Ожидание

Себастьян вышел к парковке вместе с Куртом и его семьей. Все улыбались и пребывали в приподнятом настроении. Их оптимизм был заразителен, и Себастьян тоже широко улыбался, пока они не дошли до парковки, потому что именно тогда Курт повернулся к нему и задал неизбежный вопрос. — А, Себастьян... Где, кстати, твоя мама? Или... другой провожающий? Себастьян был застигнут врасплох вопросом Курта, при том что знал, что в конечном итоге ему придется как-то оправдать свое нахождение в больнице. — Э-э, ее здесь нет. Я приехал один. Курт, казалось, был сбит с толку заявлением Себастьяна. — В смысле один? Зачем? — Ну, мне просто нужно было сдать анализы крови, ничего особенного, — солгал Себастьян, надеясь, что его голос не прозвучал так же нервно, как он себя чувствовал в этот момент. — Но я приехал не один, меня привез Маркус. Он ждет в машине. — Кто такой Маркус? — Э-э... Он наш, эм, водитель, — Себастьян пожал плечами, улыбаясь, однако ему стало неловко из-за признания. Почему-то тот факт, что мама не разрешила ему сесть за руль самому, казался немного унизительным. Курт, однако, казался более озадаченным тем фактом, что Себастьян приехал в больницу один, чем тем, кто его привез. Себастьян был уверен, что Курт собирался что-то сказать, но, к счастью, Берт вмешался раньше, чем это произошло. — Ты же пойдешь с нами, Себастьян, да? Я пока не уверен, куда мы пойдем, но мне хочется есть, и я хочу побаловать себя чем-нибудь вкусным! Что скажешь? — Думаю, я знаю одно место. Вам там понравится. И оно совсем недалеко отсюда, — предложил Себастьян, с радостью сменив тему, готовый уже идти. ** Себастьян не был уверен, что было хуже: то, что Курт наблюдал, как ему пришлось звонить маме, чтобы сказать ей, что он не вернется домой с Маркусом (Себастьян надеялся, что счастливые визги его матери не донеслись до остальных), или то, что он был вынужден ехать на заднем сиденье машины Хаммелов с мачехой Курта. Да, Кэрол казалась достаточно милой. Но она продолжала одаривать Себастьяна взглядами, наполненными любопытством и нежностью, и каждый раз, когда он ловил ее взгляд, она лишь слегка улыбалась ему в ответ, отчего Себастьян смущался. Курт был за рулем, а его отец следил за GPS, показывающей маршрут к ресторану, который предложил Себастьян. Себастьян провел так много времени в Кливленде за последние несколько месяцев, что он и его родители часто отправлялись на поиски приличных ресторанов, которые им действительно могли бы понравиться. Себастьян надеялся, что и Хаммелы не разочаруются в этом месте. Вскоре они прибыли в ресторан и уже готовились сделать заказ, когда Себастьян снял толстовку. Он неторопясь просматривал меню, когда услышал, как Кэрол громко ахнула с другой стороны стола. — Боже, милый, что с твоей рукой? Себастьян нахмурился, не понимая, о чем говорит Кэрол, пока не взглянул на левую руку и не увидел, как начал образовываться большой синяк. Себастьян этого даже не заметил, иначе он бы просто остался в свитере. — А, да ничего. На мне просто очень легко появляются синяки, — Себастьян пожал плечами и широко улыбнулся, как будто в этом не было ничего страшного, хотя он чувствовал, что его лицо покраснело от смущения. Кэрол выглядела очень обеспокоенной, Берт хмурился, а Себастьян не хотел таким образом привлекать их внимание. — Честно, они появляются постоянно, но через пару дней проходят. Не волнуйтесь, — небрежно сказал Себастьян, приподняв правое предплечье, чтобы собравшиеся могли увидеть синяк поменьше, который почти полностью исчез. — Видите вот этот? Он появился несколько дней назад и уже почти ушел. Я даже не помню, как заработал его. Ответ Себастьяна, казалось, немного успокоил Кэрол, и Берт просто кивнул, прежде чем они вернулись к чтению меню. Однако когда Себастьян повернулся обратно, то заметил, что Курт выглядел так, будто только что сбил кошку на дороге. — Что? — уточнил Себастьян. Но Курт лишь поджал губы и нервно улыбнулся, после чего сделал глоток воды из стакана. За столом на несколько мгновений воцарилась неловкая тишина, прежде чем подошел официант, чтобы принять заказ. Вскоре