Их где-то пересечёт

      В зале стоял полумрак. Было душно, несмотря на позднее время – лето наконец-то вступало в полную силу, из колонок доносилась тихая мелодия саксофона. Зрители сидели за столиками, между которыми с поразительной легкостью сновали официанты и официантки. Мороженое, коктейли и фрукты были популярны в этот жаркий вечер. Атмосфера была непринужденной и, даже, немного ленивой. Всем хотелось расслабиться и насладиться пятничной роскошью, этакой иллюзией городской свободы.       Однако, этот вечер для каждого отдельно взятого человека был разным и абсолютно неузнаваемым в чужих глазах. Обстановка в зале коренным образом отличалась от того, что сейчас происходило за сценой. Чтобы попасть в гримерные, нужно было пересечь зал, подняться по лестнице, ведущей прямиком на сцену, обогнуть систему всевозможных колонок и, стараясь не зацепить провода, спуститься по темной лестнице вглубь клуба «Liberty», где в воздухе витало напряжение, смешанное с предвкушением и - совсем немного - со страхом. Здесь, в одной из гримерок сидела юная девушка восемнадцати лет и обеспокоенно смотрела на часы, бережно поглаживая банку своей гитары, привезенной ее отцом из самого центра Парижа.       Девушка эта состояла из творчества, дышала искусством даже в обыденной жизни, но сегодня в ее сердце бушевала гроза, все вокруг будто бы покрывалось толстым слоем воды. Сегодня в этом маленьком, но таком родном городке должно было состояться ее первое сольное выступление. Она волновалась, ей было страшно, несмотря на то, что за годы обучения в музыкальной школе ей пришлось научиться держать себя на публике. До девушки доносилась тихая музыка, звучавшая из колонок на сцене. Она прислушалась и начала невольно подбирать аккорды. Нет, она никогда не считала себя гениальным музыкантом, скорее наоборот, но друзьям нравилось, как она играет. Они не стесняясь говорили, что в её песнях много души, а она краснела и опускала глаза. Людям нравилось, как она поет, как она рассказывает...и сегодня она расскажет им новые истории, она нарисует в их воображении новые яркие картины. Она будет петь, будет петь для них. Она уже все твердо решила.       Но ни одна живая душа в тот вечер не могла знать, что это решение навсегда изменит не только ее жизнь, но и ее саму.