Привидение

- Если что-то нужно будет, скажите, - улыбнулся риелтор, пожимая руку новому жильцу. - Конечно, Ваш номер телефона у меня есть. Большое спасибо за наводку, - Хекджэ кивнул на дом. – Это просто чудесная цена за такое великолепие. Риелтор посмотрел на здание, кивнул и пожелал ужиться с домом. После чего выдал остаток документов и уехал дальше работать. Хекджэ недоуменно посмотрел вслед отбывшему мужчине. Что значит «ужиться с домом»? - Ты так и будешь там стоять? – девушка достала из машины коробку и замерла с ней в руках. – Или все-таки поможешь мне с вещами? Хек посмотрел на нее и хитро улыбнулся. С Хёрин они знакомы уже больше двух лет, большую часть из которых прожили вместе. Именно поэтому она знала о его периодических зависаниях в пространстве. Творческие личности, они всегда со странностями. У кого больше, у кого меньше. - Ты же знаешь, у меня тонкая душевная конструкция и она не переносит тяжести! - Ага, - девушка хмыкнула. – А моя душевная конструкция, видимо, называется «тяжеловоз, одна штука». Хёрин чмокнула подошедшего к ней Хекджэ и кивнула на оставшиеся в машине коробки. Не так чтобы много. Просто осталось самое объемное барахло. - Давай-давай, не отлынивай. Время - деньги. Это был уже третий переезд за этот год. Со второго не прошло и трех месяцев, но предыдущая квартирка ничем не помогла художнику в его планах. А творить что либо там, где обстановка давит, а не располагает, было сродни мазохизму. Хек любил открытое пространство и свежий воздух, потому квартирка в самом центре города была изначально рассчитана на «внезапную и радикальную смену декораций». Но потерпела полный крах, вызвав полностью противоположный эффект. На этот раз покупка была более традиционной. Деньги, заплаченные за двухэтажный (с чердаком трехэтажный) особняк, были просто смехотворны, потому Хекджэ очень гордился собой. Из-за фиаско с квартирой, его финансы начали иссякать, потому муза нужна была срочно, иначе через два-три месяца они с Хёрин могли оказаться без масла на хлебе. А через четыре – вообще без хлеба как такового. Внутри дом был таким же милым, как и снаружи, хотя казался великоват для двух человек. Огромная двухстворчатая дверь вела в здание европейского вида, больше похожее на смесь коттеджа и замка (даже две башенки имелись), чем на жилой особнячок. Видимо, семья основателей не поскупилась на схемы, задумки и фантазии. Отделка фасада радовала глаз, не кидаясь вычурностью и не ослепляя цветастостью. Широкие окна создавали впечатление открытости и гостеприимства, а красиво выложенная «чешуйками» крыша слегка отливала золотом, хотя и была бордового оттенка. Внутри целых три спальни, хотя пара уже давно перешла тот порог в отношениях, где нужно было разбегаться на ночь по отдельным лежбищам. На кухне осталась потрясающая мебель. Лестница на чердак пряталась в потолке, как откидная. Кабинет радовал простором и выходил окном на небольшой прудик на соседнем участке. Хёрин нравились большие окна, через которые проходило много света днем, Хекджэ понравилась одна из стен дома, между двумя башенками, где здание начинало походить на средневековый замок. Каждый был доволен по своему, потому ожидал от заселения только положительных эмоций. -*- Положительных эмоций хватило примерно до утра. - Хекджэ, ты взял мою чашку? Ты же знаешь, я это не люблю! – Хёрин стояла в дверях, уперев руки в бока. На улице было божественно. Не жарко и не холодно. По небу проплывали корабли облаков, то закрывая солнце, то позволяя ему светить по-утреннему косыми лучами. - Чашку? Нет, я пил из своей, - Хек показал посуду, которую держал в руке. - Я не могу её найти… - пожаловалась Хёрин. - Ммм… Давай поищем. Уверена, что уже распаковала её? - Да! Я вчера вечером пила из неё! Мало того, йогурт… - Что с ним? – Хекджэ прошел в дом, обнимая девушку и заводя её внутрь с собой. – Невкусный? - Его тоже нет! Хёрин оттопырила нижнюю губу, показывая, что она обижена на такое положение вещей. Хек незаметно улыбнулся, его всегда забавляла мимика этой девушки. - В холодильнике нет? - Нет, я там посмотрела первым же делом! - А на столах? - Тоже! Ты его не ел? - Ты же знаешь, что я не люблю кисломолочное. Непродолжительные поиски показали, что чашка была в коридоре на небольшом столике, который они не успели перенести вчера на предписанное место. А вот йогурт провалился сквозь землю, как бы они его не искали. - Может, мы забыли его в магазине? - Да нет же! Я помню, что он лежал наверху в пакете. Не приснилось же мне, - проворчала Хёрин. - Наверняка он стоит где-то на видном месте, а мы с тобой его не замечаем, - Хекджэ обнял обиженную девушку. – Найдется. - Ага, уже испортившийся. Мне ведь он нужен сейчас… - Тогда, - протянул Хек, заглядывая в ее лицо. – Съездим за