Глава 14
25 марта 2015 г., 06:44
С каждым днём Моника и Брендан становились всё счастливее, а Тони всё мрачнее. Казалось, что Лайтманы не перестают говорить о своём сыне ни на секунду. Из-за этого мысли о нём постоянно витали в воздухе, а это совсем не облегчало существование Тони. Он даже с ужасом обнаружил, что учёба не отвлекает его от этого. Ситуация казалась безвыходной, а уж когда наступило первое марта, Тони готов был наложить на себя руки. И первой тревогу, как ни странно, забила Ханна. Девушка пришла на второй день весны ближе к вечеру и застала Тони гипнотизирующим дверь спальни Грега. Она молча села рядом и опустила голову на плечо друга.
— Когда? — и не нужно было пояснений к её вопросу, всё и так было очевидно.
— Завтра вечером, — без содрогания Тони не мог произнести эти слова. День приблизился слишком быстро. Грег сдал все экзамены, а сейчас он, вполне возможно, собирал вещи.
— С тобой совсем худо, — покачала головой Ханна. — Пойдём сегодня развеемся? Только мы четверо.
И Тони согласился наконец выйти на улицу, помимо школы, потому как понимал, что постепенно сходит с ума от своих чувств. Он быстро принял душ и, одевшись, спустился в гараж. Да, сегодня он намеревался опробовать свой подарок. Не стоять же этому совершенству вечно? Ханна уже ждала его возле ворот, а с остальными они должны были встретиться в баре. И да, направлялись они именно туда. Но предварительно Тони решил всё же прокатиться. Он подождал, пока Ханна устроилась сзади и покрепче обхватила его руками за талию, а потом рванул с места. И вот это было истинным наслаждением. Тони никогда не ощущал себя настолько свободным, это же сродни полету! Он наслаждался звуком рокочущего двигателя, а по бокам проносились огни домов и проезжающих мимо машин. Опасность ощущалась всем телом, он гнал на такой огромной скорости, но это было именно тем, что надо. Сзади визжала то ли от страха, то ли от восторга Ханна, что заводило ещё больше. Бурлящий в крови адреналин выпускал наружу все эти чёртовы эмоции. И именно в тот момент Тони понял, что нашёл для себя отдушину. Теперь он знал как выпустить пар после очередных выматывающих гляделок с братом или ещё чего-то подобного. Теперь у него, по крайней мере, появилась надежда на более или менее спокойное сосуществование с Грегом в соседних комнатах. Хотя как только он представлял себе это, по телу прокатывалась волна мурашек, приносивших за собой дикую панику и необузданное желание обладать и принадлежать одновременно. А ещё Тони недавно понял, что готов прикончить того, кто нанёс Грегу эту травму в детстве. Он не знал, что произошло, и кто так с ним поступил, но уже ненавидел этого человека всей душой.
Юноша резко дёрнул руль в бок, заворачивая на нужную им улицу, ведь он и так просто ездил вокруг да около несколько минут, и затормозил у здания с вывеской «Викинг». Это было шикарным местом, где он не раз бывал. Ему нравилась атмосфера средневековья, царящая внутри, и, конечно, возможность пройти незамеченным, даже если до двадцати одного ты явно не дотягиваешь. Ханна спрыгнула на асфальт, слегка покачиваясь, и, радостно взвизгнув, буквально упала Тони на руки:
— Спенсер, я ещё не пила, а уже чувствую себя в лоскуты! Это было восхитительно, круче, чем секс, — пропела она, поправляя растрепавшиеся волосы.
Самодовольно улыбнувшись, Тони припарковался и под руку с подругой пошёл в бар. Музыка здесь не оглушала своей чрезмерной громкостью, но всё равно задавала ритм. Вокруг сновала парочка официанток в коротких юбочках, а в углах стояли хмурые охранники.
— А охрана с каких пор тут появилась? — слегка повысив голос, спросил Тони.
