Развод

POV г-жа Ким Будучи матерью трех детей трудно не выработать в себе привычку реагировать на малейшие звуки и чутко спать. Почти неслышно отомкнутая дверь, постепенно отворившаяся после этого, сразу же вырвала меня из глубины сна. Да и не была она столь уж большой, эта глубина - скорее спала я поверхностно, ворочаясь и мучаясь без удовлетворения. Какой же стала озабоченной! Заразилась от кое-кого. Хотя лежала спиной ко входу, я открыла глаза, но не насторожилась. Я знала, что это Йесон. Все рецепторы распознали, что это он стоит позади, но мои глаза смотрели прямо в окно, не зашторенное, но в которое я так и не выглянула, чтобы посмотреть на Сингапур. Теперь там занялся новый день, и завораживающих ночных огней нет. Но даже если бы они там были, более завораживающим для меня был мужчина в арочном проёме, так что трудно было сдерживать себя и не оборачиваться. Прямой солнечный свет ещё не дотянулся и до середины комнаты, остановившись на разноцветном паркете в полутора метрах от моего ложа. Квадрат неба открывался мне за стеклом от потолка до пола. Одинокое, белоснежное, узкое облако плыло где-то на чистом и ясном голубом горизонте. Я крепилась, как могла. Кульминация терпеливости под танец танго моего сердца. Йесон молчал и, не знаю, может быть смотрел на меня, а может быть и мимо, на то же самое невесомое облачко. О чем он думал? - Я не сплю. Я знаю, что ты здесь. – произнесла я громким шепотом. - Я знаю, что ты не спишь. Когда ты спишь, ты не так дышишь. – судя по тишине, он остался стоять, где и был. - Выспался? – с заботой прозвучало моё обращение. - Ещё в самолете. - Не выдержал? – поинтересовалась я. - Не выдержал. – согласился он. – Зашел пожелать доброго утра перед тем, как поеду на заключительные переговоры с партнерами. Меня не будет допоздна. - Ну, так что же ты? Подходи, желай мне доброго утра. – я улыбнулась и перевернулась на спину, игриво на него посмотрев. Йесон оделся в светло-серый костюм со стальным отливом и оставил белую рубашку без туго застегнутого воротника, не надев галстука. Местную жару трудно было бы перенести в его обычном черном облачении. - Нет. – безобидно, но твердо изрек он. – Я же деспот и тиран. - Сердишься? – подтянула я одеяло к груди и подсунула подушку под спину. - Сержусь. – спокойно кивнул муж. - Я тоже. – выдохнула я. Зачем же он ездил с Сорой и поднимался к ним? Судя по тому, как он прилетел, он сел на рейс не позже двух часов. Стало быть, если и вошел после полуночи, то вышел не позже половины второго. Но так и за час можно успеть, что угодно! - Тебе не на что сердиться. - Как и тебе. – мы обожгли друг друга взглядами. - Я не хотел бы ещё хоть раз застать тебя наедине с другим мужчиной, даже если он пьян до состояния киселя. Тем более, если он пьян. Ты же знаешь, как я не выношу, когда кто-то может тебя хотя бы коснуться… - Ты хочешь полностью лишить меня какой-либо свободы? Как ещё можно иначе убрать от меня представителей противоположного пола? Посади меня на цепь. - А что? Наручники мы пробовали, веревки тоже. Цепь – это что-то новое. Но она будет короткой. - Да-да, и металлический пояс верности с замком. – я призывно похлопала по кровати рядом, сдвинувшись с середины чуть в сторону. Йесон, слегка закусив нижнюю губу, раздумал пару мгновений и, решившись, подошел к постели. – А что на счет тебя? Готов к железным трусам? - Ты не боишься, что у меня о них что-нибудь переломится? - А ты держи себя в руках. – поманив его пальчиком, я откинула одеяло. Йесон покачал головой и, застелив половину обратно, забрался ко мне, сев плечом к плечу. Мы впритык обменялись взорами. - После двух недель воздержания не поможет никакое самообладание. – он наклонился, чтобы поцеловать мои губы, но я коварно отстранилась назад, не дав ему себя коснуться. Недовольно хмыкнув, он продолжил. – Тут останется только в прямом смысле «держать себя в руках», но имея любимую жену заниматься онанизмом, по-моему, самое