Перезагрузка.

«Бог, ты видишь свой мир – лишь пепел и пламя? Вот все, что ты заслужил – властвуй по праву. Ты делал шаги соразмерно желаньям, Но не прошел лишь одно испытание состраданьем.» Белый плащ легонько развевался от быстрого шага девушки, стук каблуков отражался от каменных стен, эхом теряясь в глубине замка. Глаза небывалого синего цвета прекрасно видели в этой непроглядной тьме. Нелюдимый, почти не обитаемый замок хранил в себе немало секретов, и главным была установка Тринцетте. Её настоящий вид видели лишь четверо. Сам Кавахиро, как Хранитель, Юни, Тсуна и Бьякуран. Спрятанная в отдельном измерении, она представляла собой огромные, сделанные из белого камня, врата. Большие три части: пустышки Аркабалено, кольца Маре и кольца Вонголы - располагались на камне в шахматном порядке. Попав в это измерение, Юни всегда замирала, глядя на эту установку. «Сколько крови было пролито ради них, - с болью подумала девушка. – И сколько прольется». — Юни? – голос Кавахиры раздался откуда-то сбоку. Повернувшись, она увидела сидящего на троне мужчину. Рядом с ним на столике стояла сфера, в которой находились кольца Вонголы. После смерти своих истинных хозяев они перенеслись сюда, это было ровно четыре недели назад. С тех пор они находятся в барьере Тринцетте и горят невероятным количеством пламени посмертной воли. — Шахматноголовый, - Юни кивнула в знак приветствия. – Кольца до сих пор не угасли? — Как видишь, - кивнул Хранитель. – Сомнений больше нет, Тринцетте готовится к переменам. — С одной стороны, это пугает, а с другой, Савада-сан и ребята вернутся в этот мир, - Юни улыбнулась. — Эти упрямцы никогда не сдадутся, - кивнул Кавахира. – И кольца под стать хозяевам. Небо Аркабалено приложила руку к холодному камню. Закрывая глаза, она слышала последние слова Хранителей Вонголы. «Я обязательно вернусь, обещаю», - поклялось Небо. «Встретимся в Аду», - пообещал Облако. «Вас... не могу ненавидеть», - сказал Хранитель Тумана. «Спасибо за все, друг», - попрощался Дождь. «Мы идем к тебе, брат», - было последней мыслью Грозы. «За семью», - было последним желанием Урагана. «Вы ответите», - сулило Солнце, выпуская пулю в сердце своего врага. Словно пульс, глухим надрывным звуком эти слова повторялись вновь и вновь, вызывая слезы на глазах и печаль от утраты. Перезагрузка Тринцетте началась.

