Когда прострелена душа навылет. Ч.2

      Итачи 25 лет, когда начинается четвертая война шиноби. Он смотрит на восьмидесятитысячную армию солдат с площадки командиров и видит зарождение новой эры. Это война уникальна по своей сути: никогда еще, за всю историю существования мира, все пять стран не объединялись в одну армию для борьбы с общим врагом. Никогда самураи не нарушали своего нейтралитета. Она уже изменила души людей, уже заставила их почувствовать себя едиными, сплочёнными, равными… Многолетняя борьба забыта, Гаара сумел подобрать ключик к каждому сердцу. Молодой генерал говорит, что больше нет ни Суны, ни Ивы, ни Конохи, ни Кири или Кумо. Есть твердость камня, скорость молнии, легкость ветра, спокойствие воды и воля огня. Итачи верит ему, поправляя на голове протектор со знаком «Шиноби». Мир никогда не станет прежним.       Наруто умела отличать добро от зла, не раскрашивая мир в черно-белые краски. Умела видеть хорошее даже в негодяях, меняя их, давая шанс на исправление. Основной же ее особенностью было умение верить в себя, и передавать эту веру другим людям. Главным доказательством этого умения стал надгробный памятник Нагато Узумаки, прямо посреди кладбища шиноби нашей деревни. Тела под ним не было, но память о человеке, мечтавшем изменить мир, навсегда останется в анналах истории. Жители деревни приходили к памятнику и подолгу сидели рядом, осознавая, что именно их прошлая глупость и жестокость породили Пейна. Они отпускали ему свою боль, свой страх и ненависть, обещая научиться на собственных ошибках. Обещали сделать мир лучше.       Госпиталь был переполнен. Множество покалеченных ожидали своей очереди на внимание ниндзя-медиков. Пока шли споры о том, кто должен занять пост Шестого Хокаге, Цунаде пришла в себя. Люди вздохнули с облегчением, ведь частая смена правителей деревни не могла способствовать поднятию боевого духа у ее жителей.       Новая жизнь разлилась весенними ручьями по венам. Мне был дан уникальный шанс исправить ошибки и осуществить мечты. Я все чаще стал задумываться о том, чего же мне хочется. Если отбросить политику, Акацуки, обязанности перед деревней. Если забыть о том, чего нет в моей жизни, и никогда не будет. Если представить, что все мои желания сбудутся, стоит лишь протянуть руку. Хотелось собственного дома. Фруктового сада на заднем дворе, камина в гостиной, ласковой жены. Детей, минимум троих. Приходящих в гости друзей и посиделок за праздничным столом. Уюта.       Наплевав на приличия, я переехал к Наруто. При нападении пострадала центральная улица и прилегающие к ней районы, в то время как окраины остались не тронуты. Люди, проживающие там, теперь ощущали себя королями мира. Дома было хорошо. Суйгетсу и Карин разобрались в своем отношении друг к другу, разбили половину общей посуды и съехались в одну комнату. Кимимару и Джуго пропадали сутками на улице, ловя восхищенные взгляды молодых девушек. Парни отлично проявили себя и теперь почивали на лаврах заслуженной популярности. Хаку сошелся с Хинатой. Гуляя по извилистым улочкам восстанавливающийся деревни, парочка трогательно краснела и бледнела, но рук упорно не разжимала. Хиаши задумчиво тер подбородок, присматриваясь к возможному зятю.       Изменения затронули всех, но больше всех, на мой взгляд, поменялась Сакура. Нападение Пейна сломало в ней что-то, вдребезги разбив розовые очки и заставив увидеть реальный мир. Она пошла в ученицы к Пятой Хокаге и старалась стать сильнее изо всех сил. Брат, наконец, обратил внимание на розоволосую воздыхательницу, но ее детская влюбленность тоже осталась в прошлом. Теперь внимание молодой куноичи был удостоен ученик Гая, Рок Ли. Странный, в несуразном зеленом костюме, со смешной прической, но, как оказалось, верный и очень добрый. На них было приятно смотреть.       