суровое извращение из всех мне известных. - Так воспользуйся женой, кто же мешает? – ухмыльнулась я, тряхнув волосами. - Взять тебя, когда ты злишься, чтобы опять продемонстрировать своё тиранство и диктаторство? Я не хочу, чтобы тебе было, чем меня упрекать. – Йесон откинул прядь с моего плеча и стал его поглаживать, словно примечиваясь. - Кто сказал, что я упрекала? Конечно, это не достоинства, но я люблю тебя и с этими твоими качествами. – отпустив одеяло, которое упало до пояса, я предстала перед ним в одной сорочке. – Так что? - Если ты разрешаешь и просишь… - издеваясь, облизнулся супруг. Я, подняв одеяло обратно, шлепнула его по руке и, отвернувшись, опять легла на тот бок, на котором и лежала, глядя в окно. - Нет! – упрямо бросила я. – Как я могу просить, если я злюсь? Но если тебе сильно хочется, то ты можешь меня принудить и заставить. - Я могу тебя заставить так сильно захотеть, что ты всё-таки попросишь. – я почувствовала, как он лег сзади, прямо в костюме, прижавшись к моей спине, и его губы тут же коснулись изгиба моей шеи, а рука обвила меня, притянув назад. Дрожь прошлась по всему телу. Меня и заставлять не нужно было, я хотела Йесона всегда и везде! - Я постараюсь сдержаться. – попыталась я перехватить его руку, но она не слушалась меня, забравшись под покрывало и достигнув бедра. - Сдерживаться вредно, нужна разрядка. – язык скользнул по моему загривку и зубы слегка прикусили на нем кожу. Я выгнулась, невольно упершись ягодицами в его ширинку. Йесон сжал пальцы на моём бедре, и я стиснула зубы от удовольствия. Мне хотелось отодвинуть одеяло, мешающее почувствовать наверняка возникшую твердость в его штанах. Мне хотелось немедленно скинуть с нас всё, сбавить на кондиционере ещё пару градусов и заняться любовью. Но когда долго живешь с таким упрямым и властным мужем, невольно перенимаешь его привычки, становясь столь же непокорной и несговорчивой. Или у меня это заложено от природы? - Я научусь пользоваться упомянутым тобой онанизмом и разряжусь, когда ты уйдешь. – Йесон тотчас схватил меня за подбородок и развернул лицом к себе, через плечо. Так резко и сильно, что я ойкнула. - Не смей этим заниматься! – его губы впились в мои, жадно и сладко захватив их и ворвавшись языком ненадолго внутрь, после чего язык прошелся по моим устам и, пощекотав уголок рта, покинул меня. Неосознанно прикрытые мной веки распахнулись обратно. Глаза мужа горели, уставившись в мои. Я сомкнула губы, чувствуя на них вкус крепкого кофе, переданный мне Йесоном. – Я хочу видеть каждый твой оргазм, я сам хочу доводить тебя до него, каждый раз. Никогда не удовлетворяй себя сама. Это моё удовольствие, это, - он опустил вторую руку, просунув её подо мной, до моих трусиков и сжал их между моих ног. – Моя собственность! - Кто-то тут только что хотел перестать быть деспотом, не видел такого? – захотела я пошутить, но его пальцы уже проникли под ткань и занялись делом, в котором они обладали первостепенным мастерством. Я простонала. - Ты недооцениваешь жизненно важное значение этой монополии. – лаская клитор, Йесон вернулся к поцелуям, перемежая их короткими фразами. – Сначала ты научишься получать удовольствие самостоятельно. А потом вообще привыкнешь обходиться без меня? Нет, родная, так никуда не годится. - Да кто тебе сказал, что я смогу без тебя обходиться? – он ущипнул меня за чувствительнейшее место и я, взвизгнув, едва не прикусила ему губу. – Это, так сказать, в качестве разнообразия… - Разнообразие развращает и тело, и душу, превращаясь в безобразие. – Йесон осторожно толкнул меня, завалив на живот, и лег сверху, прикусив мочку уха. – Я блюду твой моральный облик. - Ты?! – засмеялась я, наслаждаясь тяжестью его веса, его дыханием и его губами, скользящими по доступным открытым участкам моей кожи. Но почему тут всё ещё это проклятое одеяло? Дорогой, иди же ко мне под него! – А не подскажешь, кто превратил меня в безнравственную похотливую