Десерт

Джин никак не может понять, почему пришел этот странный парень, если уж это официант, так пусть подает заказ. Он исподлобья смотрит на мальчишку, потягивая крепкий виски. Тот кажется слегка неуклюжим и взволнованным, но изо всех сил старается этого не показывать, уступая место милой девушке, которая обходит неизвестного. Замечая, что девушка направляется к Чонгуку, старший догадывается, что те, наверняка, уже знакомы, и сейчас Чон обязательно направит пассию Джина к нему, поэтому пока рассматривает потупившего взгляд в пол брюнета. Джин делает это практически безразлично, разглядывает красивое, совсем детское личико, пытаясь наконец-то понять, что тут происходит. Но ситуацию тут же спасает младший. - Ммм, - он неспешно облизывает губы, - я совсем не жалею, что решил заказать специальное меню. Девушка садится на колени к Чонгуку не совсем так, как ожидал и рассчитывал Джин. Это не кокетливое и невинное расположение на краешке коленок, как положено, а так, как полагается перед бурным продолжением вечера, когда девушка сидит на парне лицом к нему, а тот гладит ее красивые ноги руками и усаживает на себя поудобнее, чтобы… хотя всем и так ясно с какой целью. Джин уверен, что Чонгук может отыметь эту красотку прямо тут, но девушка лишь нежно обнимает его за шею, тихо-тихо нашептывая что-то на ухо младшему. - Ты давно не заходил, - ее рука скользит по вороту рубашки, еле ощутимо касаясь шеи. - Был в отъезде. Ты же знаешь, я не мог не прийти навестить тебя, будь у меня время. Девушка запускает руки в темные волосы, слегка запрокидывая голову парня назад. - М, придется наверстать упущенное. Джин даже немного завидует. У Чонгука вот так просто получается взять то, чего хочет он, Сокджин. Поэтому парень громко откашливается, привлекая к себе внимание и обращая свой взгляд на стоящего парнишку. Старший даже начинает подумывать, что это «слуга», в подобных заведениях ведь все возможно. Но, когда тот продолжает лишь бросать испуганные взгляды на присутствующих, понимает, что обращаться нужно к девушке. - Что там с заказом? – официантка переключает свое внимание на Джина и пытается мило улыбнуться. Получается не особо, и парню даже становится неудобно. - Вы сначала допейте, и я все принесу, - девушка наклоняется к Чонгуку, прикусывает его нижнюю губу, не разрывая зрительного контакта с Джином, а затем проводит по укушенной губе языком. Старший чувствует, что девушка в душе не так мила, как ее сахарная улыбка, но ощутить на себе ее ноги, запустить пальцы в ее длинные темные прямые волосы, припасть к губам поцелуем Джин не отказался бы, как и от ночи с ней. Она поворачивается к Чонгуку и тихо спрашивает: - Он что, натурал? - Не определился, кажется. - То есть мне придется все сделать самому? - Ты же умеешь, - Гуки прикусывает мочку уха официантки. – Я в тебя верю, Шуга. - Я в себя тоже, - парень целует Чонгука в губы и отстраняется. «Девушка» отходит, исследуя взглядом явно недовольного происходящим Джина. Вплотную подходит к смущенному парнишке, все так же стоящему недалеко от входа, проводит рукой по его рубашке, слегка поглаживая и расстегивая верхнюю пуговицу. - Расслабься и соберись. Давай включай уже свою харизму, - Шуга опускает руку по груди вниз, слегка сжимая пальцы на паху. Брюнет в немом стоне приоткрывает губы, ощущая, как к его уху прикасаются губы переодетого в официантку парня. - А тебе идет парик, хен. - Не называй меня хеном при клиентах, Чимини, - еле слышно шипит на самое ухо Шуга, еще сильнее сжимая рукой член парня через брюки. – И да, мне идет, а тебе стоит поскорее продемонстрировать, как ты умеешь красиво и сексуально выглядеть. Ты же не хочешь разочаровать наших клиентов? Правда? - Брюнет утвердительно кивает. - Молодец. Шуга чувствует на себе пристальный взгляд Джина и теперь возвращается к самому