Глава 3
11 июня 2014 г., 22:00
Утром встать пришлось еще до всеобщей побудки. Щека побаливала, да и на ощупь была тугой и горячей. Поэтому, еще сонный, не совсем соображая, что делаю, я пошел в санитарную комнату посмотреть, что с лицом, и привести себя в порядок, чтобы заявиться к доку до того, как все станет гораздо хуже.
На вид оказалось не так уж и плохо. Только одно удивляло. Сколько я ни пытался прогнать магию по воспаленному месту, чтобы снять отек и залечить, лекарские силы, казалось, совершенно не касались этого кусочка плоти величиной со сливу. Омывали кожу, ощущались как легкое покалывание везде, но только не там, в более розовом пятнышке кожи, при ближайшем рассмотрении покрытом мелкими дырочками. Уж чем меня Нод зарядил — ума не приложу, но если уже и магия не берет, то дело плохо. Где-то и что-то я об этом слышал, но не помнил где и что.
Поэтому, увлеченный исследованиями собственной рожи, не сразу сориентировался, когда услышал приглушенный стон из закрытой душевой кабинки. Сыграли свою роль и инстинкты, приобретенные во время выживания в отстойнике. Поэтому я сначала рванул туда, выбил дверь, безумным взглядом ища, кого можно прибить, а только потом понял, что принял за стон боли.
В кабинке находились двое. Лапар и еще какой-то из наших. Скорее всего, Стин. Самый белобрысый. И Лапар, навалившись всем весом, распластав его по стене грудью, в момент, когда я ворвался, выцеловывал узоры на его спине. А может, и не только. Но когда я уже готов был открыть рот и извиниться, обернулся ко мне с безумным диким взглядом, неизвестно откуда вытащив нож, направив в мою сторону:
— Убирайся! — такого рыка я не слышал у людей даже в ярости.
— Эй, парень, тише! — я поднял руки защитном жесте. — Тебя никто не трогает. Вас не трогают. Все в порядке…
— Пошел вон! — снова рявкнул Лапар.
— Что тут у вас происходит?! — натолкнувшись на стену, затормозил слету, очумевший ото сна Роб, прищурившись, посмотрел на сие действие: двое в душе, один остолоп смотрит. Теперь уже двое. — Так. Ясно все. Андж — в комнату. Лапар! Я кому сказал, придурок! Сколько раз говорил? В себя приди! Нож спрятал! Быстро!
Я, усмехнувшись, вышел. Да уж, видно, досталось ребятам в свое время по полной программе, если до сих пор свое защищают от других, как в дикой стае. Или я пока чужак?
— Все, что хотел, увидел? Ну, давай, говори, рассказывай теперь, как низко пали и что нам светит, — буркнул Роб, шлепнувшись на свою койку, позевывая и протирая глаза. — Какого хрена поперся?
— Тон пониже, и слова выбирай, — щеку начало дергать, и я поморщился. — Что, кто и как — не мое дело. Лишь бы по обоюдному желанию. А в санитарную зашел по личным причинам. У меня вчера тоже день был не сахарный…
— Стоять! — рявкнул Роб Лапару, который по стеночке пытался проскользнуть к выходу. — Бегом сюда! Ко мне, я сказал! — умеет командовать… Лапар остановился рядом. Угрюмый, готовый наброситься на меня, стоит вякнуть хоть слово. — Я тебе что говорил, а?
— Выбирать время. Ну, так мы и выбрали. Если бы не этот…
— Пасть закрыть и слушать! Не этот, а Андж! И вам, придурки, кому как не другим знать, какими из отстойника приходят! Хорошо хоть сначала не прибил, а потом спрашивать начал кто и что! Все, свободен! Руки пожмите друг другу… Вы же пожмете? — рыку в голосе Роба перечить не хотелось. Особенно сейчас, когда лицо перекашивало от боли. — И морду такую не делай, Андж! Потом, если что, друг против друга выйдете, боем вопросы все решите!
