Хроники хвостатых: Ну мы же биджу...

Хинате никогда не делали иглоукалывание, но она подозревала, что ощущения после могли бы быть похожими: каждый миллиметр кожи слегка покалывало, словно под кожей проносились крохотные электрические заряды. Вслушавшись в себя, девочка поняла, что это почти так – какая-то новая, необузданная энергия текла вдоль вен вместо чакры, и, хоть и казалась пока немного чужой, наполняла всё тело. Если бы ей сейчас сказали, что концы её волос искрятся, она б и не удивилась. Даже кончики пальцев подрагивали от переизбытка чакры. Вокруг творилось что-то странное. Хьюга, не открывая глаз, чувствовала теплоту живых тел, клубящуюся вокруг энергию, собирающуюся в коконы-фигурки; они были как разноцветный хрусталь, подсвеченный изнутри, а самые яркие почему-то собрались вокруг неё, ослепляя, и в то же время казались ей чем-то родным. Девочка попробовала шевельнуться, постепенно возвращаясь в реальный мир. Тело отозвалось ноющей болью, как после их первой серьёзной миссии. Хоть невидимые, но ощущаемые всполохи стремительно тускнели, но стоящий же в ушах высокий громкий звон никуда исчезать не желал. Кто-то осторожно тронул её за плечо. - Не переломи, - сказали едко. Имя, пытающееся пробиться из затянутой мутной плёнкой памяти, обогнал образ: в меру смуглое лицо, лёгкая, ничего не значащая улыбка, задорные хвостики в комплекте с рваной чёлкой и горящие глаза. - Не смешно, - угрюмо буркнули в ответ. При всей кажущейся серьёзности говорящий не смог скрыть весёло-радостных ноток. Теперь имя – Сейрам Хачи, её Хината смогла узнать. По мере того, как Хьюга приходила в себя, воспоминания складывались воедино, как кусочки паззла. К примеру, Сейрам на закорках протащила её по Лесу Смерти, а Киба-кун попросил сдаться, если им выпадет быть друг против друга в отборочных боях. И в случае с Неджи попросил сделать так же. Неджи... Брат... Неджи!!! Память всей массой обрушилась водопадными струями, и на пару мгновений Хината потонула в них. В мышцах плескалась обжигающе холодная чакра. А потом глаза распахнулись сами собой, и она увидела Хачи – верно узнала. Сейрам сияла, хотя, кажется, пыталась спрятать это за дымкой беспокойства. - Очухалась! – кажется, искренне обрадовалась восьмихвостая и повисла у девочки на шее. Хьюга охнула от хватки; что-то хрустнуло, в нос ударил запах морской воды и степных трав. Странное сочетание. - Задушишь, дура! – одёрнула её Шио и кинула встревоженный взгляд на Хинату. Хачи не зло усмехнулась. - Сказано же, задушишь... – с неожиданным добродушием проговорила Юмия, цепляя Сейрам за локоть и уверенно оттягивая назад. Как ни странно, Хачи послушно отлипла. Её сменила Ёко, присевшая на корточки напротив. Девушка обхватила руками колени. - Ты как? – по-свойски участливо поинтересовалась она. Честно говоря, Хьюга ожидала вопросов. Судя по всему, тот свиток не должен был попасть ей в руки, и именно поэтому Шио, добывая свитки в лесу, аккуратно рассказывала о себе и своём народе, не рассчитывая на мгновенную веру. Кицунэ готова была отвечать на вопросы, Хината же ожидала, что ей спросят нечто большее, сложнее и мудрёней. А не так прямолинейно и просто: «Ты как?» - Эм... Нормально... – Хьюга чуть растерялась. - Вроде. Только вот... - Устала, верно? - А откуда... Внезапно Ёко подмигнула и приложила указательный палец к губам. Потом повернула голову набок и стрельнула глазами куда-то влево. Хината осторожно, не поворачивая головы, посмотрела туда, используя только боковое зрение – Бьякуган сейчас активировать не стоило, да и сил никаких на это не было. Увидев стоящую немного в отдалении Куренай-сенсей, краем глаза неотрывно следившую за ними, и замершего, как статую, Шино, девочка согласилась с молчаливым предупреждением Шио: все расспросы стоило отложить на потом, что бы там её не грызло изнутри. - Эй, Хината... – девушка улыбнулась. – Не волнуйся. Всё нормально. Кицунэ протянула руку и по-сестрински потрепала Хинату по волосам. Та смутилась. К ним подошла Юмия, которая до этого копалась в небольшой сумке, возможно, походной аптечке. Собственно, так оно и было; основные медикаменты их маленького отряда носила и периодически обновляла Орочи. - На, выпей, - сказала Юмия и протянула руку. На её бледной ладони были три ярких синих капсулы. - Что это? – настороженно спросила