напряженному из присутствующих. Он подходит, присаживается рядом на диван и наполняет уже взятый со стола стакан новой порцией виски, подталкивая к пухлым губам. - Еще один, - «официантка» взглядом показывает на алкоголь в руке Сокджина, поясняя, о чем она говорит, - и принесут ваш заказ, но к нему нужно быть готовым, - Мин закусывает нижнюю губу, замечая, как на этот жест откровенно залипает один из парней и решает добавить пикантности, проведя влажным языком по губам. Он видит, как дергается кадык, когда парень сглатывает, и понимает, что тому вот еще бокальчик и будет уже все равно, кто Юнги: парень или девушка, главное - красивая картинка, а содержание устроит любое. - Что-то хочешь еще? - Тебя, – выдыхает Джин почти в губы Юнги, а парень в костюме официантки успевает перехватить руку парня, уже почти пробравшуюся под подол юбки, у себя на колене. «Успел», - выдыхает с облегчением про себя Юнги и ругает сам себя за неосторожность. - Меня чуть позже, - Юнги прикасается губами к шее клиента, ощущая, как тот вздрагивает всем телом. – Сперва допивай, - Джин опрокидывает в себя залпом уже неизвестно какой по счету бокал виски, и язык понемногу отказывается участвовать в разговоре, а вот в чужом ротике он бы отлично поработал. Парень пытается сорвать поцелуй с губ «девушки», но та прикладывает пальчик к его губам, заставляя остановиться. - Сначала, заказ. Официантка встает с дивана и подходит к Чимину. - Представь, как он тебя шикарно может трахнуть после этого всего, и получай удовольствие, - Шуга не скрывает недовольного выражения лица. – Работай, малыш, я знаю, что новеньким всегда сложно, но придется привыкнуть. – Он шлепает парня по попе и подталкивает вперед, становясь за его спиной. Джин не знает, кто из присутствующих включает музыку, но очень хорошо замечает, как на груди брюнета появляются аккуратные руки девушки и как они начинают двигаться, медленно расстегивая черные блестящие пуговицы, сминая рубашку и обнажая подкачанное тело. Все происходит слишком завораживающе, Джин даже не видит, когда руки официантки пропадают с темной кожи Чимина, вместе с рубашкой, ведь он поглощен танцем. Его увлекают движения бедер, рук, мимика парня. Привлекает все, и приходится выпить еще, потому что в горле пересыхает. Картина перед глазами не позволяет отвести взгляд, и Джин не мигая смотрит, пытаясь уловить каждую деталь из происходящего. Как небольшая ладонь парня накрывает худые бледные пальцы «официантки», переплетая их вместе, как он медленно и плавно двигает бедрами, а «девушка» все теснее прижимается к нему сзади, покусывая загорелую шею, и заставляет его руку переместиться совсем вниз, проскальзывая под ткань черных брюк. На этом моменте у Джина во рту совсем пересыхает, а по телу проходит жар, как будто в комнате внезапно кто-то включил на обогрев кондиционер. Он еле-еле заставляет себя оторвать взгляд от рук, ласкающих парня, и посмотреть в потемневшие глаза брюнета. Тот прикусывает губы как-то очень пошло, но это привлекает и даже заводит. В какой-то момент очень хочется прикоснуться к этим пухлым губам, провести по ним подушечками пальцев, чувствуя их мягкость и тепло. Здесь все по-другому, в этом месте Джину почему-то нравится наблюдать за вещами, о которых он никогда бы не подумал раньше. Парень перед ним начинает двигаться в медленном танце и слабо постанывать, его насквозь пропитывает сексуальность, которую чувствует и Джин, и Чонгук. Старший как завороженный наблюдает за брюнетом, почти позабыв о «девушке», которая незаметно выскальзывает из комнаты, но уже через несколько минут возвращается обратно с подносом еды. Быстро примостив его на столик рядом с диваном, она опять поворачивается к Чимину. Ее пальцы пробегают по рельефному торсу и чуть подталкивают брюнета к большому деревянному столу в центре комнаты. Девушка накрывает его губы требовательным поцелуем и прижимается так близко и настырно, что заставляет его отходить назад до тех пор, пока он не упирается в край стола. - Чимини, ты прелесть, - делает комплимент Чонгук и открывает для старшего имя парня. Юнги надавливает на плечи брюнета, заставляя сесть на стол, ставит колено у бедра Чимина и снова увлекает в поцелуй. Он расслабляется, и это заметно по тому, что теперь его руки неторопливо поднимаются по ногам Шуги и тянут на себя. Кажется, Чимин вспоминает, к чему все идет, поэтому сам медленно ложится спиной на прохладную столешницу, чтобы не разрывать надолго поцелуй. Ему самому хотелось бы побыть здесь клиентом и понаблюдать за происходящим со стороны, но он обслуживающий персонал, как и его хен, умело разместившийся на его бедрах в этой пошлой униформе. Хорошо, что на Чимине всегда должны оставаться штаны, ведь попадая в пару с Шугой, Мин проклинает тот недавний день, когда устроился сюда работать. С кем угодно все проходит более гладко и спокойно, но не с Шугой, который строит из себя умелую стерву и шлюху. Очень дорогую шлюху. Именно поэтому Чи теряется и чуть ли не заикается, оказываясь в одной комнате с ним. А еще возбуждает его Шуга до одури быстро и сильно. И ведь поцелуи это еще не конец. Завороженные происходящим парни чувствуют себя героями порнофильма, в котором вот-вот и режиссер крикнет, чтобы они присоединялись. Даже Чонгук чувствует жар от возбуждения. То ли отвык, то ли это и впрямь стало еще горячее, чем раньше. Когда Юнги аккуратно выкладывает на тело Чимина принесенные на подносе разнообразные суши, чувство голода возвращается. Непонятно лишь одно – какого голода: обычного или сексуального. Последним штрихом становятся три маленькие стопки, которые, не меняя своего положения на бедрах Мини, Шуга ставит с ослепительной улыбкой перед Чонгуком и Джином, не забывая и себя. Юнги поддевает пальцами небольшую щепотку соли с открытой солонки на подносе и медленно насыпает тонким слоем на соски лежащего под собой брюнета. - Пора приступать к трапезе, но сперва инструктаж о способах угощения. Наш стол многофункциональный, - в подтверждение своих слов или еще чего-то известного только Юнги парень в костюме официантки и длинном парике, поправив непослушные пряди, ерзает на «столе», заставляя того издать тихий, но заметный стон. – Начнем с самого приятного, - его улыбка сводит с ума Джина, а в штанах маннэ вызывает еще большую тесноту, - выпиваете, - парень сразу демонстрирует все на практике, взяв полную стопку текилы со стола, - а затем соль, - наклоняется, даже не задевая ни один кусочек из разложенного на теле брюнета заказа, и кончиком языка обводит сосок, слизывая соль. По лицу Чимина можно понять, скольких усилий ему стоит не дернуться, пока чужой язык обводит затвердевшую поверхность соска. Его приоткрытые в немом стоне губы, закрытые глаза и сжатые в кулаки пальцы выдают то, насколько язычок Юнги умело все делает. – Кушать можно либо палочками, - парень показывает на лежащие на подносе предметы, - либо руками, - он проводит пальцами по боку Чимина, и тот расплывается в улыбке, - либо без рук, - Шуга перебирается на колени Чи, наклоняется к самому нижнему кусочку, расположившемуся около ремня парня, поддевает краешек языком, делая вид, что получается у него это не с первого раза, чем вызывает тихий скулеж Чимина, все же прихватывает кусочек губами и отправляет в рот. После аккуратно шлепает по бедру Мина и встает с него. – Приятного аппетита. Чонгук довольно улыбается и сразу же руками берет ближайшее к нему угощение, даже не взглянув на лежащего парня. - Попробуй, они тут действительно здорово готовят. До Джина не сразу доходит смысл сказанных слов, ведь впечатление от всего происходящего было слишком сильным. Он еще несколько секунд тупит, переводя