What Doesn't Kill You

Решила разбить эту главу на две. Обе части небольшие, но логически завершенные. - Так вы говорите, что Кю сейчас в полицейском участке? – Сонмин сидел за своим столом в кабинете, откинувшись на спинку широкого кресла, и внимательно изучая бордовую жидкость у себя в бокале. Было непонятно, о чем он думал в этот момент. - Да, - тихо ответил Хекдже. Он был довольно спокоен в этот момент, что не скажешь о Донхе, который нервно переминался с ноги на ногу, стоя чуть позади Хека. - Значит, все прошло хорошо? – снова спросил лидер, отрывая взгляд от бокала и направляя его на Ынхека, который внутренне поежился. Эта напряженная атмосфера слишком сильно давила на его нервы, и он, тихо сглотнув, утвердительно кивнул. Сонмин ласково улыбнулся, отставляя бокал с вином на стол: - Теперь это сугубо дело Кюхена. Мы не будем в это вмешиваться, - его тон стал мягче. – Донхе, ты можешь идти. Хекки, останься на минутку. - Почему я? – рассеяно спросил Хе. Это был первый раз, когда его отпускали раньше, и он не знал, что ему нужно делать. - Просто выйди, - грубо бросил Хекдже. Он был все ещё зол на Фиши за его осечку. Донхе опустил голову и молча вышел, а Хек тяжело вздохнул, когда дверь закрылась, оставляя его наедине с лидером. - Что у вас произошло? – осторожно поинтересовался Сонмин, указывая парню жестом на стул напротив него. - Этот придурок оставил свидетеля, - Ынхек принял предложение присесть. - Ты знаешь, что нужно делать, - взгляд Мини тут же стал серьезен, и он внимательно смотрел на Хекдже. - Может, лучше попросить ХанГена? – с надеждой спросил парень. - Он и без того сейчас занят. - Но, может быть, кто-нибудь ещё… - Хекдже, - строго перебил его Сонмин, своим тоном прерывая все эти бесполезные предположения. – Ты знаешь правила. Либо это делаешь ты, либо Донхе. Это ваша ошибка, вам за нее и расплачиваться. Ынхек, наконец, стянул с себя капюшон, что был на нем все это время, и, оперевшись локтями на колени, зарылся пальцами в светлые волосы: - Я не могу ему этого позволить, - совсем тихо проговорил он. Казалось, он сейчас находится в полном отчаянии. - Я знаю, Хек, знаю, - лидер снова смягчился, улыбнувшись. Ему очень нравились в Хекдже эти черты: то, как он старался уберечь Хе от всего негативного, как сильно стремился защитить – кажется, сам Донхе об этом даже не подозревал, но вот Сонмин видел все это. Ведь точно также он сам недавно старался защитить Кюхена. - Думаешь, я совсем слабохарактерный трус? Но для меня это, правда, тяжело. - Я так не считаю, - Мини поднялся со своего кресла и, обогнув стол, подошел к блондину, похлопав его по плечу. – Это нормально. Ты будешь жить, пока тебе будет тяжело. - Я тебя не понимаю, - Ынхек поднял голову и посмотрел на лидера, на его лице проступила легкая улыбка. – Что это значит? - Знаешь, не хочу, чтобы ты хоть когда-нибудь начал понимать такие вещи, - Сонмин улыбнулся и вернулся на свое место. - Прекращай говорить загадками. - Ты можешь идти, - мужчина улыбнулся, указав жестом на дверь. - Да, лидер, - Хекдже поклонился и вышел. Он действительно переставал понимать Сонмина, когда тот начинал говорить что-то подобное. Хек думал: «Это потому, что он лидер» - и не особо откладывал в голове эти моменты. Когда парень впервые пересек порог организации, Мини уже был её главой. Теперь, спустя семь лет, он чувствовал, что изменился, повзрослел, начал иначе смотреть на какие-то вещи – мало что осталось от того наивного вечно улыбающегося парня, каким он был раньше. Но вот Сонмин оставался таким же, каким помнил его Хекдже в самом начале: строгим, но заботливым. Это заставляло восхищаться им.

