Глава 13
9 марта 2015 г., 21:48
Он вроде бы и появлялся в этом доме лишь летом, да вот теперь на один день прилетел, но всё равно после его отъезда Тони в полной мере ощутил пустоту. И к своему ужасу начал скучать как только вернулся с учёбы. Это осознание пришло неожиданно, как гром среди ясного неба. Просто он вдруг понял, что привязался к человеку настолько, что важно уже само его присутствие где-то рядом. И теперь сложнее было сдерживаться и стоять за дверью, когда Моника и Брендан общались с сыном. И да, в его комнату Тони больше не ходил. Теперь у него появилась новая пагубная привычка. Так как Моника много времени проводила в больнице, он всё чаще оставался дома один, и тогда Тони выходил в коридор и садился напротив закрытой двери. Это было странно, и если бы кто-то увидел это и заметил то, с какой периодичностью Тони так поступает — его явно сочли бы психом. Но он всегда был немного «с приветом», даже проверялся каждый год, так что ему можно. И поэтому Тони особо не задумывался относительно правильности и нормальности своих действий, он просто делал то, что хотел. А хотел он ощутить хоть ничтожную близость к Грегу Лайтману, который приехал и уехал также неожиданно, лишь взбудоражив всё внутри. А это несправедливо. Нельзя так врываться в чужую жизнь, даже не подготовив к последствиям своего появления, а затем исчезновения. Это было слишком для Тони, который в принципе не привык чувствовать что-то подобное. Всё это настолько выбило его из колеи, что не ускользнуло от внимания даже мистера Лайтмана, который однажды утром поинтересовался его здоровьем, намекнув, что в последнее время Тони ведёт себя крайне странно. Пришлось убеждать мужчину, что всё в порядке, просто немного замотался. Но это было неправдой. Наоборот, теперь усталость Тони ощущал крайне редко. Он плохо спал, но всё равно был бодр и свеж. А ещё он мог часами сидеть и смотреть на эту дверь. Он не выпадал из реальности, нет. Все эти часы он вполне чётко осознавал окружающий мир, но в тоже время улетал куда-то в глубины своего сознания и представлял снова и снова. До боли хотелось увидеть, почувствовать. О прикосновениях нечего было даже и говорить, их хотелось сильнее всего остального, но именно это было недоступнее всего. От этого становилось больнее, но Тони не прекращал думать. Он просто не мог. А может, и не хотел. Такой своеобразный мазохизм ему даже нравился в какой-то мере. И спустя долгий месяц Тони был вынужден признать, что он ещё никогда и никого так не хотел увидеть как Грега Лайтмана. Факт своей полной и самой сильной любви к брату он признал спустя ещё полторы недели. И это стало началом конца.
***
— Тони, просыпайся! Я зайду через минуту, и только попробуй до сих пор валяться в постели! — грозно крикнула миссис Лайтман из-за двери. Разочарованно застонав, юноша выполз из-под одеяла. Сегодня была одна из немногих ночей, когда он смог нормально поспать, и вот его будят ни свет ни заря! Где справедливость в этом мире? — Спенсер, мы заходим! — голос Ханны стал неожиданностью, к которой Тони оказался не готов. Он стремительно юркнул в кровать, так как не был намерен представать перед подругой в одном белье. Она оказывается пришла ещё и не одна! В комнату, радостно смеясь и громко переговариваясь, ввалилась вся святая троица. — Что вы все тут делаете? — возмутился Тони, натягивая одеяло до самого носа, заслужив тем самым игривый взгляд от Кевина. — Пришли тебя поздравлять, сладенький! — подмигнула Ханна, падая на кровать. К ней тут же присоединился несносный футболист, и только Роберт остался скромно стоять в