взгляд с младшего на полуобнаженного Чимина, но потом все же решается попробовать. - Смелее, хен, - хихикает Гук, пока тянется за алкоголем. Но Джин все еще медлит, рассматривая парня, - бери свою текилу, мне уже не терпится попробовать его на вкус. В глазах Чона зажигается опасный огонек, рука нежно поглаживает волосы брюнета. - Смотри, какой он красивый, - рука скользит по шее, поглаживая выпирающие венки. Парень еле заметно вздрагивает. Младший довольно улыбается, окунает один из пальцев в текилу и проводит им по губам Чимина. Ему нравится наблюдать за тем, как тот слегка морщится от горечи на губах, но сейчас растягивать удовольствие не хочется, - может откусим от него кусочек? - он наклоняется и слизывает мокрую дорожку с его губ, слегка прикусывая нижнюю. Чимин тихо стонет от боли, и смилостивившийся младший все-таки перестает кусать, тут же зализывая укус. У Джина уже давным-давно все перемешалось в голове, сейчас совсем нет сил и желания думать либо анализировать, он наконец-то берет в руки свою рюмку, вопросительно глядя на Чонгука. - Сядь с другой стороны. - Зачем? - Ну нам же нужно заесть текилу, - младший смеется, устраиваясь удобнее, быстро выпивает все содержимое и припадает губами к груди парня. Чимин стонет в этот раз намного громче, а Сокджин наблюдает за происходящим. Чонгук будто издевается над парнем, то прикусывая, то проводя языком по темной коже, а Мин еле заметно скребет короткими ногтями по столешнице и кусает губы. Джин хочет так же. Он обходит стол с другой стороны, опускается на колени перед низким столиком, выпивает содержимое рюмки, замечая, что от волнения руки трясутся, и медленно наклоняется над парнем. Джин прикусывает губы, ощущая, как жжет алкоголь, но медлит, потому что непривычно, но до безумия хочется, а потом решается и проводит кончиком языка по соску, срывая с губ Чимина громкий протяжный стон. Старший припадает губами, ощущая солоноватый привкус кожи, посасывает и краем глаза замечает, что Мин уже до белых костяшек на руках сжимает пальцами край стола. Джину нравится. Он переходит к закускам чуть ниже. Поддевает языком, понимая, что это намного проще, чем казалось сперва, и поэтому первая пара кусочков дается с невероятной легкостью, а потом вдруг хочется заставить Чимина стонать громко не только от прикосновений умелого и раскрепощенного Гуки. Джин теперь не делает все быстро, он касается тела парня губами, языком, кончиками пальцев, чувствуя, как от каждого прикосновения тот чуть дрожит. Таким образом, изучая тело брюнета, он понимает, что громче всего Чи стонет, когда притрагиваешься к шее, ключицам и около пупка. Джин осваивает правила сегодняшнего вечера, пытаясь утолить голод. Теперь ему понятно, какой именно голод здесь можно утолить и что еда – это лишь часть декора, а может – прикрытия. - А он, кажется, увлекся, - Юнги садится на Чонгука, устраиваясь на самых бедрах и чувствуя, что его действия не прошли даром, потому как стояк выпирает из штанов младшего слишком очевидно и ощутимо. – Где тебя черти носили год? – Юнги прижимается ближе, довольно изучая, как лицо Чонгука меняется от прикосновений. - Америка. - О, - Шуга сжимает пальцами волосы младшего и хочет вырвать пару прядей просто так, потому что никто не смеет бросать Мин Юнги даже ради Америки. – Выпить не хочешь? – И Чонгук только кивает, чувствуя, как на его бедрах ерзает Шуга. Младшему рвет крышу, ведь разделяет его от желанного сейчас тела только тонкая ткань белья, скорее всего кружевного, ведь семейки и боксеры явно не гармонично бы смотрелись под этим платьем. - Прекрати, - тихо просит, почти умоляет младший. – Еще рано. - Поздно, я бы сказал, но ладно. Выпить хочешь? - Ага, - Чонгук сглатывает, ему и вправду хочется выпить чего-нибудь, но после принесенного заказа баром пользоваться в этом заведении