Королева пустоты

-Довольно, Астрид! – я услышала голос того, кого я ждала, того, которого хотела убить. Убить ли? Локи, несмотря на свою людскую одежду, по-прежнему выглядел величественно под стать принцу, он не опускал голову, а все время держал ее немного приподнятой, возвышаясь над другими людьми, даже если был с ними на одном уровне, но внутри он себя считал выше всех, если не ростом, то силой духа. Он важно прошел мимо трупов, удостоив их лишь мимолетным безразличным взглядом, а затем проследовал дальше мимо работников телеканала. Те смотрели на него не без страха, многие признали в нем виновника бед Нью-Йорка, кто-то смотрел с любопытством. А глаза Джеймса горели ненавистью. Он готов был броситься на него прямо сейчас. А бог лишь окинул взглядом всю эту толпу и остановился на небольшом расстоянии от нас с Тором. -Что ты здесь делаешь? – зло бросил Тор брату. -Замолчи, Тор. Я пришел не к тебе. Тор смерил его гневным взглядом и отвернул от него свое лицо. Он злился на брата. Злился на обман. На саму сущность трикстера. На себя за то, что доверился ему снова, поверил в своего негодного братца. Но все-таки братца, каким бы он ни был, он останется для Тора не чужим человеком. -А к кому ты пришел? – спросила я, ликуя внутри, хотя и была слегка поражена. Он пришел сюда. Сам пришел. То есть внял моим угрозам. Локи? Нет, не может быть. Локи заботит только сам Локи, не более того. Что же он задумал? -К тебе. Я по-прежнему протягивала руку к лицу Тора. Всего лишь дюйм разделял нас, но я пока не спешила вершить правосудие. -Тогда ты увидишь смерть своего брата! -Давно хотел поглядеть на это. – Локи лишь усмехнулся, внимательно смотря, как я на это отреагирую. Он только что дал мне волю моим действиям. Сказал, что ему наплевать на Тора и что не прочь посмотреть, как жизнь покинет тело его названного брата. -Ты убил мою сестру, Локи! Убил! Ты убил мою семью! -Одним человеком меньше, одним больше, какая разница. Локи развел руками, не видя в этом большой трагедии. Он всем своим видом говорил, мол, каждый день умирает тысячи людей: от несчастных случаев, автокатастроф, стихийных бедствий или от рук кого-нибудь другого. Но люди все равно умирают. И пора к этому привыкнуть. Не он так кто-нибудь другой сделал бы это, и исход был бы таким же. Я опустила руку, даря всем мнимую мысль, что я отступилась от своих замыслов. Но это было совсем не так. Я наоборот укрепилась в своих замыслах и готова была совершить задуманное. Локи говорит, что ему все равно, и его глаза горят безразличием, но я знаю, что он лишь искусно врет, но недостаточно искусно, чтобы меня обмануть. Он блефует. Точно? Точно. Это было понятно. Конечно, он любил больше всего Фриггу, это ясно как день. Но и Одина с Тором тоже, отчасти. Просто это все вопрос доверия. Они утратили его и благосклонность Локи, и теперь передо мной стоит результат всего произошедшего с ним. Но нет. Он будет страдать, я знаю. “Прекрати немедленно! Локи здесь, коснись его, тебе не нужен Тор. Коснись Локи.” Это уже стало какой-то навязчивой идеей. Имя Локи звучало у меня в голове по нарастающей, и, казалось, что кроме его имени там ничего не осталось. А Лафей все гудит и гудит. “Локи, Локи, Локи, Локи…” Но я-то уже решила. -Одним асгардцом меньше, одним больше, какая разница. Моя рука резко взметнулась вверх к лицу Тора. Прикоснувшись, я почувствовала тепло его кожи, даже жар, такой контраст температур был между мной и ним. Сила, почувствовав мой зов, тут же откликнулась и попалась ко мне в сети. Казалось, сердце стало работать еще быстрее, потому что заряд энергии, полученный от бога, пробуждал меня от некоего сна, и теперь позволял мне мыслить яснее, чем раньше. Но долго эта эйфория не длилась. Локи оттолкнул Тора от меня и сам встал передо мной. А мне ведь нужно еще раз прикоснуться к Тору, и тот умрет, станет льдом. Бог молнии и грома стоял позади обессиленный, не до конца понимавший что же все-таки произошло. -Только я имею право… - начал было Локи грозно. -На что ты имеешь право? А? Ты их потерял в тот момент, когда перестал называть своей семьей. Разве нет? Обиженный божок! – я усмехнулась ему в лицо. Локи с вызовом ткнул меня в грудину, будто ставя меня на свое место, спуская с небес на землю. -Обиженный? Кто из нас еще обиженный, Астрид? – он снова назвал меня по имени, и я содрогнулась. – Да! Я убил твою сестру. Убил и не дрогнул, как и многих других! Многих! И я ни о чем не жалею. Но я тебе не про это толкую. Ты винишь себя всю свою жизнь за то, что родилась такой. Свою силу. Обделила тебя судьба, не была к тебе снисходительна! Разве сейчас ты не отыгрываешься за всю свою чертову жизнь? -Не лезь ко мне в душу, Локи. Тебе не