Зелья

Северус ходил из угла в угол своей секретной лаборатории, словно метроном. Заявившиеся в шесть утра Холт и Мортимер наперебой расхваливали друг друга, глядя в котлы с уже готовым Веритасерумом. Профессору хотелось дать им хорошего пинка под зад, чтобы не слышать этого щебетания. Он выпроводил их, как только ребята разлили зелье по колбам, предусмотрительно проинструктировав относительно вечерней работы. И снова остался наедине с собой. Размеренно пыхтело зелье-вскрытия, разнося по лаборатории запах жженых листьев. Все это успокаивало зельевара, но не настолько, чтобы забыть о предстоящем ужине. Впервые за… Очень много лет он собирается на ужин с женщиной. Не то, чтобы собирается, скорее его поставили перед фактом. Отказать и не прийти он не мог. Чертово воспитание джентльмена. Костеря мисс Драгов на чем свет стоит, Северус твердо решил не поддаваться ее очарованию, которое, несомненно, имело место быть. Постановив это, Снэйп отправился в кабинет — первым уроком у него маленькие Слизеринцы с их бессменными гриффиндорскими спутниками. *** — Прекрасно выглядишь, Северус, — произнесла МакГонагалл, неизвестно откуда взявшаяся на выходе из школы. Снэйп, по обыкновению облаченный во все черное, сверлил директора взглядом. Он-то надеялся покинуть школу незамеченным. Чтобы никто не узнал, что для этого выхода в свет он надел новый кафтан, не успевший потерять свой глубокий черный цвет под действием стирок; тщательно вымыл волосы и почистил мантию от подземельной, затхлой пыли. — Вы что-то хотели, директор? — учтиво, но сквозь зубы спросил профессор. — Пожелать тебе приятного вечера, не более, — улыбнулась Минерва и прошествовала к Большому залу. Северус проводил ее прищуренным взглядом, после чего черной тенью выскользнул из здания школы. Пересек двор, по направлению к воротам, миновав которые, аппарировал в Хогсмид. Оказавшись перед дверьми ресторана, Северус глубоко вдохнул и раскрыл двери ровно в семь часов. Надья Драгов сидела за отдаленным столом, вчитываясь в какой-то пергамент. На носу очки в тонкой оправе, нижняя губа бессознательно закушена. В этот вечер на ней был бардовый костюм, светло-розовая блузка с тонким черным бантом под горло. Помада в цвет костюма, лак того же цвета. Северус скривился от такого количества красного. Женщин пользующихся яркой помадой, профессор опасался, считая их излишне уверенными в себе и так же излишне привлекающих к себе внимание — то есть ничего хорошего от них ждать не приходится. — Добрый вечер, — произнес Снэйп, встав напротив женщины. Надья подняла на него взгляд синих глаз. Тепло улыбнулась. — Добрый. Рада, что вы пришли, — радушно отозвалась женщина. — Присаживайтесь, — мягкий жест в сторону свободного стула. Снэйп опустился на предложенное место, сложил перед собой руки в замок. Надья наблюдала за ним с легкой улыбкой на губах, в глазах все тот же блеск, от которого в сумме с ее помадой, профессора пробирали неприятные мурашки. Но с зубным скрежетом он понимал, что эти же мурашки означают появляющийся интерес. Он так давно не общался с женщинами-не-преподавателями, что успел позабыть, как надо себя с ними вести. Тем более, когда женщина довольно красивая, в расцвете сил и так явно его разглядывает. Рядом с ними появился официант, легкими движениями разложив меню, после чего испарился. — Здесь подают прекрасный морской салат, — подцепив меню, произнесла Надья. — Не переношу морепродукты, — ворчал профессор, открывая свой экземпляр. Мисс Драгов улыбнулась. — Что вы предпочитаете пить? Я люблю абрикосовую ракию. Эта фраза заставила Северуса с искренним удивлением уставиться на женщину. — Болгарское бренди? — спросил он. Сам себе напомнил, что имя-фамилия у Надьи тоже не английские. — Именно, — кивнула она, облизнув губы в предвкушении напитка. — Яблочная и виноградная слишком пьяные, а вот абрикосовая всего в меру. — Я в свое время пробовал только сливовую. Надья улыбнулась, глядя на зельевара: — Вы были