— Ты что, гей?! — Хм-м... отличный вопрос!

— Корнелиус, детка! Тебе пришли письма, посмотри обязательно! — Да, мама! — юное блондинистое дарование зашло в свою полупустую новую комнату с письмами в руке. Он только успел освоиться в новом доме и приучился называть миссис и мистера Крункельхорн мамой и папой, но вот к новому имени еще не привык. Да-да, сколько раз говорили Льюису, что ему больше пошло бы зваться Корнелиус, однако от своего первого имени пока трудно отказаться. Льюис сел за свой стол и стал распечатывать письма. Первое было от Милдред. Похоже, что она решила узнать, как дела у маленького Эйнштейна. А второе было явно от Губа: слегка помятое письмецо возвещало о том, что Майкл тоже переехал в новую семью и присылает многочисленные фотографии своего первого кубка. Эх, похоже, что все складывается, как нельзя лучше. Только вот... следующее изобретение никак не получалось. После путешествия во времени Льюису тотчас же захотелось создать все, что увидел, позабыв, что кроме лозунга «только вперед» существует еще «всему свое время». Отложив письма, мальчик содрал со стенда проект, неудачный во всех смыслах: ни расчеты, ни сама модель - ничего в нём не было правильным, кроме самой идеи. Скомкав неудачный чертёж, Льюис перебросил комок бумаги через плечо. — Уху-уху... Курлык! И тот же злополучный проект метко попадает прямо в голову гения. — Ч-что?!.. Но это невозможно! — Ха, папаня, встречай своего сынка, вот он я! — прямо в центре комнаты появилась голубая машина времени, а её водитель нагловато поглядывал с кресла, всем видом стараясь показать крутость сложившейся ситуации. — Уил... — тут заботливая рука сына прикрыла рот блондина. — Не кричи! Даже у стен есть уши... не забывай об этом! — Да-да, прости... Уилбер! Ты здесь! Но... что случилось?! Котелок снова за свое?! Или, что хуже, ты снова разбил другую машину времени? Тебе что, не говорили после всего случившегося, чтобы ты больше ни на шаг к ней не подходил?! — Нет-нет, успокойся! Случилось кое-что похуже всего этого! — Да?! Что? Говори немедленно! — Эм... Мне стало скучно и... — Что?! Ты рисковал своей головой, явно без моего ведома, и... ведома твоей мамы, украл машину времени и прилетел сюда лишь потому, что тебе скучно?! — Эй! Мне стало скучно и одиноко! Ну ты и зануда – точно мой отец! — Я не зануда! Тебя нужно срочно вернуть обратно, пока ты снова не натворил бед! — Я не создаю ни бед, ни проблем! — Да неужели, а кто же тогда забыл закрыть гараж?! — Пф... окей, "один-ноль" в твою пользу, но обратно я так скоро не полечу. И вся эта ссора переросла бы в конфликт, если бы не голос мистера Бада с первого этажа: — Эй, Корнелиус! Ты привел с собой друга из школы? А почему я не слышал, как он вошел? Познакомь меня со своим другом... — Аргх, это папа! И он идет сюда! Быстро, ставь на невидимый режим машину! – и вот, машина исчезла в воздухе, а медленные шаги на лестнице не добавляли уверенности. — Он не должен видеть тебя! Но уже поздно... — Да, ты прав! Тут взгляд Лью падает на потрепанную кепку: — На, надевай. Живо! — Ни за что! Она некрасивая! — Думаешь, я был красивым, когда ты напялил на меня те дрянные фрукты?! — Эй! Между прочим, это был последний тренд и она очень тебе шла! — Да каким это местом, позволь спросить, она мне шла? Плюс, ты сказал, что я выглядел как идиот! — Да соврал я, и шла она тебе! Банановыми участками даже очень... И тут дверь открылась. — Что значит «банановыми участками» очень? — обернулся Льюис к Уилберу. А Бад уже стоял на пороге и глядел на двух мальчишек, говорящих о бананах. Хоть по лицу нового отца Льюиса и было совершенно ясно, что он либо ничего не понял, либо не услышал, но увёртливая натура Уилбера вновь дала о себе знать. — Твои волосы очень похожи на бананы, если разрезать их на тоненькие палочки! Льюис провёл ладонью по лицу и обратил свой взгляд на