понять, никому не понять! – я неистово затрясла своей головой -Не понять? Это тебе только так кажется. – он показал на меня, а потом на себя и продолжил. – Я был проклят и предан, был повержен теми, кто воодушевлял меня, был подло обманут своими же, так мне казалось. Но все, что ни делается - все к лучшему. Кем бы я стал? Лишь тенью величия своего брата! Но я здесь. И все снова упиралось в доверие. Обманутое, преданное доверие. Злоупотребление доверием. Разные определения для того, что отзывается острой и ноющей болью в душе каждого. Даже бога. Даже трикстера. Он доверился этим людям, впустил в свой внутренний мир. Именно поэтому утрата этого доверия так больно ранит, утрата, которая разъединяет людей. -Зачем ты здесь? – спросила я его снова. Он пришел не за братом, но оттянул его смерть. Пришел поговорить? -Я пришел за тем, что мое. Верни мне его и все станет как раньше. Я обещаю. – в глазах Локи была маленькая искорка безумия, но лишь мнимая, незаметная не посвященному. Но не из-за этого он требовал ЕГО. Он требовал Лафея. Я знаю. -А мне и не надо того, что было раньше! – крикнула я на него. – Не надо! Он открыл мне правду, открыл мне глаза, подарил мне свободу! -Это ты сейчас так думаешь, - с тоном знающего человека настаивал Локи. – За этой мнимой свободой стоит только безумие. Уж я-то знаю! Верни назад и покончим с этим! -Не смогу, я не знаю как! – в панике воскликнула я. Что это было? Помутнение рассудка? Зачем я так сказала? Такое ощущение, что на секунду я поверила в то, что надо все вернуть назад, но это ведь не так? Лафей говорил, что нужно его убить. Значит, убью. И никак по-другому. Наверно. – Замолчи! Хватит! Кажется, Локи почувствовал, что я начала сдаваться и подошел ближе, будто не опасаясь моего очередного прикосновения. “Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей!” Я зажала уши руками от надоедливого шепота, что раскалывал мой череп на двое. Сейчас. Только прекрати, прекрати говорить это. Сейчас. Шаг, еще шаг навстречу Локи, но Лафей не останавливался, а все больше давил на меня, усиливая мои страдания. Сейчас. Искры сыпались из глаз, а перед глазами немного поплыло, но я четко смогла увидеть Лафея, стоявшего в толпе людей и ухмыляющегося во все мои тридцать два зуба. Прекрати. Я все сделаю. Только прекрати. Но ничего не прекращалось. Локи стоял в шаге от меня и мне стоило лишь протянуть руку, и я протянула, но тот даже не отшатнулся от меня в испуге или страхе, нет, он стоял и смотрел на меня, как всегда высказывая свое превосходство над этим миром, надо мной. “Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей!” Я закричала, но не дотронулась до трикстера, а резко дернула рукой в сторону Лафея и с нее сорвался ледяной осколок, который лишь пролетел сквозь него. Послышались крики, и он начал растворяться, смеясь и потешаясь надо мной. В порыве безумия я забыла, что Лафей лишь образ в моей голове, что он не материален, что он лишь дух. Поэтому кинжал вонзился в грудь одного из моих пленников, который тут же осел на пол, моментально умирая. Лафей больше не призывал убить Локи. Он вообще исчез. Надолго ли? Я так глупа и мне так тяжело. Мою душу замело холодным снегом, и я понимала, что проклятье мне не снять. Это все Локи со своим прикосновением. Надо было остаться в Нью-Йорке. Молния не бьет дважды в одно дерево, так, наверное, и с инопланетными вторжениями. Но я этого уже не знаю. -Уходите! Все немедленно уходите! – закричала я на толпу, но та замерла и не смела пошевелиться. Но я вновь обратилась к ним, а заодно и к богам. – Идите вон! И вы тоже! Особенно ты, Локи, а то опять все испортишь. Я не могу его убить. Теперь я это осознавала. Все случилось так быстро: внезапное понимание того, что случилось нечто непоправимое, что он против моей воли стал огоньком, который спасает меня от меня же самой, который держит частичку тепла внутри меня, когда как тело покоится в ледяной пустыне. И этот огонек не всегда бывает ненавистью или жаждой мести. Он не должен быть таким. Но стал. Вопреки всему. Потому что я не могу, потому что он сделал нечто ужасное, такое, что и простить и понять я не в силах. Хотя может быть понять я бы и смогла. Но не хочу. Я устала. Слишком устала от всего этого. Вопреки моим мольбам комнату покинуло лишь несколько человек, а остальные, включая богов и привязанную Джейн, остались на месте. Англичане, американцы, русские. Все как один будут смотреть, наблюдать, была б их воля, они бы достали свои телефоны и начали бы снимать, чтоб потом выложить все в Интернет, но боялись вызвать мой гнев. Правильно. Я и так уже засветилась на всю Англию своим призывом судить Локи, устроить суд Линча. Самосуд. А они ведь телевизионщики, что