новым? Выберешь любой, какой понравится. - И шоколадку, - пробурчала Хёрин. - Даже две, - засмеялся художник и чмокнул девушку в лоб. - Хекки, я тебя так люблю, - она повисла на его шее. - Я тебя тоже. Давай позавтракаем и поедем? Дождавшись кивка, Хекджэ повел Хёрин обратно на кухню. Он заметил на подоконнике рамку с фотографией. На ней была изображена семья из родителей и двух мальчуганов дошкольного возраста. Девушка проследила за взглядом и взяла в руки незнакомый предмет. - Думаешь, осталось от предыдущих хозяев? - Наверное. - Я пойду, выброшу. - Зачем? – не понял Хек. - Ну, это ведь наш дом теперь. Зачем нам память о незнакомых людях, пусть и живших здесь когда-то? Хёрин унесла фотографию в коридор, и уже оттуда Хекджэ услышал стук упавшей в мусорку рамки и звон разбившегося стекла. -*- Утром на подоконнике кухни обнаружилась такая же фотография. Тоже в рамке. Хёрин нахмурилась, косясь на Хека, но выбросила её снова. Каждое утро, в течение двух недель на том месте появлялась фотография семьи, не всегда в рамке, но само изображение было одинаковым. Это безумно бесило девушку, слегка удивляло Хекджэ, и приводило к странным ссорам, в их, казалось бы, ужившемся дружном коллективе. В итоге, они договорились до того, чтобы оставить в покое странное изображение. На следующее утро, фотография снова была в рамке. Хёрин только вздохнула, переглянувшись с Хеком. Странная фотография, странный подоконник. Но эта странность не такая, чтоб и плохая. Даже интересная. Было о чем посплетничать и посмеяться за ужином. Одной ночью, когда Хек долго не мог заснуть и сидел в студии рисовал при свете ламп, он услышал невнятный шум. Через пару минут к нему зашла Хёрин, соблазнительно заспанная, с художественным беспорядком на голове. - Эй. Ложись спать, - улыбнувшись, прошептал Хек. - Без тебя не спится, - пожаловалась девушка. - До этого ты не жаловалась на бессонницу, когда я уходил по ночам рисовать. - Что-то получается? – оживилась она и подошла ближе, обнимая парня за шею. Хекджэ кивнул. - Кажется, это место нравится моей музе. - Ещё бы! Есть где разгуляться, - хихикнула Хёрин. Послышался скрип, какой-то стук и шаги. Хек и девушка одновременно посмотрели на потолок. Звук смолк, и в доме настала тишина, теперь слегка загадочная и где-то даже пугающая. - Сверху ведь только чердак, - недоуменно протянула Хёрин. - Пойду, проверю, - Хек взял фонарик, включил его, проверяя батарейки, и кивнул. – Останешься тут? - Только ты быстро, ладно? – девушка кивнула и села на стул, зябко поджимая голые ноги. Хекджэ поднялся на чердак и осмотрел его вдоль и поперек, обходя горы хлама, оставшегося от предыдущих хозяев. Он даже подумал, что как-то нужно будет перебрать эти коробки, в них тоже могут найтись интересные вещи, необходимые переменчивому вдохновению. Антиквариат – это неплохой толчок для музы. Но ничего подозрительного Хек не нашел, потому спустился с чердака, поднял лестницу, чтобы она не перегораживала проход и вернулся в мастерскую. По разведенным рукам Хекджэ Хёрин поняла, что поиски оказались тщетными. - Мы уже засыпаем. Потому и кажется. Пойдем спать. -*- Достаточно продолжительное время прошло под девизом «расставь-разложи вещи и уберись в доме». Зато это предоставило широкие возможности для того чтобы проявить свои художественные способности. Правда, выматывало до предела. Таскать на второй этаж разобранный шкаф, собирать его без потерявшейся где-то инструкции чисто на интуиции, после чего долго смеяться, потому что, казалось бы, не подходившая деталь банально требовала поворота на пару десятков градусов. На фоне огромного пространства в доме, количество мебели выглядело просто смешно. Оставалось так много пустых углов, что волей-неволей комнаты навевали на мысль о каком-то магазине или наполовину распроданном складе. Зато очень удобно было играть в прятки для ведущего, практически все просматривалось от дверного проема комнат – хочешь-не-хочешь, а попадешься. В перерывах между распределением мебели, Хек садился рисовать. Картина обретала все более и более реалистичные краски, когда в один момент муза не сказала «стоп». Художнику резко разонравилась эта задумка. Мазки казались ему слишком топорными, цвета где-то слишком яркими, а где-то ненатурально бледными. Расстроенный тем, что не смог довести идею до ума, он снял холст, поменяв его на «свежий». Незаконченная картина сиротливо примостилась в углу. В процессе распределения вещей Хекджэ не нашел одну из своих футболок, слегка расстроился, потому что наверняка оставил её в квартире, и возвращаться только ради одного элемента одежды было бы глупо. Тем более, это не единственная футболка, носить есть что и немало. Потому он здраво рассудил, что переживет потерю с честью, выпив бутылочку минералки за её