When I Grow Up

Он всегда вёл себя странно, а началось все, насколько он помнил, еще в первом классе. Его бабушка в течение многих лет делала лоскутные одеяла — еще с тех времен, когда они с младшим братом не родились — и у многих членов семьи Уэй имелось как минимум по одному. Все произошло, когда ему было шесть лет, а Майки было три: бабушка привела их в магазин тканей за несколько месяцев до Рождества и сказала каждому выбрать по два их любимых цвета. Джерард всегда питал любовь к красному и желтому, а Майки больше привлекали зеленый и синий — четыре основных цвета в спектре. Когда праздники наконец настали, эти двое готовы были лопнуть от нетерпения, чтобы увидеть одеяла, которые заняли так много времени у их бабушки, чтобы она могла с любовью сшить их. Мальчики практически разорвали подаренные им коробки с одеялами; их глаза так и светились от возбуждения, когда коробки открывались. Майки, не теряя времени, вытащил свое лоскутное одеяло из коробки и, кутаясь в сине-зеленое одеяние, радостно вертелся на полу, издавая восторженные визги, которые бы уже давным-давно были утихомирены его родителями, если бы не такой особый повод. Джерард, однако, молчаливо осматривал свое собственное, пропуская ткань сквозь пальцы, тщательно изучая все изъяны в оттенке и структуре, стараясь не обращать внимания на то, что квадраты сшиты вместе неровно, по крайней мере, по его стандартам. Тем не менее, проглотив беспокойный комок в горле, он все равно поблагодарил свою бабушку, обещая пользоваться одеялом каждую зимнюю ночь, когда в его комнате станет холодно. Он ненавидел это чертово одеяло. Ему удалось забыть о нем на последующие десять лет, закинув его в бездну шкафа. В какой-то момент он хотел воспользоваться возможностью и пожертвовать его в местный Фонд Рака, когда школа собирала средства, но Майки отговорил его от этого, услышав, как их мать упоминала, что собирается стать волонтером на этом мероприятии. Общественная школа в целом оказалась непростым испытанием для Джерарда, так что его непропорциональное одеяло в конечном итоге стало все меньше его заботить. Он особо никогда не был общительным ребенком, часто оставался наедине с самим собой и был очень замкнутым с самых ранних лет, что, казалось, только усилилось, когда его родители развелись, и они с Майки остались жить со своей матерью. Его крайняя отстраненность не проявлялась до тех пор, пока он не достиг средней школы; того возраста, когда началось половое созревание, овладев всем его телом. Джерарду, к счастью, не пришлось иметь дела с ужасами этого периода взросления, такими, как прыщи или угри, но, независимо от этого, у него уже неизменно появлялось отвращение. Каждую ночь, после того, как он принимал душ перед сном, он стоял перед зеркалом в полный рост и осматривал все свое тело на наличие любых пятен или недостатков. Началось все во время экзаменов на его втором году средней школы: он взял в привычку оттирать несуществующие пятна на коже, вскоре заменив эту странность на привычку постоянно мыть руки. Это привело к жуткому дискомфорту во время использования объектов всеобщего пользования любого вида или при прикосновении к дверным ручкам, которые находились вне его собственного дома. Когда он поделился своей обеспокоенностью с Майки, его брат только пожал плечами и предположил, что, возможно, Джерард просто был гермофобом*. — Я даже согласен с тобой, все-таки общественные туалеты отвратительны, — сказал Майки. — Я чувствую, что запросто могу подхватить венерическое заболевание каждый раз, когда отливаю в школе. После окончания средней школы, Джерард стал замечать свои привычки все реже и реже, зато, наконец, его семья обратила на них внимание. Летом, перед тем, как он поступил в колледж, его мать стала наблюдать за ним, контролируя его больше, чем было необходимо: достаточно ли он взял денег? Не забыл ли он выключить свет в ванной прежде, чем ушел? Закрыл ли он за собой машину? Также его навязчивость не заканчивалась в бессмысленных ежедневных делах. Джерард многократно касался чего-либо, пока не начинал считать, что это 'ощущается правильно'. Он зачастую располагал объекты кратные трем, шести и двенадцати. Независимо от того, как он группировал что-то — это все должно было быть идеально отсортировано. Если хоть одна вещь не совпадала, он все переставлял, иногда в обратном алфавитном порядке, если ситуация требовала этого. Вскоре он вырос из своего особого метода упорядочивания предметов, но мог по-прежнему поправить что-нибудь, если ему казалось, что это стоит не на своем месте. К моменту окончания первого курса колледжа, полное неприятие Джерарда к чему-либо социальному стало усугубляться и начало негативно сказываться на его среднем балле. Его родители втайне переживали из-за этого в течение нескольких месяцев, пока наконец не предложили ему посетить Сначала Джерард был против посещения психиатра, но когда он перестал ходить на занятия и на некоторое время был отстранен за неуспеваемость, он решил, что, возможно, у него действительно есть проблемы. Ему было все равно до тех пор, пока у него была система; режим, которому он следовал не задумываясь. И, какое-то время, это помогало. Действительно помогало. Пока не появился он. ______________________________________________ Примечания: *Гермофоб — человек, боящийся заразиться микробами при контакте с другим человеком или предметом. Боязнь микробов и инфекций, которые они могут вызвать.