сучку? - В очень даже нравственную. – Йесон шлепнул меня с расчетом на то, чтобы удар хоть и мягко, но ощущался сквозь все преграды. – Мою любимую и верную сучку. - Которую ты никак не изволишь откобелить и выкобелить. – приподняв бедра, я подолбилась снизу о паховую область Йесона, не желавшего с меня слазить. – Тебе там нормально? Не давит, не жмет? - Я начинаю думать, что тебе от меня кроме секса вообще ничего не надо. Может, обсудим культурную программу? В Сингапуре есть на что посмотреть. - Пока я не увижу главного – никакого Сингапура! - Сударыня, вы меня просто пользуете! – возмущенно скатился Йесон, одновременно с тем обхватив меня в одеяле и завернув в него, как в кокон, что я не смогла пошевелиться. Он развернул меня к себе, обнимая через него. – Девочка моя, если я сейчас тобой займусь, то не выйду отсюда до самого ланча. Не люблю торопиться и делать что-либо кое-как. А меня ждут уже через полчаса. - Что ж, ступай, - гордо задрала я нос в горизонтальном положении. – Но вечером я тебя не пущу, так и знай! - Сама придешь. – встал Йесон с кровати и двинулся на выход, пока я старалась выпростаться из покрывальной ловушки. Откинуть её получилось, когда муж уже почти переступил порог номера. - Хочешь посмотреть, кто дольше выдержит? – крикнула я вслед. – Так я продержусь! Не приду. - Посмотрим. – интригующе хохотнул он и закрыл за собой дверь. - Посмотрим! – стукнула я кулаком по матрасу и упала назад, на подушку. Каков дьявол, а! Не меняется с годами, хоть что с ним делай. Лишь разогревает и подогревает страсти. И всегда выигрывает. Не достаточно ли уже? Я заелозила ногами, которым срочно нужно было закинуться на обожаемые плечи. Нет, я не такая. Вон до чего дошло, он думает, что я от него только секса и хочу! Так он его с моей подачи не получит, я буду холодна и неприступна. Уговаривать будет – не дам. Ну как не дам… не сразу… то есть, не моментально… переждав хоть немного. Господи, у меня полмесяца не было внутри Йесона. Эта пустота уже была пустее вакуума. Как он умудряется вести себя так серьёзно? Где его обычные «пришел, увидел, победил. Победил. Победил. И победил – контрольный»? Ревность из-за Донуна обострила характер? Или он всё-таки где-то спустил пар? Где-то в районе опочивальни Сон Соры… Зачем я опять думаю об этом? Вот же доказательства любви мужа, неизменной и прежней: пришел с утра, несмотря на ночные заверения, что будет проникать хитростью. Чтобы Йесон пошел против своих слов, его, действительно, должно влечь неудержимо. Но я всё равно сомневаюсь, что он удержался перед соблазном, перед девушкой моложе и свежее, чем я. Возможно, интереснее и красивее. Я очень давно не ощущала к себе интереса посторонних мужчин, чтобы убедиться, что ещё недурна. Как мне было избавиться от домыслов и от бунтующего либидо, когда супруг уехал допоздна? Что он там сказал? В Сингапуре есть на что посмотреть? Что ж, культурная программа будет очень кстати. Поднявшись на ноги, я первым делом позвонила матери Йесона и осведомилась о детях, кто как себя вел, чем занимался. Свекор отвез Джесоба в школу, а забрать его должен был брат мужа. В общем, без нас справлялись, и это давало шанс попытаться расслабиться и получить тот самый отдых, которым меня заманили. Спустившись в ресторан внизу, я поела медленно, без изысков с экзотическими фруктами или местными блюдами, а всего лишь выпив чаю с лёгким омлетом и мороженым на десерт. Обдумывая, что же мне посмотреть и куда отправиться, я аккуратно вычерпывала быстро тающий пломбир из маленькой хрустальной вазочки. С английским и китайским, на которых тут разговаривало большинство, у меня было плоховато, и я сомневалась, что смогу далеко забрести без гида. Гостиница стоит на побережье, далекая от мест с достопримечательностями (если в Сингапуре, этом мини-государстве, вообще уместно такое понятие, как «далеко»), так что на своих двоих я не утопаю в другой конец города. А в самой гостинице, несмотря