— Да пошел ты к черту, Роб! — сил терпеть уже не было, и я, быстро пожав протянутую руку Лапара, метнулся к выходу, отчего-то чувствуя, что уже опоздал… Поэтому как грохнулся — не помню. Где — тоже.
Очнулся только в лазарете, почти не ощущая левую половину лица.
— Кто ж тебя так раздербанил, горемычный ты наш? — док только вздохнул, видимо, смирившись с неуемным пациентом.
Я попытался рассказать, но едва смог промычать что-то невразумительное. Поэтому только кивнул, когда мне под руки сунули досточку и грифель. И я написал одно имя: Нод.
— Ах, вот оно что!.. Ну, тогда понятно, за что этот идиот руки лишился, — док не спешил, работал медленно и со вкусом, напевая себе под нос какую-то мелодию. — В этот раз повезло. Ребятки в твоей команде шустрые. Вовремя притащили. Еще пара часов — и пришлось бы ампутировать голову… — я только воззрился на дока, а он белозубо усмехнулся. — Шучу. Но так — только куска щеки лишился, а мог бы и челюсти. Восстанавливаться будешь долго. И это уже безо всяких шуток. Нод, как и все степняки, пользуется неким оружием вроде кистеня, только с большей длиной цепи. Пара десятков ударов, и магическое существо обречено. Только сиди и жди, пока копыта отбросит. И магов тоже касается. Главное — не забыть вовремя иглы, покрывающие шар так густо, как у ежа, ядом нужным смазать. Глядя на тебя, понимаю, что Нод свое оружие в полном порядке держит. Вот только одного в толк взять не могу! То ли ты так силен, что столько времени действие яда не ощущал, то ли что?
«Хеск заметил», — коротко написал я.
— Яйца откручу, — лаконично припечатал док. — И ему, и тебе! Тебе — за то, что подставился под удар, а ему — за то, что не притащил в лазарет, когда понял, в чем дело! И не смотри на меня своими огромными глазищами! У меня других проблем валом было с этими придурками покоцаными! Так что дал тебе отвар тонизирующий, осмотрел, чтобы переломов не было и ран открытых, и занялся тем, кому ты брюхо распорол! И вот что я тебе скажу, малой. Как на духу скажу! С тобой одним проблем больше, чем иной раз в бою бывает! Редко, мать твою, но метко тебя достает! Сидишь потом, голову ломаешь, как это, — он показал какие-то фигуры руками, — составлять все воедино, да так, чтобы оно еще думало, двигалось и магичило! Сгинь, нечисть! Все силы, как вампир, в один присест выглатываешь!
— А хотите, я вам все свои кристаллы силы отдам, уже полные? — попытался произнести, и вполне удачно, если не брать во внимание струю слюны, потекшую с онемевших губ.
— Утрись, — буркнул док, запустив в меня какой-то белой тряпкой. — Вообще, если быть честным, я бы давно завел такую моду: кристаллы личные не в подарок при окончании обучения выдавать, как этакий приз и довесок, а использовать на нужды лечебницы. А то порой, бывает, приходится всех стражей к общему энергоприемнику подключать, а какие-то остолопы, вместо того чтобы на занятия тратить, в барах и казино все просаживают!
— Понял, исправлюсь, надавлю на Энфера, выбьем вам в лечебницу все, что можно.
— На Энфера он надавит, — Док махнул на меня рукой, как на идиота, который мямлит что в голову придет. — Без тебя не один век справлялись — и дальше справимся! — ретроград старый… Я только поклонился как можно ниже, а сам и думать забыл, разрабатывая план мести. — Стоять! — рявкнул док. — Лицо не тревожить, повязку не снимать! Два раза в день на перевязки! Магией трогать даже не смей! Таких шрамов понаделаешь себе, что потом никто не выведет. Разве что действительно голову оторвать и другую, поумнее, пришить. Все, пошел!
— А есть как?
