Судьбоносный храм

Пепел и копоть подымались к небесам от сильных порывов ветра, застывая в пространстве. На огромной территории столкнулись две могущественные силы, не уступающие ни в чём друг другу. Однако после последней атаки время словно остановилось, замерло. Абсолютная тишина отпугивала, но и одновременно притягивала к себе, заманивая в свою неистовую ловушку. На землю рядом с коротковолосым парнем присел другой. Он был немного выше, но главной отличительной чертой являлись взъерошенные длинные чёрные волосы. Тишина всё так же не покидала это место, однако длинноволосый, помедлив, словно ожидая чего-то, произнёс: — Ты же чувствуешь это… так ведь, Обито? Учиха-младший повернул голову в сторону Мадары и кивнул, не выражая никаких эмоций. Пепел и копоть начали оседать, приоткрывая вид на душераздирающую картину. Большая часть земли на боевой территории была обуглена, однако, к огромному удивлению, все, кто был в чакре Узумаки, остались живы и невредимы. По окончании атаки врага чакра Наруто рассеялась и превратилась в ничто, но это не помешало обладателю спасительной защиты улыбнуться во все тридцать два и с вызовом, несмотря на усталость, произнести: — Выходит, что моя сила мощнее… Обито лишь с некой иронией посмотрел на Наруто и, словно заставив обратить на себя внимание, поднял обе руки вверх. Исчезнувшие за спиной шары вновь появились перед глазами тысячи людей. Это был конец. С каждой секундой шаров становилось всё больше и все они увеличивались в размерах, превращая мечту выжить в этой войне в прах. Через пару минут небосклон осветился тысячами огромных огоньков, которые предвещали явную гибель. Наруто не мог поверить в то, что сейчас всё может закончится весьма плачевно. Эта мысль никак не могла уложиться в голове, нервы мальца были на пределе своих возможностей. Неизбежность и самый обыкновенный страх не давали воздуху подступать к легким в тех объемах, которые были необходимы. Сердцебиение участилось, а по лицу маленькими каплями стекал холодный пот. Тот страх, что преследовал Узумаки, был не оттого, что он боялся погибнуть, напротив, он боялся со своей смертью потерять возможность защитить союзников. Огромные шары снова наступали, однако уже в количестве превышающем во много раз прошлую атаку. Паника и страх охватили джинчурики Девятихвостого, но он быстро пришёл в себя. Отодвинув две свои слабости на задний план, Наруто немного прикрыл глаза, чтобы спросить совета у лиса, но тот от перенапряжения свалился без сил и беспокойно спал во внутреннем мире блондина, да так, что не хотелось его будить лишним движением или словом. Выйдя из подсознания, Наруто заметил, как Обито пристально смотрит на него. Взгляд Учихи выражал презрение и злобу. — Вы всё равно умрёте, так зачем же оттягивать неизбежное? — нервно прокричал джинчурики Десятихвостого. Шары, казалось, замедлили свой ход, словно ожидая ответ на поставленный вопрос. — Не знаю, как ты сейчас оцениваешь жизни своих товарищей, но для меня они важнее собственной, Обито! — громко прокричал Наруто, в глазах которого забурлили воля к жизни и стремление спасти своих друзей. — Я защищу их во что бы то ни стало. И ты… — блондин направил свой палец в сторону Обито, — …ты мне не помешаешь. — Они всё равно умрут, зачем защищать бесполезный мусор?! — взревел Учиха, пытаясь переубедить блондина. Однако Наруто своим видом показывал одно несогласие. Тогда Обито, делая шары ещё массивнее и направляя их в одну точку, в место, где стоял Наруто, рявкнул: — Прими смерть первый, раз отважился защищать этих ничтожеств! Огненные шары набирали скорость, пока не ударили прямо в улыбающегося блондина, однако сам он после первого разрыва огненной пучины исчез в облаке дыма. Эта деталь ускользнула от великих глаз клана Учиха, что являлось критической ошибкой. — Идеальный план, не находишь, Обито? — прошептал Наруто прямо на ухо полубогу. Последний даже не заметил, как к нему кто-то приблизился прямо за спину, а всему виной была чакра Десятихвостого, которая до сих пор находилась в нестабильном состоянии. Учиха почувствовал проникновение чужой руки в своё тело через спину. Адская боль, прожигающая тело — вот как можно было описать его состояние. Буквально из души вытаскивали всех хвостатых, которых он смог поглотить. За первым выходил второй, за вторым — третий, за третьим — четвёртый… и так до семи. Ужасная боль поглощала тело Учихи, заставляя его агонизировать. После извлечения хвостатых брюнет рухнул на землю не в силах пошевелиться. — Теперь понимаешь, что я пойду на любые меры ради защиты своих товарищей? — спокойно произнёс Узумаки, переведя взгляд на парализованного Обито, чья смерть была лишь вопросом времени. — Меня не переубедить, — слегка усмехнувшись, прошептал умирающий. — Однако я хочу… загладить свою вину, но не ради себя или вас… а ради Рин, — всё так же тихо пробормотал Учиха, устремив взгляд в небо, на котором красовалась