Хьюга. - Да фигня, энергетические пилюли, - ответила за Орочи Сейрам и сгребла одну. - Ты, кстати, почти победила Неджи. - Правда? – удивлённо-неверяще. - А то... – небрежно. Шио пару раз громко кашлянула. Некоторые вещи стоило умолчать, тем более, почти – это не победа. - Простудилась? – хмыкнула Хачи. - Иди, Сейрам, к асурам. Ты прекрасно знаешь, о чём я. Либо уж всё сразу, либо... - Ох, ну ладно-ладно... – девушка повернулась обратно к Хинате. - Перефразирую: ты почти кокнула Неджи. Хьюга побледнела. Какими бы сложными ни были её отношения с семьей и братом, смерти она ни чьей не желала. Убивать кого-то своими руками даже в экзаменационном бою на выживание – тем более. Девочка не просто так проваливала миссию за миссией… - Нет-нет... – она замотала головой из стороны в сторону, испугавшись. - Я не могла... он же мой брат и... - Ну, Сейра-а-ам... – обречённо протянула Ёко и коснулась руки Хинаты, привлекая её внимание на себя. - Ты её не слушай, у неё мозги набекрень. - Так правду ж говорю! – возмутилась Сейрам, хотя этим выражение её праведного гнева ограничилось. Хачи закинула капсулу в рот и раскусила. - Бе-е... – её аж передёрнуло. - Ну и гадость. - Зачем ела-то тогда? – пробурчала кицунэ, ни к кому конкретному не обращаясь. – И без того энергии через край... Юмия в этой проникновенной беседе не участвовала. Хьюга хихикнула в ладошку, успокаиваясь. Несмотря на усталость и так и не исчезнувшую щекотку в пальцах, ей вдруг стало как-то очень... легко что ли? Девочка доверчиво взяла пилюлю, рассматривая пока на руке, а последнюю схватила и громко разгрызла Ёко, долго отплёвываясь после. Секундная горечь хоть и оказалось острой настолько, что Хината на секунду зажмурилась, но быстро исчезла без какого-либо послевкусия на языке; взамен же лёгкость стала физической. Скачущий фон чакры относительно выровнялся, с глаз спала незаметная муть. Мир заиграл красками и чёткими линиями, и что-то подсказывало, что это не от действия капсулы, а так и должно быть. Хьюга впитывала поток информации, будто губка. В волосах сидящей рядом Шио откуда ни возьмись появился медный отлив. Из-за этого при определённом освещении неровные пряди просто обязаны были казаться рыжеватыми. Хината могла спокойно разглядеть фактуру ткани её плаща, не вглядываясь. Руки Юмии исчерчивали тончайшие белые, невидимые толком на бледной коже шрамы – тысячи, десятки тысяч тончайших нитей. И многое другое – да всё! – воспринималось теперь под каким-то другим углом. Словно она наконец-то сняла запотевшие очки, но интуиция вряд ли лгала – так будет не всегда: или исчезнет это ощущение, или Хьюга привыкнет и замечать перестанет. Ведь таким же удивительным всё казалось, когда она впервые воспользовалась Бьякуганом. Только вот чего-то не хватало... - Кстати, куда эти испарились? – спросила Сейрам, под «этими» подразумевая Гаару и Шукаку. Её поняли. Шио пожала плечами: - Ничего, не маленькие, не пропадут, - как бы отмахнулась, а сама уставшей выглядит, будто и не подействовало на неё пилюля. Девушка отошла к стене, села рядом с Хинатой и, закрыв глаза, откинулась назад. В паре метров от них шёл бой, но Хьюга не хотела смотреть. Вскоре Ёко приоткрыла правый глаз и чуть повернула голову к Хинате: - Ну как, лучше? Хьюга тихо угукнула и поблагодарила. По сути, она всё ещё не видела причин такого отношения, но объяснять никто не собирался. - Да чего уж там... Все свои, - кицунэ усмехнулась. – Ты б пошла к Юхи, а то как-то оно подозрительно. Девочка пару мгновений вдумывалась во фразу, а потом вдруг поняла, что Шио назвала Куренай-сенсея по имени. Почему-то это показалось невероятно забавным. - Да... хорошо... конечно! Хината на удивление резво поднялась на ноги. Шио махнула рукой: - Давай, беги. Как только Хьюга отошла, девушка вновь смежила веки. Всё же она слишком уставала из-за собственной чакры. Волновалась ли Куренай? Конечно, волновалась. Это были её первые ученики, и волноваться за них – нормально. А уж тем более за самую слабую, если уж смотреть непредвзято, в команде Хинату, внезапно заведшую себе каких-то странных знакомых, и не где-то, а в Лесу Смерти. И прямо во время экзамена на тюнина, где все или почти все вокруг – на время враги. Куренай уже поняла, что расспрашивать Шино и Кибу без толку: парни стушевались и нехотя, злясь на себя – особенно Инудзука, хотя, наверное, Абураме просто лучше прятал эмоции - признались, что провалялись без сознания почти всё время, а когда очнулись, Хьюга, робко улыбаясь, продемонстрировала им оба свитка. Кстати, стоит, наверное, сообщить об этом Хиаши... В смысле, об успехе родной дочери. Но, вообще-то, знакомые Хинаты – это её личное дело. Всё же Куренай только наставник и не собиралась выходить за определённые рамки, влезая в личную жизнь своих учеников. И всё же... - Хината? - Всё в порядке, Куренай-сенсей, - ответила Хьюга, отводя взгляд. Но девочка почти всегда отводила взгляд. - Правда в порядке, - добавила она. Женщина преодолела желание потереть виски. День выдался тяжёлым и длинным, и задолго до его конца она точно станет королевой Города Мигрени. С одной стороны – ученикам надо верить. С другой стороны – наставник должен быть бдительным, чтобы не случилось никакой беды. Хината же сирота при живом отце, не семья – клан. Может, прав был Асума, и она рано взяла команду? - Ну, хорошо, - обманчиво легко сорвалось с губ. – Ты молодец, Хината, Неджи ушёл к медикам. К тому же, обмануть его генджитсу не каждый сможет... Куренай замолчала. Если она увидит хоть один намёк на то, что девчонка из Аме лгала, хоть самое туманное доказательство, то докопается до сути, а потом будет политический конфликт. Если же нет – то остальное не её дело. Пока ученица в порядке, она волноваться не будет. - Да у меня не получилось же... Ну, до конца... – немного грустно произнесла Хината, рассеяно глядя куда-то в сторону. – В смысле, генджитсу... Женщина чуть прищурилась. Нет, вроде не лжёт. Зачем ей? Но сделать что-то надо было. - Это ничего, - мягко. - Ты показала себя с лучшей стороны, - Хьюга робко улыбнулась. – Но на всякий случай покажись медикам. Если с ней что-то сделали – медики обнаружат это первыми. - Да, сенсей. Злость утихала, будто успокаивалась буря над далёким морем. Теперь Неджи стыдился того, что не смог сдержать эмоций под контролем. Это было так... ребячески? А он давно уже не ребёнок. Детство закончилось со смертью отца, нет, раньше – с того момента, как на лбу появилась позорная метка. Правда, он тогда этого ещё не понял. Честь, защищать наследницу, главную ветвь... Чушь собачья. Мышцы ныли – Хинате удалось его задеть, к тому же сказывалась усталость проведённых в Лесу Смерти дней. Ещё и эта иллюзия... С одной стороны – позорно для члена клана, специализирующегося на сильнейшем тайджитсу, но с другой – довольно мощная техника. Нужно будет рассказать об этом Хиаши. - Ну и куда это ты намылился? Единственное, что успел Неджи, подчиняясь запоздало предупреждающей об опасности интуиции – это на автомате активировать Бьякуган. Как оказалось, зря: он потратил на доджитсу драгоценные секунды. С другой стороны, вряд ли Джукен оказался бы действенен против песчаной волны, впечатавшей его в стену. От сильнейшего удара в глазах потемнело, и не успел он подняться, как песок, принявший форму руки-ложноножки, вздёрнул его и прижал всё к той же стене в метрах двух над полом. Что-то хрустнуло, и Неджи подумал, что это ребро. Или локоть в спрессованной вместе с телом руке. А может, ему и показалось. Однако, даже в таком положении, нашлись плюсы, точнее, могло быть в разы хуже. Например, как ни странно, его не пытались удушить – горло было нетронуто, а его открытая беззащитность нервировала. Так же ток чакры, хотя её и осталось не так уж и много, оставался относительно ровным, а мир был привычных серых оттенков* – тренировки сказывались, действие техники не прервалось. Быстро – недостаточно быстро! – прояснившееся сознание выстроило логическую цепочку: песок, огонь, Гаара, Собаку, по слухам - жестокий и холоднокровный убийца, не просто генин, Суна. Деревня Песка. Союзники. Раз убили не мгновенно – значит что-то надо. Только что? Первым дело нужно было найти Гаару, зрительно. Даже будучи не в состоянии обороняться и атаковать, Неджи предпочёл бы видеть напавшего. Это оказалось легко: Бьякуган помог, так как Хьюга не мог повернуть голову, - правда, шиноби и не думал скрываться. Собаку держался на некотором отдалении, скрестив руки на груди и небрежно прислонившись к стене. Если быть точнее – к калебасу без пробки, а уж калебас – к стене. Хьюга на мгновение поймал равнодушный взгляд. Глаза у Гаары оказались