Ты свободен

- Я вернула свои крылья, а значит, в твоих услугах я больше не нуждаюсь. Она сказала это не жестко. Не сухо. Не эмоционально. Без сожаления. И без особой радости. Просто сказала, констатировала факт. Но он стоял, как и шестнадцать лет назад, позади и ожидал дальнейших указаний. Он не понимал, к чему она это сказала, и хотел узнать… - И что дальше? Он поймал на себе ее взгляд. Привычно ироничный, непривычно мягкий. Дружеский? Заботливый? - Диаваль, ты свободен. Я освобождаю тебя от твоего обязательства служить мне. Теперь ты волен делать все, что захочешь. Он приподнял бровь. Легкий укор. Она правда не понимает, что несет?.. - Но… - Диаваль нахмурился. Перевел взгляд с ее обворожительного лица вниз, на ее владения, просторные и удивительные, наполненные сказочными существами, веселым перезвоном птиц, экзотическими растениями, останавливая взгляд на Авроре, что в данную минуту о чем-то задорно спорила с лесным гномиком. Диаваль вздохнул, обернувшись к Малефисенте, и нисколько не удивился, отмечая, что она пристально наблюдает за ним, за его реакцией. – А впрочем… - Он принял решение. - Напоследок ты ничего не хочешь мне сказать?.. Взгляд иронично-испытующий. До конца неясно – он пытается иронией прикрыть действительно волнующую его тему или же, в принципе, не считает тему столь важной, чтобы исключить иронию. Сейчас Малефисента не хочет размышлять об этом, и потому просто бросает: - Что, например? Спасибо за верную службу и за крылья? Она и правда не понимает. Что ж… - Прощай, госпожа. Он поклонился, ловя едва уловимый отблеск грусти и сожаления в ее блестящих глазах, быстро шагнул к ней и на прощание сделал то, о чем давно мечтал – поцеловал ее руку. Пряча смущение за улыбкой, Малефисента легким взмахом руки обратила верного слугу в ворона, и тот, не задерживаясь, взметнул ввысь и вскоре скрылся за облаками. Она опустилась наземь, опершись о ствол любимого дерева, и еще долго смотрела вверх, словно ждала, когда же небеса вновь пронзят знакомые черные крылья. - Прощай, мой Диаваль… - шепнула она, не в силах больше смотреть на слишком алую зарю и прикрыв глаза. Вот и все. Он улетел и, скорее всего, уже никогда не вернется. Она была уверена, что поступила правильно, справедливо, вот только… Только отчего так пусто стало на душе?..