Андрофобия

Саске понял, что скоро привыкнет чаще приходить в себя, чем просыпаться. От сокрушающего удара в тыльную часть головы болело всё: в смысле, вся черепная коробка, а не только ушибленная часть. Вся, вместе с мозгами, которые, казалось, были обиженны таким обращением и отказывались работать. Хотя, если вас запустить в стиральную машинку, при этом кипятить во вращающейся центрифуги этой машинки, долбить кувалдами по корпусу этой самой машинки и время от времени устраивать там ядерные взрывы, наверное, в тоже откажетесь работать. Примерно всё это и ещё много чего неприятного ощущал Саске в своей головушке. Работать не хотел не только мозг. Всё тело отказывалось двигаться, казалось чужим и не ощущалось никак. Словно вместо целого организма осталось вдруг только то, что болит… сильнее всего. И в то же время создавалось ощущение, что этот ненужный бесчувственный придаток, расположенный ниже шеи, весь покрыт синяками и ссадинами, а так же бинтами, мазями, швами и чудо если не гипсом. Но не болело. Или он просто не чувствовал боли «благодаря» одному месту, которое практически лопалось от всех адских мук вместе взятых? Да ещё и безумно хотелось пить. Перед глазами плясали цветные круги, стоило лишь на миг приподнять налитые свинцом веки (а это само по себе был почти непосильный труд). - Как ты, Учиха? – громыхнуло над страждущей частью. Приоткрыв опухшие щёлочки – всё, что осталось от «прекрасной бездны чёрных глаз» Саске уставился на склонившуюся Харуно. Он мог бы поклясться сейчас, что она получает скрытое удовольствие от его вида и всего происходящего. Но в её руке оказалось то, чего он жаждал больше всего на свете: ВОДА. Стакан. С. Водой. - Очнулся? – влезло в их разговор ещё одно кошмарное видение. Длинные светлые волосы, серо-голубые глаза, автозагар… Лицо Яманаки Ино нависло над ним, как лапа Годзилл над токийской многоэтажкой. Плутовская улыбка абсолютно не сочеталась с беспокойством в глазах. И вообще этот персонаж очень сильно выбился из своего характера. А Учиха явно подхватил шизу, раз начал раздумывать о таких глупостях в своём положении, да ещё и в своём состоянии. Видимо, столкновение с тяжёлым тупым неизвестным предметом основательно перетряхнуло мозги, выкинув из них всю гениальность и заменив бредом. - Не лезь к нему так сильно, Ино, - на заднем плане пропищала Хьюга Хината. – Ты перекрываешь доступ воздуха ему… - Твоя доброта как всегда жестока, Хината-чан! Даже не видя, Учиха точно мог представить, как его безбашенная подруга Карин подкрадывается к беззащитной жертве, накидывается и начинает лапать-щупать-тискать, сопровождая весь этот невинный хентай дурацкими шуточками. Бедная Хьюга. Попалась в лапы такому монстру. А ведь у неё вроде парень есть. Стоп! Парень? У Хьюги? У этой застенчивой… Где-то непременно случился конец света, если это правда. Но парень? у Хьюги? у Хьюги-кузины-старшей? Раньше, чем у него? Как несправедлива жизнь! Прохладная вода скользнула по губам, освежая кожу и мысли, проникла в горло живительным глотком. Сделав пару глотков, Саске немного пришёл в себя. И, хотя голову не отпускало, хотя бы жажда прошла. Интересно всё-таки, обо что он так приложился? Или кто-то приложил? Мысли продолжали оставаться слегка сумбурными и ненормальными, захотелось сесть на подоконник и ловить удочкой летающих рыбок. - Сколько пальцев? - Девяносто девять, - буркнул он, хотя перед глазами маячили всего три, не расплываясь и не «клонируясь», то есть столько, сколько и должно быть. - Неправильно! – эта стерва Сакура щёлкнула его по лбу, чуть не вырубив ещё раз. – А теперь? - Сто два, - буркнул «пациент» и отвернулся. - Всего два, - фыркнули в ответ. - Может, ты слишком сильно… его? – робко спросила Хьюга-которая-Хината. - Не боись, у него череп крепкий, - отозвался бодрый голос. Такахаши-семпай. И зачем он вообще позвал всех этих бешенных девушек? Ах да, без них Лисичка бы не поехал. - Не такой крепкий, как у тебя, - отозвался голос Темари. Звук щелбана. Смех. - Извини… я не хотел… так сильно… - пролепетали откуда-то слева голосом Узумаки. Саске сел, позабыв о боли, огляделся, находя взглядом виновника всех бед. И схватился за голову, вспыхнувшую злой разрывающей болью в ответ на такое небрежение. – Это случайно… - Да неужели? – хмыкнул один из девчачьих голосов. – Все сто восемнадцать ударов? Тебе не стоило