Королева пустоты

Я внимательно смотрела, как люди, недавно работавшие вместе, привязывают девушку к стулу. Сломленные и сраженные. Страх управляет ими, первобытный ужас, они боятся смерти. Но у меня и в мыслях не было об этом. Хотя в мои планы вообще жертвы не входили, а тут уже четыре. Как будто за меня решили. Или я изменилась. Потеряв тепло собственного тела, я потеряла себя, все человеческое и земное, теперь мне не место здесь. Но где тогда? Я подошла к окну и посмотрела вниз. Такие окна, от пола до потолка создавали ощущение, что ты стоишь на краю и вот-вот сорвешься. Как я. Только я уже упала, хватаюсь пальцами за уступ, пытаюсь удержаться, жду, что хоть кто-нибудь подаст мне руку, а потом вспоминаю, что… Ничего. Надо отпустить и все забыть, перестать цепляться, подчиниться безумию внутри. Пусть оно ведет меня и направляет, покажет путь, по которому мне суждено идти. Если внимательно присмотреться то, можно увидеть мое отражение в стекле окна. Чуть ли не звериный оскал, синева, почти заполнившая все лицо, оставляя маленький кусочек возле линии волос, синяки под глазами и это до жути отвратительная привычка ухмыляться, высказывая свое презрение. Не мое все это. Чужое. Переняла, а теперь уже даже трудно отделить от себя. Все это так глубоко засело мне под кожу, что уже вряд ли вынешь, хоть ножом вскрывай. Вдруг, прерывая мои размышления, рядом с моим отражением появилось лицо юноши. -Через сколько начнется съемка? – спросила я у парня с наушниками. -Съемка? – растерянно проговорил он. -Да, съемка, прямой эфир, зови как хочешь. Когда? -А он будет? -Будет, будет, можешь не сомневаться. Готовь оборудование. Тот быстро кивнул и пулей метнулся к остальным, начал махать руками, что-то объяснять. Они моментально оживились и, спотыкаясь и толкая друг друга, стали готовиться к передаче, о смысле которой даже не знали. Я подошла к Джейн, привязанной к стулу по рукам и ногам с помощью скотча, и посмотрела на нее. Обычная девушка. Да, красивая. Наверно, умная, раз астрофизик. Но не это было мне интересно. Она изменила Тора, показала ему правильный путь. Сделала из тщеславного, заносчивого и самоуверенного бога, почтительного, научила смирению… Даже не то, чтобы научила, нет… Трудно объяснить все это, какая-то непонятная сила. Только за это она была достойна уважения, а не за свои заслуги в науке. Изменить бога не так-то просто, я так думаю. -Как ты это сделала? – спросила я прямо. Джейн лишь недоуменно посмотрела на меня. -Тор. Как ты.. -А тебе зачем? – перебила меня девушка с каштановыми волосами. И, действительно, зачем? Кажется, я знала, да, знала. Позавчера это еще имело значение, а сейчас? Нет. Просто любопытство. Так я ей и сказала. -Любовь. Сначала я лишь поперхнулась, а потом рассмеялась в голос, привлекая внимание моих “работников”, но один мой взгляд отрезвил их, и они вернулись к своей работе. Любовь? Слово, за которым должно стоять многое, но это не так. Любви нет и не было. Это я знала наверняка. Это такая же сила, как и жалость. Никакая. Пустая и жалкая. Это сказка для маленьких девочек и инфантильных девушек. Любовь не может спасать или изменять. -Ты действительно в это веришь? Веришь, что любовь спасет мир? – я злобно усмехнулась, приподнимая брови. -Она не спасет мир, но она меняет все вокруг, я убедилась. -Это иллюзия, магия, которая вскоре рассеивается, не более того. Любовь – это самая большая на свете ложь. -Ты просто никогда не … -Да, никогда. И никогда не буду. И не хочу. Жизнь сделала меня такой, - я развела руками. – Но я не жалею, нельзя жалеть о том, что у тебя не было. Я ненавижу саму мысль о любви. Я обернулась, отворачиваясь от дотошной подружки Тора, и посмотрела на пленных телевизионщиков: -Вы скоро там уж? -Готово. -Прекрасно. Пора начинать. – я поманила парнишку, руководящего процессом съемок. – Ты должен найти одну фотографию и в определенный момент показать на экране, понял? Он кивнул, и я начала ему объяснять, что от него требуется, кто мне нужен. Стоило мне лишь сказать, как в один момент глаза его расширились, и его взгляд загорелся решимостью и еще чем-то. Я тоже этим грешила. -Что это? – я прищурилась. -Вы