неприятные, стеклянные, хотя, возможно, это из-за отсутствия цвета в восприятии через доджитсу; красноволосый отвернулся, не выказывая никакого интереса к происходящему, словно и не он ещё вот-вот и начнёт ломать ему кости. - Кхм-кхм, - кашлянул кто-то совсем близко. Неджи вздрогнул. «Здесь есть ещё кто-то, кроме Гаары? Тогда, почему...» Ответ на вопрос: «Почему я никого не вижу?» - пришёл быстро. Часть застывших песчинок ожили, закружились и в мгновение ока сформировали человеческое тело в опасной близости от Неджи, хотя, куда уж там... Парень лет шестнадцати материализовался прямо на сдавливающей грудную клетку «руке»; растрёпанные светлые волосы, куртка-накидка с закатанными рукавами, повязка – не протектор, просто тканевая лента – поперёк лба, размашистые чернильные пятна татуировок на руках, – ничего примечательного, просто Хьюга привык замечать и запоминать детали, и его он тоже помнил, хоть и не знал и не хотел знать имени. Мелькал на балконе и орал громко после боя Собаку. Глядя издалека, складывалось впечатление о схожести его характера с характером Наруто, ну, отчасти: шумный, с глупой слишком широкой улыбкой. Сейчас он тоже улыбался, вроде так же бестолково. И волосы у него по-идиотски топорщились. А из глаз с угольной склерой и престранными крестообразными зрачками глядела смерть, и поэтому торчащие пряди напоминали стоящую дыбом шерсть, а улыбка становилась оскалом, словно у её обладателя есть твёрдое решение перегрызть кому-то глотку. Этот кто-то опять пожалел об открытой шее, но сделать с этим ничего не мог. На этом фоне даже кунай, которым тот лениво поигрывал, казался лишним. На пальцах у него были короткие, но острые когти, похожие на те, что появляются у Кибы во время техники превращения в Зверо-человека. Но хватит бесцельного разглядывания. Неджи хотел спросить, что им надо, а потом уж смотреть по ситуации, но при попытке заговорить тиски предупредительно сжались. Сжались – и застыли. Дышать стало сложнее. Парень неодобрительно цокнул языком: - Разве тебя не учили, что надо помалкивать, пока тебя не спрашивают? Особенно, в таком положении... – кунай плашмя прошёлся по щеке, холодя кожу, и слегка царапнул, оставляя тонкую белую полосу. – А в прочем, это не так уж и важно. И тут парень размашисто ударил Неджи в скулу. Из глаз будто искры посыпались, доджитсу деактивировалось само собой. В цвете Неджи заметил четыре серо-синие точки, симметрично расположенные на грязной карей радужке, и на автомате отметил, что он не блондин: волосы над повязкой оказались охристыми. Вообще-то, удар не был таким уж сильным, просто задел чувствительные вены, дающие приток крови к глазам. Лишь бы не лопнули. На фоне степени унижения боль от соприкосновения с твёрдыми костяшками казалась незначительной мелочью. Хьюга еле заметно поморщился – лицо всё же саднило – и, сощурившись, посмотрел прямо в глаза своему оппоненту. В них читалась насмешка: кажется, глупая попытка показать собственное презрение хоть и удалась, но не произвела должного эффекта. Гордость. Её не заткнёшь простым усилием воли, не выйдет. Гордость – это всё, что у него есть. - Ты не думай, что мы какие-то враги Конохи... И нет – Суна не расторгла союз! – парень невесело гоготнул и стрельнул глазами в сторону Гаары. Понять, лжёт он или нет, без активированного Бьякугана Неджи не мог. - Не-е-ет... Никаких коварных планов, никакой политики. Просто тупая... Нож, всё ещё зажатый в когтистой ладони, сделал аккуратный росчерк по шее. Лезвие прошлось в опасной близости от сонной артерии. - ...банальная... Парень ухватил его за волосы и резко дёрнул назад, так, что Хьюга стукнулся затылком о стену и стиснул зубы. Из раскрывшегося пореза потекла кровь. - ...