упокой. Когда мебель, наконец, заняла свои места, а пыль и мусор были вынесены, Хек и Хёрин устроились на диване, обсуждая планы на следующий день. Планы казались простыми, но предполагали большие временные затраты, потому они оба предположили, что часть не состоится из-за «ой, как-то лениво, мы же только переехали». На фоне работал телевизор, показывавший новости. - Ну, нам нужны шторы, потому что наших не хватило на все эти окна, - заявила девушка, отпивая из чашки чая. - Можно посмотреть на чердаке – там целый склад вещей. Вполне возможно, что там есть и шторы, - Хек потянулся. - М… Ладно, тогда давай завтра и займемся этим. А если не найдем, то пойдем в магазин. Кстати, вынеси пока что мусор… Хекджэ поморщился, но все-таки пошел выполнять поручение. На пороге дома он заметил очередной пакет с провокационно торчащим хвостом какой-то игрушки. Это был уже не первый случай. Хек считал, что им с Хёрин таким нехитрым способом скидывали ненужные вещи, хотя вначале они дружно думали, что это своеобразное гостеприимство - подарки от соседей на поселение. Но прошла уже не неделя и даже не две с момента новоселья, а упаковки с конфетами и игрушками все еще появлялись на пороге. Хекджэ радостно лопал сладкое, считая это странным, но очень милым явлением. Девушка уже который раз хмурилась и даже злилась, потому что подарки можно было отдать из первых рук. Тогда Хёрин бы точно знала, кто такой добрый. Пока же они только удивленно косились друг на друга и уничтожали лакомства с чаем, радуясь, что с голоду они так точно не помрут. Мягкие игрушки были милыми, но совершенно не подходили к "дизайну", который пытались организовать для дома Хёрин и Хек. Поэтому на чердак отправлялись абсолютно все плюшевые бонусы из пакетов. -*- Хёрин радостно знакомилась с соседями, договаривалась о встречах и совместных ужинах, выспрашивала про подработки и места развлечений. А Хекджэ следовал за ней, изучая окрестности и магазины, ища какие-либо зацепки, чтобы потом облечь их в картины. Кое-где Хек наметил места для «медитаций с мольбертом». Одно из них было неожиданно связано с корзинами в магазине. Правда идея, которая появилась в мозгу художника, от оригинала заимствовала только сеть переплетенных прутьев. Но бывали и более странные причинно-следственные связи у вдохновения. Хекджэ находился в том состоянии умиротворения, что его могли бы сейчас увести, украсть или даже убить, потому что большая часть сознания юноши находилась в данный момент в творческих далях «дайте мне мольберт и краски»… К третьему магазину Хёрин только оживилась, а вот Хек наоборот перенасытился впечатлениями. Заметив, что парень старается слиться с окружающими шторами и обоями, девушка смилостивилась, и дала добро ехать домой. - Много узнала? – спросил Хек, перехватывая пакеты. - Да… А ещё заметила, что все как-то странно на нас смотрят. - В смысле? - Ну, я не знаю, как объяснить. Как только они слышат, что мы въехали в дом номер двенадцать, сразу как-то затихают. Такое впечатление, что я сказала какую-то невиданную новость. - Хм. Может, просто завидуют? Хёрин хмыкнула. - Ну, или не ожидали, что мы можем себе такое позволить… Никто из них не решился озвучить мысль, что проблема была все-таки в доме. И что цена на него могла быть низкой по какой-то вполне конкретной причине. Но по приезду обнаружили, что здание не разваливалось, злые соседи на крыльце не поджидали и полицейские не караулили, сотрясая дубинками. Тем страннее выглядело поведение новых знакомых. - Я пока распакую продукты, а ты разберись с обновками в гостиной, - Хёрин утащила пакет на кухню, оставляя Хекджэ со вторым, потяжелее. Он успел только вытащить упаковку с первой парой штор, когда в комнату вошла озадаченная девушка. - Хекки. Кажется, у нас тараканы. - Где? Ты видела одного? – Хек повернулся к Хёрин. - Там на столе были яблоки для пирога. Теперь их нет. - Совсем нет? А в холодильнике? - Нет. - Ты точно оставляла их там? - Точно! Я оставила их там, потому что помыла и отобрала по размеру, чтобы было удобно нарезать в начинку! - Может, дух дома съел? – Хек расплылся в подначивающей улыбке. - Что-то он слишком материальный для духа! Столько сожрать! - А что, ты видела тараканов, которые могут слопать яблоко целиком? Они скорее бы оприходовали хлебобулочные какие-нибудь. - Ну, пойдем, посмотришь! Раз не веришь на слово. На кухне на столе действительно стояла миска, но в ней очень даже наличествовали фрукты. Хекджэ заломил бровь и кивнул на компрометирующие плоды. Хёрин показала на тарелку и продолжила ябедничать: - Там было два килограмма яблок кисло-сладких. И килограмм сладких. Остались только кисло-сладкие! А в рецепте требуются сладкие. И что мне теперь делать?! Может, это не тараканы, а мыши? - Целый выводок? Причем