в Болгарии? — Проездом, — отозвался профессор, вспоминая свое кругосветное путешествие в стане Лорда. Не самые приятные воспоминания. — А вы, стало быть, выросли там? — Да, — кивнула Надья и откинулась на своем стуле. — Женское отделение Дурмстранга. После нескольких встреч с мужским отделением я знала все спиртные напитки своего народа на собственном опыте. К столу снова подошел официант. — Абрикосовую ракию, пожалуйста, — заказала Надья. — И морской салат. — Тыквенную запеканку, — отозвался Снэйп. — Вы довольно аскетичен, мистер Снэйп, — заметила женщина, когда официант скрылся. — Я не привередлив в еде, — пожал плечами профессор. Через минуту перед парой появились блюда, бутылка ракии и два бокала. Северус разлил золотистый напиток, вдыхая абрикосовые пары. Раздался легкий звон, когда бока бокалов встретились на мгновение, после чего каждый пригубил питье. — Как вам? — лукаво улыбаясь, спросила Надья. — Сносно, — отозвался зельевар. Глянул исподлобья. — Я предполагал, что вы будете уговаривать меня работать на Министерство, — без обиняков произнес он. — Вы думали, я для этого пригласила вас сюда? — усмехнулась яркими губами Надья. Северус отметил, что этой женщине идет яркий цвет. — А для чего еще? — осведомился он, задержав взгляд на губах женщины чуть дольше, чем хотел бы. — Вы показались мне очень интересным человеком, мистер Снэйп. Зловещий, гениальный зельевар, прошедший войну. Превосходный преподаватель. Мой сын очень своеобразно о вас отзывается, чем сам того не подозревая вызвал интерес к вашей персоне. — Должен предположить, что вы не взяли фамилию мужа, — глядя на женщину, произнес Северус. — Позвольте узнать, кто ваш сын, чтобы я знал на ком срываться? — Все, как он про вас говорил, — хихикнула Надья, блеснув глазами. Снэйп с неудовольствием отметил, что считает эту женщину невыносимо милой. — Тео Холт, — ответила она на вопрос. Брови Снэйпа поползли вверх. — Вы удивлены? — Просто поражаюсь совпадениям. — Вы один из его любимых преподавателей. — Как жаль. Я из кожи вон лезу, чтобы было наоборот. Надья снова усмехнулась. — Расскажите мне, пожалуйста, что за девочку он вчера прятал в нише? — Почему вы не спросили это у него? — Потому что вы ответите более прямо. К тому же я делаю вид, что не заметила этого. — Думаю, вы говорите о Матильде Мортимер. — Хорошая девочка? — Сносная. — М-м-м, — протянула Надья и о чем-то задумалась. — Они помогают вам с вашим заданием? — Именно так. — Значит, она достаточно хороша в зельях? — Способная. В паре с вашим сыном они неплохо справляются. — Рада слышать, — кивнула Надья и отпила из своего бокала. — Вы не едите. — Нет аппетита, — отозвался профессор, скептично оглядев еду. У него кусок в горло не лез рядом с этой женщиной. — А зря, — накалывая свой салат на вилку, произнесла мисс Драгов. Северус чувствовал себя не в своей тарелке. Он ожидал уговоры, принуждения, шантаж и что там еще использует Министерство, чтобы добиться своего — уговорить его работать на них. Но вместо этого он сидит в ресторане и просто ужинает с красивой женщиной. Решив хоть чем-нибудь себя занять, зельевар наколол небольшой кусочек запеканки. — Кстати, — Надья глянула на Северуса. — Поттер и Уизли передавали вам привет. Снэйп подавился. Зашелся кашлем, глаза налились кровью. Надья протянула к нему руку, но он отвел ее. Справившись со вставшим поперек горла куском, зыркнул на женщину. — Спасибо, — едко произнес профессор. — Им тоже. Может у вас еще и от Малфоя с Грэйнджер есть для меня что-нибудь? — Нет. С Малфоями я не знакома. А Поттер и Уизли с отличием заканчивают обучение в аврорской академии. Хотя с отличием — только Поттер. — Уизли по-прежнему забивает желудок в любую свободную секунду? — Почти что, — усмехнулась Надья. Зельевар подмечал, что жесты у женщины мягкие, но точные; взгляд цепкий, прямой и самую малость томный; а улыбка красивая. Северус не без ужаса осознавал, что проникается симпатией к ней, она становится