Сад Сальваторе

Елена Гилберт была вне себя от злости. Только что из-за этих идиотских скачек по саду она сломала каблук на одной из любимых пар туфель. Кроме того упала и поцарапала ладони, довольно сильно, до крови. Зато это падение отрезвило ее. «Хватит вести себя как малолетка, — решила девушка. — В конце концов ничего ужасного мы не сделали, за исключением развандаленой альпийской горки». Она твердо решила пойти в дом и извиниться перед мистером Сальваторе, а также попросить его найти вместе с ней разбежавшихся подруг. До особняка было рукой подать, ведь рухнула она на десятой секунде после начала хаотичного девичьего забега. Это было приятно, учитывая, что пришлось смешно ковылять из-за испорченной обуви. По дороге она никого не встретила. У самого входа девушка сняла туфли, оставшись в одних чулках, еще раз оглядела освещенное пространство перед домом, а затем открыла дверь и… уткнулась носом в грудь выходившего навстречу мужчины. У Елены перехватило дыхание от такого неожиданного контакта, она медленно подняла голову вверх, попадая под изучающий взгляд внимательных темно-карих глаз. Несмотря на то, что подобный цвет считается теплым, девушке показалось, что эти глаза холодны как лед. — Чем могу помочь, юная леди? — немного церемонно спросил он. — Я искала Зака, хотела извиниться. Мы с подругами немного увлеклись и сделали большую глупость, забравшись в этот сад. В общем…- замялась девушка, растеряв первоначальную уверенность, когда увидела, как расцветает лукавая улыбка на лице ее визави. — Может лучше подождете Зака в доме, наша незваная гостья? — предложил мужчина. — Там, глядишь, и подруги подтянутся. А мы пока выпьем вина и побеседуем, — он галантно предложил ей руку. У любого другого из мужчин, которых знала Елена, этот жест вышел бы излишне театрально, но тут движение было настолько естественным, словно он тренировался с юных лет. Она протянула ладошку, постаравшись как можно незаметнее вытереть ее о юбку. Ее собеседник задал высокую планку, и молоденькой девушке хотелось ей соответствовать, а испачканные в земле при падении ладони, далеки от деталей образа настоящей леди. — Елена Гилберт, — представилась она. — Я не удивился бы, если узнал, что Елена Троянская, — подарил неожиданный комплимент ее галантный кавалер. — Элайджа, — он склонился к ее руке и поцеловал, глядя девушке прямо в глаза. В какой-то миг его ноздри слегка затрепетали. Елена искренне надеялась, что не влетела руками в какие-нибудь ароматные органические удобрения. Почему-то он вызывал у нее робость, смешанную с восхищением. Это напомнило девушке момент, когда к ним в школу пришел новый учитель истории, и все ученицы старших классов так же робели и млели в его присутствии. Конечно, стоило отметить, что мистеру Зальцману недоставало той ауры спокойного превосходства, которую излучал новый знакомый Елены, да и со вкусом в одежде у Элайджи было явно получше. Девушка никак не могла понять, что этот мужчина в дорогом костюме, явно сшитом на заказ, забыл в доме Зака, не вылезающего из тертых джинсов и свитеров с растянутым горлом. Они поднялись по лестнице на второй этаж, а затем прошли в гостиную, где мужчина, исполняющий обязанности хозяина, предложил ей присесть у кофейного столика, а сам отправился к бару налить вина. Елена напряженно думала, не поздно ли отказаться от выпивки. Шампанское, пиво, а теперь еще и вино… И тут совсем некстати напомнило о себе изрядное количество выпитой жидкости. Девушка мысленно перебирала выражения, в которых даже у английской королевы не стыдно будет отпроситься в туалетную комнату. Но видимо напряженный умственный процесс настолько ярко отразился на ее лице, что подошедший с двумя бокалами красного вина Элайджа, избавил ее от неловкой ситуации. — Я вижу, вы поцарапали руки. Не хотите воспользоваться аптечкой в ванной? Елена с готовностью закивала. — Вы очень любезны. — До конца по коридору и налево. *** Пока девушка была в ванной, Элайджа, все еще размышлявший над ее внешним сходством с 500-летней болгаркой, из окна наблюдал за охотой на разбежавшихся по саду мышек. Он видел, как чуть не испортил себе все веселье Клаус, как Стефан нес в дом свою честно выигранную ношу. Тут вампир подумал, что Елена слишком увлеклась обработкой царапин и уже довольно долго отсутствует. Девушку он нашел в небольшой комнатушке рядом с туалетом, которую всегда принимал за чулан для швабр.