***

«Еще не поздно настроить скрипку, взять верную ноту, Исправить ошибку, не поздно зажечь Солнце, новое небо и новые звезды». Город Намимори не изменился за прошедшие годы. Все та же суета, люди, спешащие по своим делам и даже не ведающие, что именно здесь началась история таких людей, как Савада Тсунаеши, Сасагава Реохей, Ямамото Такеши, Хибари Кеи, Гокудеры Хаято, Рокудо Мукуро и Ламбо Бавино. Не знают, что скоро, всего через несколько часов, прямо у них под носом будет самая масштабная мафиозная война. Не знают, что впервые за тысячу лет врата, что когда-то были запечатаны, вновь появятся в небе. Раскроются, впуская в их мир хаос. Не знают - и никогда не узнают! В двухэтажном доме, где родился и жил Десятый босс Вонголы, сейчас находились Киоко, Хару, Хана и И-пин. Девушки находились под охраной Фонга, который уже несколько дней чувствовал приближение чего-то неминуемого. «Чего-то поистине страшного», - думал Аркабалено Урагана, делая глоток зеленого чая, и с беспокойством вглядываясь с горизонт. С кухни доносились тихие голоса девушек, которые только недавно стали отходить от горя потери любимых. Они поддерживали друг друга, разделяя горе утраты между собой. «Но сегодня что-то изменится», - эта мысль не давала покоя. И предчувствие не подвело. Киоко и Хару вместе готовили нехитрый ужин, когда одна из них случайно порезала палец. — Ой, - вскрикнула Гокудера, нож выпал из рук, со звоном падая на пол. — Хару-тян, что же ты, - Киоко подскочила к подруге и, усадив ее за стол, достала аптечку. Поиск пластыря был недолгим, и пока она аккуратно заклеивала небольшой парез, капелька крови стекла вниз по пальцу. — Киоко, - Хару не отрывала взгляда от ранки. – Почему я не верю в его смерть? Почему мне кажется, что он жив? Блондинка сжала ее ладонь и опустила взгляд, ответа у нее не было. Недавно они узнали, что беременны, но разделить эту радость было не с кем. Такеши и Хаято мертвы. Их даже на похороны Тсуны не пустили, опасаясь, что неизвестный враг нападет и на них. О смерти мужей они узнали от Емитсу, спустя неделю после похорон Тсуны. Это было так нереально, в это было так трудно поверить, и еще труднее продолжать дышать после этого… — Может, потому что часть их все еще с нами, - прошептала Киоко, приложив руку к своему пока еще маленькому животу. – Мы всегда были сильными, будем и сейчас. Она обняла подругу, которая зло утерла слезы. В кухню вошли И-пин и Хана. Они выглядели не лучше, бледные и взвинченные, раздавленные горем. Но все же в силах сдерживать свои эмоции. Когда раздался стук в дверь, они