очень голодный. И где они были раньше? Хёрин недовольно поежилась, отказываясь отвечать на провокационный вопрос, да и вообще не горя желанием развивать тему. Хекджэ ехидно улыбнулся. - Кто-то боится мышек? - Не боюсь я! – фыркнула девушка, отворачиваясь и направляясь к холодильнику и пакету с едой. - Ну, тогда можешь смотреть под ноги. Не наступи… Хёрин взвизгнула, не особо разбираясь, где могла находиться мышиная угроза и существовала ли она на самом-то деле. Она дернулась в сторону, в попытке залезть на столешницу и подтянуть ноги. Хекджэ, не удержав мину безразличия, расхохотался, девушка кинула в него губкой. - Дурак! Хек положил пойманную губку на стол, проследил, чтобы девушка спустилась на пол без эксцессов, и вышел из кухни. Он вспомнил про картину, которую когда-то оставил незаконченной и решил избавиться от лишнего. Как минимум отнести её на чердак, если рука не поднимется выбросить. Но холста не оказалось ни в мастерской, ни в гостиной, ни возле входной двери «на выброс». Художник некоторое время пытался понять, куда же она могла оттуда деться, а потом решил, что Хёрин её убрала, чтобы не мозолила глаза. Он был благодарен за это девушке. Незаконченные произведения часто притягивали депрессивные мысли и убивали энтузиазм на корню, а так как свое дите убить очень сложно, эту роль брала на себя Хёрин. Хек вздохнул со спокойной душой и вернулся к прерванному делу. -*- Последующую неделю Хекджэ и Хёрин провели дома: художник вдохновенно творил, девушка искала по сайтам работу, а заодно отвечала на заказы, которые сыпались на почтовый ящик Хека. Нередко Хёрин засыпала на диване в гостиной за ноутбуком. Хекджэ предпочитал спать на коленях своей девушки, но время сна у них никогда не совпадало. Разве что пару часов под утро, когда Хек уже начинал засыпать за мольбертом, а Хёрин ещё не проснулась. Такое расписание в принципе было не новым, оно складывалось на протяжении чуть ли не всего периода их совместной жизни. Но «расцвести» аж настолько, смогло только сейчас. Каждому доставалось несколько часов «наедине с собой», потому оба были довольны. - Хмм… Хекджэ посмотрел на пустую баночку из-под его одеколона. Совсем недавно ему казалось, что замену не придется искать в ближайшие полтора месяца. Но Хек привык периодически преувеличивать что-то, пусть в этот раз его ошибка относилась к материальной вещи. - Ладно, куплю новый… Он вспомнил про ночное происшествие и направился к своей девушке, чтобы разобраться. - У нас не закрывается нормально холодильник? – спросил Хекджэ, заходя в гостиную. - Почему? Хорошо закрывается. - Я сегодня ночью проснулся, захотелось перекусить… Спустился, а холодильник светится щелкой от приоткрытой двери. - Странно. Я плотно закрывала, когда желе прятала вечером. - Вот потому и думаю. Может, там магнит слабый? - Может быть. Хёрин сходила на кухню, вернулась и пропилила парня подозрительным и обличающим взглядом. Хекджэ вопросительно заломил бровь в ответ. - Ты беременный? - С чего такой вывод? - У нас опять пропадают продукты! Но, почему пропадает такой невероятный набор: сгущенка, колбаса, сметана? Хек подавился вдохом, отложил газету и пошел проверять новость. Полки действительно были заполнены едва ли больше чем наполовину, и озвученных ранее продуктов на них не наблюдалось. Как минимум в том количестве, в котором они были поставлены в холодильник вчера вечером. Хекджэ сам пробовал на вкус колбасу перед сном, и помнил, что её оставалось ещё чуть больше чем пол палки. Сгущенки было две банки это точно, иначе её бы не хватило на какую-то там начинку, по словам Хёрин. Ну, а сметана, хоть и была «старожилкой», но все-таки была в наличии в пакете. Теперь он выглядел очень уж тощим, наверняка пустым внутри. - Это не я, - уверенно ответил он. - Птички? – скептически уточнила девушка. – Или «перекусить» ты решил целой палкой колбасы, помазанной сгущенкой со сметаной? - Говорю же, не я. Хёрин покачала головой. - В этом доме происходит что-то странное… Проклят он, что ли? -*- Хек наконец-то нашел в себе силы для одного из самых важных дел: покупки необходимых для рисования вещей, и, как следствие, поездки в магазин. Дорога заняла неожиданно больше времени, чем рассчитывал парень, но приятное разнообразие ассортимента моментально вернуло настрой. Он запасся красками в художественном магазине, купил понравившуюся пышную кисть, представив, на что можно будет ее пустить, приобрел целую упаковку различных холстов, понимая, что потом может не быть времени на магазины. Сгрузив близкие сердцу причиндалы, художник заметил бутик с духами и, вспомнил о том, что у него закончился одеколон. Лучше случая и не придумаешь, все-таки запах духов и туалетных вод, Хекджэ предпочитал выбирать сам, а не тогда, когда ему каждые пять