на наличие СПА, бассейна, тренажерного зала, театров, магазинов и прочего, оставаться не тянуло. Пойти к бассейну на шезлонг и завалиться там без дела – не совсем моё. Я всё равно долго сейчас не улежу, нужно занять чем-то свои мысли, прийти в движение. Но куда идти? Кого спросить? После продолжительных поисков и брожения по этажам, я направилась к стойке администрации, где наверняка кто-то должен был изъясняться по-корейски. Мне повезло, и в течение получаса мы разговорились с одной из девушек, объяснившей мне, где и как арендовать автомобиль для поездок по округе. Это-то мне и было нужно. Что развеет лучше, чем свободная езда по новым дорогам, обрамленным неизведанными пейзажами? Оформив бланк проката, без какой-либо предоплаты – иногда удобно быть женой солидного человека, - я выбрала скромный седан и стала дожидаться, когда карету подадут к подъезду. Услужливый персонал готов был выполнить любые капризы богатых клиентов. А мне казалось, что я до сих пор не научилась вести себя соответственно статусу. Я смущалась больших денег и их трат, не в силах заказать для поездок авто класса люкс, а заказав почти самое простое стеснялась взглядов, оценивших меня, как скрягу. Да я не жадная, просто, зачем мне весь этот пафос? Наконец, сев за руль и покинув территорию «Марина Бэй Сэндс», этого восьмого чуда света в Азии, слишком давящего на меня своей громадой и роскошью, я отправилась на поиски покоя и тихой радости в каком-нибудь красивом местечке. Вначале дорога была всего одна, через два больших моста над безымянной и неизвестной для меня рекой, с несложными развязками. Взяв направление вдоль восточного побережья, где трасса вела к аэропорту Чанги, из которого мы ночью приехали, я решила, что так точно не заблужусь. Всё вокруг было для меня ещё неизвестным, и рисковать, плутая по путанным маршрутам, для начала не стоило. «Неизведанные пейзажи» быстро стали меня разочаровывать своим однообразием. Сингапурский пролив шел где-то по правую руку, за полосой какого-то экваториального редколесья, и видно его с дороги не было. Вместо этого по обе стороны почти совершенно прямого Ист-Кост-Паркуэй (как я прочла на указателе) росли ничем не примечательные, не отличимые друг от друга пальмы, пальмы, и ещё раз пальмы. Слева стали вырастать жилые высотки, рядом с которыми расстилались не то недорубленные леса, не то заново засаженные парки. Пальмы перемешались с другими деревьями, приобретя большее разнообразие. Конечно, от тропического пятиярусного леса тут уже давно ничего не осталось, но всё-таки природа заметно отличалась от нашей, корейской. Остановившись на светофоре, я развернула брошюру, прихваченную в гостинице, где была схема Сингапура. На боковом столбце рекламировался необычайный зоопарк, дающий возможность лицезреть животных фактически в естественных условиях. Зачем мне зоопарк? Туда бы с детьми, или всей семьёй. А одной мне что делать? Махнув рукой на поиски развлечений, я переключилась на первую скорость и тронулась. Стрелка показывала полный бак бензина, так почему бы не накататься в своё удовольствие? Объехав пол-острова, пообедав на другом его конце, повидав промышленную зону и пару раз чуть не потерявшись в индо-мусульманском квартале, я всё же обогнула остров почти по кругу и теперь ехала по западному побережью, возвращаясь домой. Из машины я толком и не выходила, потому что в ней был кондиционер, а стоило выйти, как припекало солнце, и кожу накаляла жара. Из нереализованных желаний мне оставалось найти съезд к морю и побывать на пляже. Это единственное, чего мне очень хотелось: идти вдоль кромки воды, слушая плеск волн, любоваться горизонтом, белыми яхтами, дышать соленым воздухом и ни о чем не думать. Но правого поворота всё никак не было, и я стала задаваться вопросом, а есть ли тут вообще зона дикого пляжа с открытым доступом, или проще было вернуться в «Марина Бэй» и гулять по его территории, хоть и наполненной людьми? Я