разговор возобновился, но Себастьян мог сказать, что что-то беспокоило Курта, и это действовало ему на нервы. — Курт, можешь на секунду пойти со мной? Я хочу тебе кое-что показать, — сказал Себастьян, вставая из-за стола. Затем он повернулся к Берту и Кэрол и добавил: — Мы только на минуту. Сейчас вернемся. Курт, казалось, несколько удивился, но извинился и последовал за Себастьяном, который шел в заднюю часть ресторана. Они прошли на заднюю веранду и вышли в сад ресторана, где владельцы аккуратно посадили рассаду. Это место не зря называлось «Домашний ларек Сплендид». Большинство ингредиентов в меню были взяты прямо с их заднего двора. — Как мило, — сказал Курт, улыбаясь, пока они шли по нему. За огородом была большая поляна, на которой хозяева оборудовали небольшую зону отдыха с деревянными скамейками, столиками с зонтиками и детской площадкой с качелями, горками и батутом. На другой стороне стоял сарай и огороженная территория, где держали лошадей и пони. Весь пейзаж расслаблял, учитывая, что вокруг росли деревья и множество разных ярких цветов. Себастьяну очень нравилось приходить туда каждый раз, когда он посещал этот ресторан с родителями. Курт, казалось, был очарован этим местом и улыбался, когда они сели на одну из скамеек. Но его улыбка вскоре исчезла. Они оба снова неловко молчали. — Курт, что случилось? Выглядишь так, будто у тебя умер кот, — спросил Себастьян, и Курт нервно рассмеялся. — Дурак, у меня нет кота. — Ну, тогда пес. — И пса тоже нет, — заметил Курт, и Себастьян рассмеялся, закатив глаза и отвернувшись в сторону того места, где стояли пони. — Этот синяк на твоей руке, — начал Курт, снова привлекая внимание Себастьяна к себе. — Он появился из-за меня, да? Себастьян нахмурился. — Ты о чем? Причем здесь... — Да, точно из-за меня, — воскликнул Хаммел. — Я ударил тебя папкой, Себастьян. Очень сильно. Мне не следовало этого делать. Смайт был ошеломлен. Он хотел сказать Курту, что тому стоит расслабиться, что на его руке появились эти уродливые оттенки красного и фиолетового не из-за него. Однако правда заключалась в том, что, учитывая, как легко у него появлялись синяки из-за рака, Курт, вероятно, был прав. — Я расстроился и разозлился, а потом выместил это на тебе... Но я точно не хотел сделать тебе больно, — тихо сказал Курт, на что Себастьян закатил глаза, покачав головой. Себастьян ненавидел чувствовать себя таким хрупким и слабым, но понимал, что Курт не был виноват в том, что он болен и у него легко появляются синяки. — Прости меня, Себастьян. — Правильно, извиняйся, — усмехнулся Себастьян. — У меня же рука теперь, наверное, отвалится. Курт озадаченно повернулся и уставился на него. — Да, вот что происходит с синяками, Курт! Они распространятся на всю руку, а потом она просто отвалится! — прокричал Себастьян от ужаса, а потом разразился истерическим хихиканьем. — Не говори так! — Курт рассмеялся, закатив глаза. — Почему? Это же правда! — поддразнил Себастьян. — Из-за тебя, Курт Хаммел, я стану инвалидом. Боже! — Прекрати! — Курт надвинул на глаза Себастьяну шапку и игриво шлепнул его по голове. — Боже! — вскрикнул Себастьян, схватившись за голову. — Теперь по голове? Бьешь меня по голове?! Да у меня же мозг вытечет! Когда Себастьян натянул шапку обратно, он увидел, что Курт улыбался, и от этого ему стало легче. Он невероятно устал от того, что родители и сестра постоянно беспокоились о нем, и он не хотел, чтобы Курт вел себя так же. Себастьян встал со скамейки и подошел к батуту, сняв обувь, прежде чем забраться на него. — Ты что делаешь? — недоумевающе спросил Курт, когда Себастьян начал прыгать вверх-вниз. — А на что это похоже? — ответил Себастьян, на что Курт снова закатил глаза. Себастьян обожал прыгать на этом батуте — он был достаточно большим, чтобы на нем могла поместиться пара взрослых, хотя, скорее всего, его установили для детей. Себастьян был так занят прыжками, что не заметил, как к нему присоединился Курт, пока не почувствовал, как тот налетел на него сзади. Когда Себастьян обернулся, Курт снова натянул ему шапку на глаза. Себастьян возмущенно ахнул, но в ответ снял ее и натянул на голову Курта, полностью испортив его идеальную укладку. Вид недовольного лица Курта в сочетании с тем, как комично он выглядел с надетой на голову шапкой, был настолько смешным, что Себастьян чуть не упал с батута от смеха. Курт снял шапку и попытался догнать Себастьяна, чтобы снова надеть ее ему на голову, но это оказалось непосильной задачей, так как Себастьян постоянно уворачивался от него и прыгал вокруг. Они скакали и дурачились несколько минут, но вскоре Себастьян почувствовал легкое головокружение и понял, что нужно остановиться. Однако он не хотел признаваться в этом, поэтому просто позволил Курту наконец поймать его, не оказывая особого сопротивления, когда Курт натянул шапку ему на глаза и нос. Себастьян упал на спину и лежал, глядя в небо, переводя дыхание. — Я победил, — Курт, запыхавшись, опустился и лег рядом с ним. — Мм-м, — Себастьян саркастически хмыкнул. В тишине Себастьян и Курт просто лежали, глядя на облака и переводя дыхание. Несколько птиц чирикали на близлежащих деревьях, но Себастьян слышал только дыхание Курта. На небе почти не было облаков, только несколько маленьких, прямо посреди ярко-голубого простора. — Так красиво... — прошептал Курт. — Да... Очень, — признал Себастьян. — Я бы просто остался здесь и смотрел на небо весь день. Курт ничего не сказал, но краем глаза Себастьян заметил, как тот повернулся на бок и теперь уставился на него. Себастьян почувствовал, как в груди зашевелилось что-то теплое и незнакомое, но вместо того, чтобы зациклиться на этом, он решил вернуть внимание Курта к небу. — Это облако похоже на шляпу. — Шляпу? А, по-моему, на черепаху, — заметил Курт. — Знаешь... Мы с моей сестрой Кэт любим делать так: просто смотрим на облака и пытаемся придумать их форму. Иногда мы забираемся на крышу нашего дома и часами смотрим на небо. — Серьезно? — Курт улыбнулся. — Ага, а ночью еще лучше, — Себастьян признался: — Ты, наверное, думаешь, что это глупо, но... не знаю. В этом есть что-то невероятно успокаивающее. Когда мне нужно отдохнуть от школы или чего-то еще, я просто забираюсь на крышу и смотрю на небо... Это помогает мне отвлечься. Курт одобрительно хмыкнул, и они еще немного побыли так, разглядывая небо в располагающей тишине. Через несколько мгновений, когда Себастьян повернулся на бок, он обнаружил, что Курт снова глядит на него. Так близко они никогда не были друг к другу физически, и Себастьян понял, что никогда не замечал, как много разных оттенков было в глазах Курта. Он всегда видел их только светло-голубыми, но, лежа так близко к нему, мог различить в них и зеленый, и серый, и золотистый. Как только Себастьян понял, что уставился на Курта, тут же отвернулся от взгляда и посмотрел на небо. День был ярким и немного прохладным, но Себастьян осознал, что его эмоции были на взводе по совершенно другим причинам. Когда Себастьян почувствовал прикосновение пальцев Курта к своей коже, он чуть не спрыгнул с батута. — П-Прости, — Себастьян извинился, поняв, как глупо он выглядел, внезапно отскочив от Курта, как сумасшедший. — Я... подумал, что это жук... или что-то в этом роде. — Извини, я не хотел тебя напугать, — Курт выглядел озадаченным реакцией Себастьяна, но в то же время его это позабавило. Он сел и скрестил ноги, повернувшись лицом к Себастьяну, который теперь тоже сел прямо. — Болит? — спросил Курт, едва касаясь кожи на руке Себастьяна. На этот раз Себастьян замер, следя за движением руки Курта, когда тот слегка провел пальцами по начинающему образовываться синяку, а затем отдернул руку. — Нет. Курт поднял на него взгляд и прищурился. — Нет, не болит, — настоял Себастьян. — Если только я не ткну его или еще что... Все в порядке, Курт. Правда. Курт только кивнул. Его взгляд по-прежнему был прикован к руке Себастьяна, но он больше не выглядел виноватым или обеспокоенным. Он просто казался погруженным в свои мысли. — И что ты теперь планируешь? — спросил Себастьян, отвлекая Курта от его мыслей. — Планирую? В каком смысле? — Ну да, теперь, когда твой отец завершил курс лечения. Вернешься в Нью-Йорк? — О... — Курт, казалось, был