замерли. Внутри все сжалось от ужаса. Будь это друг, Фонг бы проводил его в дом. А раз стучат, за дверью может быть кто угодно. Хана, здраво рассудив, что если бы это были убийцы, то вряд ли они бы стали стучать, пошла открывать. И-пин заняла оборонительную стойку, готовая защищаться до конца. Киоко и Хару схватились за швабры, они тоже были не лыком шиты, парочку киллеров уложить смогут перед смертью. Поэтому, когда дверь открылась, пропуская Нану, девушки застыли. — Нана–сан, - не веря, прошептала Хару и села на пол, будто потеряла опору. Женщина тепло улыбнулась и обняла Хану и И-пин, которые стояли рядом с ней. Хроме устремилась к подругам и тоже крепко обняла их. Дом наполнился друзьями, которых они не видели несколько месяцев. Когда вошли последние гости в лице Селены, Джи и Асари, девушки побледнели. Киоко и Гокудера вцепились в друг друга, и смотрели на мужчин как на приведений. — Как… - прошептала Хару. – Кто вы? Кое-как успокоив дыхание, она все же заметила, что они лишь похожи на Хаято и Такеши. Девушка с разноцветными волосами усмехнулась и ответила за них: — Они - Джи Арчери и Асарио Угетсу. Мы прибыли, чтобы сказать вам: Тсуна и Хранители живы и скоро вернутся. Этого известия слабые нервы двух измученных девушек не выдержали, и они потеряли сознание. Селена только вздохнула. Какие они слабые, чуть что, так в обморок. Джи и Асари, чувствуя за потерявших сознание девушек некую ответственность, отнесли их в гостиную и аккуратно уложили на диван. — Каждый будет шокирован, особенно если услышит часть про Ад, - хмыкнул Бьякуран. — Я уже ничему не удивляюсь, мусор, - сказал Занзас, следя за Селеной внимательным взглядом. — У нас у всех дурная привычка недооценивать Тсуну, - хмыкнул Энма. – Уж нам то стоило знать, на что он способен. — Особенно ради семьи, - кивнул Реборн, и повернулся к Селене. – Я бы хотел оставить их вне битвы, - он показал пальцем на девушек. — Битвы? – нахмурилась Хана, она сидела рядом с Киоко, обнимая ее за плечи. — Через час здесь будет внешний советник семьи Вонголы со своей армией, - пояснила Селена. – И идут они уничтожить Альянс семей и жен хранителей. — Что? — Не верю, отец Тсуны - предатель, - шокировано прошептала Киоко. – Нана–сан? — Все хорошо, - Нана присела рядом и ласково сжала ладони девушки. – Теперь все будет хорошо. Мафиози переглянулись, для них предстоящая битва будет последней. Они это чувствовали, но все, же говорить, вслух не осмелились. Солнце медленно скрылось за тяжелыми тучами. И Селена рассказала план битвы, которая произойдет в горах Намимори.