ему интересна. «Поддался очарованию, как какой-то мальчишка», — корил он себя. Печальный опыт прошлого стоял за спиной, нашептывая ядовитые речи о том, что счастья старый зельевар не заслужил; что эта женщина для него космически хороша; да и просто не увязка у него с женщинами. Одна умерла, другая замужем за Люциусом, благо жива и теперь уже счастлива. Проще всего было оборвать все, как есть. Испортить впечатление о себе и удалиться бодрым шагом. — Вы поникли? — спустя несколько минут молчания заметила Надья. — Что я здесь делаю, мисс Драгов? — спросил Снэйп, глядя ей в глаза тяжелым взглядом. — Ужинаете с красивой мною, — ответила она на удивление серьезно и отпила ракии. — Почему я с вами ужинаю? — Потому что я так хочу, — ответила она прямо, не отводя взгляда. — Вы мне интересны, мистер Снэйп. Северус замер. Скептично вскинув бровь, буравил женщину напротив взглядом. — Налейте мне еще, — обворожительно улыбнулась Надья, протянув ему свой бокал. Зельевар наполнил предложенный бокал, долил в свой. — Что вас так расстроило? — пытаясь заглянуть в глаза Снэйпа, спросила женщина. — Вам не по вкусу мое общество? — Скорее наоборот, — понуро отозвался профессор. Надья улыбнулась уголками губ. *** — Эй, Дик! — воскликнул Кори, завидев райвэнкловца в коридоре. — Чего тебе? — беззлобно отозвался Парр. — Ты Матильду не видел? Я ей конспект отдать забыл. — Не, не видел. Она куда-то пропадает вечерами. Завтра отдашь. Потому что возвращается она за полночь. — Прям как наш Тео, — пожал плечами Малкинсон. Дик проводил Кори вопросительным взглядом. *** Северус разливал вторую бутылку ракии. За это время Надья успела рассказать ему про свои детство и юность в Болгарии, влюбить его в эту страну, не смотря на то, что у Снэйпа были не самые хорошие воспоминания относительно этого места из-за Лорда. Она даже обещала устроить ему экскурсию, если судьба занесет их туда. Рассказала о бывшем муже, с которым не смогла ужиться, не использовав в своем рассказе ни одного оскорбления. Щебетала о работе, посвящая зельевара в тонкости работы Аврората. Северус слушал с легкой улыбкой на губах, потягивал болгарское бренди и понимал, что эта женщина его затягивает. Она занимает собой все его мыслительное и зрительное пространство. И помада нейтральных цветов ей совершенно не пойдет. И красный ей, в общем-то, к лицу. Она совершенно не глупая, безумно обольстительная и абсолютно милая. Внутри все кричало — «Бросай ты это гиблое дело! Твое место в темных подземельях, пропахших ядами, а не рядом с этой солнечной женщиной!». Снэйп понимал, что подсознание право, но ничего не мог поделать. Он решил посвятить этот вечер этой болгарской женщине, а потом гори все синим пламенем его горелок. — Вы снова подозрительно молчите, мистер Снэйп, — улыбаясь, произнесла Надья. — Мне нравится слушать вас, — пояснил свое молчание зельевар. — М-м-м… — Надья обворожительно улыбнулась в бокал. Распив вторую бутылку, Северус расплатился по счету. Подал Надье руку, и они направились на выход. — Скажите честно, мистер Снэйп, вам было скучно в моем обществе? — спросила мисс Драгов, когда они оказались в прохладе октябрьской ночи. — С чего вы так решили? — спросил он, оглядываясь по сторонам. — Вы угрюмы и молчаливы. — Я всегда угрюм и молчалив, мисс Драгов. — Мне хочется это исправить. — Зачем? — улыбнулся он. — Хочется и все тут. — Пожалуй, мне стоит опасаться ваших желаний. Где вы живете? — Гранье пятьдесят шесть. Крепче перехватив руку Надьи, Северус аппарировал вместе с ней по указанному адресу. Оказавшись на тротуаре чуть дальше, чем требовалось, Снэйп повел мисс Драгов вниз по улице. Холодный ветер гнал листья по мостовой, заставляя кожу покрываться мурашками. Надья крепче прижалась к руке зельевара. Он прошептал согревающие заклинание, в ответ на что получил теплую улыбку. — Теперь ваша очередь, — улыбнулась женщина, когда он подвел ее к порогу нужного дома. — Что вы имеете в виду? — спросил