— А вот без еды, дорогой мой, как раз таки пока и обойдешься. Ни еды, ни воды. Если сильно себя нагружать не будешь, то на своих силах и вытянешь. А не вытянешь — приходи. Что я, зверь какой-то, малышню мучить?
Ясно, сам не справлюсь, ныть начну — прослыву соплей неразумной. Так что, Андж, хочешь не хочешь, режь свой резерв как пожелаешь, а держаться тебе только на своих силах.
— Долго хоть? — и не хотел, а все равно тоскливо получилось. Ну, хоть дока порадовал.
— Декаду! Все! Сгинь с глаз моих, а то сейчас чем-нибудь тяжелым запущу!
Пришлось делать вид, что сбегаю. Идея… Какая же у меня была идея, которую док перебил? А! Вспомнил! Энфер. Конечно, наговорил я магу много лишнего, ненужного, а кое-чего и завышенного в десятки раз. Но это чтобы попугать и заставить в следующий раз задуматься над своими действиями. На самом деле все его потуги хоть как-то повлиять на меня — как с гуся вода. Светлый — он и есть светлый. Отряхнется от всей грязи и забудет. А не забудет — так сам вычеркнет из памяти, заставив себя. А для того, чтобы вновь открыть в себе ту силу, что он запечатал, достаточно увидеться с Абером, и все. Но мыслил я не об этом, а о том, как можно повернуть страх Энфера в нужную мне сторону. Буду составлять для него список дел, которые он будет обязан выполнить, чтобы вымолить у меня прощение. И поменять структуру распределения энергии, и усилить магическую подпитку лечебницы не нужными никому, по сути, кристаллами — как раз одно из таких дел, которое снимет с него некоторую часть вины. Если ничего такого же глобального не придумаю, то большую. Если найду такие же моменты, которые стоит подправить, то маленькую.
И не то чтобы я совал нос, куда не просят, но именно из таких разговоров по душам и вылезают эти мелкие огрехи, не продуманные устроителями базы. Почему бы не исправить, если есть возможность?
Пробираясь по еще спящей базе, я как-то не надеялся ни с кем встретиться, и тем обиднее и неприятнее была встреча с Хеском. Стыдно, что он меня в таком плачевном виде узрел.
— Ну привет, малек, — Хеск задорно улыбнулся, делая вид, что не замечает ни моей перевязанной половины лица, ни тряпки, которую временами прижимал ко рту. — Док что сказал?
— Что яйца нам оторвет. Обоим, — хоть и хотелось улыбнуться, но получилось мрачно. Потому что, если бы Хеск действительно отправил меня в лечебницу сразу — может быть, и удалось избежать подобного. — А Ноду скажи, что я ему все конечности переломаю, если он еще раз свою ту хреновину в руки возьмет при учебном бое.
— Ну, Андж… Как у нас говорят: «Лучше перебздеть, чем обосраться». Веришь или нет, а седых волос ты всей моей команде прибавил. Дело ли — увидеть на плацу Истинного, да еще в ярости боя. Такого вообще ничто не остановит, пока он не порешит всех, кто на него напал. Я с чего и подумал, что ты одержимый. Слишком уж похоже было на то, с чем сталкивался пару раз. Говори, что док прописал и чем помочь могу, — Хеск посерьезнел.
— А чем поможешь? — я пожал плечами. — Док был краток: не жрать, не пить, магией не лечить. Бегать на перевязки и стараться не перетруждаться, чтобы резерв был полон. Вот и все рекомендации.
— Надолго? — Страж еще больше нахмурился. — Ладно, неправ. Раз говоришь, то не так все и сложно. Но что именно он сделал — я знать обязан.
— Удалил часть щеки, сказал, еще немного — и пришлось бы и челюсть ломать. Десять дней поста, — я криво усмехнулся. — Ничего, и похуже было.