отвыкла от суеты и многолюдности, оттого подобные перспективы меня и не манили. Но вот завиднелась узкая дорога направо, и я радостно включила поворотник, видя путь, уходящий в дебри зелёных кустов и чего-то вроде африканских акаций, которые обычно поедают жирафы в передачах по каналу Дискавери. Из-за этих посадок за углом ничего не было видно, поэтому когда я стала выруливать, то с ужасом увидела несущуюся навстречу машину, не понятно, собирающуюся вписаться в поворот или нет. Испуганная до секундного крика, я вдавила тормоз и, спасаясь от неминуемой катастрофы, выкрутила руль на всю в сторону, буквально спрыгнув с асфальта на более низкую обочину. Раздался громкий бах непонятного происхождения, и я, вжав голову в плечи и зажмурившись, ждала, произойдет ли что-нибудь ещё, или всё обошлось? Но воцарилась тишина, и я, заглушив мотор, стала осматриваться. Со мной всё было в порядке – что же так грохнуло? Неужели я покалечила автомобиль? Отстегнув ремень безопасности, не успела я выбраться из салона, как заметила, что та машина, которая едва меня не протаранила, припарковалась позади моей и из неё ко мне движется молодой мужчина с недовольным лицом. В двигавшемся с такой скоростью, что справедливо может быть назван летающим, объекте, я опознала нечто спортивного характера в несколько миллионов долларов. Блестя и искрясь на солнце аэрографией, изображающей красно-оранжевых драконов, он шептал мне, что я избежала участи попасть в пожизненную кабалу по расплате. А, я же жена миллионера, о чем я? Переведя взгляд снова на водителя, я отметила, что он азиат и, к счастью, кажется тоже кореец. По крайней мере, возникла надежда, что мы поймем друг друга. Он подошел ко мне и, кивнув головой на мою машину, сказал что-то по-английски. Я помотала лицом туда-сюда. - Вы говорите на корейском? – его узкие глаза, презрительно щурившиеся в щелки, стали чуть шире. - О, замечательно! Ты ещё и землячка? – хмыкнул он, оглядывая меня всё внимательнее и ничуть не церемонясь. Видимо, по моему крайне дешевому по сравнению с его средству передвижения, он принял меня за пролетария, рожденного обслуживать таких, как он, ездящих разве что не на золоте в живом виде. – Ты вчера только ездить начала? Или перегрелась на солнце? Какого черта ты вынеслась на встречную полосу?! - Встречную?! – попытавшись опровергнуть это, я тут же поняла свою ошибку. В Сингапуре было левостороннее движение, в отличие от Кореи. Когда я ехала по шоссе, я двигалась, как и все, но сворачивая туда, где не было ни души, я автоматически передвинулась по привычке правее. И авария, которую удалось избежать, была бы целиком на моей совести. – О, простите, ради Бога, я совершенно забыла… я случайно… вы не ушиблись? Не пострадали? - К счастью, нет. – бросил он, опустив глаза на мои ноги в коротких белых шортах и удобных сандалиях. Если бы я была на высоких каблуках, пожалуй, я бы сделалась немного выше него, но сейчас он смотрел сверху вниз. – Но прав тебя лишить бы следовало. Таким рассеянным за рулем не место! - Не надо лишать меня прав, они мне нужны! – возмутилась я, серьёзно считая, что этот парень не рядовой простачок и мог бы при желании поспособствовать изъятию у меня водительских документов. - Зачем? Убивать людей на дороге? – съехидничал он. - Кто бы говорил! – надоело миндальничать мне, и я ринулась в атаку. – Вы тоже нарушали скоростной режим, причем раза в три, так что если кто и опасен на дорогах, то это никак не я. - Хочешь вызвать дорожный патруль? - Нет. – пожала я плечами, недовольно пробормотав эти несколько букв. К сожалению, виноватой буду я, если начать оформлять ситуацию, и на преступное вождение этого типа никто не посмотрит. Если бы я точно знала, что мне грозит штраф, я бы не испугалась, но отбора прав мне не хотелось. Как я буду возить детей в школу? Как сама буду добираться до магазина или ещё куда-нибудь по нуждам? Чтобы замять ситуацию пришлось бы звонить Йесону, содействовать