***

«Еще не поздно решить проблему. Взять мажорный аккорд, красивую тему, Не поздно жить без фальши, создать новый мир лучше, чем раньше. Не поздно. Послушай, я так не хочу быть один. Властелин ничего». Знаете это тягучие чувство внутри, когда каждая клеточка твоего тела ощущает приближение чего-то страшного? К этой дрожи они привыкли давно. Прошедшие через череду мелких стычек, серьезных столкновений и просто борьбы за выживание, Вария, Мельфиоре, Аркабалено, Шимон и Кавалоне готовились принять, возможно, последний бой в их жизни. Небо будет под защитой отряда убийц и Селены. Им отведена роль щита, на который враги должны налететь и погибнуть, не достигнув своей цели. Аркабалено взяли на себя тыл и останутся защитой тех, кто сражаться не мог. Они защита будущего Вонголы. Мельфиоре и Шимон вместе с Кавалоне возьмут на себя тех, кто пробьется сквозь шит. Время почти пришло, и мафиози уже были готовы отправится к месту битвы, как окрик Селены остановил их. — Перед боем предлагаю вам выпить, - демоница усмехнулась и показала на ряд кружек, которые были наполнены красной жидкостью. — Вино? – спросил Энма, поднося стакан к носу. Занзас хмыкнул и, ни слова не говоря, опрокинул в себя весь стакан. — Не вино, - пришел он к выводу и поморщился от едва уловимого соленого привкуса. – По мне так лучше Виски, пейте уже и пойдем, надоело все до смерти. — Так не терпится, - ухмыльнулся Бьякуран, выпивая свою порцию. – Но ты прав, пора с этим покончить. «Обожаю отчаянных людей» - думала про себя Селена. А именно такими сейчас и был бывший Альнс, созданный Тсунаеши. Их сердца для нее были как на ладони. Части из них сегодня не выжить, другой - никогда не забыть того, что произойдет. Но это - будущее, сейчас и души, и сердца этих людей будто стали едины перед одной целью: уничтожить Саваду Емитсу. Демоница знала, что смертный приговор вынесет тот, кто пострадал больше всех. — Думаешь, стоило тратить на них демоническую кровь? – тихо спросил Джи, подошедший к девушке. — Ради этих двоих точно, - Селена посмотрела на Энму и Занзаса, которые стояли в окружении своих хранителей и о чем-то с ними переговариваясь. Джи нахмурился, не понимая слов принцессы. «И что творится в ее голове?», - вопрос был явно риторическим. Дочь Джотто обладала даром видеть судьбу смертных, могла заглянуть под самую суть человека, даже если он сам не понимал ее. Значит, боссам Варии и Шимон суждено что-то такое, ради чего Селена пожертвовала свой кровью. — Отправляемся! – скомандовала Селена. *** «Да, ты сумел отворить заветную дверцу, Но мир, что Бог сотворил, рожден был из сердца. Тот, кто сердца лишен – жизнь дарить не способен. Жаль, но ведь ты не прошел испытанье любовью». Предсмертные крики, звуки стрельбы и лязг стали о сталь. Разноцветные всполохи в темноте появлялись и гасли, подобно жизни их владельцев. Бой начался без лишних слов и разговоров. Каждая сторона прекрасно знала, за что борется и проливает кровь. За считанные мгновения все перемешались. Нана, сражаясь с тремя мечниками, не могла понять, почему они все же приняли бой. Если та девушка Селена рассказала правду, то её сын жив и вернётся вместе с друзьями. Тогда для чего эта глупая и самоубийственная битва? Пронзая сердце одного из мечников, она сделала разворот и ударом лезвием по эфесу клинка врага выбила его из рук другого соперника. Третьего пронзил выстрел в спину со стороны. Приставив лезвие к горлу безоружного киллера, она сказала: — Хочешь выжить - притворись мёртвым! - и ударом в челюсть отправила его в нокаут. Отведя взгляд от лежащего тела, Нана оглянулась вокруг. Кто-то сражался с одним, а кто-то с несколькими противниками. Убрав катану в ножны, она быстрым движением извлекла из чехлов несколько дротиков. Прибегнув к пламени тумана, она оказалась вблизи Блюбел и лишила жизни троих убийц, что атаковали девушку. Так же быстро она оказалась рядом с Джули, убирая лишних врагов, которых парень не видел. Брызги крови были на одежде, волосах и лице. Ей казалось, что она полностью растворилась в этой резне. Она уже не чувствовала ни жалости, ни сострадания к врагам. Жажда убийства вокруг просто зашкаливала. Её блуждающий взгляд наткнулся на мертвого Энму. Когда-то живые алые глаза остекленевшим взглядом смотрели в небо. Упасть на колени и закричать ей не позволила вспышка пламени, что пронеслась перед носом. «Соберись, чёрт возьми. Пора покончить с этой бойней!» - Нана стала оглядываться вновь, ища того, кто был повинен во всем этом. Но это было непросто, перед глазами находилось море сражающихся людей. Чтобы хоть что-то разглядеть, надо было подняться повыше. Передвигаясь по полю, убивая людей, Нана продолжала сохранять на лице бесстрастную маску. Она просто не могла позволить ей треснуть. Даже когда на её глазах Вайпер и Фран защитили своей иллюзией Занзаса и Селену, а вместе с ними и стоявших рядом людей, она не закричала от бессмысленной ярости. Двое иллюзионистов пали первыми, за ними в бою отдали свои жизни и остальные члены Варии. Нана уже не видела, как сражённый пулей пал Занзас: она догадалась, где может быть её муженек. Устремившись к дому, она молилась про себя «Только бы успеть».