— Десять дней, — Хеск хмыкнул. — Знаешь, я, наверное, доку и сам свои яйца в платочке отнесу, потому что и подумать не мог, что Нод после боя, который у нас был, снова свою хрень колючую ядом успеет смазать и высушить. Думал, все примочками закончится да выговором, чтобы себя берег. Лады. Раз ничего, кроме собственного участия и толики магии, я дать не могу, то забей в ваших вечерних посиделках часик и для меня. Буду тебя лечить. И не стесняйся у пацанов просить! Если вы команда, то так пусть и будет с самого начала.
— Хеск, — я поморщился. — Мне с моим резервом…
— А ты пробовал быть на такой диете, какую тебе док прописал? — слишком мягко и вкрадчиво спросил Страж. — Нет? Ну, раз нет, то и не вякай. Чем дольше без еды и воды пробудешь, тем меньше твой резерв будет заполняться. Так что потом будешь как слабый кутенок. Все! Выполнять как волю старшего и не сметь мне здесь выеживаться! А то, вишь, развел демагогию! Не хочу, не буду!.. Сказал надо, значит хоть разбейся, а приказ выполни!
— Принял к сведению, Страж! — я вытянулся, вскинув голову. И тут же поморщился. Что бы док там ни наложил, действие прекращалось. — Ладно, пойду пострадаю тихонько по своей утерянной красоте.
— Иди, — Хеск хлопнул меня по плечу. — И вечером жди меня. Заодно и представишь своим мальчишкам, — уши мои заалели, и я тут же получил подзатыльник. — Как будущего куратора вашей группы, охальник! Марш отдыхать!
И я, сгорая от стыда и посмеиваясь над собой, поспешил в корпус. Да уж… Вот так и нахожу на свою филейную часть приключения. А ведь думал, что все уже в прошлом, осталось только с демонами разобраться, Абера вытащить — и поминай как звали…
* * *
К вечеру настроение окончательно испортилось. Мало того что вся левая часть лица ныла, не переставая, и от боли бросало то в жар, то в холод, так еще и заняться было нечем. Куда бы ни пошел, ото всех слышал, что мне сейчас отлеживаться и резерв магический копить надо. А от безделья и жалости к себе — такому никчемному и никому не нужному — становилось еще хуже. Даже посещали мысли о том, что, может, ну его к демонам ровную кожу и стоит все же полечить магией, чтобы хоть на какое-то время забыться во сне. И если честно, останавливало даже не то, что док меня устрашил рубцами, а то, что я в его глазах буду выглядеть сопляком, который потерпеть не мог. Зато после перевязки, когда боль снова притупилась каким-то одним известным доку способом, стало немного легче. Но только немного. А потом вернулись ребята. И наш быт, уже устоявшийся за это время, был нарушен неловкостью. Ведь привыкли к посиделкам с вином и закусками, а теперь, зная, что мне и крошки взять нельзя, часть ритуала была как бы смята. И ощущали себя неловко. Да еще и утреннее происшествие со Стином и Лапаром. Казалось, что назревающее еще с утра напряжение стало отдаваться в ушах звоном. И добило всех появление Хеска. — Не помешаю? — постучав ботинком, наверное, потому что дверь содрогалась от ударов, Страж протиснулся в помещение. — Здоровы будьте, курсанты. — Приветствуем, Страж! — все вытянулись у своих коек, поспешно поправляя одежду. Я тоже вытянулся сначала, а потом прошел к двери, предлагая Хеску пройти и выбрать себе место. — Ну привет, подранок, — он улыбнулся какой-то странной, почти ласковой улыбкой, потрепав меня по волосам, и при всех приблизился, поцеловав в свободный от повязки уголок рта. — Как самочувствие? — Теперь уже лучше, — я хмыкнул, увидев промелькнувшее на лице Хеска довольство. — С полчаса как от дока вернулся, он мне новую мазюку наложил, болеть перестало. — Гаденыш! — расхохотался Страж, выставив на стол бутылку вина, и безошибочно прошел к моей кровати, усевшись на край. Я же, недолго думая, забрался