коррумпированности полиции, и мне бы перед ним стало стыдно, что я такая растяпа. - А я бы вызвал. – продолжал издеваться надо мной незнакомец. Но в его лице уже что-то поменялось, появилось что-то сластолюбивое и коварное. – Как-то же я должен возместить свой моральный ущерб? - Не думаю, что вы так сильно морально покалечились. Вы на меня неслись куда резвее, и страшнее было мне. - Так, давай снимем стресс. Что на счет выпить что-нибудь? – вдруг выдал он. Я сдержала небрежный смешок. - Спасибо, но я замужем. - Как это связано с моим предложением? Вслед за выпивкой ты всегда спишь с мужчинами? – поддел он развязно и посмотрел туда, откуда выехал. – Куда ты направлялась? - Я искала какой-нибудь пустынный пляж, подальше от каких-либо людей. - Тогда тебе всё равно было не сюда. – тряхнув тяжелым серебряным браслетом на руке, он поднял её и указал на трассу пальцами, одетыми в серебряные перстни с французскими лилиями. – Это поворот на яхт-клуб, но если хочешь, я могу показать тебе, где тут пляж. - Нет, не стоит. Сама найдусь. – отвертелась я, чувствуя, что инцидент исчерпывается. - Да ладно тебе, поехали, прокатимся? - Да что вы мне тыкаете? Между прочим, мы с вами не знакомы, чтобы фамильярничать. - А почему я должен говорить на «вы» с молодой девушкой? – подался он нагловато вперед, явно уже забыв упоминание о моём замужестве. - Я выгляжу моложе, чем мне есть. Лет на пятнадцать. – преувеличила я. - Хорошо сохранилась, - засмеялся он. – Природа не поскупилась. И на внешний вид в целом. - Это не природа, это не скупится муж. Пластика, тонны косметики, дорогостоящие процедуры, и на меня можно смотреть не пугаясь. – продолжала я отпугивать его, чтобы он уже сел и уехал. Его зажегшиеся азартом глаза я старалась избегать, изучая татуировки его обнаженных рук. Не бандит ли он? - Ты забавная. – криво улыбнулся он, опершись на крышу моей машины. – Не хочешь на яхте прокатиться? Это интереснее, чем пляж. Поплаваем на ней, или в бассейне. - Нет-нет, меня нельзя мочить после полудня, я превращаюсь в гремлина. – дернула я дверцу, заставив его отойти. - А после полуночи? – сунув руки в карманы шорт, зазвякал он в них перстнями, стукающимися о ключи, или айфон, или бумажник. – Я не романтик, но под звездами тоже покатать могу. - Побереги свой штурвал для девочек поглупее. - А ты умная? – остановил он меня опять рукой, не дав сесть внутрь. Я прочла под его локтевым изгибом надпись на латыни «vita dolce». - Я хитрожопая. Этого достаточно? – поставив руки в бока, пыталась я продемонстрировать, что он мне надоел. - Смотря для чего. Для грамотного вождения тебе явно этого не хватило. – хохотнул он, не сдаваясь. – А вот для мимолётного удовольствия или романа, вполне пригодится. - А ты, я смотрю, не только в езде быстрый. Во всём так быстро доезжаешь до финиша? – подув на локон, упавший на лоб, я начинала изнывать от жары. Капля пота скатилась по спине. - Попытка обидеть? – его непробиваемость оголяла избалованную и самоуверенную натуру. – Не волнуйся, там где надо, сначала подвезу до финиша тебя, потом доеду сам. - Не стоит. – я помахала на него ладонью, как будто отгоняя москита. – Давай, убирай свою «сладкую жизнь» и позволь мне продолжить своё горемычное паломничество. - В латыни ты лучше, чем в английском. – отступил он, не сводя с меня глаз. Я погрузилась на своё сиденье и, только захлопнувшись и оставшись общаться с ним через открытое окно, выдохнула спокойно. - Я во всем плоха. Совершенно во всем. - Плохая девочка? – тихо цокнув языком себе под нос, я устало посмотрела на него. - Девочка плохая, а вот жена хорошая, смею надеяться, и нарушать супружеские обеты не намерена. - Ты и дорожные правила нарушать не намеревалась. – наконец, мы встретились взглядами. Он снова щурился, как змея, скорее не ядовитая, а та, которая опутывает кольцами и душит. – Тут то же самое. Можно просто растеряться и случайно вылететь на встречную. Или встречного. - Но