Работы было уйма. Известие о том, что Коноха практически уничтожена, могло сподвигнуть другие страны к нападению, ведь это был их шанс раз и навсегда избавиться от старого врага. Однако правитель Суны во всеуслышание заявил, что нападение на Коноху будет приравниваться к объявлению войны Деревне, Скрытой В Песке, что заметно охладило пыл агрессоров. Все-таки армия Листа осталась цела, хоть и была деморализована.       В великой стройке принимали участие все жители деревни, включая стариков и детей. Стекались строители со всей страны Огня, стремясь как можно быстрее восстановить дома своих защитников. Нескончаемым потоком текли повозки с лечебными травами, одеждой и едой. Разбирались завалы, отыскивались уцелевшие книги и свитки, по крупицам восстанавливались утерянные знания. Саске остался один отстраивать свое новое место жительства, чем был крайне недоволен. Это уже его проблемы: был бы поприветливее с другими, глядишь и нашел бы помощников. Теперь же приходится куковать в брезентовой палатке и ждать, пока очередь строительной бригады дойдет до тебя. Или попробовать отстроиться самостоятельно. Что выйдет быстрее – непонятно. Деревня, Скрытая В Листве, возрождалась из пепла.       Пять великих деревень все же обменялись данными на организацию преступников. Оказалось, что она состоит из девяти ниндзя-отступников, каждый из которых разыскивался за совершение страшных преступлений. Теперь мы знали их внешность, характер, сильные и слабые стороны. Из девятки можно было вычеркнуть Пейна и его помощницу Конан. Оставалось семь.       Фиаско атаки на Девятихвостого не прошло для Акацук бесследно, но через полгода они вновь активизировались, попробовав зайти с другого конца. Теперь уже не оставалось сомнений, что их цель – джинчурики. Под удар попала Суна. Песок помог нам в трудное время, и мы не могли не протянуть им руку помощи в ответ. Спасательный отряд состоял из команды Наруто, Какаши, Гая и Сакуры. Я ждал подвигов от любого из перечисленных и не был удивлен, что отличилась именно бывшая сокомандница брата. Девчонка лично убила одного из врагов, пусть и при помощи старейшины Песка. Сасори-но-Дана, мастер-кукольник, был крайне опасным противником. Результаты тренировок Пятой были на лицо.       Благодаря невероятной удаче и обаянию Наруто Кадзекаге остался жив, но Шукаку был извлечен.       Второго из членов Акацуки убил Шикамару Нара. Разозлить этого парня было практически невозможно, но если уж получилось, просить прощение становилось бесполезно: парень не умел прощать и учиться не собирался. У бессмертного Хидана получилось довести его до бешенства с одного раза, убив учителя гения, Сарутоби Асуму. Это случилось возле границы страны Молнии, сразу после захвата Акацуки двухвостой биджу. Сарутоби находился там на миссии и не смог пройти мимо. Через неделю после похорон Асумы, ошметки тела седовласого матерщинника переваривались в желудках диких зверей, обитающих в заповедном лесу Клана Нара. Шикамару же начал курить.       Напарник Хидана, Какузу, пал от рук Карин месяцем позже. Хозуки и Узумаки возвращалась с ярмарки, проводившейся в соседней деревне, где парень отказался купить красноволосой куноичи бусы, сетуя на отсутствие денег. Девяностолетний дедок так и не научился за свою долгую жизнь разбираться в женщинах. Услышав переругивания парочки, неудачник не смог смолчать о транжирстве современной молодежи, и девчонка выжгла ему мозг. У нее оказались свои козыри в рукаве. Пять сердец не помогли, и пускающего слюни идиота добил Суйгетсу.       Что не поделили мой брат и светловолосый подрывник из Камня, встретившиеся на узкой тропинке в лесу, я так и не понял. Но верить Саске, что их завел в тупик спор об искусстве, отказывался напрочь. Мысль о том, что отото может разбираться в столь сложных материях, взрывала мой мозг. Примерно так же окончилась и жизнь Дейдары, если не считать того, что взорвалось все его тело.       