Снэйп. — Пригласить меня куда-нибудь. — Боюсь, вам не понравятся места, в которых я предпочитаю проводить время. — Важно не место, а человек, — совсем не пьяно отозвалась Надья. — Позвольте мне подумать над этим. — Думать вредно, мистер Снэйп. Назначьте мне свидание здесь и сейчас. Иначе я пришлю вопиллер! — Вы не серьезно. — Совершенно серьезно! — Если вас не разочаровало первое свидание, это не значит, что не разочарует второе. — Если вы хотели разочаровать женщину, то не стоило провожать ее до дома, — заметила Надья. Северус тяжело вздохнул. — Где и когда? — напомнила мисс Драгов. — Я ведь могу прислать за вами отряд авроров. Такая перспектива совершенно не обрадовала. — Вы любите кофе, мисс Драгов? — наконец, переборол себя Снэйп. — Обожаю. — Если я зайду за вами в воскресенье в шесть, и мы отправимся в кофейню в маггловском Лондоне, как вы к этому отнесетесь? — С большим энтузиазмом, — улыбнулась она. — Думаю, вы простите мне, если мы пройдемся по магазинам. Снэйп кивнул. — Спокойной ночи, Северус, — улыбнулась Надья, протянув руку для рукопожатия. — Спокойной ночи, Надья, — отозвался он, обхватив ее кисть ладонью, и на мгновение коснулся губами тыльной стороны. *** — Тео? — тихо позвала Матильда. Холт, вскрывающий ножом скорлупу Драконьего хропса, поднял на нее взгляд, удивленный тем, что его позвали по имени. — М? — Уже одиннадцать. А у тебя игра завтра. — И? — Иди спать, а я закончу. — Я не оставлю тебя здесь одну, — на удивление серьезно отозвался парень. — Боишься, что буду приставать к профессору? Хаффлпаффовец усмехнулся. — Я серьезно. Тебе надо хорошо отдохнуть. — Тогда пошли со мной. — Мне завтра не надо будет рассекать небо с тяжелым мячом на перевес. Я могу еще поработать. — Одну я тебя не оставлю, — повторил Тео и вернулся к работе. — Упрямый гиппогриф, — себе под нос проворчала Мортимер. Огляделась по сторонам, вдохновленная собственной идеей только что пришедшей в голову. — Табурет! — радостно воскликнула она и подошла к сему атрибуту обстановки. Холт наблюдал за ней, вскинув бровь. Мортимер отлевитировала табурет к свободной стене. Произнесла заклинание трансфигурации — табурет превратился в кровать. Стянула со стола ручное полотенце, повторила заклинание, и у кровати появился полог в цветах Хаффлпаффа. — Вот, — довольная собой заявила она. — Ты не оставишь меня одну, но и спать ляжешь. — Как я буду спать, когда ты работаешь? — в голосе Тео слышалось раздражение. — Я джентльмен или кто?! Мортимер, ты же в Райвэнкло вроде учишься и не понимаешь простых вещей? — Я хочу как лучше! — Однако, «как лучше» не совсем хочет тебя, — скептично отозвался парень. — Хочешь, чтобы я лег спать? Хорошо. Холт подошел к девушке, взял ее за руку и потянул в сторону кровати. — Ложись, — строго произнес он, кивнув на кровать. — Зачем? — испуганно осведомилась Матильда. — Спать будем. — Тогда лучше разойтись по своим комнатам! — Нет, не лучше. Откуда я буду знать, что ты в своей кровати, а не спустилась сюда, как только я усну? Ложись! — Ты шутишь? — спросила Мортимер, заглядывая в глаза парня. — В этот раз я совершенно серьезен. Матильда удивленно пялилась на парня несколько секунд. После чего стянула мантию, ботинки; прошептала заклинание в третий раз, превратив форму в пижаму, и забралась в кровать. Холт наложил на дверь запирающее и предупреждающее заклинания и последовал примеру девушки. — Так-то лучше, — произнес он, вытягиваясь под одеялом. — Абсурд, — глядя в потолок отозвалась Матильда. — Какого лешего я на это согласилась? — Просто я тебе нравлюсь. Девушка закатила глаза. — Ты мне тоже нравишься, — продолжил Теодор. — Так что все честно, — с улыбкой в голосе, добавил он. — Радует, — райвэнкловка не смогла сдержать улыбки. — Моргана, чего ж ты тогда к стенке жмешься? Подземелье это тебе не ваша башня, здесь не к стенкам жаться надо. *** Вернувшись в Хогвартс, Северус отправился в свои покои. На губах зельевара играла легкая улыбка, взгляд самую