месть. Был вопрос: «За что?» Неджи его не знал и впервые в жизни увидел на этом экзамене. В виске зудело так, будто он упустил нечто крайне важное, и если поймает, то всё поймёт. Может, Хьюга убил его товарища на миссии? Это казалось вполне возможным вариантом: Неджи четырнадцать, Неджи убивал, хотя и не совсем, как шиноби, морщась и только по крайней нужде. Вот только это не то. В следующую секунду Хьюга потерял способность думать – тиски сжались так, что он открыл рот в беззвучном крике и стал хрипеть. Ему должно было быть больно, но недостаток кислорода затмил все иные ощущения. Пальцы, кое-как доставая до стены, заскребли по камню; перед глазами появились чёрные мушки. Откуда-то слышались голоса: - Слышь, Гаара, ты ж его так убьёшь? - Не затем ли пришли? – казалось бы, равнодушный голос. Казалось бы. На само деле – будто наждачкой по барабанным перепонкам. Этот – убьёт. Знает что говорит. - Может и затем. Но ты как-то быстро... Ничего не говорящее хмыканье в ответ, но хватка ослабилась. Неджи несколько раз жадно вдохнул ртом, будто выброшенная на берег рыба. Чёрные точки исчезли. Незнакомый ему парень сидел на том же месте, где и раньше, на корточках, раскачиваясь на носках и задумчиво вертя в руках кунай. - Ну и что нам с тобой делать, Хьюга Неджи? Вопрос был, разумеется, риторический. Однако ответ на него нашёлся. - Ты слишком много болтаешь, - произнёс Гаара. Хьюга не мог повернуться, но почему-то был уверен, что Собаку всё так же стоит в стороне и делает вид, что не принимает участия в происходящем. – Но я наконец-то тебя узнал. Парень без протектора усмехнулся и перекрутил нож ещё раз. Само собой разумеется, Хината не пошла к медикам. Девочка чувствовала себя хорошо – почти нормально – и не ощущала в этом потребности: энергетическая пилюля сделала своё дело. Хотя ей было несколько неловко говорить неправду сенсею. Но убедить себя в том, что она не врёт, а просто чуть не договаривает, оказалось наудивление легко. В конце концов, вреда от этого никому не будет. - Не будет же? – неуверенно спросила Хьюга вслух у самой себя и, разумеется, никакого вразумительного ответа не получила. Перед тем, как вернуться в зал, ей захотелось прогуляться. Мыслям требовалось время, чтобы улечься, вдобавок, она же «пошла к медикам». А даже простой осмотр требует времени. Лишь бы Куренай-сенсей не проверила, дошла ли она до них. На улицу она не выходила: подозрительно, да и не выпустили бы её. Поэтому девочка бесцельно шаталась по бесконечным серо-зелёным коридорам, позволяя себе ни о чём не думать, и на автомате считала повороты: раз налево, два налево, раз направо, опять налево... Хината не знала, что погнало её вперёд. Интуиция? Предчувствие чего-то плохого, о чём она будет потом жалеть? В любом случае, она успела как вовремя: Шукаку держал Неджи за ворот кофты и целил кулаком в лицо. Судя по потрёпанному виду брата – уже не первый раз. Судя по зловещему прищуру наблюдающего за этим Собаку – избивали его не просто так. Хьюга Неджи прижали к стенке и избили. Настолько нелепо, что и не поверит никто. Первая мысль оказалась эгоистичной и пугающе кровожадной: «Так ему и надо!» Однако, следующая была иной: - Стойте! Хината бросилась к ним. Голос дрожал, но рука тануки тоже дрогнула; парень затравленно оглянулся. Гаара уставился на неё, как на привидение. - Не... Не трогайте его! - Но... но он же... - Да пусти ты! – прикрикнула она на Шукаку, удивляясь собственной смелости. Тот ежесекундно разжал руку, перед этим оттолкнув Неджи от себя. Хината заметила в этом жесте не малую толику брезгливости. - Почему ты жалеешь его? – спросил, как ни странно, Собаку, глядя ей прямо в глаза своими аквамариновыми омутами. – Он хотел тебя убить, и почти это сделал – почему жалеешь? В первое мгновение Хьюга подумала: зачем он спрашивает такие очевидные вещи? Неджи же её семья, её брат по брату отца. И лишь потом осознала – не понимает. Действительно не понимает, почему она защищает своего несостоявшегося убийцу, будь он хоть брат, хоть отец, и поэтому задаёт вопросы. Задумавшись, Хината не смогла найти ответа. - Да потому что он её брат... вроде... – ответил за неё Шукаку. - Двоюродный, - не своим голосом подтвердила Хьюга. - Да будто это что-то меняет?! – взбеленился старший тануки; Гаара молчал. - Я б скорей умер сам, чем попытался причинить бы вред своей сестре! Парень с досады попытался ударить кулаком о стену, но размётанный по полу песок бросился наперерез; костяшки пальцев столкнулись с мягким песком. - Ха... – он судорожно выдохнул. - Только вот у меня нет сестры... Шукаку бросил на Неджи, который во время падения на пол ударился затылком и потерял сознание, презрительный взгляд и, срываясь на бег, скрылся за поворотом. - Что это... с ним? - Он мстил, - объяснил Собаку. Только сейчас Хината заметила, что при всей обычной внешней отстранённости, его правая рука была сжата в кулак. - Я не понимаю... - Твой брат чуть