на койку с ногами, усевшись позади Хеска, слегка сжимая стопами его бедра и опершись плечами на стену. — Когда я тебе доверился настолько, чтобы спину свою открывать? — хмыкнул Хеск, обернувшись, но позу менять не стал. — Вольно, малышня. Говорить будем. Ну, что сидим, кого ждем? Открываем вино, разливаем, старшего по званию не забываем! Шустренько, шустренько! Поведение Стража, да и мое тоже, слегка расслабило ребят, позволив им перестать воспринимать Хеска как главного, и вскоре все устроились с кружками, наполненными вином, выпив за знакомство. Я что-то бурчал насчет того, что ко мне, болезному, могли бы отнестись с солидарностью, но мой призыв не нашел отклика. Да и что это я?.. Вроде и сам не понимаю, что все желания что-нибудь пожевать или выпить — это не от острого голода или жажды, а от привычки. Зато заметил, как расслабился Лапар, немного неуклюже притянув к себе Стина, показывая, что никому его не отдаст. А затем начался разговор. — Кто тут у вас главный? — Хеск окинул взглядом ребят, ожидая мгновенного ответа, но Роб почему-то поколебался, а потом взглянул на меня. — Ну, я раньше был. Но по силе у нас Андж лучший. Да и старше. — Ага, а также умнее, прошел больше, и вообще, чего с демонологом и высшим магом спорить, — фыркнул я, ощутив, как Хеск слегка погладил меня по ноге, успокаивая. И все раздражение улеглось. — Роб, я никоим образом не претендую на старшинство и главенство. Во-первых, я не создавал эту группу, а влился в нее. Во-вторых, я не из тех людей, которым удается улаживать конфликты. Скорее, я сам их нахожу на свою голову. В-третьих, я одиночка. И в-четвертых, еще неизвестно, сколько я с вами пробуду. Так что ты здесь главный. И я не претендую ни на малейшую кроху твоих прав. — Рад, — спокойно кивнул Роб, удивив меня тем, что ни словом не обмолвился о своих умозаключениях. Просто ждал, пока жизнь выберет сама. — Ну, с этим разобрались. Теперь вопрос второй: Андж успел начирикать, почему я здесь? — Пока молчал. Как-то не до этого было. — А тем, кто сзади, голос не давали, — весело отозвался Хеск, смотря только на Роба. — Итак, парень, я получил от Анджа предложение заняться вашей группой. Как он сказал, вы ребята сильные, дружные и смекалистые. Какие-то личностные проблемы есть? Не скрывай, мне все знать надо, чтобы как можно лучше наладить вашу взаимосвязь. Роб насупился. Именно не как ребенок, которому задали непосильную задачу, а как человек, который много знает, но говорить хочет не все. — Да, проблемы у нас есть, — наконец, осторожно начал он. — Возможно, даже серьезные, — он бросил короткий взгляд на Лапара. — Агрессия, неуравновешенность характера, стремление к превосходству и… — он помялся, — желание выделиться из общей толпы. Не заносчивость даже, а, скорее, попытки работать на износ, чтобы показать, что стоим большего, чем нам пророчат, — а потом поднял голову, смотря в глаза Хеску. — Страж, вы же знаете, что нас называют мусорщиками? — Слыхал, — спокойно кивнул Хеск. — Только благодаря тебе и твоей команде столько ребят ценных нашли и подняли из дерьма, что некоторые тебя называют старателем, — он усмехнулся. — Были даже разговоры поставить все на поток и заставить Стражей проводить ту же политику, но знаешь… Из грязи в князи, а потом снова в грязь — это как-то не очень, а вот так, как делаешь ты, постепенно продвигая ребят к нужному уровню, — очень даже неплохо. Но думаю, что скоро тебе это дело придется бросить. Времени не будет. Если, конечно, мы договоримся о том, что я стану вашим куратором. Поднялся ропот, но стих, стоило только Робу поднять руку. — Чем обязаны такой честью? — А вот этому выскочке, — Хеск ткнул пальцем назад. — Хорош, гад. И если за вас