Только вот здесь похоже было нечто такое, о чем братья Сальваторе забыли его предупредить. Маленькая комнатенка была напичкана техникой, среди которой выделялся большой монитор на стене с экраном, разделенным на множество окон. Не сложно было догадаться, что они показывали изображение, передаваемое камерами, понаставленными по всему поместью, включая личные комнаты хозяев и гостей. Девушка, стоявшая к нему полубоком, с ужасом смотрела на монитор, ее пальцы, вцепившиеся в спинку кожаного кресла, побелели. Вампир мигом отыскал, какой из экранов привлек ее внимание. На рабочем столе в оранжерее с орхидеями Клаус в компании Зака отмывали от крови и накладывали повязки ее блондинистой подружке, которая была без сознания. — Боже мой, Кэролайн, — шептала испуганная девушка. — О, нет. Викки… — добавила она, когда увидела, как на другом экране Стефан укладывает на кровать вторую ее подругу. — Осталась еще одна? — осведомился Элайджа, давая знать о своем присутствии. Елена испуганно обернулась и попятилась. — Я… Я не нарочно. Дверь была открыта и я… — Думаю, нам стоит пройти обратно в гостиную. Нам с тобой есть о чем поговорить, моя милая, — теперь на смену благородному джентльмену пришел безжалостный охотник и игрок. Он следовал за ней и с предвкушением поглядывал оробевшую пташку, которая шла по блестящим полам дома Сальваторе. Что-то невероятно возбуждающее было в том, как она приподнимается на мысочки, словно компенсируя отсутствие туфель на ногах. Еще ему очень нравилось, как она по-взрослому повела себя сейчас. Не кричала, не ударилась в истерику, не плакала. Похоже, эта Елена — неисправимая оптимистка и все еще верит в благоприятный исход. В его плане развлечений на эту ночь такое условие игры было очень кстати. Кроме того, мертвое тело вампира согревала мысль о том, что они с Клаусом сделают с Заком Сальваторе, запахом которого была пропитана вся комнатушка со шпионским оборудованием. *** Весь путь до гостиной под пристальным взглядом Элайджи Елена на чем свет стоит мысленно ругала себя. «Какого хера мне надо было идти в этот дом извиняться?! Нахрена я вообще предложила посидеть в беседке?! Надо было послушать Кэролайн.» Ее мозг судорожно искал выход из сложившейся ситуации. Она была уверена, что Элайджа не горит желанием ее отпустить, после всего того, что она увидела. К счастью, на свободе была Бонни. Елена надеялась, что мулатка выберется из сада и позовет кого-то на помощь — полицию, родителей. Тогда ей останется лишь тянуть время до их появления. Она кажется догадалась, что ждет Викки, ей было безумно страшно за Кэролайн. К тому же девушка совершенно не представляла, о чем собирался беседовать с ней Элайджа. Елена забилась в кресло, а мужчина сел в соседнее и протянул ей наполненный бокал. Девушка приняла его и слегка коснулась губами напитка. Хоть во рту от страха пересохло, туманить мозги даже каплей алкоголя больше не хотелось. — Итак, — начал Элайджа. — Ты уже поняла, что все, что сегодня произошло и еще произойдет — результат вашей спонтанной выходки? Елена кивнула. Самое противное во всем этом было то, что она чувствовала в случившемся свою вину. — Но это же не повод причинять нам вред? — тихо спросила она. Элайджа задумался. Он немного склонил голову на бок и скользил взглядом по ее фигуре. Его ответ ошеломил девушку. — Мне и моим компаньонам не нужен повод, чтобы причинить вред кому бы то ни было. В этом вам не повезло, — он пригубил вино и продолжил. — Но было бы совсем жестоко не оставить вам ни единого шанса на спасение… Елена была на грани паники. Ее воображение худшим вариантом представляло насилие, но в холодном взгляде мужчины она прочла, что имеется ввиду нечто более фатальное. Она уцепилась за слова Элайджи. — И какие у нас есть шансы? Элайджа повертел в руке опустевший бокал, прежде, чем поставить на стол. Затем он встал, обошел кресло, на котором сидела Елена, наклонился через спинку и прошептал ей на ухо. — Если ты будешь хорошей, послушной девочкой, я попробую уговорить своих друзей оставить твоих подружек в живых. Елена обернулась к нему, похолодев от прямоты этого предложения. Но мужчина вдруг с нечеловеческой скоростью оказался у бара, налил себе еще вина и еле видимым глазу движением вернулся в свое кресло. Изумленной Елене, просчитывающей другие спасительные варианты, пришло в голову, что полиция против ЭТОГО им явно не поможет. Любопытство пересилило страх. — А кто вы и ваши друзья? Элайджа на миг показал ей свое настоящее лицо. — Вампиры, девочка… Кровососы. Елена еще сильнее съежилась в кресле. — Кстати, — продолжил мужчина, — кажется, сюда кое-кто сейчас подойдет. Мне бы не понравилось, если бы ты вела себя чересчур