Их где-то пересечёт

За последние полгода мной и людьми, меня окружающими, было принято много решений. Даже слишком много. И первое моё решение - приехать в Париж - было куда легче и приятней, нежели сегодняшнее - покинуть этот чудный город, лучший на планете. Нет, не навсегда (по крайней мере, пока не навсегда), но на какое-то время. В академии меня отпустили без особых вопросов или разборок: я была примерной ученицей, не имела "хвостов" или проблем с поведением. Однако в последнее время преподаватели замечали, что со мной явно что-то не так, хоть я старалась всеми силами это скрыть. После одной из пар Даниэль "выловил" меня в коридоре и позвал попить с ним кофе. Он попытался выведать, всё ли у меня хорошо. Я сообщила о своём намерении навестить близких в России. Собеседник понял, что большего из меня выбить ему не удастся и ему ничего не оставалось, кроме как пожелать мне лёгкой дороги. Я была несказанно благодарна месье Жоелю за то, что он не стал забираться в глубины моей души. Иначе я не смогла бы себя сдержать, а это жалкое зрелище. За всю свою жизнь я помню всего пару раз, когда приходилось плакать при людях и это, нужно признаться, не лучшие моменты мой биографии. Собиралась я недолго, в компании Ари и Ольги. Мне почему-то очень хотелось увидеть их обеих, а они не были особо против. Скорее наоборот, быстро сдружились и принялись в четыре руки уговаривать меня остаться. Их доводы был убедительными, но я осталась тверда в своем решении. Девушки в конце концов сдались, взяв с меня слово, что я вернусь во Францию. Я не стала брать с собой много вещей. Техника, пара книг в дорогу и гитара - куда же я без неё? Все уместилось в небольшую сумку. Билет взят на вечерний самолет. Оставалось много времени, которое нужно было как-нибудь убивать. Я позвонила Фло и Маэве, но ответом мне были только гудки. Моцарты не снимали трубку. Я решила, что Микеле напишу одно единственное СМС. Когда сяду в самолет и обратного пути уже не будет. И станет вдруг так легко между небом и землёй...очень хочется, чтобы стало. Я понимала, что бегу в первую очередь от самой себя, но не в моих силах было остановиться. Да, такой бред слабой девочки. Но мне действительно нужна была разрядка. На улице валил мокрый снег, а дома у нас было тепло и уютно. Чуть позже в мою квартиру ввалились Андрэ и Игор. Они геройски принесли нам тортик, пробираясь сквозь крупные снежные хлопья, и уже готовы были обидеться на то, что я в самый последний момент сказала о своём отъезде, но мгновенно оттаяли под чарами волшебного горячего шоколада. Я успела написать пару слов брату о том, что совсем скоро буду в России, в ответ на что получила "Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я люблю тебя и буду рад видеть." В компании друзей последние часы прошли не так тоскливо, как могли бы. Все, присутствующие в комнате, понимали, что я вернусь. Но меня всё равно провожали, будто бы навсегда. Я вдруг поняла, что рядом со мной находятся настоящие друзья, которым не безразлична моя жизнь. На душе сделалось теплее. Нет, я обязательно вернусь туда, где меня ждут. Разбросаем слова...замолчим и взовьется дым от чужих сигарет, нарушая привычный строй. Для меня этот дождь как глоток ключевой воды, если можно его разделить с дорогой душой.

***

Я попросила ребят не ехать со мной в аэропорт. Долгие прощания на взлётной полосе уж точно не для меня. Мы встретимся через пару недель, и жизнь войдёт в прежнее русло. Ни к чему переживания. Я действительно надеялась, что за этот короткий срок просто смогу обновиться и «встать во весь рост». До аэропорта я добиралась на такси. И совсем скоро перед моими глазами выросло знакомое здание терминала. Снежинки опускались с неба и мягко ложились на мои волосы. Я старалась не смотреть по сторонам, но непроизвольно высматривала в толпе знакомые глаза. «Глупо. Что ему делать здесь? Он, скорее всего, даже не знает, что ты уезжаешь. Да, ты оставила Фло сообщение на автоответчике, но это ничего не значит!» - мысли невозможно было выбросить из головы. До вылета ещё было время. Я присела на скамью в зале ожидания и стала наблюдать за людьми. Здесь роилось столько настроений, что становилось страшно. Кто-то страстно обнимал друг друга после долгой разлуки, кто-то, как и я, оглядывался, не решаясь проходить регистрацию. В этой толпе пестреющих одежд и лиц сложно было сосредоточиться. Нужно было пройти обыкновенную процедуру: регистрация – сдача багажа – посадка. Три простых и таких сложных элемента. Мне вспомнилась часть собственного стихотворения, написанного несколько лет назад: Не уезжай, прошу, не уезжай. Куда я без тебя, в какие петли? Мой Бог твердит "обидевших прощай". Хотя все Боги, кажется, ослепли. Не уезжай, прошу, не уезжай. В заказе одиночество на завтрак. И я, в ответ дрожащему "Прощай" Хочу услышать твердое "До завтра". Как мне сейчас хотелось услышать это «не уезжай». За последние дни я слышала эту фразу на разных языках, но не на том, который был нужен. Не на том языке взгляда, который заставил бы меня остановиться. Этот взгляд просто парализовал бы меня. Я сиюсекундно пресекла эти мысли, вздохнула и подняла глаза на табло. Пора. Взяв в руки сумку и накинув на плечо кофр с гитарой, я направилась к терминалу, на ощупь нашаривая в кармане паспорт и билет. - Катрин! – голос раздался будто бы из моей головы и его тут же поглотила мелодия аэропорта. Руки дрогнули. Больше меня никто не звал. Я решила, что мне почудилось. Да и сколько девушек с таким именем существует на свете. - Катрин! – голос раздался ближе. Сомнений не оставалось - он был вполне реальным. Но я дала себе слово не оборачиваться. К тому же, эти интонации были мне знакомы. - Ка... Катья! – неизвестный коснулся моей руки. У меня не было выхода – я обернулась, зная, кого увижу. Передо мной, улыбаясь во весь рот, стоял Флоран. – Что ты делаешь? - Фло, я все решила. Мне нужно уехать. Не навсегда, на какое-то время. - Ты можешь всё исправить! - Я? Нет. И, пожалуйста, отпусти мою руку. Ты так её сломаешь. - О, да, извини. – Фло выпустил мое запястье. – Ты не пыталась исправить ситуацию. Ты даже не попыталась. - Да, я знаю. Я не смогла. – я посмотрела в пол. Господи, как давно я не пользовалась этим жестом. Прежняя Катя возвращалась. Фло снова взял меня за руку. - Не уезжай, м?..- мне показалось, что я слышу голос Микеле. Я посмотрела в глаза Флорану. В них тут же заплясали загадочные огоньки, хотя, возможно, всё дело в освещении. - Поехали. – голос француза был полон уверенности. - Куда? – беспомощно переспросила я. - А тебе не всё равно?.. – эти слова пробили мою броню. Мне действительно было всё равно. Лишь бы только ехать куда-нибудь. Я поддалась и Фло буквально вытащил меня из здания аэропорта, бросаясь прямо в объятия опускающейся на город ночи.

Может быть, я вернусь когда-нибудь, этим городом захлебнусь, не продохнуть. Он помнит нас, он помнит нас… (Пицца – «Париж»)