Бада. — Пап, познакомься, это Уилфред, мой одноклассник! — Очень приятно, молодой человек! Бад повернулся к Уилберу спиной и протянул руку. Тот же деловито поправил свою кепку и хлопнул Баду по ладони с двух сторон. Он удивлённо повернулся и с улыбкой похлопал Уилбера по плечу. — Надо же, Корнелий, твой дружок ещё и экстрасенс! Я только вчера задумал такое приветствие, а этот, ишь какой умный мальчик, поддержал! Льюис неодобрительно окинул Уилбера взглядом, а тот лишь пожал плечами, мол, «поживёшь в такой семейке, никогда уже не отучишься от фирменных приветствий!» — Ну ладно, мальчики, развлекайтесь, а я пойду вниз, — с этими словами Бад удалился. Льюис нахмурился и сильнее натянул Уилберу на голову кепку. — Будешь так себя выдавать – отправишься обратно, и делай со своей скукой всё, что хочешь! — Да успокойся! Ты хоть раз видел, чтобы я облажался? Льюис повёл бровями и укоризненно взглянул на Уилбера. — Ладно, хорошо, необязательно так на меня смотреть, в будущем ещё будет много для этого поводов. А сейчас... Уилбер развёл руки в стороны и немного покрутился на месте, рассматривая новую комнату Льюиса. — О, тебе ещё надо много чего доработать! Тут будет стоять фикус, там висеть дурацкая картина, а там будет стопка неудавшихся чертежей... упс, уже! — Слушай, Уилл, чего ты хочешь? У тебя же в будущем куча развлечений, а у меня ничего особенного. Плюс: нехорошо, если ты будешь находиться здесь долгое время. Может нарушиться пространственно-временной континуум. — Когда ты находился в моём доме в будущем, тебя это не особо волновало. Льюис скрестил руки на груди, а затем озарённо улыбнулся. — Ладно, пожалуй, я знаю, чем нам заняться. Идём. Так и не снимая кепки, Уилбер последовал за Льюисом. Шли мальчики практически через весь город. Уилбер с интересом наблюдал за людьми и домами, вспоминая то, как выглядят они в будущем. Льюис воодушевлённо улыбался, предвкушая реакцию Уилбера на то, что он сейчас покажет. Наконец, дойдя до места назначения, мальчики увидели небольшое здание с деревянной вывеской, на которой было нацарапано «Игровой центр». Если учитывать, какие в будущем технологии, Льюис ожидал, что Уилберу даже играть в это не захочется, и он быстренько сбежит обратно в своё время и не натворит ничего плохого. Но не тут-то было! У сынишки лишь засверкали глаза, и он бросился внутрь с такой скоростью, что с головы чуть не слетела кепка. Льюис удивлённо последовал за ним. Центр был полон народу, раздавался громкий шум играющих автоматов и щелчки, издаваемые пальцами умелых игроков. Уилбер ринулся к самому большому и заметному издалека автомату: он светился и звенел громче всех прочих, а дети, играя в него, просто ликовали. На удивление Льюиса, Уилбер напрочь проигнорировал очередь и сел на одно из свободных кресел. Но что было ещё более шокирующее – никто из детей не возражал, все лишь стали хлопать и радостно вопить ещё громче. Льюис инстинктивно сел на кресло рядом с Уилбером и взял в руки джойстик. И только когда белобрысый обратил внимание на облик автомата и стартовое меню, то понял, почему его неугомонного сыночка не вытурили из толпы пинками под зад. На автомате был изображён парнишка лет двадцати, гордо стоящий, парящий, сидящий – каких у него только поз не было. Но что самое главное – он был точь-в-точь похож на Уилбера! Сам же Уилбер уже нажал на «старт», и игра началась. Не отрывая взгляда от экрана, Льюис крикнул сыну, пытаясь перекричать толпу. — Неужели в будущем на него мода? — Дизайнеры пытались придумать что-то новое, но им было лень, поэтому они взяли образ этого чувака, и... вуаля! Я герой этого мира! Улыбаясь, Льюис вздохнул. Он ничего не знал об этой игре, поэтому и продул. Мальчики веселились, как могли, наелись до полного заполнения желудков и устали так, что валились с ног. На улице было уже достаточно темно, и Уилбер с Льюисом вернулись к дому.