— Пара драк произошла с неприятными последствиями, вот хозяин и раскошелился, — пожала плечами Ханна, выискивая в толпе знакомые лица одноклассников.
Те нашлись довольно скоро рядом с барной стойкой.
— Рад снова тебя видеть, друг, — похлопал Тони по плечу Кевин и протянул ему рюмку с чем-то, что обожгло горло, как только Тони это выпил. Роберт же просто кивнул ему и подозрительно оглядел с ног до головы. Никому здесь не нравилось, что Тони не рассказывает о своих проблемах, но сейчас было важнее его расшевелить, потому что такое сидение в четырех стенах уже сделало из живого подростка с задорно блестящими глазами загнанного парня, вздрагивающего от каждого шороха.
Ханна вскоре нашла им столик, и друзья с удобством разместились друг напротив друга. Девушка-официантка, слегка пританцовывая, принесла им напитки. Много напитков. Тони даже невольно забеспокоился о том, смогут ли они всё это оплатить. Но, кажется, никого это больше не волновало, поэтому он отдался общему настроению, тем более что тут никто ему не напоминал о Греге Лайтмане и не ждал его возвращения с минуты на минуту. В компании друзей он наконец-то за такой долгий период времени смог расслабиться и почувствовать веселье. Даже Роберт перестал посылать ему подозрительные взгляды, как только убедился, что друг явно намерен сегодня забыть о своих проблемах, чем бы они не были.
Алкоголь не исчезал: казалось, он появляется откуда-то снова и снова, хотя выпить они уже успели достаточно. И вот уже Ханна утащила Тони танцевать, а потом, когда подросток уже не мог нормально дышать, она его отпустила и убежала на танцпол с Робертом. Кевин подлил в бокал виски, и они выпили за что-то, Тони не расслышал за что.
— Как тебе? — спросил друг, указывая на извивающуюся рыжую девушку, которая явно пыталась заострить на себе всеобщее внимание.
— Ну если только на раз, — поморщившись, мотнул головой Тони и отпил из своего бокала. Он чувствовал, что Ханна не просто так исчезла с Робертом, видимо, тут у них всё было спланировано.
— Раньше ты такую не упустил бы, — заметил Кевин, снова наполняя его бокал. — А этот? — теперь он указывал на довольно высокого и привлекательного шатена-официанта. — Спорим, что ты не сможешь взять его номер!
— Конечно не смогу, он же стопроцентный натурал, Кев! — фыркнул Тони, отворачиваясь от двигающейся в своём ритме толпы.
— Я тебя давно ни с кем не видел, — вздохнул друг, наполняя бокалы. — Не знаю, что у тебя там случилось, но я просто безумно желаю тебе помочь. И чего уж врать, когда у меня дома всё паршиво, то я забываюсь в объятиях какой-нибудь красотки. Вот я и думаю, может тебе хоть так отвлечься? Ну, можешь красавца даже снять, я буду оценщиком.
Горько усмехнувшись, Тони уткнулся взглядом в стол. Как сказать другу, что его больше никто не интересует, за исключением самого желанного блондина? Скорее всего, Кевин к такому ещё просто не готов. Хотя он воспримет его на полном серьёзе, в этом Тони не сомневался ни секунды. И когда он уже почти решился всё рассказать другу, вернулись Ханна и Роберт, причём последний уже еле стоял на ногах. Девушка же была настроена на продолжение банкета, она с готовностью опорожнила бокал Тони, который даже не успел пикнуть, и наполнила по новой. В какой-то степени ситуация начинала выходить из-под контроля, но никого это не волновало. Тони выпил с Ханной, потом его утащил танцевать Кевин, а Роберт уснул сидя за столом. После Ханна принесла текилу и лайм, а дальше сознание подростка подёрнулось дымкой, и он с трудом мог воспринимать окружающую реальность. Но в какой-то момент он осознал, что за столом их стало пятеро, причём пятым был парень лет двадцати, с невероятно синими глазами, и сидел он именно рядом с Тони, слегка поглаживая того по колену. Кевин поиграл бровями, указывая на этот жест «новичка», и отвернулся к Ханне, создавая видимость уединения.