сторонке, теребя пуговицу на своей рубашке. — Не знаю, почему ты решил в этом году не отмечать свой день рождения. Мы отметим его несмотря на твои запреты и прямое нежелание. Девушка явно была настроена серьёзно. Вздохнув, Тони прикрыл глаза. Он и правда не хотел что-то устраивать в этом году. Хотелось просто посидеть дома, съесть кусочек торта и завалиться смотреть фильмы. Ничего грандиозного с кучей незнакомых ему людей, выпивкой и громкой музыкой не прельщало его. Только не в этот раз. — Ребят, я вполне определённо выразился, что не хочу ничего, — буквально прорычал Тони, сжимая в кулак одеяло. — В конце концов — мой ведь день рождения! Сам могу решить как его справлять! — Не горячись, чувак, — хлопнул его по плечу Кевин. — Мы просто приготовим тебе вкуснейший ужин, который ты только можешь вообразить. Моника была только рада предложенной помощи, всё же тебе семнадцать исполнилось. Отметим по-тихому, хорошо? Такая перспектива была не так уж и ужасна, поэтому Тони осторожно кивнул, и Ханна с Робертом тут же унеслись вниз, чтобы начать приготовления, а вот Кевин почему-то остался. Ну его-то Тони не стеснялся. Он встал и пошёл к шкафу с одеждой. — Поговорим? — спустя секунд тридцать подал голос кучерявый. К этому моменту Тони успел натянуть на себя спортивные штаны, а вот футболку он никак не мог откопать в недрах своего шкафа, который Моника просто под завязку заполнила одеждой. Юноша повернулся, показывая, что весь во внимании. Они с Кевином давно не разговаривали. Да он вообще давно ни с кем нормально не разговаривал, замкнувшись в себе. — Что с тобой происходит? — хмуро спросил футболист, подходя достаточно близко и как бы показывая, что настроен решительно и так просто не сдастся. — Всё в порядке, — на автомате ответил Тони, заводя руки за спину. — Нет, ты не в порядке, друг, — покачал головой Кевин. — Ты в школе ведёшь себя как в воду опущенный. Когда ты в последний раз улыбался? Думаешь, что по тебе не заметно? Когда ты последний раз виделся с Джо после нового года? Звонил ей? Тони пожал плечами. Неделя? Две? Эти цифры уже давно перестали иметь для него значение. Все дни проходили как одно сплошное ожидание, полное жгучей боли и одиночества. — Сегодня семнадцатое февраля, и ты не позвонил ей даже в новый год, чувак! Я, конечно, всё понимаю, но можно было хотя бы расстаться по-человечески, чтобы она ничего не ждала. А то ты даже в школе её игнорируешь. Вот честно, ты ведёшь себя как козел. Так давно? Тони грустно улыбнулся и отвернулся от друга. Он о нём беспокоился. Приятно. — Она придёт сегодня? — спросил Тони. И правда, пора заканчивать вести себя как последняя сволочь. — Не думаю, но ты можешь позвонить и всё разъяснить, — пожал плечами Кевин, разглядывая друга. Тот выглядел, откровенно говоря, паршиво. — Лучше поздно, чем никогда. Тони кивнул. Так он и сделает. — Ничего мне не расскажешь? — решил всё же спросить Кевин, пусть и не ждал ответа. — Нет.***
Когда Тони наконец-то спустился вниз, на кухне работа уже шла полным ходом. Ему даже не разрешили нормально позавтракать, просто всучили тарелку с яичницей, чашку чая и пару бутербродов, а после этого велели не появляться здесь до вечера. Пожав плечами, подросток позавтракал в гостиной, а потом, одевшись, отправился куда глаза глядят. Погода сегодня радовала, и юноша решил пройтись до парка. Был полдень, там прогуливалось множество пожилых пар, кого-то младше пятидесяти здесь вообще редко можно было увидеть. Очистив лавочку от снега, Тони сел напротив замёрзшего фонтана. В таких местах приятно думать, и он отпустил свои мысли, просто