тебя не убил. Поэтому Шукаку захотелось его убить, - он замолк на пару секунд. – Нам захотелось. Когда Гаара собрал песок: песчинки кружились в воздухе, мельтешили, а потом раз – и исчезли в бутыли, - Хината ничего не сказала. Когда тануки сжал часть песка в ладони, формируя затычку для калебаса, девушка перевела взгляд с него на Неджи. А когда она вышла из странного транса, Гаара уже исчез. Вместо него откуда-то появилась Юмия. Девушка тоже смотрела на старшего Хьюга. - А... где... – Хината завертела головой во все стороны. - Ты задумалась. Сильно. Не хотела тебя трогать, - Орочи приблизилась на пару шагов. – Гаара уже ушёл. К сожалению, у него нет никакого такта. Хьюга вздохнула и обхватила себя руками. Хотелось во всём разобраться, сейчас поднакопленной решимости на это хватило бы, но и оставить Неджи здесь она не могла. - Не волнуйся. Я позабочусь о нём, - заверила Юмия. - Правда? - Да. Иди, догони их. - Да... я… Спасибо большое! Наверное, полагалось сказать нечто вроде: «Не за что». Но такта у Юмии было ещё меньше, чем у Гаары, поэтому, пока она колебалась, Хината успела убежать. Только её сандалии негромко стучали о пол, но вскоре и это затихло. В полнейшей тишине Орочи сдвинула шляпу на спину. Всё же, переговоры, начиная от политических и заканчивая дружеской поддержкой, не были её сильной чертой. Оружие вообще для другого создаётся. - Позабочусь... – задумчиво повторила она. Следовало торопиться. Шиноби, заметив следы чакры или же просто услышав шум, могли явиться в любую минуту. В том, что и первое, и второе, имело место быть, сомневаться не приходилось, потому что Шукаку и Гаара не позаботились о скрытности. Сама восьмихвостая с лёгкостью их нашла. Кунай привычно лёг в руку; шаг, на колено, схватить Неджи за волосы, приподнимая голову, приставить лезвие к сонной артерии – дело одной секунды. От Неджи пахло кровью, а его волосы были чуть влажные. Действительно сильный удар, но дыхание его было слишком ровным для серьёзно раненного. Скорее всего, просто сильно содрал кожу на затылке. - Позабочусь... Flashback. - Так куда это они намылились? – раздражённо повторила Сейрам. Упёртая, не хотела выкидывать вопрос из головы. - А, ну... – Шио пожала плечами. - Думаю, отправились объяснить Неджи, что стоит делать со своими сёстрами, а что – нет, - девушка потянулась и широко зевнула, навевая своим видом сонливость. – Устала я что-то... - Чего?! – подскочила Хачи. - Устала, говорю, - охотно повторила кицунэ. - Да я не про то, - Сейрам махнула рукой и мотнула головой. – Какого чёрта они свалили бить морду Неджи? - Захотели, - ответила за Ёко Юмия. Этот ответ ей казался самым логичным. - Да, но почему они пошли без меня?! - Наверное, потому, что ты не хочешь пропустить собственный бой? Сейрам открыла рот. Сейрам закрыла рот. Сейрам проделала эту операцию ещё раз и резко развернулась к перилам. Наверное, в данный момент, она мысленно винила несправедливость Богов и мироздания к себе. - Юми-и-и… – тихо-тихо протянула Шио и сунула руку в сумку. – Не прогуляешься чуток за ними? Девушка, улыбаясь, протягивала ей исчерчённую чернильными полосами полосу папирусной бумаги. Улыбка была неприятной, слишком лисьей, а от того – неестественной на человеческом лице. Впрочем, характер искривления губ Ёко Юмию мало интересовали, так как были уже вдоль и поперёк изучены. А вот поданная печать... Это редкость. К тому же, Орочи думала, что весь запас они извели на Кисаме. Оказывается, Шио всё же оставила что-то про запас. - Вы уверены? – забывшись, спросила она в старой манере их общения. Пальцы, беря печать, дрогнули. - Абсолютно. - Это ведь последняя, верно? – осторожно. В прошлый раз Ёко солгала, но в прошлый раз они равны не были, и у кицунэ могла быть тысяча и одна причина для лжи. - Ага. Остальные на Хошигаки ушли, не зря прозвище своё получил, с одной его не взяло. Хотя, кому я это говорю... – девушка вновь зевнула. – Позаботься, о Неджи, ладно? - Не проще ли... - Юмия, - улыбка наконец сгладилась. - Это не просьба, а приказ, хоть у меня и нет полномочий. Но ты знаешь, о чём я. Позаботься о Неджи. При этом Шио особенно отчётливо выделила слово «позаботься», говоря твёрдо и отчётливо. На самом деле приказ. - В конце концов, у Гаары нет никакого такта, а Шукаку, небось, и не знает, что это такое. The end of