Шпион, который меня полюбил

      Ничто не выдавало в неприметном обшарпанном здании на самой окраине города штаб-квартиру Моссада. Скорее, там могла бы затеряться китайская прачечная – если бы дело касалось Лос-Анджелеса. Но дело происходило в Барселоне, а потому это было всего лишь заброшенное здание, предназначенное под снос. Оно бы и дальше не выделялось среди полчищ ему подобных, если бы не молодой человек весьма приличного вида, замерший будто бы в растерянности возле покосившегося подъезда. Молодой человек был рафинирован и прилизан – ничего лишнего, сплошь гладкие линии и минимализм.       Со вздохом он пригнулся и нырнул в пыльный полумрак здания.       В подвале с опасно искривившимся потолком молодой человек нажал на выпуклость в стене, и часть ее отъехала в сторону, обнажая внутренности лифта самого современного вида.       Артур – так звали молодого человека – стукнул ладонью по кнопке «–3 этаж», выместив на металле все свое негодование по поводу преждевременного отзыва из отпуска. Поскольку в лифте протоколом были предусмотрены камеры, от дальнейших проявлений чувств пришлось воздержаться.       С другой стороны, появился повод проведать Генри.       Артур заранее смирился с очередным делом, просто потому, что другого выхода у него не было – так стоит ли тратить нервы? Пройдя через обыденную процедуру проверки – отпечатки пальцев, сканирование сетчатки и прочая рутина, – он вошел в святая святых.       Штаб встретил Артура сосредоточенным рабочим молчанием. Тишину нарушало лишь шуршание гигантских воздухоочистителей, которые с легким шипением забирали с жаркой и пыльной поверхности воздух, обеззараживали его и обогащали полезными ионами и водяной пылью. Никто из коллег даже не повернул головы, когда Артур отошел от КПП и прошествовал к кабинету главы европейского отделения. Это было просто не принято – здесь, в царстве гладких линий, протоколов, железа и стекла, строгости и лаконичности, любое проявление эмоций считалось неуместной блажью.       Наверное, поэтому Артур со своей необъяснимой любовью к крохотному суккуленту рода «фаукария» со странным именем Генри прослыл весьма эксцентричным и дерзким агентом, которому поручают самые необычные дела.       В кабинете начальника, мистера Зееленфройнда, было все так же холодно и неуютно. Собственно, на такой эффект хозяин кабинета и рассчитывал.       – Циммерман. Я ждал вас. – Начальник даже не соизволил приподняться, дабы поприветствовать вошедшего. Он был слишком занят биржевыми сводками – в этом Артур был абсолютно уверен, поскольку знал о вчерашнем обвале.       Тем не менее, сегодняшнее дело явно было поважнее любых биржевых игрищ, иначе бы его не отозвали из отпуска.       Первого отпуска за последние шесть лет, между прочим.       На столе лежала строгая черная папка без опознавательных знаков, на которую молча кивнул Зееленфройнд. Артур уселся в жесткое кресло, пододвинул папку к себе, приподнял мизинцем обложку и бросил быстрый взгляд внутрь.       – Я слушаю.       – Все предельно просто: мы подозреваем, что данный объект переправляет наркотики из Палестины в страны Евросоюза. Нужно перекрыть этот трафик, для чего вам поручается тщательно проследить за объектом и установить с ним тесные отношения. Чтобы иметь возможность полностью перекрыть канал.       При этом выражение лица начальника стало чуть виноватым – насколько виноватой может быть гранитная плита. Артур понимающе хмыкнул. Он еще раз заглянул в папку, на сей раз более пристально.       – Насколько тесные? – на всякий случай уточнил он.       – Интимные, – подчеркнул Зееленфройнд и более не обращал на Артура никакого внимания.       Артур вышел из кабинета, зажав папку подмышкой, оставил секретарю несколько ничего не значащих распоряжений и закрылся в кабинете, чтобы в тишине прочитать содержимое папки – за пределы офиса ее все равно нельзя было выносить.       Внимательно просмотрев материалы дела и заучив их наизусть, Артур сердечно попрощался со своим питомцем, вежливо кивнул коллегам и, пройдя обычную процедуру досмотра и сличения, покинул здание, влившись в обычный водоворот жаркого испанского город с непривычно-яркими – после прохлады подземелья – жителями и архитектурой.

* * *

      В штаб-квартире МИ-5 было, как всегда, людно. Имс привычно пофлиртовал с девушками из отдела связи и лишь после пятого истеричного сигнала интеркома оторвался от напрочь заклеенного стикерами монитора и пошел сдаваться начальству.       Генерал Смит резко утопил клавишу и покраснел. Компьютер в его заваленном бумагами кабинете – господи, даже печатная машинка, гордо стоящая в углу, смотрелась более органично – служил лишь для поддержания имиджа. Впрочем, все знали, что ничего сложнее пасьянса «Косынка» генерал не использует. Зато подборка литературы с лихвой компенсировала обманчивое первое впечатление. Тут было все, включая «Майн Кампф» и «Антидюринг».       Имс с ходу плюхнулся в кресло и потянулся руками к неряшливой папке, поджидавшей его на столе.       – Агент! – пророкотал генерал. – Родина нуждается в ваших услугах!       – Правда, что ли? – изумился Имс, припоминая все подходящие локальные войны и конфликты.       Впрочем, Родина нуждалась в услугах агента Имса не реже, чем раз в неделю. Иногда он даже удивлялся, как Родина умудрилась дожить до столько преклонного возраста – он-то мог печься о ее благе только последние десять лет.       – Перестаньте паясничать! – вспылил генерал. – Вот папка, в ней материалы дела. Вам надлежит… сблизиться с объектом и узнать о нем побольше. Имеются сведения, что он укрывает террористов.       – Это он укрывает? Да ладно! – Имс еще раз посмотрел на молоденького и ушастого «объекта». – Я бы ему и собаку не доверил укрывать.       – А придется поверить. – Генерал приподнялся в кресле и смерил Имса взглядом, который сам он, видимо, считал отеческим. Выходило, по правде сказать, жутковато. Многие новички падали в обморок.       Имс новичком не был, поэтому лишь невинно похлопал глазами.       – Насколько тесно мы должны сблизиться, сэр?       Генерал покраснел, как советский флаг.       – Ну… сблизиться… вы понимаете…       Имс помотал головой.       – Подружиться?       – Ну, я не знаю, как это у вас называется, – замялся генерал, – но сведения нужны как можно скорее. Родина вас не забудет!       Ну конечно.       – И даст орден подвязки, – пробормотал Имс, разглядывая мутную фотографию – явно делали с камеры слежения, да еще и наспех.       Имс дал себе зарок затребовать более качественные фото. Впрочем, то, что он видел, ему и так нравилось. Юный, неискушенный – объект не будет серьезной проблемой.       Отбившись по дороге от билетов на футбольный четвертьфинал под пиво и завершающей сезон корриды под херес, Имс вышел на улицу (штаб-квартира бездарно маскировалась под задрипанный офис, в котором даже кондиционера не было), закинул папку на заднее сидение, чтобы изучить детали позже, и поехал в сторону побережья, где у него была уютная норка. И с кондиционером, кстати говоря. Что доказывало – быть полевым агентом куда выгоднее, чем отсиживаться в офисе.