наслаждаясь их течением и не пытаясь ухватиться за что-то конкретное. Тони совсем не чувствовал, что сегодня праздник, его день. Для него это было обычное утро, которое плавно перетечёт в день, а затем в ночь, все часы которых будут наполнены невыраженными желаниями и непереносимой скукой. Буквально вчера он услышал, как миссис Лайтман рассказывала Грегу, что сегодня его день рождения, а тот равнодушно промолчал и перевёл тему. После такого Тони просто не мог себя заставить радоваться этому дню, как бы ни пытался. В кармане завибрировал телефон, спасая его от новой порции самобичевания. Номер был незнакомый. — Алло. — Привет. — Майки… — Тони выдохнул, прикрывая глаза. Как же давно он не слышал этот голос! Казалось, только он всегда мог его понять и поддержать, только от него он никогда и ничего не скрывал. Мимо, воркуя друг с другом, прошла пожилая пара и остановились возле фонтана, разглядывая его. Мужчина обнял женщину за талию и склонил к ней голову. Тони не смог не улыбнуться, глядя на такое явное доказательство существования любви в этом мире. От такого даже жить хочется. — С днём рождения, ковбой, — по голосу было слышно, что Майкл рад. Почему-то стало приятно. — Как ты? Уже почти взрослый. — Паршиво, а ты? Где ты сейчас? — Тони откинулся на спинку лавочки, вдыхая морозный воздух. Как же хорошо. Пара ещё несколько секунд постояла и повернулась в другую сторону. Интересно, сколько они уже вместе? — Скажу лишь, что не в Лондоне, — хмыкнул Майки. — Я уже далеко. И дела не так уж и плохи. — Жаль, хотел увидеть тебя… — Тони и правда была расстроен. Сейчас поговорить со старым другом казалось единственным необходимым ему подарком. И больше ничего не надо, потому что этот человек его поймёт, он знает, как справиться с состоянием Тони, он бы помог. — Как с блондинчиком? Тони невольно поморщился. Ему не нравилось, когда Грега так называли, но Майки-то можно. — Учится, приезжал вот в ноябре, а летом уже окончательно вернётся, — было легко рассказывать это, как будто самому себе признавался в чём-то. — Всё ещё любишь? — в голосе друга прорезалась горькая надежда, которую тот явно старался затолкать поглубже в себя. — К сожалению, — Тони даже кивнул в подтверждение своих слов. Теперь он был уверен в этом больше, чем когда-либо. И это приносило больше страданий. Раньше он, по крайней мере, мог отвлечься на кого-то ещё, но вот недавно, когда слушал очередной разговор Грега с родителями, сидя напротив двери, Тони чётко осознал, что для него больше никого не существует. И он не сможет быть с кем-то, просто потому что не захочет. Просто нет. Больше ни с кем. Просто весь мир крутится вокруг одного единственного равнодушного к нему человека. — Жаль. Я как-нибудь приеду к тебе, а то чую, там всё совсем паршиво. Ты не забывай, что он тебя не стоит, и у тебя всегда есть я, — Майки горько усмехнулся. — И добейся уже его, а то ноешь как баба. Тони улыбнулся, чувствуя, что в глазах защипало. — Спасибо, что позвонил. — Я давно хотел, да только не мог решиться. Пока, Тони.***
Стоя напротив дома Джо, Тони не мог вспомнить, как пришёл сюда. Вроде после разговора с Майки он решил просто прогуляться и шёл куда глаза глядят. Теперь он, по колено в снегу, замер напротив знакомого резного заборчика. Слова Кевина не давали ему покоя, пора заканчивать вести себя так паршиво. Но для разговора надо было набраться смелости, которая куда-то улетучилась, как только в окне второго этажа мелькнула знакомая фигура. Тони мог бы ещё довольно долго простоять на улице, взвешивая все «за» и «против», но он успел замёрзнуть, а воспоминания