— Как тебя зовут? — спросил Тони, удивляясь, что язык заплетается не так сильно, и разглядывая растрёпанные волосы приятного шоколадного оттенка.
— Крис, — улыбнулся тот, переходя от поглаживаний колена ко внутренней стороне бёдер.
Тони стало жарко и он залпом осушил чей-то стакан, особо не заботясь о содержимом. Впервые его снимали! Всегда всё было наоборот, он был хозяином ситуации и всё такое, а тут…
— Поговорим в каком-нибудь более уединённом месте? — предложил Крис, откровенно прижимаясь своими губами к шее Тони. Тот смог только кивнуть, и его буквально выдернули из-за стола. Через считанные секунды спина упёрлась в стенку кабинки, а за Крисом захлопнулась дверь туалета. И Тони снова с ужасом почувствовал себя отнюдь не хозяином ситуации. По его телу прошлись властные руки, вызвав приятную лёгкую волну возбуждения, и замерли в районе живота, слегка поглаживая и иногда проникая под рубашку. Одной рукой Крис приподнял его за подбородок, и Тони увидел только расширенные от животной похоти зрачки, которые почти скрыли эту невероятную синеву. В следующую секунду его уже грубо и страстно целовали. Но пусть алкоголь и затуманил сознание, но не настолько. Лишь только шатен попытался проникнуть своим языком Тони в рот, того прошибло жутко сильной волной отвращения к себе и к целующему его парню, а следом пришла тошнота. Он попытался оттолкнуть от себя Криса, но тот был намного выше и шире в плечах. Тогда Тони его укусил.
— Ты чего? — парень, недоумевая и тяжело дыша, отстранился.
Тони не мог найти в себе силы что-либо ответить, он лишь отрицательно мотнул головой и понадеялся, что Крис его поймёт. Тот не понял, а точнее повернул всё в другую сторону. Он явно задался целью переубедить Тони. Его нога слегка надавали на промежность, раздвигая ноги и вызывая лёгкую, но приятную боль, а руки виртуозно расстегнули ремень и болты на штанах. Тони вялым мозгом искал выход из ситуации, в то время как парень с готовностью рухнул на колени и провел языком по тазовым косточкам. «Хорошо хоть не со стороны, где шрамы», — мелькнула мысль, а потом Тони слегка дёрнулся, когда его член оказался во влажном плену рта шатена. Он не хотел. Ни капельки. Возбуждение схлынуло, стоило только немного осознать ситуацию, но Крис явно не собирался останавливаться. Он прижимал Тони к стене руками за бёдра, а тот отчаянно старался вырваться. Надо признать, что минеты шатен явно делать умел, и Тони уже ощущал тяжесть внизу живота, противясь приятным ощущениям, особенно когда шелковистый язык проходился по чувствительному месту под головкой. Но он не мог. Внутри, смывая всё на своем пути, поднималась волна сильнейшей злости. И было не совсем понятно, к чему конкретно эта злость относится: к Крису, к самому Тони, или же к Грегу. Её силы вполне хватило, чтобы подросток наконец оттолкнул от себя синеглазого. Тот попытался применить силу, но Тони просто вырубил его резким ударом в челюсть.
Он не мог вспомнить, как оделся и выбрался из туалета, но как-то он это сделал, а теперь надо было уходить отсюда — и больше ни секунды в этом месте. Тони колотило крупной дрожью, он был сильно пьян и с трудом удерживал какое-то подобие контроля над конечностями. Но к выходу его двигала та самая волна злости, которая теперь перемешалась с сильнейшим отвращением. И всё было бы хорошо, если бы сегодня не был день рождения Джо, которая всегда по традиции отмечала его именно здесь. И, конечно же, Тони столкнулся с блондинкой на полпути к выходу. А та, ясное дело, уже была очень пьяна.