flashback. - Позаботиться... Кунай без лязга исчез в складках плаща. Юмия осторожно отпустила слишком гладкие для мальчишки волосы. Девушка наскоро осмотрела голову и, убедившись, что там действительно всего лишь ссадина, перевернула Неджи на спину. На его лице красовалось пару синяков, похожие, только темнее, она обнаружила на боках, расстегнув застёжки на одежде: Шукаку и Гаара не успели сильно ему навредить. Хотели растянуть удовольствие? Орочи уселась ему на живот верхом и, вытащив из-за пазухи тонкий пергаментный лист, расположила его на перекрестье большинства потоков чакры - на солнечном сплетении. Крепко удерживая его бока коленями, она стала быстро складывать печати, попутно припоминая подкрепляющий слог. Их редко использовали, к тому же, можно обойтись и без, но так оно надёжней. Хотя Шио некромантию без нужды не одобрила бы. Магнит. - Затмевающий разум шестирукий демон... Тигр. Крыса. - ...сомкни его веки, заткни его уши... Бык. Дракон. Паук. - ...вырви чёрный язык проклятого памятью Смерти. Птица. - Отрицание. Затмение. Руки в раскрытой печати собаки опустились на бумагу. - Забудь! Чернильные знаки, вместо положенного им чистого голубого оттенка, засветились грязно-зелёным. Хьюга конвульсивно дёрнулся, но Юмия держала крепко, и такая мелочь не мешала ей плотно прижимать ладонь к чужой груди. Когда-то одна властительница смерти, как порою называли некромантов личности, привыкшие набрасывать шлейф романтики на всё подряд, сказала ей, что высшая степень иронии заключается в том, что в их техниках трупную зелень невозможно различить по цвету от лиственной. Кажется, ей не очень нравилось входить в число некромантов, поэтому та женщина то и дело поправляла плоский калебас и неприязненно морщилась. Будто у кого-то из них был выбор. Меч задрожал в тряпичных ножнах, и Орочи запоздало пожалела, что сразу не отложила его подальше. Впрочем, этим его реакция ограничилась. Спустя пятнадцать минут, некая куноичи Аме передала медикам бессознательного Неджи Хьюга и сообщила, что видела следы боя. Так же она дала согласие на частичную проверку сознания, которая подтвердила, что Юмия но Орочи к возможному нападению непричастна. Проверку выполнил член клана Яманака. Первоначальные подозрения в сторону Юмии но Орочи не подтвердились. Шио улыбалась. Хината на всякий случай чуть отошла. Хоть по словам Шукаку, кицунэ зачем-то тоже защитила её от Неджи, но её выражение лица сейчас не предвещало ничего хорошего. Точнее, ничего хорошего для двух тануки, первый из которых выглядел как нашкодивший ученик Академии, а второй, кажется, ещё не решил, как ему реагировать. - Вы оба... – Ёко хлопнула руками для драматизма, и указала на Шукаку и Гаару сложенными в молитвенном жесте ладонями, - дебилы. Непроходимые. Неисправимые. Идиоты. Блин, Гаара, как ты мог? - Эй, почему ты только его спросила? – не к месту возмутился Шукаку. Собаку же сделал весьма разумную вещь – он промолчал. - А ты вообще заткнись. Вы оба чуть не спалили всю контору. И поэтому вы оба – полные дебилы с отсутствующим инстинктом самосохранения. Разумеется, Шукаку не мог это оставить просто так. Сейрам покосилась на переругивающихся тануки и кицунэ через плечо. Предыдущий бой был коротким и тупым, так как разница сил была очевидна изначально. Хотя Мясной Танк Хачи понравился, забавный такой. Особенно когда в стену впечатался и никак не мог развернуться. Да и Акимичи быстро оклемался. Осталось трое. Кин казалась скучной слабачкой, которая не успеет увернуться от её удара, а значит, умрёт слишком быстро. Так что Сейрам её в расчёт не брала. Ещё двое из Конохи. С одной стороны, тип с хвостиком казался умным. С другой стороны – уж очень хотелось повеселиться. Вряд ли долго, но хоть чуток... В любом случае, в данную секунду было невероятно скучно. И тут эти, и так удобно Гаара стоит рядом с Шукаку. А тут уж просто, защита у него с перебоями работает. Восьмихвостая ухмыльнулась. Тем временем Шукаку продолжал разводить демагогию: - И поэтому ты сама сделала именно так, будь ты на моём месте. - Эм... простите... – пыталась уже не первый раз прервать их Хьюга, но тщетно. - Да мы все тут на одном месте, но неужели ты не понимаешь, что нельзя просто так убивать направо и налево? - Но... Ёко перебила тануки: - Нет, нельзя. Не говоря ещё о том, что он родственник