о камине в гостиной Джо манили своей теплотой. Набрав в грудь побольше воздуха, он открыл калитку и прошёл к двери. Кнопка дверного звонка нажалась с большим трудом, а к моменту, когда за дверью послышались приближающиеся шаги, юноша был готов позорно сбежать. Он как раз начал свое отступление, когда на пороге возникла низкорослая блондинка. Девушка явно его не ждала, так как улыбка стремительно испарилась с хорошенького личика. Этого и следовало ожидать. — Чего тебе, Спенсер? — Джо загородила собой вход, скрещивая руки на груди. Мечты о тёплом камине разрушились в мгновение ока. — Поговорить хотел, — Тони нервно потёр шею, переминаясь с ноги на ногу. — Не о чем нам разговаривать! — девушка отступила назад, собираясь захлопнуть дверь перед самым его носом. Тони резко подался вперёд, упираясь кулаком куда-то в районе дверного глазка. Вся ситуация напомнила ему сцену из дешёвой мелодрамы. — Джо, пожалуйста, я просто хотел перед тобой извиниться, — воскликнул он, заглядывая в глаза блондинке и невольно зябко поёжившись. — За что? — тут же взвилась та, налегая на дверь двумя руками. — За то, что бросил меня, не сказав ни слова? Или за то, что игнорировал месяцами, будто бы я для тебя никто? А может, за то, как ты просто выкинул меня из своей жизни, предварительно став для меня самым нужным человеком? О чём, чёрт побери, ты хочешь поговорить со мной, Тони? За что ты извиняешься?! Вслух это звучало как-то намного хуже, отчего Тони невольно вздрогнул. Да уж, он и правда вёл себя как последний осёл. — За всё, — юноша пожал плечами, виновато заглядывая Джо в глаза. — Нехорошо получилось. Я поступил по-скотски, и за это прошу прощения. Мне очень жаль. Даже оправдываться перед тобой не хочу, я просто говнюк. Ты заслуживаешь лучшего. Глаза девушки заблестели от слёз, отпустив дверь, она отступила вглубь коридора, желая скрыться от всего мира. Повинуясь секундному порыву, Тони скользнул за ней. Джо попыталась уйти, но упёрлась спиной в стену и оказалась в ловушке. По её щекам уже не останавливаясь катились слезы. Тони не мог предположить, что это будет так больно, он нежно обнял девушку, вкладывая в это прикосновение всё своё сожаление. За их спиной с гулким звуком захлопнулась дверь, и коридор погрузился в лёгкий полумрак. — Как же я тебя ненавижу, Спенсер… — гулко прошептала Джо, утыкаясь в грудь Тони. Её плечи слегка подрагивали от сдерживаемых рыданий. — И я это заслужил, — кивнул Тони, поглаживая девушку по спине. Он совсем не хотел причинить ей столько боли. Да он даже не думал, что может ей её причинить. — Никогда не чувствовал себя настолько отвратительно, как сейчас. — Так зачем ты пришёл? — Джо слегка отстранилась, внимательно заглядывая ему в глаза и сжимая руку выше локтя. — Я поняла, что ты извиняешься, но к чему ты хочешь привести эти извинения? Хочешь, чтобы я тебя простила, и что потом? — Мы не будем снова вместе, — покачал головой Тони, вытирая слезинку с щеки девушки. — Но почему? — шепнула та и потянулась к нему, привставая на цыпочки. Тони тут же замер, сжав её плечи и удерживая на расстоянии. В глазах Джо отразились боль и обида, причём последнее стало для Тони неожиданностью. — Ладно, не будем мы вместе и всё такое, но ты ведь спишь со своими бывшими, Спенсер! Даже не пробуй это отрицать! — девушка рванулась из захвата, но безуспешно. Она снова попыталась приблизиться и поцеловать Тони, но и эта затея не возымела успеха. Юноша держал её крепко. — Чем я хуже? Да все знают, что перед тобой стоит только разочек хвостом вильнуть — и готово! Давай назовём это прощальным сексом, да как