уж никак не первого. - Ладно, как знаешь. – выпрямился он, видимо, решившись отстать от меня. Таким как он долго ухаживать за девушками не приходилось, и они теряли интерес, если им сопротивлялись дольше, чем сгорает спичка. Обычно в ближайшем же клубе находился десяток-другой красоток, готовых сбросить платья по первому же щелчку, не то что по просьбе, а от одного взгляда на толщину кошелька. – Уговаривать не буду. Удачи! Быстрым шагом дойдя до своего автомобиля, он плюхнулся в него и, газанув с места, исчез. Я увидела лишь зыркнувшую на меня морду дракона. Фары позади напоминали глаза этого мифического существа, изображенного на боковине. Да и хозяин этого движимого имущества походил на хищного ящера. Худощавый и не высокий, он был целиком и полностью не в моём вкусе, но доля обаяния присутствовала, как и в каждом мужчине, имеющем обоснованную уверенность в себе. Заведясь, я попыталась поехать, но вдруг раздался неприятный скрежет, и я вспомнила, что затормозив на обочине, услышала нечто вроде взрыва. Быстро выключив машину второй раз, я выскочила из неё и принялась проводить осмотр. Долго искать источник шума не пришлось. Переднее колесо с пассажирской стороны лопнуло, не то шлепнувшись с высоты, не то напоровшись на что-то. От него осталась только дырявая лепешка, и накачивать было нечего. Припомнив, не понедельник ли сегодня, что свалилось столько проблем на мою голову, я открыла багажник, но запаски не обнаружила. Отлично! Вот ещё один подарок судьбы. Автомобиль на прокат самим, что ли, укомплектовывать нужно? И как мне отсюда выбираться? Пешком? Я не имела точного представления, в какой я точке шоссе, но идти отсюда до гостиницы явно больше часа. Насколько больше – не имею представления. А по такой духоте это самоубийство. Я подняла взор на небо. Чистое с утра, оно немного заволоклось облаками, лентами развивающимися через лазурный купол. Поодаль виднелись облака погуще и потемнее. Неужели станет прохладнее? Это облегчит пребывание здесь, но не поможет добраться до отеля. Тоскливая безлюдность дороги не подавала надежд на такси, а телефона местных служб у меня не было. Что же, всё-таки позвонить Йесону и попросить приехать за мной? Но у него допоздна встречи и переговоры, я знала, что это всё очень важно. Если позвать на помощь, он не сможет отказать, но это создаст ему кучу неприятностей. Как быть? Я вспомнила о Донуне. Тот сегодня был свободен. Его прилет сюда скорее был праздным, чем деловым, и вряд ли я сильно его нагружу, если попрошу проехаться по Сингапуру. Мы же друзья, и ничего запретного не вижу в том, чтобы призвать свободного товарища, а не занятого мужа. Тем более что ночная ревность Йесона была совершенно безосновательной. Я достала телефон. - Алло? – быстро ответил мне молодой человек. - Донун, извини, что тревожу… но Йесон на совещаниях и встречах, поэтому я звоню тебе… - Что случилось? – обеспокоенно произнес он. - Я каталась по городу, и проколола колесо. А во взятой в аренду машине нет запаски. Ты не мог бы меня выручить? - Конечно, ладно. – сразу согласился он. – Где ты находишься? - Я… а пёс его знает, - высунулась я в поисках примечательных знаков. – Я ехала по западному побережью… шоссе, которое на карте обозначено как ЭйУайИ. Потом свернула вправо и всё… случился казус. - Западное побережье длинное… как бы мне тебя не просмотреть. Куда поворот-то хоть вёл? - Я искала пляж, но… - я вспомнила слова вредного незнакомца, оставившего меня пять минут назад. – Вроде бы это поворот на какой-то яхт-клуб. - А-а, кажется, я понял, где это! Я там бывал. Дождись, скоро постараюсь быть. Уж конечно я его дождусь. Куда я денусь, без колеса-то? В окно подул образовавшийся мощный ветер, и я подняла стекло, наблюдая, как тучи быстро и непредсказуемо стягиваются. Типичная мгновенно меняющаяся тропическая погода. Хотелось верить в то, что непостоянство погоды – это единственное непостоянство, допекающее человека здесь.