Превратности судьбы

В понедельник утром, Мария пришла на работу с намерением поговорим с Кисопом и расставить все точки над «и». Но этому не суждено было сбыться. Мария уже шла к его кабинету, как ее тормознула Мэри: - Мария, я уж думала, с тобой что-то стряслось. Я тебе вчера весь день звонила. - Прости, я вчера проспала весь день. А ты что-то хотела? - Ничего серьезного. Просто хотела поболтать. - Понятно. А сейчас, если позволишь, я спешу. - Ой, конечно. Можешь идти. Пока они разговаривали, Мария не заметила, как Кисоп вместе с Хуном подошли к его кабинету и что-то обсуждали. Когда Мария увидела их, замерла. Но и они ее заметили и смотрели так, что у той по телу пробежали мурашки. Мэри, увидев ее состояние, сказала: - Мария, что-то не так? - Нет-нет. Все в порядке. Я тут просто вспомнила, что еще не закончила крайне важное дело. Поэтому пойдем отсюда. - Хорошо, пошли. Несколькими минутами ранее. Кисоп и Хун шли к нему в кабинет, чтоб обсудить некоторые момента одного дела. Но остановились у двери, увидев Марию: - Спорю, что она собиралась идти ко мне и обсудить то утро. - Кисоп я просто поражаюсь тобой. - Да это и так видно по ее лицу, да и зная ее характер, она это дело так не оставит. - Ох, я тебе не завидую, друг. - Смотри и она заметила нас. Ток ее решимость сошла уже на «нет» видать. - Ты уверен? - А-то, вон видишь она уже уходит. Ладно, пошли, нас ждет еще куча дел. Мария весь день пыталась поговорить с Кисопом не о работе, но выходило все иначе. В итоге ей пришлось дожидаться, когда все уйдут с работы, ибо тот собирался еще задержаться. Но войдя к нему в кабинет, она не ожидала там встретить и Хуна. Несмотря на это, Мария сказала: - Кисоп, мне нужно с тобой поговорить о «не работе». И посмотрела на Хуна, дав ему понять, чтобы тот ушел. Однако Кисоп сказал иное: - Хорошо, давай поговорим. Но Хуну незачем уходить, ведь это касается и его. Такого поворота она не ожидала, но раз так вышло: - Хорошо, пусть остается. И Кисоп приготовился слушать, а Хун присел на диван: - Кисоп, я на такое не подписывалась! Ты намеренно меня спаивал, чтобы я легла под вас обоих, да? Я до сих пор мало, что помню. - Хочешь, можем освежить твою память. Это погрузило Марию в смятение: - Нет уж спасибо, мне и так хватает того, что я помню. - Тогда что ты хочешь? Чтобы я извинился? Да за что собственное? Подумаешь, напились, подумаешь, потом переспали втроем. И что? С кем не бывает. Марию его слова просто добивали. Он об этом так спокойно говорил. - Ты так просто об этом говоришь. - Мы, что дети чтоль? Почему подобное должно быть из ряда вон выходящего? И я не понимаю тебя сейчас, Мария. Я ведь предупреждал – будь готова ко всему. - Но не об этом же! Я согласились, терпеть лишь тебя одного 3 месяца. Я и так каждый день на грани от мыслей придешь или нет. Я тебе сразу сказала, что я против, но ты пригрозил уволить. А теперь получается, что тебе захотелось разнообразия: ты разделил меня со своим другом. - А может я хотел себе такого подарка на день рождения. К тому ж нам с Хуном это не в первый раз. И почему ты предъявляешь претензии только ко мне одному, что ж Хуну ничего не скажешь, а? Мария тут действительно задумалась: «почему она винит только Кисопа, ведь Хун тоже участвовал. Но против него она ничего не имеет». Мария сама не понимала своей логики. Но была уже на грани срыва и сказала Кисопу: - Извращенец. Ненавижу… Кисоп посмотрел на Хуна и взглядом указал на дверь. Хун поняв его намек, встал и отошел к ней. Мария вообще не обращала внимания на Хуна, поэтому и не заметила, как тот