сбит с толку вопросом Себастьяна. — Я не уезжаю... пока что. Врач, конечно, сообщил нам отличные новости, но через месяц папе еще предстоит сдать анализы, чтобы понять, нужна ли ему операция или нет. Я не могу уехать, пока он не будет полностью здоров. И не уеду. Себастьян лишь понимающе кивнул. — В любом случае у меня есть время до осеннего семестра, чтобы приступить к занятиям, — продолжил Курт, уже улыбаясь. — Так что... я пробуду здесь еще немного. Ты от меня не избавишься. Себастьян покачал головой и заулыбался. — А что насчет тебя? Чем занимаешься? Какие строишь планы на будущее? — Ну... В мои планы на ближайшее будущее входит куча домашней работы и химиотерапия. Курт сжал губы в натянутой улыбке. — Уверен, тебе нужно многое наверстать по программе, — сказал Курт. — Но это же хорошо, да? — Да. Я как бы не очень жажду этого, но рад, что у меня появился такой шанс. Понимаешь, о чем я? — Планируешь поступать в университет? — спросил Курт, и Себастьян вздохнул, снова посмотрев на небо. — Даже не знаю, — признался Себастьян. — Я подал документы в Колумбийский как основной вариант, а также в Нью-Йоркский университет и Корнелл. Думаю, у меня хорошие шансы на поступление, но это не будет иметь большого значения, если к началу семестра я все еще буду болеть. Курт кивнул, но прежде чем он успел сказать что-то еще, они услышали, как Берт окликнул их по имени от дверей ресторана. «Парни, что вы там делаете? Еду принесли!» ** Себастьян не пропустил ни подтрунивающей улыбки на лице Кэрол, когда они вернулись за стол, ни маленьких шаловливых взглядов, которые она бросала в сторону Курта на протяжении всего обеда, но он решил просто улыбаться и стараться не думать о них слишком много. То, что они вышли на улицу и немного поговорили, похоже, сняло с Курта чувство вины, и он вернулся к привычному состоянию. Беседа за столом была приятной, а еда — великолепной. Они просидели в ресторане почти два часа, а после еды вернулись в сад и просто любовались красотой этого места. Ресторан был построен в виде большой деревянной хижины, и в нем царила очень домашняя атмосфера. Он был уютным, а многие предметы декора были сделаны вручную и были старыми, но в то же время очень хорошо сохранились. Кэрол очень понравилось, и она постоянно фотографировала все на телефон. Себастьян предложил сфотографировать ее с Бертом, чему Кэрол очень обрадовалась. Однако добрый жест Себастьяна обернулся против него, когда Кэрол настояла на том, чтобы и они с Куртом сфотографировались вместе. Единственное, что немного успокоило нервы Себастьяна, — это то, что Курт выглядел таким же взволнованным, как и он сам, когда Кэрол настаивала на том, чтобы они подошли ближе друг к другу для хорошего кадра. В общем, это был очень веселый день. Все получилось лучше, чем Себастьян мог себе представить, и он был счастлив. По дороге домой Себастьян изо всех сил старался не заснуть, но день взял свое, и он быстро задремал. Когда Себастьян открыл глаза, то понял, что они уже припарковались перед домом Курта. — Боже, я заснул... Простите, — Себастьян быстро извинился, потирая глаза. Он всегда чувствовал себя очень вялым после сна, и ему было неловко за то, что он заснул перед семьей Курта. Быстро осмотревшись, Себастьян убедился, что не обслюнявил себя. Оставалось надеяться, что он не храпел и не разговаривал во сне. — Все в порядке, милый, мы долго ехали... Я тоже немного задремала! — сказала Кэрол, нежно улыбаясь. — Не переживай, — отозвался Берт из-за окна. — Курт отвезет тебя домой. — О, в этом нет необходимости, я могу просто позвонить и попросить Маркуса заехать за мной. Правда, — настоял Себастьян, не желая заставлять Курта ехать в Вестервилль, когда он и так уже столько проехал. — Ты уверен? — недоверчиво уточнил Курт. — А если он занят или не сможет приехать? — Сейчас позвоню ему, — Себастьян повернулся и стал набирать номер. Как выяснилось, Маркус был готов забрать Себастьяна из дома Курта, но ему все равно предстояло ждать, пока тот доедет до него. По правде говоря, Себастьян был не против, чтобы Курт отвез его домой. Главное, чего он пытался