хочешь… — Хватит! — Тони резко оттолкнул Джо от себя и отошёл к двери. Мозг предательски подкидывал воспоминания о Майки. Сколько раз они так «прощались», а теперь он не может. Теперь ему претит даже мысль о том, чтобы лечь в постель с этой девушкой. Да и не только с этой — с любым другим человеком, кроме Грега Лайтмана, с которым ему явно ничего не светит. Интересно, какую замену сексу он найдёт? Тряхнув головой, Тони отогнал непрошеные мысли и твёрдо посмотрел на шокировано замершую девушку. — Я пришёл к тебе извиниться и только, потому что хотел всё прояснить. У нас больше никогда и ничего не будет, как бы ты не хотела это изменить. Да ты и сама скоро перегоришь ко мне и поймёшь, какой я идиот. Лучше уже найди себе что-нибудь более постоянное и надёжное, а это уж точно не обо мне. — Хотела бы я быть на месте той, которая так тебя зацепила, — ядовито поморщилась Джо и отвернулась. — Уходи, я не желаю тебя больше видеть. Беспомощно вздохнув, Тони вышел за дверь, оставив свою прошлую разгульную жизнь позади.***
Раз у Джо погреться не удалось, Тони решил вернуться домой. Всё же это его день, а он шатается по улицам и мёрзнет. Где справедливость? Юноша преодолел расстояние до своего дома в кратчайшие сроки. Но где-то уже на ступенях крыльца его прошибла мысль, что он уже мысленно называет дом Лайтманов своим. И когда он только успел принять их как родителей? Тони так и замер с протянутой рукой возле двери. К чему всё это приведет? Он знал, что ни Моника, ни Брендан не сделают ему ничего плохого, так может, нужно просто расслабиться и позволить себе быть счастливым в своей семье? Тони ещё немного проанализировал свои ощущения на эту тему и, кивнув своим мыслям, толкнул входную дверь. На него сразу нахлынул запах вкуснейшей еды. С кухни доносился спор Ханны с Кевином на тему готовности жаркого. Улыбнувшись, Тони пошёл к друзьям. — А я и не знал, что ты такой эксперт в готовке, Кев, — подмигнул он, опираясь на дверной косяк. — Для тебя всё что угодно, дорогой, — сладко протянул Кевин, закрывая духовку, так как блюдо всё же оказалось ещё не готово. Тони счастливо засмеялся и перевёл взгляд на Роберта, резавшего овощи. Ханна помешивала что-то кипящее на плите и параллельно добавляя какие-то специи в салат. Они что, на роту решили наготовить? — Ребят, я когда-нибудь говорил, что люблю вас? — Нет, но теперь я хочу слышать это каждое утро, — захихикала Ханна, подмигивая. Тони никогда не был так рад своему дню рождению. Он стащил у Роберта из-под носа яблоко и пошёл в гостиную, где сидела миссис Лайтман и искала что-то в кулинарной книге. — Не многовато ли вы там наготовили? — спросил Тони, садясь рядом. — Нет, — лучезарно улыбнулась Моника, потрепав его по волосам. — Кстати, мы с Бренданом хотели тебе кое-что показать. Дорогой! Наш именинник вернулся. В дверном проёме почти сразу же возник Брендан. Он как-то непривычно хитро прищурил глаза и заговорщически переглянулся с женой. — Пойдём, — поманил он к себе Тони. — Дорогая, ты с нами? — Конечно, ни за что не пропущу такое! — женщина с готовностью поднялась на ноги и потащила ничего не понимающего Тони за собой. Втроём они вышли на улицу. Тони хотел уже возмутиться, что Моника замёрзнет, если они сейчас куда-то пойдут, ведь она только в тёплом свитере. Но они свернули и прошли к гаражу, где было тепло. Там обнаружился Тейлор, протиравший машины. Он почтительно склонил голову и вернулся к своему занятию, а мистер Лайтман прыгучей походкой прошёл в дальний угол, где стояло нечто, укрытое брезентом. Моника потащила замершего Тони туда же. Она вся будто светилась