— Эм, привет, — неловко потёр шею Тони, надеясь сбежать поскорее, а то его скоро наверняка вырвет. Но девушка явно решила, что это какой-то судьбоносный знак, и прижалась к его губам своими. Возможно, если бы Тони был трезв, то смог бы с лёгкостью предотвратить этот шаг, но сейчас координация движений, мягко говоря, хромала, и он отдавал почти все свои силы и умения на то, чтобы не грохнуться на пол. А в это время блондинка уже яростно его целовала, воображая, что он по ней скучал и всякое такое. Стало ещё отвратительнее. Неприятный липкий блеск на губах усиливал ощущение тошноты в сотни раз, а злость снова захлестнула с головой. И вот девушка буквально отлетела от Тони, который не рассчитал силу толчка. Она упала на какой-то диванчик, а тот побежал прочь, услышав сзади окрик Ханны.
***
Тони чувствовал себя грязным, запачканным. Он еле как выбрался из бара, с невероятным трудом избежав общества друзей с их расспросами и волнениями. Сейчас ему хотелось побыть одному и желательно в тишине. О том, что забыл куртку, он вспомнил только дойдя до поворота. Но если этот предмет гардероба его особо не волновал, да и Ханна наверняка принесет её завтра, то вот с мотоциклом надо было что-то делать. Сесть за руль в таком состоянии Тони просто физически не смог бы, так как он заваливался на бок даже просто стоя, как ему казалось, прямо. Тогда он пришёл к единственному разумному решению и вызвал Тейлора. Охранник приехал довольно быстро и предложил подвезти до дома, а Тони, конечно же, отказался. Мужчина не настаивал, он лишь передал просьбу Моники быть к утру и, забрав ключи от мотоцикла, удалился. А Тони задумался, садясь на какую-то бетонную поверхность: а сколько сейчас времени? Уже сгустились сумерки, даже можно сказать, что наступила ночь. Чтобы подтвердить свои догадки, он достал телефон и взглянул на время. 3:42 утра. Это стало неожиданностью. Тони захотел позвонить миссис Лайтман и уточнить временные рамки её «утра», но пальцы его не слушались, и он случайно ткнул во «входящие вызовы», где первым среди номеров был тот самый, принадлежавший Грегу. Вздрогнув, Тони нажал на «вызов». Он даже не дал себе времени обдумать это действие или попытаться остановить себя, а когда пришло осознание содеянного, в трубке уже слышались гудки. И в секунду, когда на том конце провода недовольный и слегка удивлённый голос произнёс: «Алло», Тони потерял все свои речевые навыки и просто уставился в одну точку. — Эй, ты там живой? — Грег, видимо, не собирался долго слушать это молчание, особенно в такую рань. — Привет, — это оказалось единственным, что Тони был в состоянии из себя выдавить. — Ну здравствуй. — Ты спал? — Тони лишь подумал об этом, а его рот уже воспроизвёл всё. — Пытался, тут очередная прощальная вечеринка, — Грег явно был недоволен. Голос слегка хриплый, но точно не ото сна. Кричал на кого-то? — Ты недоволен моим звонком или чем-то ещё? — Тони несло. Он уже совсем не следил за языком. — Чем-то ещё, — буркнул Грег, хлопая дверью. — Пьяный? — Ага, — Тони даже кивнул в подтверждение своих слов и слегка поёжился от особенно резкого порыва ветра. Всё же в одной рубашке ещё было холодно. — А мама знает, где ты есть? — в голосе брата прорезались стальные нотки, так всегда бывало, если дело касалось миссис Лайтман. — Да, просила быть к утру, а я вот думаю, во сколько это? — Тони откинулся назад. Как оказалось он сидел на бетонном блоке, неровная поверхность которого неприятно впилась в спину. — Можешь уже сейчас возвращаться, утро наступило. — Не хочу, — Тони прикрыл глаза, чтобы голова сильно не кружилась. Ему хотелось, чтобы пошёл