малость мечтательный. Пересекая коридоры черной тенью, он все еще чувствовал тепло руки Надьи в своей. *** — Тео! Кто-нибудь видел Тео Холта? — входя в Большой зал выкрикнул Киллиан Стэнфорд — капитан команды Хаффлпаффа. На него уставились все четыре факультета, оторвавшись от своих завтраков. Северус коршуном оглядел стол Хаффлпаффа, затем Райвэнкло — Мортимер тоже не было. Бровь зельевара вздернулась. Дождавшись, когда Стэнфорд покинет Большой зал, продолжив на ходу выкрикивать имя своего охотника, Снэйп встал из-за стола и отправился в секретную лабораторию. Есть все равно не хотелось. На подходе к дверям, профессор почувствовал защитную магию. Запирающее и предупреждающее заклинания. Легким мановением палочки он снял их все, про себя надеясь, что не пожалеет об этом. Распахнул двери и замер. У свободной стены стоит кровать с задернутым пологом. Пытаясь держать себя в руках, Северус оглядел лабораторию. Ингредиенты разложены ровными горками на столах, котлы размеренно пыхтят на нужной мощности горелок. — Мистер Холт, мисс Мортимер, — громко позвал зельевар. Секунду спустя за пологом послышалась возня. Вскоре ткань отъехала в сторону, явив профессору всклоченную голову заспанного хаффлпаффовца. Матильды рядом не было. Снэйп поймал себя на том, что удивлен этим фактом. — Объяснитесь, мистер Холт, — наигранно безразлично произнес профессор. — Профессор, — отозвался парень. — Как неудобно получилось. Я не привык оправдываться, будучи в пижаме. Снэйп окинул Холта скептичным взглядом с ног до головы. — У вас три минуты, чтобы привести себя в порядок и прибрать здесь. Теодор кивнул, профессор вышел за дверь, где и столкнулся с Мортимер. — Мисс Мортимер, — сладко протянул Снэйп, прищурено улыбнувшись. — Доброе утро, профессор, — опешила девушка. — Если вы спешите будить мистера Холта, боюсь, я вас опередил. — Эм, — Матильда замялась. — Хорошо. — Что-то еще мисс Мортимер? — Нет. Наверное, нет. — Тогда поспешите на завтрак. Скоро начнутся занятия. Матильда развернулась на каблуках и направилась в сторону Большого зала. Снэйп добродушно усмехнулся ей в след, понимая, что уже не хочет спускать с ребят шкуру за такое самовольство в его лаборатории. Пожурит немного Холта для профилактики и репутации и отпустит с миром, решил Снэйп, входя обратно. Холт стоял при параде, разве что волосы торчали во все стороны. Кровати и полога уже не было. — Наказание нести готов, сэр! — выпалил он, по обыкновению усмехаясь. — Мерлин… Холт, вы с самого утра такой шумный? — Нет, только когда меня будят профессора. — И часто это бывает? — Несколько раз за семестр. — Кажется, я не хочу знать о предыдущих случаях. И почему вы спали здесь тоже. Но впредь, чтобы подобное не повторялось. Уяснили, мистер Холт? — Более чем. Северус отметил, что у Теодора глаза Надьи. — Ступайте. Завтрак вы все равно проспали. *** Теодор спрыгнул с метлы, со счастливой улыбкой на губах. Хаффлпафф одержал победу над Райвэнкло. Команда бросилась устраивать массовые обнимания, трибуны свистели, размахивали флажками. — В этом году кубок точно наш! — воскликнул Киллиан, обнимая Тео за плечо. Холт усмехнулся капитану. В тот момент он жаждал не кубка, а прохладного душа и тишины. Ветер все еще свистел в ушах. Под шумок парень затерялся в толпе поздравляющих и покинул стадион, направившись прямиком в раздевалки. *** — Мортимер! — крикнул Тео, завидев девушку в коридоре по пути на обед. — Привет, — тепло улыбнулась она, заправляя волосы за ухо. — Я тебя видел, — самодовольно улыбнулся хаффлпаффовец, встав совсем близко к девушке. Она отвела взгляд, припоминая, как подскочила на своем месте, когда парня мотануло ветром на большой высоте; как болела за него, а не за свой факультет. — Поздравь победителя, — он широко развел руки. — Поздравляю, — улыбнулась она, глянув в синие глаза. — Ты был хорош. Обняла его совсем легко, почти невесомо. — Это, по-твоему, объятия? — насмешливо осведомился Теодор и крепко прижал