избежать, — это снова заснуть у него на глазах. Себастьян был уверен, что как только он сядет в машину, то сразу же отключится. Он изо всех сил старался не заснуть, но по мере того как они сидели в гостиной и смотрели телевизор, Себастьяну все труднее было держать глаза открытыми. Курт не мог не смотреть на Себастьяна с кресла, на котором он сидел. Себастьян подпер голову одной рукой, притворяясь, что следит за игрой, которую отец включил по телевизору. Курт читал Vogue, но тоже не обращал на него внимания. Ему было интереснее разглядывать Себастьяна и обдумывать всю эту сцену в голове. Кто бы мог подумать, что Себастьян Смайт окажется у него дома в пятницу днем? Эта картина была настолько сюрреалистичной и неправдоподобной, что Курт не мог не улыбнуться. Сидеть у него дома, ничего не делать, только смотреть телевизор с отцом — такое могли делать только близкие друзья Курта, а тут Себастьян сидел рядом с отцом и смотрел телевизор после совместного обеда. Когда Маркус наконец позвонил Себастьяну и сообщил, что припарковался на улице, Курту стало немного грустно от того, что тот уедет. Не то чтобы он признался в этом вслух, но все же. Позже тем же вечером Курту позвонила обрадованная Вивьен Смайт, которая была в восторге и испытывала облегчение от того, что ее сын наконец-то помирился с Куртом. Курт должен был признать, что мама Себастьяна была одной из самых теплых и милых женщин, которых он когда-либо встречал. Разговоры с ней никогда не казались ему обязанностью или формальностью, и Курт видел, как сильно она заботится о сыне, а значит, и о его дружбе с Куртом. — Милый, как поживает твой отец? Себастьян сказал, что доктор сообщил ему хорошие новости. Могу только представить, какое облегчение вы все испытываете! — сказала она. — Да, мы все очень рады его выздоровлению, — с улыбкой признался Курт. — У него все отлично, и ему не терпится вернуться к работе. — Я так рада это слышать, Курт. — Спасибо, миссис Смайт. А как вы? Как вы поживаете? И как у Себастьяна обстоят дела с лечением? — спросил Курт, немного опасаясь затрагивать эту тему, но не в силах побороть любопытство. В конце концов, он провел несколько недель вдали от Себастьяна, и в то время дела у него шли не очень хорошо. Себастьян, казалось, был в полном порядке, но Курту все равно было любопытно. — О... Он хорошо себя чувствует, учитывая все обстоятельства, — произнесла миссис Смайт, и Курт почувствовал в ее голосе скрытую тревогу. — У Бастьяна будет очень напряженная неделя. Ему нужно успеть сделать много школьных заданий, а в среду ему предстоит следующая серия химиотерапии. — Понятно... Вы пойдете с ним? Потому что он сказал мне, что вы были заняты сегодня и не смогли пойти с ним на анализ крови, — Курт не мог не спросить. Он не мог представить, что миссис Смайт снова отправит Себастьяна одного в больницу, особенно если ему будут проводить химиотерапию, но он хотел убедиться в этом. На другом конце линии Курт услышал, как миссис Смайт издала странный звук, похожий на сдавленный смех. А может, ее обидел вопрос Курта? — Я хотел сказать... Потому что теперь, когда мой папа закончил лечение, я мог бы поехать с ним, если вы заняты. Я не против... Ехать долго, а я уже привык, я мог бы поехать... если хотите, — нервно добавил Курт последние слова, боясь обидеть миссис Смайт. — Спасибо, Курт, — судя по тону ее голоса, миссис Смайт не обиделась на замечания Курта. — На утро среды у меня не запланировано никаких встреч, но если что-то появится, я воспользуюсь твоим предложением. — Хорошо. — И скажу Себастьяну. Уверена, он будет очень рад твоей компании. Вы такие хорошие друзья. Курт почувствовал, как его лицо запылало, и порадовался, что миссис Смайт его не видит. Ему стало интересно, как Себастьян отнесется к предложению Курта отвезти его в больницу. Возможно, он будет недоволен, а может, и нет. В любом случае Курт не мог побороть смущение при мысли о том, что миссис Смайт расскажет об этом Себастьяну. Но дело было сделано, и Курт не мог взять свои слова обратно. Оставалось только ждать, поедет ли он в среду в больницу с Себастьяном или нет.