Кисаме умер от злости. Нет, на самом-то деле он погиб в схватке с Майто Гаем, но роковую ошибку совершил именно от злости. Гай искренне не понимал, что могло так сильно разозлить оппонента. У него, действительно, была ужасная память на лица.       Акацуки теряли бойцов, а мы теряли хвостатых демонов. Семь биджу были захвачены врагами. Последней каплей стало нападение на названного брата Райкаге. Би успел сбежать, но взбешенный глава деревни, скрытой в Облаке, потребовал созыва совета пяти Каге.       Сегодняшний день, наконец, подходит к концу. Потягиваюсь, разминая одеревеневшие кости, и собираюсь идти домой, когда приходит вызов от Хокаге. Черт, я так надеялся отдохнуть… Голова чугунная после тяжелой работы, но приказы руководства не обсуждаются. В кабинете Пятой меня уже ждут: помимо Цунаде там находится Шикаку Нара.       «Сегодня пришло сообщение о сборе совета Каге. Вы идете со мной в качестве охраны», - взгляд Сенджу усталый. Она никогда не горела желанием становиться Хокаге, и, если бы не стечение обстоятельств, в жизни не согласилась занять этот пост. Забота о деревне требует уйму сил и последняя из Легендарной троицы выкладывается вся, без остатка.       «Есть»       «Отправляемся немедленно»       Дорога до страны Снега занимает пять дней. За круглым столом собираются сильнейшие шиноби нашего времени. Удобно устроившись на стуле, начинаю рассматривать их из-за легкой занавески. Райкаге, Мизукаге, Цучикаге, Хокаге… Они взрослые, умудренные опытом, прошедшие не одну войну, и присутствие Кадзекаге Гаары для них, как бельмо на глазу. Мешает, а сделать ничего не можешь. Они кричат друг на друга, превращая серьезные переговоры в базарную перепалку.       «Смею напомнить, что именно шиноби Конохи избавлялись от этих тварей, пока вы просиживали штаны в своих кабинетах!»       «Почему это вы диктуете условия?? Лист необоснованно присвоил себе шиноби чужих стран! Тумана, например, …»       «Туман должен заткнуться, это у вас Акацуки зародились!»       «Камень, их спонсировал, поручая миссии!»       «Замолчите», - голос Гаары тихий, напоминающий шелестение песка. Он привел с собой в качестве охраны своих брата и сестру, но совсем не боится людей, сидящих с ним за одним столом. Он вообще ничего не боится, научившись этому качеству у лучшего друга. Мечтами Наруто он выстраивает фундамент будущих взаимоотношений, ведя свой рассказ. О том, что прежние распри делают нас уязвимыми. Что споры ни к чему не приведут. О мире без воин и слабости в разобщении. О желании спасти жизнь дорогих людей. Речь ведется плавно, скользит, будто шёлковая лента, сжимая сердца Каге. Гаара бросает им в лица вопросы, на которые у них нет ответов. И ставит точку в своем монологе, задавая самый главный вопрос: «Когда вы забыли, кто вы есть?»       Тишина накрывает комнату мягким пологом. В воздухе витает напряжение, такое плотное, что его можно резать ножом. Вглядываюсь в лица лидеров скрытых деревень, пытаясь угадать их мысли. Задумался даже глава самураев. Рядом со мной усмехается Шикаку и тихо шепчет мне на ухо: «Он их сделал!». Киваю головой в знак согласия. Шах и мат, господа. Откидываюсь на спинку стула, скрещивая руки на груди. Молодость победила.       Наконец, шиноби отмирают и начинают вести конструктивный диалог. Закончить им не дает кретин в оранжевой маске, заявившийся с наглыми требованиями выдать ему оставшихся джинчурики. Убью урода, когда поймаю. Никто не смеет покушаться на мою девушку. Ишь, чего захотел, цукуюми ему вечного. Я тебе такой иллюзорный мир устрою, даже спать бояться будешь.       Четвертая война шиноби началась.