секунд повторяют над ухом, что «вот этот сейчас популярнее, а этот мне нравится». Через час, у парня болела голова от обилия всяческих сочетаний эмульсий и вытяжек, но результатом он был доволен. Это, конечно не то, что было у Хека прежде, но тоже имело какой-то свой шарм. По возвращении Хекджэ разложил купленное по местам, после чего решил разобраться с текущей картиной. Но всплыла неожиданная проблема. Исчезновение необходимой краски, а ведь он только вернулся из магазина, и ехать обратно было поздно. Он перерыл всю выходную сумку, багажник и салон машины, и даже шкафы на первом этаже. Парень точно помнил, что не носил художественный набор на второй этаж. Хотя, учитывая то, что на первом тюбика не оказалось, художник уже совершенно серьезно собирался обыскать ещё и его. Примечательно было то, что вместе с тюбиком пропала одна из кистей. Тонкая. Ей было так удобно прорисовывать высвеченную солнцем шерсть животных. - Что случилось? – Хёрин замерла в дверях кухни, которую не обошел вниманием Хек. - Вещи пропали. - Опять? Много? – она подошла ближе. – Что именно пропало? - Красная краска, тюбик. И моя «Паутинка», - художник вздохнул. – Я мог уже сегодня закончить картину… Где я в такое время найду тонкие кисти? - Я тебе уже который день толкую, что-то с этим домом не так! У нас постоянно пропадают вещи. Я уже не верю, что мы можем быть настолько рассеянными! - Брось. Может быть всякое… Сверху послышался глухой удар чего-то большого, протяжный скрип, закончившийся ещё одним ударом и гнетущая тишина. Хекджэ переглянулся с Хёрин и пошел смотреть, что могло издать такой спектакль. Девушка, заметно обеспокоенная такими звуками, увязалась следом. - Ау? Здесь кто-то есть? – Хек обсмотрел весь второй этаж, но никого не нашел. – Ничего не понимаю. Лестница на чердак была поднята. - Ты ведь не купил дом с привидениями? – уточнила Хёрин, ненатурально бледная. - По крайней мере, меня об этом не предупредили. Теперь цена за дом не казалась такой необоснованно низкой. Что-то действительно было не так. -*- Когда в течение следующей недели они начали все чаще испытывать сонливость, а Хекджэ из-за этого совершенно не мог писать картины, Хёрин заявила, что не будет бездействовать и ждать пока этот дом выпьет из них все соки. Уже к вечеру следующего дня она расспросила соседей (Хекджэ с ужасом представил, как она их допрашивала) и выяснила, что в этом доме была когда-то зверски убита семья. Мало того, младшего из детей не нашли и посчитали пропавшим без вести. Говорили, что его дух поселился в доме. Некоторые из тех же соседей приносили к дому игрушки и сладости только для того, чтобы «мальчик не скучал». Фотография в газете была идентичная той, что стояла на кухне в рамке. Той самой, что не желала покидать дом и возвращалась каждый раз на место. - Так вот, что риелтор имел в виду под «ужиться с домом», - задумчиво протянул Хек. - Отлично! – обижено всплеснула руками Хёрин. – И ты не обратил внимание? - Обратил. - И промолчал?! - Откуда я знаю, может, это у него такая фраза традиционная при поселении, - пожал плечами Хекджэ. - Отличная фраза, ничего не скажешь, - ядовито заметила девушка. - Этот дух, между прочим, выгнал предыдущих владельцев. И тех, что были до них! - Ты думаешь, это правда? - Они жаловались на странные звуки, пропадающие и разбитые вещи, - девушка перечислила причины. – Говорят, даже надписи появлялись? - Где появлялись? - На стекле. На стенах. Хек фыркнул. - Я тебе тоже могу оставлять записки на стенах. Вон – целый вагон красок. - И что? Хочешь сказать, что это все шутки? - Это все могли напакостить дети. - У последней семьи не было детей. Это была пожилая пара. - Наверняка, это выдумки, лишь бы переехать от надоедливых соседей… - Ну, конечно! А наши проблемы тогда кто «спонсирует»? Папа Римский? - Да нет, он староват для такого. - То-то же. Соседи говорили, что у одной из семей доходило до крови. - Привидение кого-то убило? – Хек заломил бровь. - Нет, из-за него члены семьи покалечились. Художник вздохнул. Он был скептиком в таких вопросах. Хотя не мог отрицать, что вся эта ситуации попахивала паранормальщиной больше, чем следовало. - А когда случилось это все? – Хекджэ проигнорировал беспокойство в голосе и действиях своей девушки. - Чуть больше десяти лет назад… Хекки, давай уедем отсюда? - Ты веришь во всю эту чушь про привидений? Брось. Да и у меня только-только начало что-то получаться. Хёрин надула губки, но потом вздохнула. - Надеюсь, ты прав, и нам это привидение ничего не сделает. Тем же вечером Хекджэ обнаружил свой новоприобретенный одеколон в разбитом состоянии в раковине. Он проверил полочку, над ней и решил, на всякий случай, её укрепить и сделать некое подобие бортиков, чтобы больше оттуда ничего дорогостоящего не