дождь, желательно ливень, и смыл с него все последние часы и прикосновения. — Почему? Сейчас же меня там нет, — Грег усмехнулся. А он всё ещё помнил те слова, неожиданно. — Завтра уже будешь, — Тони буквально похолодел от ужаса. Он совсем не хотел говорить правду, но пьяный мозг на что-либо другое был просто неспособен. — И ты заранее сбегаешь подальше? Чем я тебе так насолил? Вот и роковой вопрос. Тони физически ощутил, как в мозгу щёлкнуло, и за секунду до катастрофы он осознал, что сейчас скажет правду. Не просто правду, а ту самую правду, которая всё погубит. Предотвратить это он уже не смог бы, но успел ощутить сожаление о содеянном. Хоть это сожаление и было лишь пустым звуком. — Ты с ума меня сводишь, — голос сломался, и Тони пришлось прокашляться. — Думаю о тебе всё время. Паршиво это. Вот сейчас у меня мог бы быть прекрасный секс, но я физически даже не способен захотеть кого-то ещё, кроме тебя. А ты, когда рядом, ведёшь себя как самое холодное существо на планете. Повисло тяжёлое молчание, которое Тони просто не решился нарушить. Он с ужасом осмысливал то, что произнёс. Последние слова явно были лишними, да всё это было лишним. Даже алкоголь стал выветриваться под воздействием адреналина, выбросившегося в кровь. И что теперь? Но что поделать, сделанного не воротишь. — Ты это сейчас серьёзно? — наконец хрипло спросил Грег. — Я не шучу такими вещами, — язык больше не заплетался. И перед глазами всё представало в единственном экземпляре. Даже мыслить теперь можно было трезво. — Я, кажется, лишнего сболтнул… — Будешь списывать всё на алкогольное опьянение? — Тони чуть было не захлебнулся ядом, который проскользнул в голосе брата. Он с лёгкостью смог представить, как тот прищурился и поджал губы. — Нет, какой смысл отрицать очевидное? Я думал, ты и сам это успел заметить, — Тони ответил с излишней поспешностью. Теперь пути назад не было вообще. Он снова сел ровно, отчаянно растирая закоченевшие бёдра. — Домой иди и отоспись, я приеду, тогда и поговорим! — Грег резко сбросил вызов, а Тони так и застыл. Дождь не пошёл, зато с неба начали падать снежинки. Потом подул резкий ветер, заставивший подростка прийти в себя. Он не был уверен в том, что дойдёт до дома, но надо было двигаться, а то он уже не ощущал пальцев ног и рук. Еле как поднявшись, Тони пошёл по дороге. Он интуитивно выбрал правильное направление, хотя особо не задумывался о том, куда идёт. Погода стремительно портилась, снег валил уже крупными хлопьями, а ветер усиливался. Но Тони почти не ощущал этих изменений, он шёл и шёл вперёд и медленно прокручивал в голове только что сказанное. Как можно было так напиться и во всём признаться? О чём он только думал? Ведь теперь… А что теперь? Тони даже замер на месте, поражённый этой мыслью. Как ему теперь поступить? Что сказать Грегу, когда тот захочет поговорить? Ему срочно нужен был совет друга, и Тони лихорадочно начал шарить по карманам. Наконец-то он отыскал телефон, который каким-то поистине волшебным образом не оставил на бетоне. Номер Майки он сохранил ещё со своего дня рождения, но не звонил по нему с тех пор ни разу, сейчас он решил немедленно исправить это. — Тони? — голос заспанного Майкла невольно заставил улыбнуться, на душе даже потеплело на самую малость. — Привет, — Тони медленно двинулся дальше, вздрагивая от особо резких порывов ветра. — Что случилось? — прокашлявшись, спросил Майки. — То есть ты не предполагаешь, что я просто захотел с тобой поговорить? — грустно улыбнулся Тони, читая название улицы. До дома всего ничего, и когда он успел оказаться так близко? — Ну, судя по разнице во времени, у