***

      Лидером альянса шиноби становиться Райкаге. Он вспыльчив, импульсивен, но, безусловно, больше всех подходит для данной должности. Генерал объединенной армии – Гаара. Я назначен командиром третьей дивизии Объединенных Сил Шиноби. Моим заместителем выбираю Какаши, и начинаю разработку планов по эффективному бою. Наша задача – бой ближней и средней дистанции. Списки солдат прибывают ежедневно, и я должен, хотя бы мельком, ознакомиться с их характеристиками.       Война вспыхивает сразу на всех фронтах. Белые человекоподобные существа лезут на нас волнами, стараясь взять своим количеством. Они способны изменять свою внешность, подделывать чакру, становясь неотличимыми от наших же союзников. Видимо, на этом и строился расчет врага, но джинчурики Девятихвостого легко способна отличить подделку. Ни Би, ни Наруто прятаться не собирались, и с этим фактом пришлось смириться даже Райкаге. Тысячи клонов поддерживали армию, давая нам ощутимое преимущество. Каге буншин но дзюцу является любимой техникой Наруто, и удерживать ее она может сколько угодно. Остатки Зетсу уничтожены новой техникой Наруто, рассен-шурикен ветра, уже прекрасно себя зарекомендовавшей.       Нет ничего гаже, чем тревожить покой мертвецов. Они уже прожили свою жизнь, каждый по-своему, и теперь имели право на отдых. Сходя с ума от нереального ощущения дежа вю, я наблюдал за призванными Эдо Тенсей родителями. Глаза Фугаку не выражали ничего, кроме раскаяния, а мать улыбалась, глядя на меня. В ту роковую ночь мне не пришлось поднимать руку на людей, подаривших мне жизнь, но судьба решила сыграть в нечестную игру, дав второй шанс. Ставя печать на голову Микото, я чувствовал, как меня разрывает горькая тоска по детству. Руки опускались, в глазах неприятно защипало. Ветер донес запах полыни. Вспышкой мелькнула Наруто, отводя руку отца с занесенным кунаем. Удар, удар, удар, запечатывающая печать. Любимая моя, родная. Ты всегда приходишь, когда так нужна мне, и всегда спасаешь от самого себя. Нежность затапливает сердце, легкая улыбка дает силы встать и продолжить бой. Не сдаваться.       Урод, призвавший покойников, найден. Об этом мне сообщает центр сенсоров, отдавая приказ устранить угрозу. Не хочу покидать поле боя, убираясь черт знает куда, но выхода нет. Помощник мертвого Орочимару похож на пугало, и я с трудом узнаю в нем Кабуто. В голове всплывают строчки из старого трактата клана Учиха: «Изанами - техника, при которой жертва попадает в гендзюцу, где ей приходится переживать уже произошедший отрезок времени снова и снова, в то время как в реальном мире она стоит без движения. Даже если жертва осознает это, она ничего не сможет предпринять против Изанами». Столько жертв, и совсем простое решение. Пора обратно.       Я возвращаюсь под конец. Тысячи уцелевших шиноби спешат к месту битвы, которая станет последней в этой войне. Тоби, бывший когда Обито Учиха, мертв. Мадара Учиха, один из основателей Конохи, застыл напротив Наруто, Би, Какаши и Гая. Он окружен хвостатыми зверями, а в глазах пылает реннеган. Восьмихвостый ранен, силы Хатаке и Майто на исходе. Наруто светится ровным золотым сиянием, находясь в ореоле чакры Девятихвостого. Я впервые вижу ее биджу вживую. Мадара вещает о ненависти, ничтожности нового поколения, собственных планах. Молча подхожу и беру Наруто за руку.       «Давай сделаем это вместе?», - она смотрит мне прямо в глаза.       «Сделаем это красиво»       Вихрь набирает обороты в ее руке. Напрягаю усталые глаза. Ветер раздувает черное пламя аматерасу, и мы бьем.       За наши надежды. За наши мечты. За будущее. Скорость. Ты ошибаешься, Мадара. У каждого времени есть свои герои, которые сильнее предыдущих. В этом смысл жизни. Дети превосходят своих родителей, всегда. Он не успевает уклониться.       Мы стоим на осколках прошлого, стараясь отдышаться. Волнами накатывают подоспевшие шиноби, радостно крича и подбадривая своих героев. Поднимаю руку, и на поле обрушивается тишина. Наверное, они ждут от меня какой-то пафосной речи, но я не умею красиво говорить. На сегодня у меня осталось всего одно незаконченное дело, которое я обещал себе сделать сразу по окончанию войны. Подхожу к Наруто. Она тяжело дышит, опираясь на колени. Рядом распластался Кьюби-но-Йоко, положив огромную голову на лапы.       Опускаюсь на корточки и заглядываю ей в глаза.       «Ты станешь моей женой?»       Тихое «Да» тонет в громогласных аплодисментах.