***

Кюхен снова оказался в этой маленькой серой комнатке, сидящим за одиноко стоящим по центру столом. Единственная разница была в том, что на него недавно надели темно-оранжевый комбинезон с номерным знаком на левой стороне груди, и сидел он сейчас в наручниках под присмотром полицейских. В комнату, как и вчера, без стука вошел Хиджи, но и в нем произошел ряд изменений: волосы были аккуратно уложены, в глазах сонливость уступила место сосредоточенной внимательности и даже кожа, казалось, светилась бодростью – мужчина был в прекрасном расположении духа. - Ну что, малыш, машинка-то угнанной оказалась, - Хи с широкой улыбкой на лице уселся напротив Кю. – Сегодня утром поступило заявление о пропаже. - Как стремительно развиваются наши отношения. Вчера я был просто подозреваемым, а сегодня уже «малыш», - Кюхен не мог скрыть своего игривого настроения, как только в поле зрения появился этот человек. - Как твое имя? – сухо спросил мужчина. - А ты не можешь прочитать в протоколе? – с усмешкой ответил вопросом арестант. - А ты не можешь просто представиться? – спародировал тон Кю Хиджи. Да, этот помощник прокурора был просто нечто – примерно на таких мыслях словил себя тогда парень. - Ким И Чжи, - соврал Кюхен. Хи заглянул в бумаги, что-то проверяя и заставляя Кю немного нервничать. Неужели он вчера по усталости случайно назвал свое настоящее имя? - Хорошо, - вскоре согласился прокурор сам с собой. Кюхен позволил себе вздохнуть с облегчением. - Вы что, проверяли, правильно ли я назвал собственное имя? – с наигранным удивлением спросил парень. - Мало ли. - Да кто станет врать о таком, - недовольно буркнул Кю себе под нос. - По крайней мере, ты начал обращаться ко мне на «вы», уже прогресс, - Хиджи улыбнулся, смотря прямо на своего подозреваемого, и Кюхен снова обратил свое внимание на небольшую обольстительную ямочку на щеке мужчины. Парень не понял, почему так смутился этой открытой улыбки, но ему действительно стало как-то не по себе. - Вы пытаетесь расположить меня к себе, прокурор? – насмешливо поинтересовался он. - О чем ты? - Вы слишком мило мне улыбаетесь, я могу предположить, что нравлюсь Вам. Хи приподнял брови в знак удивления, но ничего не ответил, утыкаясь взглядом в бумаги, от чего Кю почувствовал свою маленькую победу. - Итак, тебе двадцать один и ты ничем не занимаешься, - начал Хиджи. – Ты украл автомобиль ради денег? - Нет. - Тогда для чего? У тебя в крови не обнаружили никаких наркотических средств. Парень молчал. - Бессмысленно отпираться, Ичжи. На момент угона все камеры видеонаблюдения, кроме одной, были отключены, но как раз на этой камере прекрасно видно, как именно ты взламываешь автомобиль. - Тогда, для чего Вам знать, зачем я это сделал? – спокойно спросил Кюхен. - Для общей картины преступления. На суде это может сыграть тебе на руку или против тебя. - Мне стало скучно, - тихо сказал подозреваемый. - И поэтому ты решил угнать автомобиль? – переспросил Хиджи. - Да. - Оригинальные методы развлечься у современной молодежи. - Говорите, как старик, - усмехнулся парень. – Сколько вам? Двадцать пять? Двадцать шесть? Или шестьдесят? - Мне двадцать восемь, я намного старше тебя, так что имей уважение, - строго заметил Хи. Кюхен заметил, что прокурор начал злиться и решил не сбавлять оборотов: - И что с того, что Вам двадцать восемь? Вот моему парню тридцать, я его уважаю, но это не мешает мне иметь его в постели. - Избавь меня от подробностей своей личной жизни, не касающихся этого дела. - А у Вас есть любимый, господин прокурор? – от того как эпично менялось лицо Хиджи, Кю еле сдерживал подступающий смех. – Вы гей, да? Не поверю, что нет. - Оставим вопросы ориентации и вернемся к делу, - попытался свернуть этот щепетильный разговор мужчина. - Вы хотите перейти сразу к делу? – для нужного эффекта парень даже привстал с места, заставляя Хи шарахнуться в сторону: он не сразу вспомнил, что Кюхен сейчас в наручниках и не сможет ничего ему сделать. А Кю в этот момент уже открыто угорал над бедным прокурором. Парень ждал, что сейчас тот вскочит и выбежит из этой серой комнатки, а на его место придет кто-нибудь другой, но вопреки всем ожиданиям Хиджи никуда не спешил: он лишь глубоко вздохнул и вновь взглянул на бумаги перед ним. - Если ты закончил это шоу, мы вернемся к вопросу об угоне, - мужчина старался тщательнее подбирать слова, чтобы парень не смог их переиначить. – Кто был с тобой во время угона? - Я был один. - Со стоянки пропало два автомобиля, и кто-то на момент угона вырубил охранников и отключил камеры. Вас было трое, так? - Я был один, - настаивал на своем Кюхен. - Тогда как ты объяснишь то, что я только что сказал? - Понятия не имею. Как Вы уже сказали, меня засняла камера, но также кто-то в это время их отключил. Подумайте, стал бы мой сообщник оставлять направленную на меня камеру включенной? Хиджи хотел было уже что-то сказать, но в кармане его пиджака раздался сигнал рингтона. Кю даже удивился тому, как вздрогнул мужчина, взглянув на дисплей. На какую-то долю секунды в глазах прокурора можно было прочитать чистейший ужас и страх, но это было настолько мимолетно, что парень подумал, что ему просто показалось. Хи ответил, попросив Кюхена подождать. - Итук, мне плевать, чем ты занят, приезжай немедленно, - знакомый властный голос грубо ударил по барабанным перепонкам. - Я сейчас работаю, - тихо ответил мужчина. - У тебя пятнадцать минут. Время пошло, - Итук услышал короткие гудки в трубке, возвещающие о том, что звонящий бросил трубку. Он тяжело вздохнул, поднялся со стула и вышел из комнатки под удивленный и непонимающий взгляд Кюхена. Юн Хиджи прошел мимо дежурного полицейского, сказав, что уходит по неотложному делу и просит, чтобы допрос продолжил прокурор Шин. Вскоре в серую комнатку зашел полный мужчина с добрым, но серьезным выражением лица и, представившись прокурором Шин Донхи, сел на место, что минуту назад занимал Хи. Кю совершенно не хотелось отвечать на его вопросы, он делал это из-под палки, сухо и без всяких эмоций. Он понял, что над этим человеком так не посмеешься, и был расстроен тем, что Хиджи ушел. С другой стороны, он был рассержен, что какой-то один короткий звонок смог довести мужчину до того взволнованного состояния, какого не смог добиться сам Кюхен, поэтому к концу допроса все его ответы свелись к «нет» или «да».