о чем? – обеспокоенно спросил мальчишка. -У тебя в глазах. Этот недобрый огонек. Юноша ничего не ответил, но посмотрел на меня очень внимательно, теперь без страха, а даже с капелькой уважения. -Вы его убьете? Я заколебалась. Должна сказать да, но что-то мешает, словно я не смогу этого сделать, словно это сильнее меня. Убью, конечно, убью. Точно? Это безумие. Паренек, не дождавшись моего ответа продолжил: -Каждый из нас с удовольствием прикончил бы его. Мы все помним, что он сделал в Нью-Йорке. У многих была там семья, а теперь… -А теперь? -Нам не нужно угрожать. Мы вам поможем и так. – твердо кивнул мой новый союзник. Как быстро горе меняет человека, секунда, и он уже готов убить. Неважно плохой человек или нет. Убить. Отнять жизнь. Но смогут ли они? Не дрогнет ли рука? Не знаю, да им и не придется это делать. Я никому не позволю этого. Это мой момент, мой триумф. Ведь так? -Как тебя зовут? -Джеймс. -Хорошо, Джеймс. Куда мне лучше встать? – спросила я, смотря на площадку. -Чуть подальше от дивана будет оптимальным, оператор сможет снять вас в полный рост. Я неопределенно пожала плечами. Ему лучше знать. “Не давай слабину, иначе ничего не выйдет, маска доброты тебе не сыграет на руку” – вдруг Лафей заговорил со мной вновь. Да-да. Нельзя проявлять снисходительность к людям, привязываться даже на секунду, спрашивать имена. Это лишнее. Не стоит задумываться. В следующую секунду, если потребуется, я смогу убить их всех. Я встала, куда мне показал Джеймс, и критически оглядела себя. Доверия я не внушала, это точно. -Пять, четыре, три, два, один, поехали. Немного замявшись, я посмотрела на камеру. Неуверенность? Глупости. Игра началась и ее не остановить, поэтому… -Добрый вечер… Вы ведь не меня ожидали увидеть? Конечно, нет. Вы здесь собрались, конечно же, ради Джейн, нашего прекрасной женщины-астрофизика, но о ней после. – я улыбнулась, входя во вкус. – Сегодня не будет ни научных статей, ни глубоких изречений и умозаключений, не будет лжи и обмана, которыми обычно полны телевизионные передачи. Сегодня мы сыграем в игру: найди негодяя. Джеймс, стоявший в сторонке, засмеялся. Все, потерян. Ослеплен жаждой мести. Кого ты потерял мальчик? Мать? Отца? Потеря кого так ослепила твою добродетель? И я. Но я еще хуже. У него и в мыслях не было, только во снах, которые ему снятся и теперь после двух лет. А я не просто мыслю, но и воплощаю. Пустоту ничем не заполнить. Уж я-то знаю. -Вы, наверно, слышали эту историю, смотрели по телевизору или сами стали очевидцами этих ужасных событий. Нью-Йорк. Вторжение. Битвы. Нескончаемые жертвы. Мстители. И боги. Все это было, никто не отрицает. И вы, наверно, не раз видели виновника тех событий. Ну или хотя бы мельком. Должны были. А если нет, то его изображение вы видите на экране. Вот негодяй, которого нужно поймать. Он сейчас здесь в Лондоне. ХОДИТ по улицам вашего города, ДЫШИТ вашим воздухом, возможно сидит рядом в баре, кто знает. Лица моих пленников постепенно изменялись, вникая в суть происходящего: я натравливаю целый город на Локи. На беспомощного, бессильного бога, ставшего смертным. На того, кто убивал, кто причинил многим боль, кто предавал всех, кто ему под руку подвернется. -Локи, - обратилась я к смертному богу, - я тебя жду. Приходи и ответь за свои деяния. Посмотри мне в глаза и признайся в содеянном, скажи, что ты сделал все это, и тогда я убью тебя быстро, слышишь? Мои руки сжались в кулаки и задрожали от напряжения. -Убийца! А если ты не придешь, то я буду убивать заложников одного за другим, прибавляя к твоим убийствам еще несколько, и эта кровь будет на твоих руках, трикстер, на твоих! И это еще не все! - я ткнула пальцем в Джейн, и камеру направили в ее сторону. – Тор, у меня есть кое-что твое. Очень ценное, я полагаю. Я предлагаю обмен. Локи на Джейн. Найди его для меня. Приведи сюда, и с Джейн ничего не случится, но… Оператор вновь вернул меня на экраны телевизоров в крупном ракурсе, а я угрожающее прошипела: -Но если ты меня обманешь, бог, я убью ее, медленно, ты увидишь, как я забираю ее жизнь, увидишь, что это значит терять! Огонек на камере погас, а я упала на колени, корчась от боли.