Мортимер к себе. — Мы же в коридоре, — прохрипела она ему в ухо. — Какая разница? — усмехнулся он. — Мы ведь все выяснили прошлой ночью. Мимо сновали ученики, с интересом глядя на ребят. Матильда заерзала в руках Холта. — Не то, чтобы мне было дело до кого-то, но хотелось бы оказаться в более уединенном месте. Теодор лукаво улыбнулся. *** Воскресенье. Северус надевал пиджак от обычного маггловского костюма, сшитого тем не менее на заказ. Сидел костюм как надо, чем не мало радовал профессора. Зельевар достал из ящика флакон духов, повертел в руках граненную бутылочку. Он не пользовался им со времен седьмого курса. Спустя минуту он стоял перед дверьми своих покоев. Вздохнул, прогоняя из головы мерзкие речи сомнений. Он твердо решил, что будет счастлив этим вечером. *** Северус специально аппарировал в самом начале улицы Гранье, чтобы пройтись пешком, собраться с мыслями. В маггловском костюме он чувствовал себя неуютно. Все же мантия на порядок удобней и несомненно привычней. Дом Надьи оказался перед зельеваром неожиданно. За размышлениями он не заметил, как дошел до него. Дверь приветливо распахнулась, стоило Снэйпу подняться на последнюю ступень. Перед ним стояла сама хозяйка дома в шикарном фиолетовом платье до колен, волосы собраны на затылке. На губах помада под цвет платья. — Добрый вечер, — заставил себя произнести зельевар, оглядывая Надью чуть дольше, чем требуется. — Добрый вечер, — обворожительно улыбнулась она. Сняла с вешалки черное пальто, кои носят магглы, и переступила порог, оказавшись совсем рядом с Северусом. От нее веяло хорошим ненавязчивым парфюмом и выпечкой. Северус помог ей надеть пальто. — Вы прекрасно выглядите, — произнес зельевар, сжав протянутую руку в своей. Снова поцеловал тыльную сторону, чем вызвал смущенную улыбку на полных губах. — Вы тоже, — отозвалась Надья. *** Сидя в кофейне в одном из укромных уголках Лондона, Северус слушал. Его слух наслаждался звуками этого голоса. Надья в красках рассказывала про свои прошлые походы в маггловские районы Лондона, Сандански — ее родного города; как однажды по ошибке аппарировала на центральную улицу в Софии вместе с друзьями из мужского отделения Дурмстранга и какой они вызвали ажиотаж среди населения, как им тогда здорово влетело от преподавателей. Снэйп ловил себя на том, что ревнует ее к тем парням, с которыми она перебирала ракии в учебные годы; что ему нравится ее мягкая, но, на его взгляд, излишне широкая жестикуляция; и то, как она смеется. Надья словно специально не спрашивала про его детство, отрочество и юность. Не спрашивала, при каких обстоятельствах и с кем он бывал в ее родной стране. Она спрашивала за дела текущие, за тонкости его профессии, за учеников. Устроила ему допрос с пристрастием по поводу Матильды Мортимер, про которую он сам толком ничего не знал. Попросила рассказать какие-нибудь подробности из жизни Уизли, Поттера и Финнигана, чтобы иметь возможность шантажировать ребят, если они снова решат, что если прошли войну, то знают и умеют все на свете. И Северус совершенно без зазрения совести в подробностях передал ей все щепетильные истории, начиная с первого курса. Надья не переставая смеялась, не веря, что эти ребята с самого детства умудрялись вляпываться в неприятности и феерически выходили из них. Зельевар и сам не раз широко улыбался, вспоминая бывших учеников. Увлекся и посвятил мисс Драгов в подробности учебы Лонгботтома, близнецов Уизли, Малфоя и Грэйнджер. Надья подхватила рассказ о последних, поведав зельевару, что не так давно присутствовала на благотворительном вечере. Будучи ярой защитницей всех ущемленных, Грэйнджер весь вечер пыталась достучаться до сильных мира сего со своей благородной миссией, без зазрения совести пользуясь своим положением героини войны. К середине ужина Малфой, извинившись перед гостями, взял Гермиону под руку и поволок к выходу, что-то ворча себе под нос. Снэйп усмехнулся, представляя эту картину. На самом