луна. Руки Обито сложились в до боли знакомую печать. Осознание того, что это печать техники «божественного воскрешения», пришло лишь через пару минут. Вот-вот должна было появиться воскрешающая статуя, которая заберет одну грешную жизнь взамен на многие другие, что были уничтожены этим человеком. — Обито, ты же умрешь… — произнёс Узумаки, грустно вглядываясь в лицо Учихи. — Теперь я хоть самую малость, но понимаю, почему Нагато предал меня… — с улыбкой на лице проговорил брюнет, но его слова прервал оглушающий треск. Из образовавшегося разлома в земле показалась чёрная рука, которая постепенно поглощала измученное тело и становилась словно оболочкой для него. Наруто резко подорвался к Обито, дабы снять эту дрянь, называющую себя «Чёрным Зетсу», но услышал омерзительный смех, давящий на ушные перепонки. — Узумаки Нар-р-руто, даже не вздумай подходить ближе или же убить меня, ведь вместе со мной умрёт и этот бесполезный червяк, — язвительно протараторил некогда серьёзный «Чёрный». Смотря эту картину, можно было заметить, что Обито сопротивлялся изо всех сил, пока к нему чуть ли не вплотную не подошёл Мадара. — Это и есть твой план, Учиха Мадара? Убьешь меня? — прошипел Обито в сторону бывшего союзника. Мадара, усмехнувшись, устремил свой взгляд на беспомощного брюнета. С едкой ухмылкой Учиха начал пылко выговаривать те слова, которые скопились внутри и жаждали выйти наружу всё это время: — Убьешь себя ты, а не я, Обито, но зато ради какой цели? Мы оба знаем, что она великая, — издевательский смех начал застилать всё окружающее пространство. Перерастая в истерический, он становился всё громче, однако это не мешало словам доходить до ушей своих слушателей. — Я тебя предупреждал, что рано меня благодарить, время пришло, ведь жизнь так просто не спасают, Обито. Внутри Узумаки вскипала ненависть и ярость к Мадаре. Он не понимал, как можно быть настолько жестоким и пропитанным злобой, чтобы не ценить собственных товарищей. Эти слова были последней каплей. Как же омерзительно неприятно выслушивать, как, пусть и над врагом, издеваются те, кого тот считал своей опорой. Стиснув зубы, Наруто исчез в маленьком облачке дыма, однако мгновенно появился за спиной Мадары, ударив ногой со всей силы по позвоночнику. От такой мощи удара тело Учихи врезалось в близ стоящую скалу, словно это было не человек, а кукла, небрежно брошенная капризным ребёнком. — Заткнись! — рявкнул Узумаки, наблюдая, как Мадара подымается с земли, стряхивая пыль с одежды. Учиха был приятно удивлен, так как давненько его никто так не пинал, как этот блондинистый малец. — Умеешь даже так? — равнодушно произнес брюнет, ударив ногой по земле, после чего та, поддаваясь, треснула. В атмосфере повисла неистовая тяжесть, накалявшая ситуацию до предела с каждой секундой всё больше и больше. Быть может, Узумаки и победил бы в этой схватке, запечатал Мадару и поставил точку в конце этой ужасной истории о Великой войне шиноби. Но не тут-то было… Ударил яркий белый свет, исходящий от Учихи-старшего, заставляя маленькие слезинки собираться в уголках глаз. Пришлось ненадолго прищуриться, чтобы быстрее привыкнуть к яркому освещению, однако это не слишком-то помогло. Через пару секунд свечение прекратилось и все объекты, которые показывались на глаза, можно было нормально рассмотреть. Сконцентрировав взгляд на теле Учихи, Наруто не поверил своим глазам. Он видел перед собой абсолютно живого человека, разве что с пустыми глазницами. Всё в нём было живое и самое настоящее. Пугало не столько то, что он воскрес, а скорее цель этого воскрешения, ведь было нетрудно угадать, какой она была. — Что за чертовщина происходит? — пробубнил себе под нос блондин, но Мадара всё же услышал его. — Как видишь, пришло начало вашего конца, это и есть мой истинный план. Наконец-то я могу почувствовать себя живым! — выкрикивал слово за словом в восторге длинноволосый, осматривая каждый сантиметр своего тела. Из земли показался белый Зетсу, который тут же начал тараторить что-то невнятное, однако пару слов, которые впоследствии въелись в мозг, Наруто всё же услышал: — Мадара-сама, если первая стадия плана завершена, тогда приступаем ко второй? — Ты принёс то, что я просил? — холодно спросил Учиха, глядя в сторону странного существа. Зетсу лишь протянул свою руку, отдавая предмет круглой формы. Как оказалось, им являлся глаз, а точнее, додзюцу под названием «риннеган». Мадара, забрав предмет, вставил его в глазницу, после чего, дав привыкнуть глазу, произнёс: — Ну что ж, приступим ко второй стадии? — Направив свой взгляд в сторону армии шиноби, хвостатых и самого Наруто, язвительно усмехнулся: — Увы, во второй стадии вы все мертвы… Обещаю, будет не больно.

Бессмертное тело стало смертным, неисчерпаемый запас чакры исчерпаемым, а высохшая кровь вновь растекалась по венам и артериям… Мёртвый стал живым, долгожданный конец уже близок, завершающий бой в следующей части!