эмоционально. И пока Елена молча гадала над его словами, она увидела, как вампир обернулся посмотреть на вошедших. У входа в гостиную стоял молодой брюнет слегка раздолбайского вида, а с ним последняя исчезнувшая надежда на спасение — Бонни. Она выглядела изумленной и растерянной, поэтому девушка послала подруге самую беззаботную улыбку, которую смогла выдавить. Мулатка в ответ тоже беспомощно улыбнулась. Елена пыталась справиться с мыслью, что жизни всех троих девочек и ее собственная, зависят теперь только от нее. Брюнет что-то шепнул Бонни, и они пошли дальше по коридору. В голову девушки пришла ужасная мысль, что она может быть видит подругу в последний раз. Елена на автомате глотнула красное сухое вино из бокала. Напиток оставил вяжущее ощущение. Она перевела взгляд на вампира. Тот казался полностью безучастным. — Я согласна, — твердо сказала девушка и тогда в холодных глазах зажегся огонек. В гостиной воцарилось молчание, которое никто не спешил заполнить. Елена встала и подошла к окну. Ей просто необходимо было вдохнуть свежего вечернего воздуха, чтобы осознание того, на что она подписалась, не душило ее изнутри. Мысли скакали, как безумные, пальцы, пытающиеся справиться с задвижкой, не слушались. Элайджа вдруг оказался рядом. Его слегка прохладная ладонь накрыла пальчики Елены. Девушка вздрогнула, совсем забыв, как дышать. Одно уверенное движение и поток воздуха из сада, наполненного свежестью и надеждой, ворвался в легкие. Она шумно вздохнула, ощущая, как пальцы вампира пробежали вверх по ее руке, приподнимая широкий рукав блузки. Другая рука тем временем сдвинула длинные тяжелые волосы, открывая вид на беззащитную шею. Каждое его прикосновение наполняло девушку мучительным ожиданием. «Раньше ляжешь, раньше встанешь», — убеждала себя она, пытаясь остаться равнодушной к его действиям. Но когда Елена почувствовала губы вампира на своей шее, прокладывающие дорожку наверх, к мочке уха, то не смогла сдержать еле слышный стон. Это было настолько волнующе, что не шло в сравнение со всем тем, что целомудренная девушка до этого практиковала с парнями своего возраста. Елена с ужасом поняла, что ждет продолжения. Но Элайджа похоже руководствовался какими-то своими соображениями. Потому что он отстранился и вернулся в свое кресло. Девушка, чтобы согнать это наваждение, высунулась в открытое окно и задышала полной грудью. — Если она вывалится, сам будешь соскребать ее с дорожки, — произнес недовольный мужской голос. Когда Елена повернулась, чтобы взглянуть на говорившего, он уже был прижат к стене, а рука Элайджи сжимала горло хрипевшего Зака Сальваторе. — Что мне делать с тобой, мой маленький вуайерист? — зло спросил вампир. Елена не могла не признаться себе, что в данный момент ее очень устраивает переключение внимания вампира на кого-то другого, даже если при этом человеку может не поздоровиться. Хотя после всей мистической хрени, которую она уже успела увидеть, не было четкой уверенности в том, что Сальваторе — обычный человек.Зак продолжал биться в руках Элайджи, но его движения слабели. Это было ужасно, но девушка не могла заставить себя не смотреть. Вампир повернулся к ней, перехватывая взгляд. Он усмехнулся и одним движением прошвырнул любителя чужих тайн через половину комнаты. Зак грузным кулем осел у входа в гостиную. — Убирайся! Чтобы до утра я о тебе забыл! — крикнул Элайджа вслед убегающему с оханьем мужчине. Затем вампир нарочито медленно подошел к Елене. — Испугалась? — он провел пальцем по ее щеке. — Не думаю, что тебе грозит что-то подобное. Ты же обещала быть хорошей девочкой? *** Зак Сальваторе был уставшим, злым и побитым. Только что он отнес в оранжерею небольшой музыкальный центр по просьбе Клауса и теперь спешил уединится с пивом, остывшим уже попкорном и заветренными бутербродами. — Черт бы побрал вас, клыкастые ушлепки, с вашими поручениями, — бормотал он, показывая средний палец невидимым собеседникам. — Когда же вы все уберетесь отсюда?! Мужчина подошел с большим подносом еды к дверце своей до сегодняшнего дня тайной комнаты и мысленно пнул себя под зад за то, что забыл закрыть ее в спешке. Что утром с ним сделают древние вампиры, можно было даже не прогнозировать. Возможно, это последняя ночь его бренного существования. Зак поставил поднос на стол перед монитором. Все парочки были под прицелом камер, и это внушало надежду на то, что его последняя ночь будет весьма занятной. — И как же ты, Захария Бартоломео Сальваторе, докатился до жизни такой?! — воскликнул он, ослабляя ремень на джинсах.