тебя сейчас должно быть четыре утра, а я не замечал за собой привычки болтать по ночам. Рассказывай давай, — Майкл как всегда остро ощущал настроение Тони. — Мы выпили лишнего, и я позвонил Грегу. Он завтра, а точнее уже сегодня, приезжает, а я ему во всём признался, — Тони вздрогнул от воспоминаний минутной давности. — Ты где? — мгновенно посерьезнел Майкл. — Домой иду, — Тони прикусил губу и слегка ускорил шаг. — У нас снег, а я забыл куртку. — Не будешь совершать глупостей? — Нет, я уже их совершил достаточно, — мимо, бросив на идущего подростка тоскливый взгляд, пробежала бездомная собака. Всё тело Тони уже колотил нешуточный озноб. — И что твой блондинчик ответил? — Что мы поговорим, когда он приедет, — Тони наконец-то свернул на родные улицы. И да, он уже считал их родными. Вдалеке показались ворота особняка Лайтманов. — Теперь я, мягко говоря, в ступоре и не знаю что делать. — Ну явно не отрицать сказанное. — Я и не собирался, — Тони недовольно поджал губы. Он никогда не был трусом, конечно он не откажется от своих слов. — Не горячись. Так в чём тогда проблема? Сейчас иди и ложись спать, а мне будешь звонить, когда итог разговора будет известен. Зачем панику поднимаешь? Всё равно признался. По крайней мере, будешь знать правду, а если этот… Звонок прервался — у Тони сел телефон. Тихо выругавшись, подросток засунул теперь уже ненужный гаджет в карман и буквально побежал домой. Ворота были открыты, а в холле горел свет — его ждали. Сердце болезненно сжалось от какой-то непонятной тоски. Грега он скорее всего уже потерял, хоть бы не потерять и это. Отбросив угнетающие мысли, Тони взлетел наверх в свою комнату, а оттуда сразу в душ. Горячий. Даже очень. Отогревшись, он в одном полотенце упал на кровать и провалился в беспокойный сон, полный отрывочных сновидений.***
Какой-то назойливый грохот не давал спокойно уснуть. Тони не помнил, сколько раз он просыпался, но теперь провалиться обратно в забытие не получалось. Постепенно до него стало доходить, что этот до чёртиков неприятный звук не что иное, как стук в дверь его комнаты. Пришлось открыть глаза. Окна были зашторены, поэтому хотя бы приблизительно понять, сколько сейчас времени, было невозможно. На тумбочке стоял стакан воды и таблетка, которые Тони тут же выпил. Настойчивый, но негромкий стук не прекращался. Ворча, юноша вылез из кровати. И почему бы просто не зайти, он же никогда не закрывался на ключ! Уже открывая дверь, он осознал, что полотенце осталось на кровати, и сейчас он предстанет перед незваным гостем кем бы тот ни был в чём мать родила. Конечно же, это был Грег. И Тони обязательно бы прикрылся или спрятался за дверью, если бы не впал в извечный ступор перед этим блондином. Тот был в классических брюках и белой рубашке с закатанными рукавами, светлые волосы слегка спадали на лоб, а стальные глаза сверкали из-под очков. Тони отмер только через полминуты, в течение которых Грег сверлил его злым взглядом, совершенно игнорируя его полную обнажённость. Придя в себя, Тони отошёл вглубь комнаты, оставив дверь открытой и натянув спортивные штаны, которые каким-то волшебным образом оказались на спинке кровати. Юноша подошёл к окну, которое почему-то было распахнуто. Видимо миссис Лайтман позаботилась обо всём этом. Тони ждал, и вот за спиной закрылась дверь. Он знал, что Грег не ушёл. Он его буквально ощущал всей кожей, которую нещадно покалывали мурашки. Тихие шаги. Запах мяты окутал Тони приятной пеленой. Грег был рядом, за спиной. Если прислушаться, слышно его спокойное дыхание. Тони наконец раздвинул шторы, за окном было темно. Получается, он проспал