изнутри. — Итак, тебе исполнилось семнадцать, — торжественно начал мистер Лайтман, поправляя свою рубашку, будто бы хотел выглядеть ещё более презентабельно. — И ты пришёл слишком рано, я даже не успел до конца продумать свою речь, поэтому просто скажу тебе, что это от всех нас. Но тебя на учёбу всё равно отвозит и забирает Тейлор, а то совсем распустишься. С днём рождения, сын. Мужчина сдёрнул полог, открывая миру шикарный серебристый корпус спортбайка, который буквально блистал в тусклом свете гаража. Тони скользнул взглядом по этому зверю, длиной более двух метров. — Это мне? — только и смог спросить он, слегка приоткрыв рот. — Да! — энергично закивала Моника. — Тебе нравится? Тони заторможено кивнул. Это был BMW K1300 S. Иными словами — это была мечта. Новейшая электронная система, удобная для повседневной езды посадка, легко читаемая приборная панель, даже зеркала идеально просматривают дорогу по бокам! Это просто песня. Тони наконец-то отмер и шагнул к этому серебристому зверю. Он с замиранием сердца дотронулся до него, надеясь, что это чудо не испарится. — Я не могу в это поверить! — выдохнул юноша. — Спасибо. Боже мой, спасибо вам… Тони повернулся к светящейся изнутри паре. Они разве что не танцевали. Юноша никогда не видел Брендана таким довольным. — Это ведь так дорого… — Даже не заикайся о цене! — возмутился Брендан, кидая пристальный взгляд на Тони. — Для меня деньги не проблема, ты же это прекрасно знаешь. Главное, чтобы тебе нравилось. Мы хотели тебя порадовать. Тони порывисто обнял их. Он даже сам не ожидал от себя такого, что тут говорить о Монике, которая тут же разразилась слезами, и Брендане, что-то шокировано пробормотавшем. — У меня просто нет слов, — выдохнул Тони. — Мне никогда ничего не дарили. — Теперь у тебя есть мы, — шепнула Моника, приобнимая юношу. Тони смог только кивнуть, рискуя разреветься как девчонка. — Пойдёмте уже праздновать, — улыбнулся Брендан, похлопав его по плечу. Тони отстранился, пытаясь что-то сказать и как-то выразить словами свою благодарность. Суть была даже не в том, что подарок был дорогой и всё такое. Просто это было для него, а остальное неважно, и это выбивало из колеи. То, что кто-то купил это специально для него, приводило юношу в замешательство. — Мы тоже тебя любим, — потрепала его по щеке Моника. — Идём уже, а то нас там заждались. Тони кивнул пару раз для достоверности и, бросив прощальный взгляд на свой мотоцикл, пошёл к выходу из гаража. Сегодня официально был самый лучший день в его жизни.***
День был явно чересчур богат событиями. Так иногда бывает: живёшь себе спокойно, а тут бум! — и за какие-то двенадцать часов с тобой происходит столько всего. Но несмотря на все сложности этого дня, Тони чувствовал необъяснимое счастье. Сегодня он получил первый в своей жизни подарок от родителей. От своих родителей. И это было настолько приятно, что он оказался не готов к шквалу эмоций, которые это простое, казалось бы, обстоятельство у него вызовет. Конечно, подарок был очень дорогим, для Тони — бесценным. Но дело было даже не в этом. Это было для него и только. И сколь эгоистично это бы не звучало, но юноша радовался именно этому моменту. Он представлял, как Моника впервые предложила что-то ему подарить, как Брендан ходил по магазинам и неожиданно его озарило, как потом Лайтманы вдвоём пошли покупать уже выбранный мотоцикл. От всех этих картинок на душе становилось невероятно легко. Часы показывали без двух минут одиннадцать. Тони уже растянулся на кровати, слушая отдалённые голоса Моники и Брендана. Друзья уже ушли, оставив его с семьёй, но