я от них хочу? Гоняться за каждой сенсацией. Наступит день, и каждому придется решать, куда идти. И сразу надо идти туда, куда решил. Немедленно. Ты не имеешь право терять ни минуты. Я так и сделала. Я повернулась к Джейн и подошла к ней поближе, загораживая ее от остальных. На моем лице появилась усмешка. А она ведь сразу поняла, а я посмеялась над ней. Наши глаза встретились, и я лишь одними губами сказала, что не могу этого сделать, но она кивнула, давая мне понять, что услышала меня, что увидела то, что я хочу сказать. Ледяной кинжал возник в моей руке, только при одной мысли о том, что я хочу сделать. Тело отзывалось на внезапный порыв моей души, а Лафей молчал. Я его ненадолго отпугнула, но только ненадолго. Он имел какое-то особое влияние над моим сердцем и душой, поэтому нужно было свершить задуманное, да побыстрее, иначе потом я могу и не решиться на столь смелый шаг. Вы и представить себе не можете на что способен человек, который наконец понял, что другого выхода у него нет. Глаза Джейн расширились, когда я замахнулась своим оружием, на мгновение она, наверно, подумала, что я хочу убить ее. Но нет. Я хотела убить себя, поэтому острие льда вошло в меня, в мой живот практически полностью. Джейн вскрикнула, заглушая мой и без того тихий стон боли. Кровь проступила через рубашку, показывая мне, что я была еще человеком из плоти и крови, а не великаном изо льда и холода. Я снова улыбнулась Джейн. Чьи-то сильные руки оттолкнули меня от нее, и я оказалась около разбитого Тором окна. Из меня вышел глухой смешок, сопровождаемый кашлем. Бог грома подумал, что я навредила его драгоценной, но та отрицательно качала головой и поглядывала на меня каждый раз, когда голова поворачивалась ко мне, это я могла заметить боковым зрением. Когда она в очередной раз повернулась лицом ко мне, я приложила палец к губам, давая понять, чтоб она ничего не говорила. Им сейчас не до меня, может и не заметят. Хорошо бы. Мой взгляд упал на “открытое” окно, и я сделала осторожный шаг, осторожный потому что Тор проломил его от самого основания и стоит лишь оступиться, и можно будет почувствовать себя птицей на несколько секунд. Я поморщилась. Не от высоты, а от боли, причиняемой ледяным кинжалом, который, даже несмотря на свою прохладу не избавлял от страданий. Ни капельки. Лафей? Где ты и твое чертово перерождение? Неужели это были лишь сказки? Стало слишком тихо: я не слышала больше причитаний Джейн, беспокойных вопросов Тора, толпы, которая непременно должна была хоть как-то давать о себе знать. А Локи? Наверно, так и стоял столбом. А тишина не давала мне покоя, потому что я чувствовала, что всеобщее внимание было обращено ко мне. Надо повернуться. Надо увидеть в последний раз их лица: Тора, который самоотверженно пошел спасать свою любовь, Джейн, которая увидела причину моих метаний, Локи, который и был причиной моих сомнений. И я повернулась, но сделала это очень неуклюже. Так , что я чуть не оказалась за бортом нашего маленького телеканала, но я сумела удержать равновесие и поднять голову, чтобы всех увидеть. Джейн, уже не привязанная к стулу, а стоящая возле Тора, который как и она, смотрел на меня. Она с мольбой, он с ощущением, что что-то у него не вышло. Как-то разочарованно. Толпа глядела на меня зачарованно, ожидая моих следующих действий, у кого-то в глазах была жалость. Только этого мне не хватало. И я не собиралась их расстраивать. Я сделаю этот финальный шаг. Закончу сие представление, как подобает. Локи смотрел на меня спокойно, без эмоций. То ли скрывал, то ли ему действительно было все равно. Но он выглядел так, как будто был готов в любую минуту метнуться в мою сторону. Трикстер незаметно покачал головой, говоря мне, что это плохая идея. Моя задумка – это не то, что нужно делать сейчас. Несмотря на этот жест, я сделала маленький шажочек назад, преодолевая расстояние между мной и возможностью обрести крылья. Тот не выдержав шагнул вперед, случайно задев ногой молот Тора, который был у него на пути. Молот покорно подвинулся, пропуская бога. А я лишь закрыла глаза и переместила вес на пятки, потеряв опору. Сердце ёкнуло, заряжая меня адреналином. В свой смертный час я лечу в небе, неподвижная от боли. Я вижу, как жизнь пролетает у меня перед глазами. Глаза сами собой распахиваются, и я вижу, что на краю стоит Локи, а Тор держит его за плечи. Локи смотрит вниз на меня, и вроде бы сделала, как хотела, я все равно чувствую его превосходство, даже сейчас, пребывая в свободном полете. Голубые глаза светятся злостью. Почему злостью? Может быть, я просто сплю? Ведь так часто бывает, что во сне кажется, что ты падаешь, а потом просыпаешься. Может и сейчас так? Я не умру? Я выживу?