Полковник для беты

«Вацлав и Клеман Ожешко были счастливы в браке. Единственное, что омрачало их жизнь, так это отсутствие детей, но потом, после длительного лечения, омеге все же удалось забеременеть, а когда будущим родителям сообщили, что у них будет двойня – их счастью не было предела. Однако радость была недолгой. Оказалось, что их однояйцевые близнецы разнополые. Врачи сразу предупредили, что до конца срока Клеман доходить не сможет. Поэтому, когда на тридцать второй неделе очередное узи показало, что маленькому омеге не хватает «питания», сразу же было назначено кесарево. Как врачи ни старались успеть, урон здоровью омежки был нанесен серьезный. Маленький Матеуш оказался слабеньким и очень болезненным. Он уступал в развитии своим сверстникам и тем более брату-бете Счепану, и с этим ничего нельзя было поделать. С этого момента жизнь семьи Ожешко стала крутиться вокруг Матеуша. Счепан любил своего брата-близнеца до безумия и всячески его опекал. Сначала дома и в родной песочнице, потом в детском саду. Когда мальчики подросли, то оказалось, что Матеуш физически не может идти в школу вместе с другими детьми. Для Счепана стало жестоким испытанием проводить полдня без брата, зато в остальное время они были неразлучны. Повзрослев, бета решил стать врачом, чтобы всегда заботиться о братике. Вначале окончил курсы медбратьев, а потом поступил на заочное, подрабатывая в это время в местном госпитале. Именно тогда в жизни Счепана случилось первое потрясение, впоследствии сильно повлиявшее на его жизнь. Счепан работал в отделении скорой помощи и однажды к ним привезли омегу после студенческой вечеринки. Ни сам пострадавший, ни врачи, повидавшие на своем веку многое, не могли сказать, сколько альф изнасиловали этого бедняжку. Двадцать? Тридцать? На омеге не было живого места, а уж что творилось у него между ног, вообще жуть. Счепан в жизни такого не видел и привык относиться к омегам трепетно и нежно, а тут такое. В общем, его психика не выдержала, и тогда он впервые подсел на седативные средства. Со временем жизнь вернулась в привычное русло, Счепан успокоился и полностью посвятил себя брату. Он мечтал, как найдет ему достойного альфу, который будет любить и оберегать их маленького Матеуша. Мечтал о роскошной свадьбе и куче очаровательных племянников, которых он бы нянчил и баловал, но Матеуш решил по-другому. Он захотел в университет. Как Счепан ни отговаривал родителей, как ни убеждал, что омегам там не место, те оказались непреклонны, ведь они не меньше беты любили своего болезненного сыночка и готовы были исполнить любой его каприз. Счепан, ослепленный братской любовью, не замечал, каким эгоистичным, избалованным и безнравственным вырос Матеуш. Если дома омегу хоть как-то контролировали родители, то оказавшись вдали от них, он пустился во все тяжкие. Веселая жизнь, шумные вечеринки и вседозволенность привели его к наркотикам и смерти от передозировки. Как Счепан пережил похороны безумно любимого брата никто не знал, но после, обвинив родителей в том, что это они виновны в смерти Матеуша, так как неправильно его воспитали, исчез в неизвестном направлении. Только спустя пять лет бета объявился, но вернулся он уже абсолютно другим человеком. Никто не знал, где он пропадал и чем занимался, хотя злые языки поговаривали, что Счепан крепко подсел на тяжелую дурь, но доказательств не было. Сам же мужчина заявил, что на него снизошла благодать, Иисус даровал ему откровение и он стал мессией нового мира. Он говорил, что люди настолько погрязли в пороках, что Содом и Гоморру можно считать практически святыми городами. При этом Счепан утверждал, что вины самих людей в этом нет. Виновны их предки, которые упустили момент, ставший переломным, и если сейчас опомниться, то можно будет очиститься и спастись во время Страшного Суда, нависшего над всей землей. Как ни странно, но у Счепана появились последователи. Наверное, это можно было объяснить только тем, что бета не ставил себя выше других, а назывался слугой народа, и вел себя соответственно. Основой его учения стала следующая классификация: беты – должны стать опорой альф и помощниками омег, альфы – главные, управляют семьей и обеспечивают её достаток, а омеги – занимаются семьей и домом, обихаживая мужа и рожая детей. С виду всё правильно и благочестиво, но Счепан считал, что «очищения» люди достигнут только тогда, когда омеги станут идеальными. Грешные папаши-омеги не в состоянии воспитать маленьких омежек благочестивыми и тогда общиной, которая образовалась из последователей Счепана, было решено, что всех годовалых омежек будут отлучать от пап и воспитывать в закрытом пансионе-приюте. С годами психическое