В двух шагах от рая...

Швейцария, г. Цюрих       Час шел за часом, унося с собой драгоценное время. Родные по очереди навещали Пабло. Он слышал их просьбы, слышал каждую молитву, но сил выбраться не хватало…       Мартин рассказывал о состоянии Мариссы и просил драться ради нее со смертью. Мия рыдала и читала молитвы на протяжении двадцати минут. Соня со слезами угрожала найти его даже в аду. Мануэль тихо шептал слова поддержки. Лухан умоляла подумать о Мариссе и о матери. Маркос молча держал его руки. Франко, гладя его по голове просил остаться. Потом зашел Хавьер, удивив его до глубины души. Он не говорил гадостей, только требовал не быть слабаком и вылезти из этой задницы. Затем он снова услышал маму. Услышал ее молитвы и теплые слова поддержки.       А потом пришла Марисса и обещала остаться с ним. Он слышал, как она закрыла шторы и начала шагами мерять комнату. Она с тревогой смотрела на проклятый аппарат. Затем прикрыла его простыней и мягко поцеловала в щеку. Взяв его руку, она сжала ее в своих ладошках и прижала к щеке. Его лоб покрылся испариной. Аппарат запикал быстрее. - Тише, милый, - прошептала она, - все будет хорошо…       Вдруг он почувствовал жгучий, леденящий холод и жуткую, нечеловеческую боль, как будто с живого тела сдирают кожу. Аппарат пищал, как сумасшедший. Мариссу обуяла паника. Она выскочила из палаты и бросилась звать доктора. Сонное царство в приемной вскочило на ноги. Увидев несколько бегущих докторов, у Моры потемнело в глазах: - Мой ангелочек! – вскрикнула она и упала без чувств, прямо на руки Мартину.       Сердце Мариссы стучало в бешеном ритме, а в животе разлился липкий страх. Когда она вбежала следом за врачами в палату, ей в глаза бросилась прямая линия… - Нет… Нет! Нет! Пабло, не смей…       Горячие слезы залили ее лицо, а боль была настолько невыносимой, что ноги подогнулись и она рухнула на колени… - Нитроглицерина три кубика, живо! – давал распоряжения Ривас, - электрошок быстро! Шевелитесь, болваны!       Пабло смотрел на это со стороны. Видел, что творится с Мариссой и чувствовал ее страх. Рядом стоял маленький мальчик и смотря на его бывшее тело, тихо плакал. - Ты кто? – удивился Пабло. - Серафим… - Кто? - Твой ангел-хранитель… Я не смог тебя спасти… - Как это?       Марисса горячо молилась, заливая слезами пол и складываясь пополам при каждом вздохе. - Ты же здесь, а не там… - тихо вздохнул Серафим. - Почему? Видишь они меня спасают. Мне надо вернуться… - Не всем дано вернуться назад…       Серафим щелкнул пальцами и Пабло сложился пополам от боли, подобно которой не испытывал ни разу в жизни. Она разрывала душу в клочья, давила, мучила… - Что это? – прохрипел Пабло. - Это то, что сейчас чувствует она, - тихо сказал Серафим, указав на Мариссу. – Тебе дали право выбора, потому, что ты пожертвовал собой, ради других… Хочешь, я уведу тебя туда, где нет места боли? Где все пройдет, где ты все забудешь? - Нет… Я хочу к ней… Я хочу быть с ней… Пожалуйста… - Ты уверен? - Да… Только можно задать вопрос? - Какой? - Почему вокруг остальных людей свет желтый, а у Мариссы зеленый? - Заметил, - улыбнулся ангел, - я не могу тебе этого сказать… Скоро ты все узнаешь сам… Иди же, у тебя мало времени. Прощаться не будем, мы еще увидимся с тобой… До встречи.       После очередного удара электрошоком аппарат дал слабый пикающий сигнал. Марисса подняла глаза на аппарат и в глазах заплясали какие-то пятна. Она рухнула на пол и отключилась. - Кто-нибудь, дайте девушке нашатырь, - проворчал Ривас, - и скажите семье, что все в порядке… Ресницы Пабло задергались, глаза были словно налиты свинцом и он с трудом разлепил их. - Ну и напугал ты нас, парень, - чертыхнулся Ривас. – Больше так не делай.       Марисса поморщилась от резкого запаха и открыла глаза. Моментально вспомнив случившееся, она вскочила с пола и подлетела к койке. И встретила взгляд немного потускневших голубых глаз. - Пабло! – вскрикнула она и от счастья еле удержалась на ногах. - Выведите девушку. Мне надо осмотреть его.       Мариссу вытащили в приемную и она уткнувшись в грудь отца зарыдала в голос, от усталости, от страха, от пережитого ужаса… - Милая, успокойся… Что там происходит? - Он открыл глаза, но Ривас меня выгнал… Он его осматривает… - Потерпи, скоро нас пропустят к нему. Успокойся.       Мора подняла глаза, в которых только сейчас начал растворятся дикий ужас и потянулась к ней. - Милая… надо выпить чаю с ромашкой… или успокоительного… ты плохо выглядишь… - Ты тоже, - постаралась улыбнуться Марисса. – Маркос, пожалуйста, сходи в буфет… Боже, сейчас же ночь… - Можно заказать в ближайшем кафе, я позвоню, - сказал Хавьер.       Мартин усадил их обеих на стулья. Только сейчас Марисса начала отходить от шока и ее затрясло. Перепуганный Мартин бросился за врачом, но Марисса его остановила: - Не надо, папа… Я просто перенервничала… Все пройдет… - Ты уверена, дочка? Вдруг это опасно? Ты же еще не совсем здорова… - Нет, папа. Сегодня я поняла, что я здорова. Еще никогда мои ноги не бегали так быстро и я больше не чувствую боли, кроме той, что измотала мне душу… - Тебе надо поспать. - Я посплю, скоро. Рядом с Пабло. Ты пойдешь со мной, Мора? - Нельзя же… - Нельзя, когда он был в коме, а теперь он пришел в себя. Нам больше не запретят видеть его столько, сколько нужно… - Конечно, я пойду с тобой, милая… Спасибо тебе… - За что? - Ты его вытащила с того света… - Это сделали врачи… - Нет, я чувствую, это сделала ты. Я этого не забуду, - улыбнулась Мора, и поцеловала ее в макушку…