слово сказал, то почему бы и не попробовать? Группа полностью сформирована или придется переформировывать? — Насчёт этого ничего не скажу, — Роб бросил на меня странный взгляд, но свои мысли удержал при себе. — Нам еще не говорили, какие должны быть десятки. И вообще, у нас только начальные курсы, мы даже боёвок еще не проходили, не говоря о тренировках на поле боя. — Ну, тогда слушайте, — Хеск налил себе вина и задумался. — В десятке при правильном распределении должно быть четыре мага. Некромант, демонолог, лекарь и универсал. Надеюсь, объяснять, кто такой универсал, не надо? — Боюсь, что надо, — Роб держался молодцом — впервые видеть легендарного Стража так близко, а Хеск был одним из командиров элитарного подразделения. Нет, были и другие, но Хеск был совсем неплох в своем деле. — Ну, слушай тогда. Универсал, по своей сути, маг, который может создавать любые плетения любой сложности на основе своей силы. А при надобности — переводить свою изначальную, родную силу в тот вид, который подходит для исполнения задачи. Например, если отряд разведывательный и нужно показать, что работал не некромант, а огневик, то он так перекрутит собственную силу, что будет работать как настоящий огневик. А надо — как истинный водник. О плетениях я сказал раньше, но повторюсь. Мы ведь боремся не только с тварями, точнее, это вы с тварями будете бороться, пока не дорастёте до среднего уровня. На самом же деле приходится вступать в схватки с очень сложными противниками, которым доступны все виды магии. — О демонах, их градации и переплетении сил сам расскажу, — вякнул, не успев даже заметить, как повернулся Хеск, пронзив меня тяжёлым взглядом. — Перебьешь еще раз — получишь в зубы. Я ясно выражаюсь? — Вполне, — я кивнул. — Да, привык к другому, просто, фиг теперь себя переделаешь. — Ладно, этот языкатый прочирикал, что расскажет, поэтому подробно останавливаться не буду. Скажу только, что универсалы нужны для того, чтобы бить магическими связками, совмещая в себе все силы. Чем более умелый универсал, тем мощнее будет его удар. По сути, у вас такой уже есть. Андж. Но он же демонолог, а еще отменный боец. Конечно, сразу и все взваливать на одни плечи нельзя, но уже есть три места, куда его неуёмную филейную часть можно засунуть. Далее. К четверке магов должны прилагаться шесть бойцов. В идеале — чтобы каждый был мастером в своем виде боя. Итак? — Лекарь есть, — Роб указал на Стина, который уютно устроился под боком Лапара. И тут же перевел взгляд на него самого. — И боец есть. Неистовый, правда, может впасть в ярость боя. Насколько успел изучить его умение, по вашим словам, Страж, он универсал. — Эк какая команда, мне уже нравится, — пробормотал Хеск и тут же рявкнул: — Еще раз мне «выкнешь» — плац языком вылизывать будешь! Ясно говорю?! — Да, Страж, — Роб дёрнулся, чтобы встать, но удержал себя на месте, выдохнул и продолжил. — Мареф у нас некромант. По силе вроде как сканировали, сказали, кокон можно расширить, лишь бы взялся кто. А вот по умениям… разгильдяй. — Научим. Главное, чтобы желание было, — кивнул Хеск. — Демонолог… Универсал… С этим проблемы. Остальные, в том числе и я, — бойцы. Но и маги неплохие. — С этим проблем не будет. Я вот вообще с двумя магами работаю. Один — демонолог-универсал, второй — некромант-лекарь. Остальные — бойцы. А насчёт магии — это ты правильно сказал. Бывает, что нужно вывести одного или даже всех магов на острие клинка, а резервы у них недостаточно велики. И тогда используется ваша сила. Вы становитесь как бы источником для них, подпитывая заклинания. Конечно, накопители никто не отменял, но мало ли. А воин, каким бы он магом ни был, легко может обойтись без своего резерва. Этому и