использовать свою технику множественного кулака и молниеносный разенган. - Да уж, прости, - зашипел Лис на стебшицу. И повернулся к своей побитой страдающей жертве. – Действительно, Учиха. Прости. - Прощу, если вы все перестанете так орать. - Выпей, легче станет, - протянула жертве стакан какой-то мутной жидкости блондинка с четырьмя задорными хвостиками. Темари. Спасибо те… Он чуть не выплюнул обратно ту гадость, что была в стакане. - Вы что… - страшно прошипел он, отирая мокрые губы. – Знакомы с Кусанаги Анко? - Она тренируется в нашем додзё с шести лет, - пожала плечами Яманака. – И нас всех тренировала после того, как… - переглянувшись с Харуно, она замолчала, так и не закончив. - В общем, да. – продолжила за неё Такахаши-сенпай. Которой тут вообще быть не должно было! Как и брата с его группой, как и сенсеев, как и ВСЕХ, кроме него, Лиса и его телохранительниц!!! – Она крутой наставник! Довела меня чуть не до национальных. - Ладно, хватит о Кусанаги, - оборвала всех розововласая ведьма и прямо взглянула в антарцитовые глаза своего противника. – Ты ведь не об этом хотел спросить? Саске кивнул и даже почти не удивился отсутствию головной боли. Зелья Дикой Анко всегда действовали на отлично. Если бы не их вкус… - Наруто странно повёл себя во время испытаний на храбрость. - Дело в том, что он боится парней, - Сакура закусила губу, опуская взгляд на свои сцепленные руки, словно не знала, что и как сказать и тщательно подбирала слова, факты – всё, что могло бы помочь. А они не подбирались. – Ты ведь слышал об андрофобии? Так вот, у Наруто эта проблема. Он боится всех представителей мужского пола независимо от возраста. Есть, правда, несколько исключений. Но никто, в том числе он сам, не знает, чем эти люди исключительны в его понимании, раз он их не боится. - То есть, он не выносит прикосновений? – попытался блеснуть эрудицией юный потомственный гений. - Нет, это как раз не проблема, - Сакура вздохнула, словно пытаясь успокоить себя и не врываться на каждый казавшийся ей дурацким вопрос. – Скорее, проблема «близости», «расстояния». Он боится присутствия. Мужчина, появившийся в пределах видимости, моментально внушает страх. Наруто долго учился бороться, преодолевать, как-то сдерживать этот страх. Раньше он просто убегал, крича, прятался у себя в комнате – да где угодно – только увидев мужчину. Становился невменяемым, впадал в истерику. Теперь он может это терпеть, но чем ближе объект страха, тем сложней удержать контроль. Человек, подошедший на расстояние удара, сам становится его жертвой. То есть, коснулся человек или нет, если он просто слишком близко – это уже плохо. Ну а если коснулся – сам понимаешь. - То есть, это естественная реакция, ты это хочешь сказать? – черноволосая голова пошла кругом. Нет, конечно, Учиха-младший примерно это предполагал. Но проблема оказалась ещё серьёзнее. Намного серьёзнее. - Хуже, - хмыкнула его личный враг. – Это рефлекс. - Почему у него вообще всё это? – Саске скрестил руки на груди и склонил голову, как мудрец из аниме. - Эй, я, вообще-то здесь! – буркнул недовольный голос лисятинки откуда-то с задворков. Но подходить Узумаки всё же не стал. - Когда-то давно, в начале младшей школы, он исчез. Я не знаю подробностей. Но, когда вернулся… - Харуно Сакура покачала головой с расстроенным видом. – Я тогда была ребёнком, мне почти ничего не рассказывали. Первое время было очень трудно. Его отцу пришлось даже сменить пол, потому что при взгляде на этого человека Наруто бился в припадке истерики, с этим ничего нельзя было поделать. - Его хоть как-то пытались лечить? - А сам как думаешь, умник? Лечили, водили в к психологам, психиаторам, искали самых лучших докторов, прибегали к нетрадиционной медицине, пытались даже обращаться к экстрасенсам. Впрочем, всё было не так масштабно. С самого начала с ним работал про, но даже про не справился с этой фобией. - Учиха-кун, ты откажешься от пари? – пискнула с галёрки Хината Хьюга. – Тебе не удастся… - Она права, теме, - вклинился в разговор Лисичка, всё-таки находя в себе силы передвинуться чуть ближе. – Я ведь могу нечаянно и убить. - Ни за что, - хмыкнул упрямый камикадзе, глядя только на него, только в синие, полные тревоги глаза и понимая, что не может, не хочет, не желает и не будет отступать. – Я заполучу тебя. Ведь не было спора, кто первый влюбится.