Хинаты, - Шио, давшая себя втянуть в бессмысленный спор, обернулась к Хинате за моральной поддержкой. - Ну, да, родственник, но... - Да какой он ей родственник, если... Шукаку всё говорил и говорил. Сейрам подкрадывалась. - Да замолкни ты уже! – гаркнула вдруг она и отвесила Шукаку и Гааре затрещину, одну на двоих, причём ещё не ясно, за что досталось Собаку. И две головы с весёлым треском стукнулись друг о друга. - Шукаку-кун, Гаара-кун! - спохватилась Хината. Не смотря на то, что их объяснения были кратки и заключались лишь в пересказе произошедшего, девочка невольно проникнулась симпатией к тем, кто защищал её. - Вы в порядке? Шукаку что-то простонал в ответ, потирая травмированную черепушку. Гаара поморщился, но вёл себя потише. - Симулянт, - бросила Ёко в сторону охающего и ахающего друга и обратилась Сейрам: Как ты это сделала? - Понятия не имею, - беспечно пожала плечами Хачи. – Но мне нравится. «Я вижу... – подумала кицунэ. - Значит, песок между ними не сработал...» Девушка хмыкнула. Это наводило на определённые мысли, но делать выводы было ещё слишком рано. - Что произошло? - Уа! – Шукаку отшатнулся от ничем не примечательной стены. – Эм... а ты не могла бы не появляться из стен? Юмия шагнула вперёд, показываясь до конца. Ей нравилась эта техника, хоть пользовалась девушка ею не часто. - Нет, - ответила она. - Так что случилось? - Абсолютно ничего. Все дебилы, всем хорошо, - бодро отозвалась Шио. Те «все», о которых шла речь, на удивление синхронно бросили на Ёко испепеляющий взгляд. Ещё неизвестно, у кого вышло лучше. - Ну так... – с намёком сказала Ёко, поймав взгляд Орочи, но Хьюга выступила вперёд. Девочка сильно волновалась о нём, забыв о том, что он мог убить её, не подозревая, какую симпатию вызывает такой бескорыстный альтруизм у её окружения. - С Неджи-нии всё будет хорошо? – спросила Хината, мысленно скрестив пальцы. - Да. Он у медиков. - Только не напоминай ему о произошедшем, - посоветовала зачем-то кицунэ. Впрочем, Хьюга и так не стала бы лишний раз об этом говорить с братом. - Да... конечно... – девочка потупилась. – Шио-сан... Нет, вы все... Хината обвела всех – знакомых? друзей? кого? – неуверенным взглядом и, набрав побольше воздуха, выпалила, коротко кланяясь: - Спасибо большое, что позаботились обо мне! Сначала было молчание. Секунды три. А потом они дружно начали отмахивать и отнекиваться, говоря, что это ничего им не стоило, и всё в таком духе... Хьюга смущёно покраснела. - Не заморачивайся, - сказала Сейрам, хлопнув её по плечу. – Защитили, потому что захотели, а ещё потому, что ты нам понравилась. Всем. Хината смутилась ещё больше, так как остальные не стали это опровергать. - Тем более, что теперь ты одна из нас... – договорила Хачи. - В общем, не дрейфь. И не трусь. Не будешь трусить? Девочка энергично замотала головой. - Чудно. - Сейрам, а не твой ли это бой объявляют? – вдруг небрежно заметила Шио. Сейрам молниеносно развернулась и метнулась к перилам. - Где?! Внизу противники только-только закончили сражение. - Блин, Шио, ты... - Очень не хорошая, - закончила за неё кицунэ. Хьюга хихикнула. - Всё, я обиделась, - заявила Сейрам. Хината, иди сюда, - девушка приобняла Хинату за плечи и оттащила к перилам, - будешь обижаться вместе со мной... Прекратившаяся было суета возобновилась. Под шумок Ёко поднялась и подошла к Юмии, подмигнув ей. - Поболтаем? Орочи вопросительно приподняла бровь. - Широ идёт сюда, - произнесла Шио, понизив голос. - А сколько там человек осталось? – спросил Шукаку, каким-то образом ухитрившийся избежать новых шишек. - Вроде трое... Уже скоро, - Сейрам пожала плечами, не выказывая не малейшего интереса к происходящему внизу. – Куда делась Шио, м? - А фиг её знает. - Не трое, - вдруг сказал Гаара. – Бой только что закончился. Хачи повернулась. Шикамару возвращался на трибуны и отнюдь не выглядел торжествующим победителем, однако, Кин была без сознания, поэтому её оттаскивали на носилках. На табло уже высвечивались имена участников последнего боя отборочного этапа. Восьмихвостая предвкушающе повела плечами и перемахнула через поручень. Надпись на экране лаконично сообщала:

«Рок Ли против Сейрам Хачи».

*По непроверенным данным, при активации Бьякугана зрение становится чёрно-белым, кроме потоков чакры, и автору нравятся эти непроверенные данные.