падало. Жаль ведь денег. -*- Возвращаясь домой с парной прогулки, художник заметил на крыльце своего дома какого-то незнакомого парня школьного возраста. Тот рассматривал дверь так, как будто ждал, что оттуда кто-то выйдет. - Молодой человек, - окликнул Хек незнакомца. – Вы что-то хотели? Хёрин окинула подозрительного парня взглядом и замерла в шаге от художника. Парень улыбнулся по-чеширски широкой улыбкой. - Здесь живет мой друг. - Здесь? – уточнил Хекджэ. - Да. В этом доме, - кивнул он. - Эм, - Хек замялся и на всякий случай проверил, что пришел к нужному адресу. – Здесь уже третий месяц как живем мы. Хекджэ показал на себя и Хёрин, которая согласно кивнула. Парень окинул их взглядом и снова улыбнулся. Хек почувствовал себя Алисой, стремительно падающей в нору. Что-то было странное в этом юноше. - Понятно. Думаю, он рад таким сожителям, - парень потопал к воротам, поправив лямку рюкзака на плече. Хёрин посмотрела на пакет, лежавший на пороге, и указала на него Хеку. Они не оставляли ничего такого, когда уходили. Для почтальона было уже поздно, да и штампа с марками заметно не было. - Ты забыл свои вещи, - окликнула уходящего девушка. - Это для него, - незнакомец кивнул на дом. – Оставьте на столе. Он найдет. - Что это значит? – возмутилась Хёрин. – Хочешь сказать, что мы живем с кем-то? С каким-то беженцем? - Я думаю, вы и так уже это заметили, - парень поклонился, - доброго дня. - Стой! – девушка дернулась в сторону ворот, чтобы догнать странного юношу. – Объяснись! - Простите, но мне нужно успеть на курсы, - ответил парень. Хекджэ поймал Хёрин за руку и покачал головой, когда она негодующе посмотрела на него. - Давай не будем сейчас выяснять отношения с незнакомцами? Оставим как есть. Мало ли к чему это. - А посылка? – девушка заглянула в пакет. – Тут одежда… - Пусть полежит, места оно все равно много не займет. - Погоди, - Хёрин притормозила входившего в дом Хекджэ. – То есть для тебя нормально то, что в нашем доме живет какой-то мифический «друг»? - Эм… - интеллектуально протянул парень. - Я, например, совершенно не согласна с таким положением вещей! Если здесь живет ещё кто-то, то я требую, чтобы мы его нашли и вышвырнули. Тоже мне, приют для сирых, убогих и обездоленных! - Может, мальчик просто пошутил? – с надеждой спросил Хек, понимая, что весь остаток дня проведет за обыском дома, а не рисованием. - Вот когда мы никого не найдем, тогда и посмеемся, - мрачно пообещала девушка. Как и предполагал художник, весь день они провели за тем, что осматривали дом: всю мебель, заглядывали в комнаты и простукивали стены. Под конец Хекджэ с Хёрин залезли на чердак, честно прочесали свободное пространство между коробками со старым хламом, оценили взглядом крышу, дружно решили, что Карлсонов у них не может водиться, и спустились вниз. Хёрин, наконец, успокоилась, хотя и была расстроена тем, что убила день впустую. Тем же вечером пакет исчез бесследно. Девушка, обеспокоенная странной встречей и пропажей вещей из дома, сказала, что нужно поменять замок на дверях, чтобы в дом не лазили разные «мальчики с посылками». Хекджэ решил, что спорить будет глупо. Это действительно уже переходило всякие пределы нормального. - Хекки, я все-таки настаиваю, чтобы мы убрались из этого дома. Ты понимаешь, что в этом городе все, абсолютно все, считают, что пропавший мальчик, до сих пор живет здесь? - Не перегибай. Не все. Если бы все население в городе приносило по пакетику конфет к нашему порогу, мы были уже лежали в больнице с проблемами поджелудочной – столько сладкого жрать. Все нормально, не переживай. - Как бы твоя уверенность нам боком не вылезла! – сказала Хёрин, все ещё косясь на место, где лежал пакет с принесенной одеждой. -*- - Как можно было забыть взять кошелек, если мы собирались в магазин?! – девушка скрылась в доме, оставив Хека возле машины. Они действительно оставили в коттедже все деньги и карточки, отправившись на закупки без гроша в кармане. Пришлось возвращаться, хоть это и плохая примета. - Хекджэ! – почти панически закричала Хёрин. Очень плохая примета. Хек кинулся на голос и застал девушку на кухне, прижавшуюся к стенке. - Что случилось? Что с тобой? - Кастрюля. Смотри! – она дрожащим пальцем указала на утварь, провокационно стоявшую на плите. – В ней вода! Художник нахмурился, не понимая, в чем паника. - Мы уехали всего двадцать минут назад! Я все прятала по шкафам! – Хёрин всхлипнула. – А она стоит на плите. С водой. Хекджэ подошел к плите и почувствовал от кастрюли тепло. Вода внутри была едва теплой, а значит, её пытались нагреть. - Это все он! – девушка тыкнула куда-то в сторону потолка. - Кто? - Призрак пропавшего мальчика! Я уверена! - Тише-тише. Успокойся… - Хекки, я не могу так! Давай уедем? Вдруг он начнет не только воду