***

Хром почувствовала, что её муж мёртв. Связь между иллюзионистами всегда была сильна, особенно в Вонголе. Сжимая в руках трезубец, она позволила нескольким слезинкам скатился по щеке. Стирая их быстрым движением руки, она первая встретила Емитсу. Призвав иллюзию первого адского пути, Докуро выиграла немного времени, чтобы полностью укрыть дом Савады другой иллюзией. — Здесь тебе не пройти, внешний советник!- голосом Хроме можно было резать сталь. — Босс Вонголы,- поправил её Емитсу, с радостью наблюдая, как сузились от гнева глаза девушки. — Мразь, - зло прошипела иллюзионистка. - Я убью тебя! — Ну, попробуй, - насмехался Емитсу, укорачиваясь от огненных столбов и летящих острых предметов. Хроме тоже ворон не считала, избегая пуль, которыми сыпал Савада-старший, пытаясь задеть девушку. Понимая, что бой на расстоянии может затянуться, он приблизился к иллюзионистке и ударил её по лицу. Хроме отлетела от силы удара, перекатившись несколько раз по земле. Поднимаясь, она стерла кровь и грязь с щёки. «Видимо, мне не уйти отсюда живой», - подумала иллюзионистка, призывая все своё пламя. Но отнюдь не для того, чтобы сразить Саваду Емитсу, а чтобы защитить то, что осталось за барьером. — Ты уверена, Хроме? - голос Реборна раздался из-за спины девушки, хотя самого киллера не было видно. Его скрывала стена иллюзии. — Я продержусь сколько смогу, - прикрыла глаза Хроме, сосредоточиваясь на своём приёме. Из её тела стало выходить неимоверное количество пламени тумана. Емитсу остановился и нахмурился, следя за действиями девушки. «Что она задумала?» - он не понимал её действий. Мелькнула жёлтая вспышка. Емитсу понял, что происходит, но было уже поздно. Техника, придуманная Докуро, называлась просто и незатейливо: «Туманное клонирование». Правда, для его применения нужен был заряд пламени солнца. «Чертов Реборн!!!» - раздраженно подумал внешний советник и ударил Хром, но то была лишь иллюзия. Теперь перед ним стояло целых три иллюзионистки, и чем больше Емитсу их убивал, тем больше их становилось. — Я же сказала тебе, здесь хода нет! - смеясь, провозгласила Хроме. — Сучка, - прошипел киллер. - Но и тебе недолго осталось, эта техника тебя убьёт! - и тут же застыл. Раздался характерный щелчок предохранителя. Емитсу почувствовал, как ему в затылок упирается дуло пистолета. Он знал, кто находится у него за спиной. — Неужели ты сможешь выстрелить? – чуть повернув голову, он увидел державшую пистолет Нану. Стоило ей увидеть его глаза, ее рука дрогнула. Он повернулся к ней лицом и, взяв за ствол ее пистолет, нацелил его себе на сердце. — Вот так точно не промажешь, - он улыбнулся. – Только ты же не убийца, дорогая. Эти слова отрезвили ее и она опустила руку с оружием. Опустив голову, Нана понимала – не сможет! Она просто была не в силах нажать на курок: она все еще любила его. «Что же это? Почему я не могу?» - вопросы крутились в голове, но тело двигалось само по себе. Отступив на пару шагов назад, она достала катану и, создав туманную волну, откинула Емитсу от себя на пару шагов. — Я в крови тех, кого ты привел сюда, дурак!!! – в ярости закричала Нана, из глаз текли слезы, но она их не замечала. Смотря на него, она испытывала боль, нападая - сгорала заживо. Емитсу не атаковал, а лишь блокировал удары жены, ее пламя не было сильным. И скорее всего очень долго она не практиковалась в ведении боя. Он мог легко ее уложить, но не делал этого. Почему? Просто ему хотелось побольше полюбоваться ее страданиями, этими слезами, что текут у нее по щекам. Ярость, смешанная с болью и отчаяньем. Любил ли он ее? Возможно… Слишком давно это было. Несомненно, Нана была красива, но вот только теперь была навсегда потеряна. Пора было заканчивать эти «салочки». Ударом в живот Емитсу заставил ее согнуться пополам. Катана выпала из ее рук, и он готовился нанести последний удар, как был остановлен. — Я все думал, как мне тебя убить! Глаза внешнего советника расширились. Этот голос... Этого просто не может быть!!! «Я ведь убил его!» - кричало сознание. «Я сжег его собственноручно!!!» Медленно повернув голову, он понял, что видит перед собой не фантома, не иллюзию, а живого сына. — Здорово, папа! - оскалился Тсунаеши, расправляя крылья и покрываясь пламенем.

