала лишь мысль о том, что, переходя реку, он заодно и помоется. В этот день всё отделение возненавидело сержанта искренне и всем сердцем, поскольку из-за него все вернулись назад вымокшие до нитки, уставшие и злые. Радовало одно – через три дня у них присяга, после чего они разъедутся по новым местам назначения, навсегда распрощавшись с сержантом Ватсоном. Над Андерсеном ещё долго подтрунивали по поводу того, что он глаза подкрашивает – настолько сильно въелась в мелкие морщинки у его глаз угольная пыль.***
На следующий день был зачёт по теоретической подготовке. Сержант Ватсон экзаменовал всех на предмет знания Устава. Салли путалась, отвечая на вопрос, в каких случаях можно применять оружие. В конце концов, Джон не выдержал и прервал её: - Рядовая Донован, ты должна знать это, как «Отче наш», а ты блеешь, как овца. Я не могу поставить тебе зачёт. Будешь учить всю ночь, а завтра придёшь пересдавать. - Сержант Ватсон, но я учила и почти всё правильно рассказала, - попыталась протестовать Салли. - Донован, подбери губы и садись! – рявкнул сержант, не переносивший, когда с ним начинали пререкаться эти долбодятлы. - Ага, Салли, закрой свой минетник, - осклабился Шерлок. - Сам закрой, псих ненормальный! - Салли побагровела и, схватив попавшийся под руку злополучный Устав, запустила им в Шерлока. - Холмс, Донован, сутки гауптвахты, отправляйтесь туда немедленно! – прорычал Ватсон. – И возьмите с собой Устав, будете там учить его от корки до корки, начиная от большой буквы «У» на обложке до тиража и типографии. Так, кто может дать внятный и чёткий ответ на вопрос, который завалила рядовая Донован? Когда Шерлок и Салли вышли из аудитории и продолжили выяснять отношения в коридоре, Себастьян поднял руку. - Рядовой Моран, отвечайте. Себастьян отчеканил свой ответ, как по писанному. Моран чуть не довёл сержанта до инфаркта, рассказывая также, в каких случаях командир имеет право применить оружие лично или приказать применить оружие для восстановления дисциплины и порядка в случае открытого неповиновения подчиненного. После этого Джон объявил, что все получают зачёт, и распустил всех до вечера.***
В день принятия присяги прибыли родные и близкие солдат. В их числе были: многочисленное и довольно крикливое семейство, члены которого, как клон-братья (или клон-сёстры) были похожи на рядового Андерсена; чрезвычайный и полно-мощный представитель британского правительства с неизменным зонтом-тростью в руках; древняя стриптизёрша Марта Хадсон, забывшая вытащить из панталон пятидесятифунтовые купюры, из-за чего каждый её шаг сопровождался интенсивным шуршанием, как будто две дюжины мышей резвились в старых газетах, а также невысокий кареглазый мужчина лет тридцати, интенсивно переглядывавшийся с Себастьяном. Гостей и офицерский состав рассадили на трибунах, а новобранцы под руководством сержанта Ватсона продемонстрировали свои вновь приобретенные таланты. Рота солдат прошлась по плацу парадным шагом. Затем рядовые Донован и Андерсен исполнили парную акробатическую композицию, причём, все верхние поддержки выполняла Салли, поднимая Филиппа своими хрупкими женскими ручками. Рядовой Моран с завязанными глазами разобрал и собрал автомат, после чего были устроены показательные стрельбы. Рядовой Холмс выбил 100 очков из 100, но его переплюнул рядовой Моран, пославший все пули в одну и ту же точку мишени. Далее по плану было торжественное принесение солдатами Военной присяги, при котором прослезились миссис Хадсон и женская половина семейства Андерсенов, интенсивно сморкаясь в подолы праздничных платьев с рюшками за неимением носовых платков. По окончании торжественной части Майкрофт, демонстративно игнорируя младшего брата, подошёл к Ватсону. - Сержант Ватсон, у меня для вас хорошая новость - с сегодняшнего дня вы вместе со всем своим отделением переводитесь в состав Берширского полка, квартирующегося сейчас под Глазго, - сказал он, даже не спрашивая согласия у сержанта, а просто ставя перед фактом. А, собственно, зачем спрашивать? Ведь Майкрофт уже решил, что так будет лучше всего с точки зрения обеспечения безопасности младшего брата – оставить Шерлока в окружении проверенных людей, и мнение тупого вояки, каковым он считал Джона, на этот счёт его не интересовало.