греть и вещи переставлять? - Тебе жалко воды? Может, он себе рамен хотел сделать? Если он всего лишь голоден, то это свойственно всем детям. Пусть ест… - Хекджэ обнял дрожащую девушку. – Успокойся. Ничего страшного он не делает. Они простояли в обнимку некоторое время, пока Хёрин успокаивалась. Когда она смогла спокойно говорить, Хек сказал, что все-таки поедет в магазин, и ничуть не удивился тому, что перепуганная девушка увязалась за ним, не желая оставаться дома под каким-либо предлогом. Шопинг как ничто другое успокаивает нервы женского населения земли. Хёрин под вечер была довольна и счастлива, а Хекджэ поглядывал на пакет с бутылочкой одеколона. Художник решил не перенюхивать опять весь бутик, и, не дав девушке и рта раскрыть, просто попросил приготовить бутыль такого же, как он брал недавно (благо, на память на названия он никогда не жаловался). Когда обоим захотелось спать, на часах было чуть больше девяти вечера, но от чая их, видимо, окончательно разморило, потому вырубились оба, едва головы коснулись подушек. -*- В относительном мире они прожили целых полтора месяца, ни разу не замечая ничего странного или мистического. Как будто все паранормальные силы, заметив, что пара ожидает их появления, «залегла на дно до лучших времен». Единственное, что не радовало, так это завал с работами и постоянная сонливость. Хекджэ порой засыпал, если проводил на одном месте дольше двадцати секунд. Они решили, что это все от весеннего авитаминоза, потому накупили целую гору таблеток для повышения иммунитета и общей терапии. Во второй половине дня на улице потихоньку накрапывал дождь, грозясь перейти в ливень, так что Хёрин предложила устроить просмотр чего-то приятного, завернувшись в плед. Хек поддержал затею, тут же устроив в спальне мини-кинотеатр с ноутбука. Романтический просмотр фильма прервался на середине самого кино, потому что пара не могла вспомнить, чем он закончился, - они банально уснули. Мало того, Хёрин, не обнаружившей рядом телефона (исполнявшего роль будильника), пришлось расталкивать Хекджэ, потому как тот уже находился в той фазе сна, которую хорошо описывает сочетание слов «как колода». - Хекки, - позвала девушка, заметив, что парень, наконец, может вполне адекватно реагировать на окружающую среду. Хекджэ вопросительно посмотрел на Хёрин. - Я оставила внизу свой телефон. Принеси, пожалуйста, - она состроила милое личико. - Ладно, с тебя завтрак. - Как будто не я его готовлю постоянно. Хек вышел в коридор и с непривычки, или из-за сонливости, повернул не туда. Перед ним оказалась опущенная лестница на чердак. И девочка в длинной белой футболке и таких же белых штанах весьма пошарпанного вида. Под нечесаными волосами не было видно, что выражало лицо девочки, но на фоне пережитого и испытанного ранее моментально проснувшийся Хекджэ не горел желанием выяснять это прямо сейчас. Девочка была абсолютно недвижима, как будто была нарисована на ступенях лестницы. - Что случилось? Хекки? – Хёрин все-таки встала с кровати и подошла к своему парню. А потом она посмотрела в ту сторону, в которую уставился Хек. И завизжала. Метнувшись назад в комнату, она споткнулась об порог и упала. Хекджэ, оглохнув на одно ухо, обернулся, чтобы поднять свою девушку. Хёрин испуганно вцепилась в Хека и отказалась отходить от него, куда бы то ни было. Ещё больше она не хотела опять выходить в коридор. Как назло её мобильный телефон начал играть на первом этаже, извещая, что кто-то пытается связаться с хозяйкой. Хёрин расплакалась. Хекджэ кое-как успокоил её, уложил на кровать, где она прилипла к изголовью, и пообещал вернуться быстро. А главное живьем и одним куском. В коридоре девочки уже не было. Хек включил свет и осмотрелся: только пустой коридор и спущенная лестница. Хекджэ залез на чердак, посекундно озираясь вокруг и ожидая нападения полуразложившихся девочек или паранормальных объектов. Ну, или на крайний случай, просто летающих предметов меблировки. Ничего такого там не обнаружилось, что уж слишком контрастировало с тем, что произошло буквально только что. Хекджэ решил, что проще всего найти что-то в хорошо освещенном месте, потому, проходя по зданию, он включал свет везде, где только мог. В доме не было никого, кроме хозяев. Слегка успокоившись от этого, Хек вернулся в спальню, где застал Хёрин вызывающую такси. У кровати лежала небольшая сумка, девушка скидывала на нее одежду из шкафа вместе с плечиками. Она бросила телефон парня на кровать и взялась за сборку с удвоенным энтузиазмом. - Хёрин? – окликнул ее Хек. - Я не собираюсь оставаться в доме, где привидение уже имеет наглость появляться на глаза. Никогда ещё появление призраков не вело ни к чему хорошему! Ещё и таких! Пропал мальчик, а тут девочка, - она нервно выплевывала