***

«Поздно считать ошибки – никто не даст мне новой попытки…» Стоило Нане уйти с поля битвы, Селена взмахнула крыльями, создавая порывистый ветер, который поднял наемников в воздух. Ей просто надоели эти мошки. Она обернулась к тем, кто остался жив. — Нана-сан пошла одна на Емитсму, поспешите, - демоница отвернулась, расправляя свои крылья. – Живо! Мафиози кивнули и кинулись следом за матерью Тсунаеши. Селена стояла с расправленными крыльями, до тех пор, пока последний человек не скрылся с поля боя. Сделав надрез на руке ногтем, она позволила черным каплям упасть на рыхлую землю. Оставшиеся наемники, что совсем недавно висели в воздухе, резко были опущены на грешную землю. — Думаешь, выстоишь против нас? – крикнул ей кто-то из толпы. «Надоедливые людишки. Вы вообще берегов не видите? Ну так я покажу», - ухмыльнулась Селена, перевоплощаясь в демона полностью. Мафиози с расширенными глазами смотрели, как на голове девушке вырастают четыре рога, два маленьких и два больших. Они покрылись фиолетовым огнем. Крылья стали еще больше, когти загорелись огнем. Мощный хвост, который появился из-за спины, на конце имел прямое жало. Она лишь протянула руку и сжала ее перед собой, и им показалось, что воздух вокруг словно стал гуще. Падая на колени, они схватились за горло, а потом надрывно закричали. Из глаз, ушей, носа и рта лилась кровь. Оружие были отброшено. Они катались по земле, моля пощадить их. Но демоны никогда не отвечают молитвам. Они просто берут то, что им нужно, ни с кем не считаясь. Через пару минут все было кончено, Селена осталась одна. Стоящая посреди трупов, с расправленными крыльями, она подняла голову, смотря вверх на странного вида облако. Оно появилось внезапно и выделялось на фоне ночного неба, двигаясь словно корабль, состоящий из белых клубов дыма. Изредка в нем проскальзывали молнии, демоница довольно улыбнулась. Она чувствовала энергию родного дома. — Надеюсь, жизней этих людишек будет достаточно, - произнесла она, оглядывая море из трупов. Облако остановилось и стало расходиться от центра, являя белые округлые двери. Знак Тринцетте был узнаваем, о нем Селена была наслышана от родителя. Но никогда не думала, что увидит его. Врата медленно стали распахиваться, озаряя светом поле брани. С земли к вратам потянулись белые потоки еле различимой энергии. Установка собирала души павших людей. «Значит, не зря я напоила их демонической кровью», - похвалила себя Селена, заметив, что члены Варии и Шимон остались при своих душах. Шесть фигур одновременно пересекли границу врат. И когда свет немного хлынул, Селена поняла, почему отец так восхищался Савадой Тсунаеши. Он стоял рядом с друзьями, находясь в полуформе демона, готовый к мести. — С возвращением в мир людей, ваше величество, - поприветствовала его Селена, когда шестерка демонов спустилась на землю и подошла к ней. — Милый пейзаж, - хмыкнул Мукуро, оглядывая горы трупов. — Спасибо, мы старались, - хмыкнула демоница. — Непростительно, - прошипел Тсуна, не обращая внимания на перепалку между демонами. Он увидел в паре шагов от себя лежащего Энму. Подойдя к нему, он присел рядом, не в силах поверить, что еще один его друг пал от рук его отца… Селена, закусив губу, смотрела, как король Бездны подходит к каждому убитому из Альянса. И почему-то она не могла остановить его. Сказать, что его мать и немногие другие выжившие сейчас продолжают бой. Произнести, что демоническая кровь поддерживает души этих людей в этом мире, и они всего лишь в предсмертном состоянии. Слова застряли в горле, потому что чем дальше шел Тсуна, тем сильнее она чувствовала его злость. Она вцепилась в чью-то руку и прошипела из последних сил: — Остановите его! Реохей, который и оказался тем самым демоном, не понял из-за чего паника. Но потом произошло то, чего не ожидала Селена. Тсунаеши взлетел в небо и обернулся драконом. Он сделал пару оборотов в воздухе и стрелой устремился к земле. Треск и громкий рев оглушил их. «Он обезумел?» - с неким страхом подумала девушка, смотря на огромного зверя. Но посмотрев в его горящие янтарным светом глаза, демоница поняла, что тот задумал. Дракон подобрался, глубоко вздохнул и изверг огромный столб белого пламени. Селена выступила вперед, закрывая Хранителей от этого света. — Что он вытворяет? – зарычал Кея, когда гомон от пламени исчез. Девушка упала на колени, не в силах осознать произошедшее. Она во все глаза смотрела на короля Бездны, который спокойно перевоплотился обратно и, не обращая внимания на выкрики друзей, устремился к своему дому. — Он обладает пламенем жизни, - прошептала Селена, чем удивила стоящих рядом демонов. Что такое «пламя жизни» они не поняли, пока павшие недавно члены Альянса не стали подниматься с земли. Кряхтя и отряхиваясь, они с изумлением оглядывали себя. Ни одной раны, все кости на месте. — Чертовы ублюдки, так вы живы! – закричал Занзас, увидев десятое поколение. — Никогда бы не сказал, но я тоже рад тебя видеть, Занзас, - хмыкнул Хаято. Все были рады видеть живых и здоровых хранителей. Энма обнимал свою семью и вернувшихся ребят, а потом задал просто гениальный вопрос: — А где Тсуна? В ответе никто не нуждался, все побежали к дому Савады. Предстоящее зрелище никто не хотел пропустить.