Тони вынужден был признать, что испытывал благодарность к ним. Всё же они смогли его расшевелить, да и внимание было приятно. Он уже хотел было пойти в душ, когда на прикроватной тумбочке завибрировал телефон. Вызывающий номер не определился и Тони довольно долго взвешивал все за и против. Наконец он ответил: — Кто это? — Привет, братик, — бархатный голос на том конце провода заставил сердце совершить парочку кульбитов, а потом пуститься вскачь. И это было уже слишком для утомленного событиями этого насыщенного дня Тони. — Привет… — Не рад меня слышать? — Грег говорил тихо, от этого его голос казался чересчур тёплым, даже нежным. Воображение Тони заработало с новой силой, несмотря на всю испытываемую им усталость. Откинувшись на подушку, он прикрыл глаза. — А должен быть? — Тони боялся открыто признаваться в своей явной привязанности к брату, всё надеялся, что тот этого не заметит. Ну или хотя бы пока что не заметил. — Не знаю, — голос изменился, стал чуть ниже, и Тони с ужасом понял, что Грег улыбается. Прямо сейчас, в этот самый момент его ледяной братец улыбается, разговаривая с ним! — У тебя вроде как сегодня праздник, вот я и решил позвонить, но если ты не рад меня слышать… — Раз позвонил, то говори уже, чего хотел, — Тони притворялся как мог. Он разыгрывал холодность со смехотворной упорностью, даже окно открыл, чтобы охладить голову и себя в руках держать. — С днём рождения поздравить хотел, — улыбка исчезла из голоса Грега, но её следы всё равно остались. Зато прорезались какие-то низкие рокочущие нотки, будто брат сам стал контролировать то, что говорит, и за голосом стал следить, чтобы не сломался. — Поздравил? Теперь всё? — хотелось закончить этот разговор немедленно, Грега и так в его мыслях было слишком много. Да и теперь желание его увидеть увеличилось в сто крат. Но в тоже время Тони ненавидел себя за то, как отвечает. Вдруг брат на него обидится? Интересно, а он сможет уговорить его повторить звонок? — Да, всё, — снова стал холодным. Это всегда происходило неуловимо быстро, просто в какой-то момент Грег закрывался от окружающего мира. — Тебе понравился подарок? — Откуда ты о нём знаешь? — Тони не любил отвечать вопросом на вопрос, но сейчас всё произошло без его позволения. Он даже не проконтролировал интонацию и не добавил в голос безразличия. — Сам придумал и выбрал, — Грег моментально почувствовал, что пробил брешь. Сам? Тони шокировано замер, уставившись в одну точку. Так этот подарок выбрал Грег? Для него? Перед его мысленным взором тут же возник брат, сидящий за компьютером в домашней одежде и просматривающий сайты с последними моделями спортивных мотоциклов. Блондинистые волосы мешали и Грег постоянно их заправлял за ухо. А ещё он кусал губу. И очки. Да, определённо. Грег надевал их, когда сидел за компьютером, и этот раз не был исключением. Картинка была настолько яркой, что Тони пришлось даже пару раз тряхнуть головой, чтобы избавиться от наваждения. Откуда ему знать, что всё так и было? Бред. — Так я должен сказать тебе спасибо? — Нет, просто прокатишь меня, когда вернусь, — он снова улыбался. А воображение опять подсовывало слишком приятные картинки. Чтобы Тони прокатил Грега, тому придётся до него дотронуться. И это ведь в целях безопасности, тут уже не отвертишься! — Прокачу, — согласился слишком быстро, но чего уж тут скрывать. Тони панически огляделся по сторонам, надо было сменить тему. — Как у тебя дела? — Боже, что за банальщина?! — Выпускные экзамены скоро. Готовлюсь, — Грег похолодел. С чего бы это? Вопрос слишком личный? Может, он совсем не хотел