О бедном Рае замолвите слово

Пустота неспеша подкрадывается к их деревне. Лия понимает: какой бы полезной она ни была, если выбор падёт на неё, жалеть будет некому — съедят и не подавятся. Она и так последняя выжившая кошка. Выход, увы, один — собирать свои немногочисленные вещи и бежать в Рансен. Говорят, там коты ещё не опустились до поедания своих же. Кто знает, может быть там Лие удастся выжить. Жаль, что совсем нет времени навестить брата. Коное — единственный, кого расстроила бы её смерть. А кроме него в этом мире у неё никого и ничего нет. Даже к своему старому покосившемуся домику на окраине деревни она не испытывала никакой привязанности, готовая покинуть его в любой момент, если будет такая необходимость. Ну и что ж, это время настало. Несколько потрёпанных книг — в сумку, самые редкие травы и снадобья — туда же. Меч в заспинные ножны, плащ сверху, несколько минут на ностальгические воспоминания — и неприметная в подступающих сумерках тень скользит прочь, удаляясь всё дальше и дальше в лес. Когда вся насквозь пропылённая Лия наконец добралась до первой попавшейся гостиницы в Рансене стало ясно, что всех имеющихся у неё денег хватит хорошо если на неделю. И хоть она теперь в безопасности, но вот что делать дальше — непонятно. В этом чужом городе знакомых у неё нет, а работу найти сложнее, чем думалось. Возможно, эта история закончилась бы весьма плачевно, если бы однажды наша заблудившаяся в рансенских улицах кошка не свернула не в тот переулок и не ввязалась там в случайную драку, просто проходя мимо. Дерущихся было трое. Двое на одного, дымчато серого. Лия до сих пор не знает, что дёрнуло её так поступить, но в тот момент она не раздумывая встала спиной к спине с незнакомым котом, неумело отмахиваясь от нападающих мечом и скорее мешая своему случайному партнёру, чем действительно принося какую-то пользу от своего присутствия. В тот день Лия впервые убила кого-то себе подобного. В тот день Лия познакомилась со своим будущим Тога. В тот день Лия совершенно неожиданно обрела дом и одновременно с этим — кучу неприятностей. Новый знакомец назвался Шэном. Он был синеглаз и улыбчив, много смеялся и искренне благодарил её за помощь. Рядом с ним было так спокойно, словно они знали друг друга ещё целую вечность до встречи в этом тесном переулке. Но тогда Лия ещё не была Санга, ещё не знала, что это значит это ощущение единения, и, когда Шэн привёл её, раненую, в логово наёмников, не сразу поняла, что лучше бы она никогда и не сворачивала в тот чёртов переулок. А когда всё-таки поняла, было уже поздно — Шэн научил её мастерски владеть оружием и убивать без лишнего шума, странный менестрель подарил ей лютню, самые старые из наёмников подметили в ней Сангу. И всё закрутилось, завертелось, дни превращая в месяцы, а месяцы в годы. Она стала не то чтобы членом большой семьи, но прогнать Лию прочь уже никто бы не отважился, пока за ней тенью скользили дымчато-серый кот — верный напарник, лучший друг, и Лаэн — сын главы гильдии, ужасный задира, но где-то в глубине души очень даже неплохой малый. Неразлучная троица, блестяще выполняющая свои заказы и ревностно сохраняющая свои секреты. Вернее, всего один, связывающий Шэна и Лаэна. Сложно сказать, когда Лия стала подмечать царапины от когтей и укусы на спине да плечах своего Тога, когда рыжий кот стал устраивать скандалы сначала в шутку, а потом всерьёз, стоило только уставшему Шэну остаться у неё на ночь. Но чтоб собрать все факты воедино хватило пары минут. Никакой обиды или отвращения не было, потому что Шэн хоть и был внешне очень даже ничего, но упорно воспринимался Лией только как друг. Правда, доказать это вспыльчивому Лаэну было не так-то просто. Да и времени не хватило. Всё перечеркнуло их неосторожное возвращение через лес после очередного задания. Внешне совершенно не опасная для них кучка охотников за наградами поставила финальную точку на том счастливом времени, когда Лия без опаски могла петь , поддерживая своего Тога и придавая ему сил. То ли нападающих было слишком много, то ли она и Шэн были слишком уставшими, но лютню из рук выбили уже минут через пять, попутно приложив по затылку чем-то тяжёлым. Когда же Лия наконец смогла прийти в себя, рядом не было ни охотников, ни Шэна. Только его меч валялся на земле.

***

— Как-то вот так всё и было. — Лия задумчиво дёрнула ухом. — Рассказывать о том, что устроил Лаэн, когда я вернулась из леса одна, думаю, не имеет смысла. Не могу понять только одного: почему именно сейчас, Шэн? Почему именно таким образом? И дураку же ясно, что я буду тебя искать. — Ну... — демон смущённо почесал макушку. — Если честно, я не думал, что ты настолько бурно всё воспримешь. Момент, когда Лия вскочила на ноги, проморгал, кажется, не только я, но даже остальные демоны. — "Настолько бурно всё воспримешь"?! - да-а-а, нечасто мне приходилось слышать, чтобы моя сестрёнка настолько громко вопила. — Да я же теперь даже лютню в руки взять боюсь! Откровенно скучающий Рай тут же вскинул голову, прислушиваясь, и я едва сдержал улыбку: самый верный способ заинтересовать этого совершенно невыносимого кота — начать говорить о Санга. Ой, постойте-ка... Лютню? Неужели Лия тоже?.. Осторожно оглядевшись по сторонам, я поймал насмешливый взгляд Фрауда, которого вся эта ситуация, похоже, очень забавляла. — О, точно, хорошо, что ты напомнила, у меня же для тебя подарок. — Шэн щёлкнул пальцами, и в руки Лие опустилась новенькая лютня, с едва приметной царапиной на корпусе. Лицо моей сестрёнки при этом было таким, будто ей вручили чьё-нибудь вырезанное, ещё тёплое сердце, а не обычный музыкальный инструмент. Если бы Рай вовремя не среагировал, ухватив Лию за руку, та не задумываясь расколотила бы подарок о первое попавшееся дерево. — Какого чёрта? Зачем? — едва вздохнула она, невидяще смотря не на Рая даже, а словно сквозь. Тот лишь пожал плечами. И, словно повторяя недавнюю атмосферу в гостинице Бардо, в воздухе между этими двумя повисло такое напряжение, что в месте соприкосновения их рук едва ли не искрило, а понимающая ухмылка Вэлга начинала наводить на определённые мысли. На то самое осознание, что утром у них была не привычная уже ссора из-за ерунды. Час от часу не легче! Лию же не угораздило влюбиться в Рая, правда?!