состояние Счепана стало ухудшаться и он начал всё чаще заводить разговоры о том, что Божья кара неизбежна, что они не успеют вырастить новое «чистое» поколение и всех в конечном итоге, несмотря на их усилия, ждет смерть. Но не все альфы хотели умирать без сопротивления, и тогда совет общины принял решение создать «убежище», в котором можно было бы спастись и продолжить возложенную на них миссию. Община приобрела в собственность обширный участок земли в горной местности, на котором и оборудовали полуподземный бункер. В нем создали жилую и техническую зоны, обеспечив всем необходимым. Пробурили глубинные скважины, чтобы иметь воду. Установили генераторы и закачали топливо в несколько подземных резервуаров. Оборудовали склады с долгохранящимися продуктами и материалами. И именно в это время в солнечной системе появилась комета ISON. Счепан провозгласил, что это и есть кара Божья, что пришла смерть и никому не спастись. В день, когда комета врезалась в спутник Земли и Луна сошла со своей орбиты, бета собрал всех своих последователей и объявил, что для всех них пришло время умереть. Люди, верившие своему мессии безоговорочно, согласились покорно принять смерть и стали готовиться к этому великому событию. Однако не все обитатели общины сумели принять решение Счепана как должное. Воспитатели дошкольного отделения пансиона-приюта для омег посчитали, что их миссия - любой ценой вырастить новое поколение «чистых» омег. Поэтому они решили отправиться в «убежище». К сожалению, в их распоряжении было только два школьных автобуса. Загрузив туда две старшие группы, омежек пяти и четырех лет, они вывезли их в убежище. Оставив с малышами двух воспитателей и врача, вернулись за остальными, но с территории общины их больше не выпустили. В то время еще работала сотовая связь и последнее сообщение, полученное врачом от заведующего отделением, гласило: «Нас заперли. Детей готовят к ритуальному сожжению. Заблокируйте вход». Больше известий из общины не поступало». Вот примерно такой рассказ Брожек и услышал от Оли. Помолчав некоторое время, осмысливая услышанное, альфа поинтересовался: – Сколько вообще человек было в убежище? – Пятьдесят шесть, – не задумываясь над ответом, сказал Оли, и пояснил: – Три взрослых беты, я, Рик и пятьдесят один воспитанник. – И куда делись остальные? – Омежкам нельзя было отходить от убежища, но Важек был своевольным. Он тайком взял упряжку и заплутал. Когда дядя его нашел, то тот уже замерз, насмерть. Первый воспитатель умер год назад. У нас стал барахлить один из генераторов, и он попытался его починить, а там что-то замкнуло. Второй нарвался на альф и они его… В общем, он после этого и умер. – На этих словах Брожек досадливо поморщился, но бета не заметил, так как рассказывал, уставившись в стену, почему-то стесняясь смотреть на альфу. – А дядя болел. У него был диабет, сахарный, и когда в убежище закончился инсулин, он слег и зачах. Вот так мы и остались одни. Но я заботился об омегах так, как меня учил дядя. Если бы не эта болезнь, то я обязательно справился бы. – Конечно-конечно, справился. Я даже в этом не сомневаюсь, – Брожек поспешил успокоить парня, видя, как тот на последних словах разнервничался. Ласково погладив его по голове, он задал очередной вопрос, мучавший его любопытство: – Оли, скажи, откуда ты знаешь эту историю в таких подробностях? – Мне дядя рассказал. Он вместе со Счепаном учился в медицинском, там они и подружились, еще в молодости. Потом, когда Матеуш умер, дядя Счепана пытался поддержать, но тот исчез, а когда вернулся, дядя его сначала даже осуждал. – Подожди, так твой дядя был врач? – Ну да. Он при приюте работал, а дядя Рика заведующим там был. – Как же получилось, что твой дядя к этим религиозным фанатикам присоединился? – Это из-за моего папы. Он… Я… В общем, у меня нет отца. Когда у папы была течка его… Ну, против его воли… Несколько альф... Дядя сказал, что этих альф даже наказывать не стали, типа, течный омега, сам со всеми подряд согласен. Но папа не такой был! Он себя для мужа берег, а тут такое… Ну и как только я родился, папа больше жить не захотел и под поезд бросился… Дядя меня забрал и уехал жить туда, где омег уважают. Только он не был таким, как Счепан. Он не хотел умирать и не хотел, чтобы детей убивали. Дядя пытался спасти их. Честное слово! – Я тебе верю, малыш, – проговорил альфа, усаживая Оли к себе на колени и аккуратно обнимая, тихонечко укачивая. – Верю, что твой дядя был замечательным человеком и для всех вас хотел только лучшего. А Оли уткнулся в сильное плечо мужчины и тихо, почти беззвучно заплакал, вспомнив и папу, и дядю, и всё то, что свалилось на его подростковые плечи в последнее время.