деле он был искренне рад за крестника, что тот счастлив. Но это не отменяло того факта, что Северус не простил их за те халивары, которые они устроили в школе на пару с гриффиндорской заучкой. После кофейни Надья с нездоровым блеском в глазах потащила Снэйпа по магазинам. До этого Северус думал, что войну пережить было проблематично, но женщина, попавшая в любимые магазины, в которых давно не бывала, вызвала сомнения на этот счет. — Северус, — воскликнула она, проходя мимо очередного бутика. — Какое счастье, что вы пригласили меня именно в маггловский район! Я вам очень благодарна! — Должен вас заверить, что это было спонтанным решением, — усмехнулся зельевар. — Тем не менее, — улыбнулась Надья. — Мерлин! — воскликнула она еще громче. — Мне необходимо это платье!!! Снэйп тяжело вздохнул и последовал за женщиной в бутик, за дверьми которого она скрылась. *** Северус опустился в кресло, которое предусмотрительно стояло на выходе из примерочной. Опустил на пол пакеты с вещами из предыдущих бутиков и огляделся. На его взгляд оформители перестарались с количеством осветительных приборов, да и зеркал излишне много. Он насчитал четыре своих отражения, недовольно поморщившись каждому. Надья вышла из примерочной минуту спустя, вырвав его из ворчливых мыслей. — Как вам? — улыбнулась она, поворачиваясь к Снэйпу то одним боком, то другим. Платье до колен цвета горчицы облегало тело, выгодно подчеркнув впечатляющие бедра и грудь, что профессор невольно сглотнул. — Впечатляет, — отозвался зельевар. Женщина лукаво усмехнулась, повернувшись к нему спиной. Вырез на спине оказался вызывающе глубоким. — Великолепно, — улыбнулся Северус, пытаясь отвести взгляд от всех этих вызывающих изгибов. Тщетно. Надья довольно улыбнулась. *** — Вы не устали? — спросила Надья, когда они выходили из бутика. Мягко обхватила Северуса под локоть свободной руки — в другой он нес пакеты с покупками. — Самую малость, — ответил Снэйп, глянув на нее сверху вниз. — Попадая в маггловские магазины, я будто схожу с ума, — усмехнулась Надья. — Я заметил, — добродушно отозвался зельевар. — Надеюсь, вам было не очень скучно. — Мне не было скучно, могу вас заверить. — Рада слышать. За разговорами они дошли до места аппарации. Прижав Надью к себе, Северус аппарировал на улицу Гранье. *** Матильда, не замечая ничего вокруг, вчитывалась в инструкцию к зелью-вскрытия сознания. У нее никак не укладывалось в голове, как Хропс Драконий не разнесет лабораторию, когда смешается с горной полынью. — Мортимер, у тебя соплохвост в волосах, — произнес Холт. — Ага, — отозвалась девушка, совершенно не вникая в слова напарника. — А еще у тебя мантия оранжевого цвета… — Ага, хорошо. — Малкинсон звал меня на свидание сегодня ночью. — Хорошо-хорошо. — Профессор — транссексуал, — откровенно развлекался Холт. — Ага. *** Надья стояла на пороге, глядя на Северуса снизу вверх. — Спасибо за вечер, — произнесла она после затяжного молчание. — С вами приятно проводить время, мисс Драгов, — кивнул Северус. — Знаете, — губы Надьи темно-сливового цвета растянулись в улыбке. — У вас невероятно красивая улыбка. — Вы мне льстите. — Нисколько! Северус не сдержал улыбки. Время замирало, когда Надья смотрела на него своими синими глазами. Пауза затянулась даже для прощания на пороге. Улыбка Надьи угасала, брови собирались у переносицы. — Все приходится делать самой! — воскликнула она отчаянно. Схватила Северуса за ворот пиджака и притянула к себе. Снэйп забыл вздохнуть, растерявшись. Надья припала к его губам отрывисто, словно собиралась прыгать с обрыва. С тихим стуком из рук зельевара на пол упали пакеты. Женщина отстранилась, глядя на него во все глаза. Прикусила обе губы, пряча сумасшедшую улыбку. Глаза нездорово блестели. — Служу в Аврорате, а трясусь, как девчонка! — призналась она, глубоко дыша. Зельевар смущенно улыбнулся. — Простите, что это пришлось делать вам, — произнес он и склонился к женщине, исправлять ситуацию. Надья