продолжать этот разговор? — Ты там за мамой присматриваешь? Тони показалось, что его ноги просто подкосились в какой-то момент и он рухнул прямо на пол возле открытого окна, где и стоял. На него разом накатило осознание того, что Грег поддержал разговор, просто взял и поддержал. — Слежу день и ночь, — откашлявшись, счастливо улыбнулся Тони. — Я в принципе не могу представить, что ты не сдашь какой-либо экзамен. — Ты меня переоцениваешь, — голос Грега сделался чересчур серьёзным. Неужели он и правда волнуется? — Да и тут слишком много отвлекающих факторов. — Например? — Тони так резко прошибла волна собственнической ревности, что голос прозвучал резко и грубо. Юноша даже поёжился, коря себя за излишнюю эмоциональность. Конечно, у Грега там могут быть какие-то мимолетные связи, подружки, друзья. Тони уже представлял, как блондин флиртует со всеми подряд, упорно игнорируя тот факт, что его брат в принципе не переносит общество других людей и ни за что добровольно не согласится на такое. — Все хотят оторваться напоследок, — Грег как-то чересчур спокойно принялся объяснять ситуацию, будто бы был совсем не против злости, проскользнувшей в голосе Тони, когда он спросил. — Экзамены уже через неделю, а им всё хочется устроить гулянку. Из-за этой постоянной музыки и криков я не могу нормально спать. Да я вообще тут редко сплю. — И это всё? — слова опять вылетели без согласия Тони. Чёртов ревнивец! — А тебе этого мало? — фыркнул Грег, чем-то шумя на заднем плане. — Нет, достаточно, — Тони так счастливо заулыбался, что ему даже стало на какой-то короткий миг стыдно. — Так я тебе и поверил, — в голосе Грега проскользнула невольная усмешка. — Ну ничего, скоро я уже буду дома, а там я чувствую себя более или менее спокойно. Особенно если ты не приходишь ко мне по ночам. — А, значит, по утрам можно? — Тони был сейчас так счастлив, что совсем не контролировал себя. И что вообще это сейчас было? Он пытается флиртовать?! — Мне что, дверь запирать? — недовольно рыкнул Грег, чем вызвал волну мурашек у Тони. — Ты там кстати больше не гуляешь по моей комнате? — Нет, да и я… — Тони почувствовал, как лицо стремительно заливается краской. Он только что официально признался, что был в комнате Грега. Хорошо, что блондин не знает всех подробностей его там пребывания. — Не хожу я туда! — Это радует. — А почему ты живёшь в общежитии? Не думаю, что Брендан не смог бы снять тебе квартиру. — Не хочу тратить деньги своих родителей, неужели это не очевидно? Они и так оплачивают моё обучении заграницей из-за… — блондин запнулся, а Тони невольно затаил дыхание. Не скажет, конечно. — Ладно, мне пора, а то завтра рано вставать, да и первый экзамен уже на носу, надо ещё разобраться с некоторыми моментами… — Что-что? — Тони похолодел и резко вскочил на ноги. — Сегодня же только семнадцатое февраля. — Выпускные экзамены у нас проводятся раньше обычных, я всё сдам уже через полторы недели и буду дома в начале марта, — объяснил Грег, снова создавая какой-то шум на заднем плане. Видимо, он передвигал что-то. — Ладно, мне правда пора. Спокойной ночи и ещё раз с днём рождения. — Ага, и тебе. Пока… Тони так и стоял, держа телефон у уха. В начале марта. В НАЧАЛЕ МАРТА! Не как обычно, летом, а уже через полторы недели! Грег будет дома так скоро! Это просто невозможно. Тони снова рухнул на пол, сжимая несчастный телефон в кулаке. Он не готов. Впереди ведь была ещё целая весна, а тут — всё, вон как оказывается. Тони просто был не готов к возвращению Грега в таком скором времени. Но факт оставался фактом — до приезда его брата остались считанные дни.