отходил. Кисоп же встал из-за стола и направился к Марии. Марию отходила от него спиной в сторону двери, ибо намеривалась уже убежать отсюда. Однако она врезалась во что-то, и, почувствовав позади себя мужское тело, замерла. А Кисоп уже настиг ее и Мария, не думая, отвесила ему пощечину. Кисоп не ожидал такого сейчас, но посмотрел вновь на Хуна, а потом на нее. А Хун, поняв вновь намек, схватил Марию за руки, чтобы та вновь не ударила. Мария попыталась вырваться, но было бестолку. Кисоп стоял от нее всего в нескольких сантиметрах: - Ненавидишь, говоришь. Но твое тело иного мнения… И рука Кисопа коснулась ее бедра и пошла вверх, и остановилась на груди, сжав ее. Мария лишь тяжело вздохнула и пыталась вырваться вновь. Кисоп нагнулся к ее уху и прошептал, по-прежнему сжимая ее грудь: - Готов поспорить, что ты уже вся мокрая. И укусил мочку ее уха. - Прекрати, Кисоп… Кисоп и не думал прекращать. Теперь другая его рука пыталась залезть под юбку. Наткнувшись на ее трусики, он рукой провел по ее промежности, ощущая ее влажность. На что и из уст Марии донесся первый стон. После Кисоп немного отодвинул ее трусики и вошел в нее двумя пальцами. А сорвавшийся с уст стон он заглушил поцелуем. Пока его пальцы неистово двигались внутри ее, Мария невольно постанывала в поцелуи. Затем Кисоп открыл глаза и посмотрел на Хуна так, будто давая согласие на то, чтобы тот присоединился. И Хун отпустил ее. Одной рукой он ухватил ее грудь и стал сжимать в такт Кисопа, а другой убрал прядь волос с шеи и впился в нее поцелуем. Мария застонала так, что Кисопу пришлось прекратить поцелуй. Спустя несколько движений, Мария уже содрогалась в конвульсиях, в ожидании приближающейся разрядки. И последние два толчка ознаменовались еле слышным выкриком имен Кисопа и Хуна. Пока пальцы Кисопа покидали ее, и она еще не совсем пришла в себя, Хун повернул ее лицо к себе и жадно припал к ее губам. Когда Кисоп уже отошел от нее, Хун помог ей добраться до дивана и принес воды. Она осушила его сразу ж: - Спасибо, Хун. А потом посмотрела на Кисопа, который уже сидел напротив него: - Не смей ничего сейчас говорить. Этот раунд ты выиграл. Но больше такого не повториться никогда. И тот договор я аннулирую. Можешь меня увольнять, мне все равно. Я больше не позволю тебе прикоснуться ко мне. Кисоп только усмехнулся ее словам. Она встала, и было уже, направилась к двери, но не смогла ступить и шагу, как ноги подкосились: - Хун, помоги мне выйти отсюда. - Да, сейчас. И Хун взял ее за руку и вывел из кабинета. А Кисоп просто посмотрел им вслед и сказал: - Я с удовольствием посмотрю, как ты сама ко мне прибежать просить сделать это вновь. А это случится, не сомневаюсь. Когда Хун вернулся, Кисоп уже сидел за столом и разбирал бумаги: - Отвел ее? - Да. - Хорошо. Смотрю, она к тебе прониклась. - Это ты о чем? - Да о том, что она тебя выбрала чем-то типа друга-спасителя. - Друга-спасителя? И от кого ж я ее спасаю-то? От тебя чтоль? - Конечно от меня. Я ж такой монстр в ее глазах… И Кисоп залился смехом. - Кисоп не говори ерунды… - Хорошо-хорошо. А теперь давай продолжил то, на чем мы остановились. Нам еще столько дел нужно сделать. И они вновь принялись читать всякие документы. А Мария в это время ехала на такси домой и старалась не думать о том, что произошло. Она просто хотела все забыть. После Мария продолжала работать, словно ничего и не было. Да и ее не уволили даже, что показалась Мария сначала странным. А потом она вовсе перестала об этом думать. Да и Кисоп не затрагивал эту тему, даже когда они сталкивались на этаже дома.