***

«Поздно молить о смерти – кричи, не кричи – никто не ответит Поздно, послушай, не ты ли хотел быть один, Властелин Ничего?» — Тсу… Тсунаеши, - шепотом произнесла Нана, стоя на коленях. Она не могла поверить, пусть раньше Селена и утверждала, что ее сын жив. Увидеть его вот таким, грозным, покрытым алым огнем с огромными крыльями за спиной, было для нее чем-то нереальным. Демон оторвал горящий взор от Емитсу и посмотрел на мать. Его било желание мести, словно лава оно текло по его жилам, стремясь вырваться на свободу. И все же он не мог позволить ей смотреть на это. — Мама, закрой глаза, - попросил он ее. Нана переводила взгляд с сына на мужа, понимая причину такой просьбы. Кивнув, она прижала ладони к глазам и дала себе волю. Слезы лились не переставая, под аккомпанемент криков и стонов Емитсу. Воспоминания о том, как она его встретила, полюбила. Рождение ребенка, его улыбка… Она не понимала: почему? Когда он так изменился? «Как жестока судьба, сын и отец вынуждены уничтожить друг друга», - она сжала зубы, чтобы не закричать. Тсунаеши наступал на человека, убившего его. Повинного в смерти его друзей и товарищей. Понимая, что ничего, кроме чувства мести, он не чувствует. Емитсу никогда не был ему отцом, и еще меньше он был тем, на кого бы Тсуна мог равняться. — Ты жив? – испуганно спросил Внешний советник. Он упал на колени, не в силах поверить, что его сын жив. «Я же убил его! Я убил его», - кричало его сознание. «Нет, нет, нет, он мертв! Это иллюзия, обман…» Как существо, восприимчивое к эмоциям людей, Тсунаеши почуял панику родителя. Дракон внутри предвкушающе зарычал, и хвост, покрытый холодной коркой устремился в сторону Емитсу, обвив его шею. Орудуя им как плетью, демон пару раз со всего размаха впечатал его в землю. Затем, подвесив в воздух, подошел к нему вплотную. Так же молча он черным когтем нацарапал знак бездны на его груди. — А-а, - закричал Емитсу, не в силах терпеть такую боль. Ему казалось, что его выворачивает наизнанку. Каждый нерв будто горел, и уже теряя сознание от боли, он надеялся, что скоро будет избавлен от мучений. Как оказалось, зря. Тсунаеши поднял руку, призывая лед, и, сделав несколько круговых движений ладонями, окружил предателя ледяной скорлупой. Но перед тем как закрыть темницу, он кинул внутрь сгусток пламени. Нечеловеческий вой разнесся по округе, вопль сгорающего заживо человека. — Так просто ты не умрешь, - холодно произнес Тсунаеши, наслаждаясь агонией отца. – Я навечно заключу твою душу в Бездну. А сейчас - пропади из этого мира!!! Удар хвостом, и лед, в котором был заключен Емитсу, рассыпался на миллион осколков. «Отзовется одно лишь эхо – ни женской улыбки, ни детского смеха не будет отныне, Ты один в холодной, мертвой пустыне. Поздно, послушай, уже не спасет никого Властелин Ничего. Поздно…»

***

Все стихло, однако тишина длилась недолго. Раздались аплодисменты, заставившие дракона посмотреть в сторону новоприбывших. Джотто, Рикардо и Кавахира появились аккурат к концу воздаяния за грехи Емитсу. — Молодец, Тсунаеши–кун, - похвал его Примо. — Папаню замочил, душу в темницу заключил и наследников нам вернул, - кивнул Рикардо, с усмешкой глядя на шокированные лица мафиози. – Молодец, король. Тунаеши прищурился и хотел было выдать что-то колкое, но в этот момент Нана обняла своего сына, крепко прижимая его к себе. Все закончилось, они выжили. Остальное было уже не важно.