слова, отталкивая Хекджэ и вытаскивая одежду из другой части шкафа. - Какого черта она вообще является?! Зачем ей еда?! Она же призрак! А потом пища закончится, и она сожрет нас?! Нет спасибо! Понятно, почему соседи сладкое приносят. Чтоб она жрать их не начала! Художник заметил, что Хёрин надела пальто поверх ночной рубашки, не размениваясь на переодевания. Она нервно расхаживала по комнате и экспрессивно жестикулировала. - Хёрин, успокойся. Ничего страшного не произошло… - попробовал урезонить ее Хек, поймав за руку на очередном кругу. - Не произошло?! - девушка выдернула руку и, не веря собственным ушам, посмотрела на парня. - Хекджэ, послушай себя! Ничего страшного не произошло?! Мы живем в доме, залитом кровью! Здесь убили людей. За нами охотится дух какой-то странной девчонки! У нас пропадают вещи! Соседи возлагают на крыльцо игрушки и сладости, как на могилу. Как будто мы тут и не живем вовсе! Она принялась яростно запихивать гору вещей в сумку, не заботясь о том, что они помнутся и, возможно, порвутся. Хекджэ подошел ближе, присел рядом с девушкой и положил ладонь ей на спину. - Ты слишком сильно реагируешь... Она же ничего страшного нам не сделала. - А что это ты ее защищаешь? - злобно зашипела Хёрин. - Я... - Что, с ней интереснее? Я тебе надоела? Аааа... - она нервно хохотнула, и Хекджэ заметил, что ее глаза хаотично заблестели. - Все понятно. Ей нужен ты... Понравился, да?! Девушка сорвалась на крик, вскочила и, смотря на потолок, продолжила кричать: - Завидно стало? Все слишком хорошо и прекрасно? Решила разлучить, да?! А дальше что, рассорила, разлучила и убила?! - Хёрин... - Хекджэ еще раз позвал ее, но на этот раз она даже не посмотрела на него. - Заколдовала? Думаешь, все по-твоему постоянно будет?! Хрена с два! Гореть тебя в аду с твоими задумками. - Призраку и без ада весело на свете. - Это из-за тебя сбегали жители дома, да?! И мальчика, небось, ты сожрала! Потому его и не смогли найти! - девушка подхватила сумку и направилась вниз. - Я ни минуты больше здесь не проведу. Хекджэ, ты едешь со мной? Хек спустился следом за Хёрин. - Нет. Она остановилась и как на шарнирах развернулась к парню. - Что? Ты с ума сошел?! - Не ори на меня. Я не могу себе позволить еще один переезд, денег просто не хватит. - Ты собираешься остаться здесь? - Да. Как минимум до того момента, пока мой кошелек не перестанет просвечивать дном и призрак не начнет меня калечить. - Хекджэ. Ты хоть понимаешь ситуацию? Ты стоишь на месте преступления! Тут убили людей и могут убить еще раз... Тут шляется паранормальная девчонка, которая в любой момент может пырнуть тебя кухонным ножом! - Не преувеличивай. До сих пор привидение не трогало и волосинку на нашей голове. - Да?! А сонливость постоянная? Да она нас усыпляла, чтобы мы не орали, когда резать будут. - Так чего ж нас не убили еще тогда, когда мы в первый раз вырубились? Привидение застеснялось? - Господи, какой же ты глупый и легкомысленный! Мы не спали одновременно... - Спали. - ... А поднимать шум ей не к чему... - Да, во время того убийства ведь вся семья молчала. - ... Она мстит всем, кто входит в этот дом. - Тяжелая работа, стольких еще убить надо. - Хекджэ, ты едешь со мной. - Нет! Я приехал сюда рисовать, потому что у меня была катастрофа с отсутствием вдохновения. А здесь я рисую, практически не переставая. - Тебе твои почеркушки важнее меня? Важнее жизни?! Хекджэ нахмурился. Оскорбление его творчества больно врезалось в сознание. Тем более, что раньше Хёрин никогда не говорила что-то против его способа зарабатывать деньги. - Пойми! Они не стоят того, чтобы ради них так глупо рисковать жизнью! Тем более моей, раз уж тебе плевать на свою. - Для меня эти «почеркушки» и есть жизнь, - холодно сказал Хек. - Ты просто не понимаешь! Это все самообман, - девушка надела кеды прямо на голые ноги. - Мертвым ты не сможешь писать свои долбаные картины! - Если я буду мертвым внутри, я тем более не смогу их писать. Хёрин фыркнула и вышла на улицу, там в самом разгаре шел ливень. Но её это абсолютно не волновало, она хотела поскорее убраться из дома. Художник смотрел, как в дождь уходила огромная часть его жизни. От этого было больно. И отпускать так просто совершенно не хотелось. - Хёрин, не уходи! Успокойся и подумай. Тогда ты поймешь, что... Девушка остановилась рядом с такси и повернулась, чтобы посмотреть на Хекджэ. - Ты едешь со мной? - Нет... - Счастливо оставаться, - лицо Хёрин приобрело нечитаемое выражение, она помолчала и закончила: - Бездарь. После этого девушка села в такси, и оно тут же тронулось с места. Какая-то часть сердца с жалобным скрипом откололась, умирая. Хекджэ долго стоял под дождем, смотря вслед уехавшей машине. В дом он вернулся только тогда, когда небо оглушило его раскатом грома.