весь день, отданный ему на моральную подготовку к разговору с братом, и вот Грег за его спиной. Так что теперь делать? — Повернись, — ледяной голос будто бы пронзил всё тело молнией. Не в силах противостоять, Тони развернулся на сто восемьдесят градусов и замер, уставившись куда-то поверх плеча брата, невольно отмечая, что тот теперь кажется ещё ниже. — Смотри на меня. И снова он беспрекословно выполнил приказ. Да, это были самые настоящее приказы. Чувствуя покалывание в кончиках пальцев, Тони смотрел в самую ледяную глубину на свете. Грег стоял на расстоянии вытянутой руки от него, засунув руки в карманы и яростно сверкая глазами. Что именно его разозлило? Ах да, вчера его несносный младший брат признался ему в любви. Видимо, это. — Теперь повтори то, что сказал мне по телефону, — блондин не отпускал Тони своим взглядом. Это самая настоящая пытка. — Зачем? — опешил Тони, но Грег не ответил. Он молча продолжал смотреть. Ждал. Тогда, набрав в грудь побольше воздуха и слегка зажмурившись, Тони выпалил: — Я тебя люблю. Он не стал повторять весь вчерашний бред, а просто обобщил все свои чувства, заодно показав, насколько всё плохо. Грег, видимо, не ожидал этих слов. Он слегка отступил назад и недоверчиво прищурился. Тони же наконец-то смог отвести взгляд, чтобы хоть как-то спрятаться от осуждения, которое волнами исходило от блондина. Если он и питал какие-то надежды на взаимность или хотя бы на принятие своих чувств со стороны брата, то сейчас они испарились с громким щелчком. И это было больно. Даже скучать по этому равнодушному нечто было не так больно, также как и видеть его рядом… Вообще никогда ещё не было настолько больно. Резко и полностью все самые смелые надежды Тони разрушились, принося за собой в душу звенящую отчаянием пустоту. И это лишило его сил в одно мгновение. Захотелось просто лечь в кровать и скрыться от всего мира, и от брата особенно. Но показываться свою слабость Тони не хотел. Он буквально заставил себя стоять ровно и снова посмотреть прямо в стальную глубину широко распахнутых глаз блондина. — Как-то так, — Тони решил напомнить о необходимости завершить этот разговор поскорее. И это подействовало — Грег тряхнул головой и, вздохнув, развернулся к двери, но не сделал ни шагу. На какую-то долю секунды Тони успел испугаться, что он так и уйдёт. Потом он понял, что лучше бы ушёл. — Я конечно говорил тебе, что солидарен к твоей ориентации и всё такое, но сейчас меня просто распирает сильнейшее желание выкинуть тебя отсюда на улицу, — голос блондина разрезал воздух. Казалось, тот буквально искрится от бушующих в нём чувств. — Лучше тебе пореже попадаться мне на глаза. — Проблема в том, что я парень? — Тони даже удивился тому, что смог спросить что-то. — Проблема во всём! — Грег резко развернулся и в мгновение ока оказался рядом. Совсем рядом. Тони даже сказал бы рядом-рядом. — Я пытался относиться к тебе как к родному брату. Думал, что тебе тоже выпало не мало дерьма в этой жизни! А ты плюёшь на все зримые и незримые правила морали и заявляешь мне тут такое! Ты хоть подумал, что скажет мама? Папа? Представил, каково им будет? Они приняли тебя, дали тебе дом и любовь, а ты поганишь всё своими широкими вкусами. И ты ещё на что-то надеялся? Да даже будь ты последним человеком на земле, я бы никогда не… Боже, я и представить такого не в силах! Меня тошнит от одной мысли о чём-то подобном! После этих слов Грег со всё той же невероятной скоростью вышел из комнаты, громко захлопнув за собой дверь, а Тони, шатаясь, дошёл до кровати и упал. Вот теперь всем надеждам уж точно конец. И да, теперь было ещё больнее.