всему подобному я вас и буду учить. Ну, помимо того, что вам лекторы рассказывают. И моя команда возьмёт себе учениками каждого из вас, натаскивая. А потом будем меняться. И вот кто к чему больше будет способен — на том и остановимся. — Слово можно вставить? — вякнул я, когда разговор как бы затих. — Ну давай, слушаем, — Хеск слегка повернулся, чтобы сидеть ко мне в пол-оборота. — Расширить магический кокон — не проблема. У меня есть такие наработки. Точнее, у нас в мире они есть. Надо просто мага гонять на износ, потом давать заполниться его кокону и снова гонять. А изредка прогонять через него силу нескольких магов. Главное — не выжечь. Пока я говорил, видел, как меняется, суровеет лицо Хеска. — Вот в этом ты прав. Главное — не выжечь, — он нахмурился. — Я-то чего сейчас с двумя магами. Был у меня универсал. Посильнее тебя раз так в десять будет. Но случилось так, что ему пришлось выложиться, и мы, по глупости не дав ему ни вздохнуть, ни опомниться, влили всю силу, что у нас была, в его кокон, — меня даже перекосило от понимания. Это же не просто рвет кокон, а уничтожает все магические связи, которые когда-либо были! Это же смерть для мага!.. — Вот-вот, вижу, что понял… В общем, все, что удалось сделать, это сохранить ему возможность работать с накопителями, да и то на очень и очень слабом уровне. — Да вам просто невероятное удалось, — я почувствовал, что голос садится. — Обычно вслед за разрывом кокона идет полный разрыв духовных связей. И никакого перерождения после… — Ну, — Хеск криво улыбнулся. — Ему перерождение уже не светит. Поддерживаем сейчас, как и чем можем, чтобы за грань не ушел и пожить мог бы хоть в свое удовольствие. Но уже всем давно понятно, что будет. Ладно, парни, засиделся я тут с вами. Пора появиться и у своих. Обрадовать их, что ли, — видно было, что этот разговор выбил Хеска из равновесия. Посидели еще недолго, а потом Страж ушел. Точнее, попытался уйти, потому что я выловил его у самого выхода, потащив в сторону плаца, где на сто шагов было видно, подслушивает кто или нет. А потом еще и куполом нас накрыл. — Вот что я тебе скажу, Страж, — я смотрел на Хеска, понимая, что сейчас раскрываю тайну, которую должен был хранить. — Возможность залатать твоего универсала до такой степени, чтобы он переродился, есть. А можно ко всему прочему еще и так сделать, чтобы его кокон восстановился. И если первое мне по силам… Не сейчас! — тут же остановил я. — Позже. Когда мои проблемы решим, тогда смогу и магом заняться. Так вот, если перерождение я ему устроить смогу сам, то восстановление кокона зависит от одного очень вредного и старого демона. О том, что это жутко болезненно и может вывести за грань сумасшествия, вообще молчу. Понимаю, что твоему магу и переродиться — уже мёд. Но ты подумай над этим. А я подумаю над тем, что предложить тому, кто его кокон восстановит. Хеск хмыкнул. — И швец, и певец, и на дуде игрец… Для тебя есть хоть что-то невозможное, Андж? Ну, хотя бы не на словах. — Думай, что хочешь, — я махнул рукой. — Убеждать тебя не буду. И говорить, что у меня силы поболее, чем у некоторых Хранителей миров, тоже не буду. В крайнем случае, если мне не удастся это сейчас, можно остатки его духа просто поместить в стазис. Вместе с телом, когда пора придет. Ну, ты понимаешь, — Страж кивнул. — А потом, позже, уже заняться им вплотную. О том, что мне, после того как потеряю тело, может просто расхотеться помогать какому-то магу, которого я и не знаю, песчинке в мироздании, — говорить не стал. Надо просто помнить о том, что обещал, и выполнять свои обещания. Видимо, то же самое подумал и Хеск. Потому что улыбнулся грустно, поцеловав меня в уголок губ, и, не прощаясь, пошел прочь.
