Восемь путешественников в Капитолии.

Хвостик мчался вперед, по направлению к лагерю путешественников - обостренный слух и обоняние позволяли ксеноморфу безошибочно находить дорогу. Маленький Чужой добрался к месту назначения в тот момент, когда Бэкингем и Локи уже разговаривали со старыми знакомыми. Четверо бойцов из тринадцатого дистрикта, сопровождающие англичанина, весьма одобрительно разглядывали новоявленных трибутов из прошлого. К удивлению повстанцев, незнакомцы оказались весьма толковыми ребятами, а вовсе не беспомощными растяпами. Особо благоприятное впечатление производили капитан Роджерс и агент Бартон - их профессионализм не вызывал никаких сомнений. Бэкингем и асгардец быстро выяснили, что Арамис куда-то пропал еще с утра, и не возвращался в лагерь. Поэтому, когда Хвостик прибежал с окровавленой пастью, и вцепившись в рукав куртки Джорджа Вильерса, потянул герцога в сторону - все сразу сообразили, что с Рене произошла какая-то неприятность. Ксеноморф метнулся по узкой тропинке прямо в кусты, и Локи вместе с герцогом немедленно последовали за маленьким Чужим. Бойцы из тринадцатого дистрикта также пустились в эту своеобразную "погоню". Локи буквально "летел" по лесу как стрела, не обращая внимания ни на что. Даже того, что Джордж Вильерс и остальные бойцы слегка поотстали, принц совершенно не заметил. Спустя десять минут этого безумного бега, Хвостик притормозил, и начал красться по лесу весьма осторожно. Локи последовал примеру ксеноморфа, и очень скоро услышал отчаяные крики. Легонько раздвинув ветки очередного куста, асгардец увидел Арамиса. Француз фактически висел на дереве на вытянутых руках, туго обвязаных толстой веревкой. Очередной удар кнутом сорвал с уст Рене надрывный вопль. Тело юноши было в синяках, разодранная рубашка превратилась в лохмотья. Черные волосы француза растрепались, на ресницах Арамиса трепетали слезы. Эта жуткая картина потрясла Локи до основания. - Где твои дружки? Будешь говорить или нет, упрямый гаденыш?! Я с тебя сейчас всю кожу сниму! Медленно! И ремней из нее нарежу! - рослый трибут, с перекошеной от ярости физиономией, выхватил из-за пояса широкий острый нож, и размахивая им, двинулся к пленнику. Измученный Арамис в этот момент снова потерял сознание - уже наверное, в пятый раз за последние два часа. Услышав слова трибута, Локи полностью потерял самоконтроль. Мозг затопило яростью, которая кипела, бурлила, и "переливалась" через край. Рука принца сама собой потянулась к наточеным кинжалам, находившимся за поясом. Локи кидал ножи очень метко - в Асгарде фактически никто не мог соперничать с младшим принцем в этом боевом приеме. Даже ловкачка Сиф. Спустя несколько секунд, двое трибутов уже были мертвы. Острые лезвия вонзились им прямо в горло, и теперь кровь тонкими струями изливалась на траву. Оставалось еще трое врагов, но принца это не смутило. Огнестрельного оружия у трибутов из второго дистрикта не было, а это означало, что смерть мучителей Арамиса - только вопрос времени. Очень короткого времени. Да, профи были крепкими бойцами, но не им было тягаться с воином из другого мира и измерения, с существом, которое прожило уже не одну сотню лет. С магом, знающим в тысячу раз больше, чем эти трибуты из Мидгарда смогли бы узнать за всю свою жизнь. Локи с легкостью проломил одному из оставшихся врагов голову - просто ударив по ней кулаком. Принц злорадно улыбнулся, и небрежно отшвырнул от себя тело с расколотым черепом. Из этого черепа сочились желто-розово-серые мозги, вперемешку с какой-то жижей. Двое оставшихся трибутов приближались к принцу, размахивая длинными острыми ножами. Но в глазах противников, Локи отчетливо увидел животный страх. А страх в этом случае - был дорогой к очень вероятному поражению. И оно состоялось спустя еще пару минут, когда Локи проворно увернулся от заточеных лезвий, и жестко огрел одного из трибутов по макушке. Пока оглушенный противник лежал без сознания, оставшийся в одиночестве враг попытался скрыться в зарослях, но эта попытка бегства оказалась безуспешной - трибут напоролся на кинжал Бэкингема. Асгардец торопливо перерезал горло валявшемуся на земле противнику, и бросился к Арамису. Разрезав толстые веревки, Локи подхватил на руки бесчувственное тело. Оно казалось таким невесомым и легким! Голова Арамиса безвольно склонилась на плечо принца - француз так и не пришел в себя. - Наконец-то, я нашел тебя, Рене! - тихо сказал Локи. Губы принца коснулись нежных щек Арамиса, запечатлев поцелуй на этом изящном лице. Подхватив покрепче свою драгоценную ношу, Локи пошел по направлению к лагерю. Принц нес француза, обнимая его, как обнимают любимую девушку - трепетно, крепко, с замиранием внутри. - Мой! Больше никому не отдам! Никому, никогда! - эта фраза непроизвольно сорвалась с губ Локи. Англичанин шел следом, внимательно оглядывая лесные заросли. - Крутая арена. Мушкетеров запихнули сюда насильно - это подобие гладиаторских игр, на которых сражаются за главный приз. За славу и богатство. - проронил Бэкингем, наблюдая за Локи. - Я уже получил свой приз! - Локи кивнул на Арамиса, - И мне наплевать, за что все остальные здесь сражаются! - Думаю, что тебе небезынтересно будет узнать, кто все это устроил. Его зовут Кориолан Сноу. Это глава Панема, он любит такие забавы. "Тот еще" придурок! - спокойно продолжал Бэкингем. - Я убью его! - в голосе Локи зазвучала холодная сталь. - Китнисс Эвердин тоже хочет его убить. Здесь много желающих! - отозвался Джордж Вильерс. - Мне наплевать, кто еще хочет прикончить этого ублюдка, потому что, это сделаю я! А госпожа Эвердин - пусть найдет себе другое развлечение! - твердо возразил Локи, - Ты меня знаешь, Вильерс. Если я что-то решил, то сделаю это!