с легкостью поддавалась к нему, мягко льнула. А Северус задыхался от переполняющих его чувств. Он целовал невероятную женщину, прикасался к ней и получал приятные ласки в ответ. Одной рукой Надья открыла дверь, не отрываясь от губ Снэйпа. Они ввалилась в дом, целуясь совершенно не двусмысленно и захлопнули дверь. Впрочем, секунду спустя дверь снова распахнулась, явив улице взлохмаченную голову профессора. Он схватил пакеты с порога, после чего снова скрылся в доме. *** «Вот так и приходится бороться за собственное счастье с самим собой», — думал профессор зельеварения, глядя в потолок чужой спальни. Надья лежала у него на груди, обнимая одной рукой, и размеренно дышала. Северус, изредка поглядывая на ее затылок, задавался вопросом, а не поторопились ли они? Надолго ли хватит этих отношений? Боялся, что разочарует ее. Боялся сильнее, чем следовало бы. Все же она успела очаровать его безоговорочно и бесповоротно. Это пугало. Северус силой гнал от себя страхи и мысли. В этот вечер он совершенно счастлив и впервые за очень долгое время доволен жизнью. — Хватит думать, — неожиданно прошептала Надья ему в солнечное сплетение и погладила торс. Северус усмехнулся и натянул одеяло на плечи женщины. *** — Я не могу понять эти строки! — раздраженно возопила Матильда, всплеснув руками. Тео, развлекавший себя тем, что жонглировал ножами с помощью левитации, перевел на девушку скептичный взгляд. — В кои-то веки тебе не дается теория? — усмехнулся он. — Не смешно, Тео! — выпалила она, обернувшись к хаффлпаффовцу. — Кто-то из нас должен разобраться в этих текстах, раз профессора нет! — Дай глянуть, — сдался парень. Ножи отлевитировали к столу и выложились в ряд. Тео встал позади Матильды, глядя на инструкцию к зелью-вскрытия сознания, через ее плечо. — Это вообще по-английски? — удивился он, перечитав текст дважды. — Да, — выдохнула она удрученно. — Хм-м… — Холт задумался на мгновение. — Если от нас здесь пользы больше нет, предлагаю более приятное времяпрепровождение. — И что это? — улыбнулась Матильда. — Ты, я, Северная башня. Оттуда великолепный вид на Млечный путь. — А еще там очень холодно, — добавила Матильда. — Для этого у тебя есть я, — улыбнулся Теодор. — Ты это еще не поняла? — Как-то не прочувствовала, — поправила девушка. На секунду она пожалела о своих словах, когда после них глаза парня нездорово заблестели, а губы растянулись в зловещей ухмылке. Холт развернул ее к себе лицом, заправил черную прядь за ухо, мягко очертив пальцами силуэт уха и скулы. Матильда смотрела на него вопросительно, с надеждой и трепетом во взгляде. Парень тянул, добродушно усмехаясь. Ему нравилось смотреть в глаза райвэнкловки, когда она так близко, видеть, как мечется ее взгляд от его глаз к губам и обратно. Склонившись, он припал к ее губам. Требовательно, собственнически, заставив ее задыхаться. — Начинаешь чувствовать? — спросил Тео, отстранившись. Матильда кивнула, не отрывая от него взгляда. — Это только начало, — заверил он ее. *** Неделю спустя. — Мама! — вопил Теодор, появившись на пороге дома в утро воскресенья. — Мама!!! Мне нужна моя запасная метла! Не получив ответа, Холт прошествовал на кухню, где ожидал увидеть мать за выпеканием кексов, но вместо этого около стола стоял профессор Снэйп в незаправленной в брюки рубашке и накалывал на шпажку нарезку из овощей. — Профессор, — учтиво поздоровался Тео, удивленно озираясь по сторонам. — Мистер Холт, — кивнул Снэйп. Они молча смотрели друг на друга минуту. — Я, кажется, не хочу знать, что вы здесь делаете, — первым подал голос парень. — Мудрое решение с вашей стороны, мистер Холт, — похвалил профессор. — Пожалуй, заберу метлу и отправлюсь по своим делам. — Как скажете, — улыбнулся зельевар. *** — Не поверишь, что сейчас было, — произнес Теодор, подходя к ждавшей его недалеко от дома Матильде. *** — Минуту назад у меня была увлекательная беседа с твоим сыном, — произнес Северус, когда Надья спустилась на кухню.