не разрешается. - Пей, - Шуга стоит перед Чонгуком, поддевает и так короткий подол платья, ставит ногу около бедра Чона, стягивает белые высокие гетры на икры и, взяв бутылку с виски, заставляет младшего простонать в голос от одних мыслей. - Не говори мне, что… - Не трепись, пей, - Шуга пальцем манит парня ближе к себе, и Гуки устраивается около ноги парня, нервно прикусывая губы. Ему безумно хочется прикоснуться к этому соблазнительному бедру, до которого остается сантиметра три, максимум пять. Но когда Юнги тонкой струйкой выливает себе на ногу алкоголь, у Чонгука темнеет в глазах. Янтарная жидкость попадает на самую середину бедра и течет по нему вниз. Гуки тянется и проводит по светлой коже языком, вызывая у Юнги волну нереального возбуждения. Шуга выливает еще немного и чувствует, как по коже скользит горячий язык младшего, вылизывая каждый миллиметр, и у парня сводит все внизу живота, потому что Чонгук знает, как и где именно нравится. Еще немного виски на теле, и младшему уже не нужен тот алкоголь, он продолжает ласкать парня, поднимаясь все выше по бедру губами. Прикосновения губ, языка, и хочется поднять платье выше, чтобы Чон приступил к самой приятной части, но Джин все еще не достаточно увлечен Чимином для их продолжения. И если Шуга понимает и пытается, несмотря на все желание, чуть притормозить, младшему, кажется, уже глубоко плевать на все, кроме своих желаний, потому что он, не прекращая ласкать внутреннюю сторону бедра губами, носом подталкивает подол еще выше, а выше – уже опасно. - Чонгук, - выдыхает Юнги, и пышная юбка уже не скрывает возбуждения, ведь младший успел незаметно приспустить белье с Мина и освободить возбужденный член из оков кружевного белья. – Блять, - Юнги не выдерживает и садится на младшего. – Я хочу, чтобы ты трахнул меня, - шепчет на ухо парень, поглядывая на двоих парней, которым практически нет до них дела. Джин увлечен губами Чимина и всем остальным Чимином слишком сильно, чтобы заметить происходящее вокруг. - Я это и так понял, - пальцы проскальзывают под юбку Юнги, и тот чувствует, как они прикасаются к его члену, и сейчас главное не застонать вслух от ощущений, как они продвигаются дальше и медленно входят в него. Шуга бы спросил, откуда у мелкого уже и смазка под рукой оказалась, но, кажется, прошлые уроки от Юнги и год в другой стране испортили Гуки в нужном для Шуги направлении. Он прикрывает глаза, тихо выдыхает и пытается не начать материться. - Еще, – Юнги наслаждается тем, как Чонгук двигает уже двумя пальцами в нем, а сам тем временем расстегивает штаны парня. Шуга справляется с презервативом в мгновение ока и, избавившись от настойчиво трахающих его пальцев, принадлежащих ехидно улыбающемуся парню, садится на твердый член Чонгука, прикрывая происходящее подолом платья официантки. Младший стонет еле слышно, чувствуя, как на него опускается Юнги, подается вперед, проникая полностью и наслаждаясь подчиненным парнем. Он чувствует его горячее тело, по которому младший успел соскучится. И они оба теряют контроль. Это уже не скроешь, потому что происходящее не сравнимо ни с чем, кроме секса. Шуга поднимается и опускается на парне с каждым разом все быстрее и быстрее, Гук помогает ему, придерживая за талию. Юнги даже забивает на свой образ девушки и грубо ругается вслух своим голосом, говоря, что если Чонгук еще раз куда-то так свалит, то пожалеет об этом и получит в следующий раз самую неопытную и страшную девочку. И Чонгук все понимает, подхватывает Юнги, вжимая в диван всем телом. Шуга хватается руками за подлокотник, прогибается в спине и сладко улыбается, чувствуя, как по всему телу проходит волна удовольствия, слышит громкое дыхание младшего над своим ухом и ощущает нежные прикосновения губ в шею. Что-то не меняется никогда, например, эти поцелуи после оргазма.