Монстр

Было темно, сыро и холодно. Малефисента не знала, где она и что происходит, руки обжигала нестерпимая боль. Прорываясь через пелену тумана, девушка открыла глаза. Мало что изменилось: она лишь поняла, что лежит на ледяном каменном полу. Малефисента пошевелила руками, пытаясь избавиться от источника боли. Раздался лязг цепей, сопровождающийся новой вспышкой боли в области запястий. Железо. Этот металл губителен для фей, он обжигает хуже огня. Малефисента боялась пошевелиться, чтобы не задеть еще что-нибудь железное. Оковы словно горели, обжигая кожу. Кто мог сотворить с ней такое? Раздался звук открывающийся двери, сопровождающийся грохотом сотни замков. В комнату кто-то вошел. Узкая полоска света осветила комнату, и Малефисента увидела узкую камеру, повсюду лежали железные шлемы, доспехи и цепи. Любое неосторожное движение могло вызвать новую боль. Девушка хотела закричать, позвать вошедшего на помощь, но из груди вырвался лишь тихий стон. У нее не было сил, в голове кружил туман, от боли перед глазами все плыло. - Проснулась, наконец, дорогая, - раздался знакомый голос. Она не успела рассмотреть вошедшего, тяжелая дверь мгновенно закрылась за ним, отрезая все источники света. Но Малефисента все поняла по голосу. - Стефан, - прошептала девушка из последних сил. - Я рад, что ты еще помнишь старых знакомых, - рассмеялся мужчина, подходя ближе. - Счастлив, что ты решила посетить нас сегодня. Соскучилась? Малефисента почувствовала новую волну боли в районе бедра. Стефан сильно ударил её ботинком в бок. Он сухо смеялся, водя носком по её телу. Мужчина легко приподнял подол платья Малефисенты, потом резко задрал его до талии девушки. - Я уверен, что ты хочешь этого. Наверняка ты делала это тысячу раз со своим дружком. Расскажи мне, сколько раз он трахал тебя? - прорычал Стефан в самое ухо Малефисенты. - Я...не... - пыталась ответить девушка, но от боли из глаз сыпались искры, и заплетался язык. Стефан опустился рядом с ней на колени, игнорируя её попытки сопротивляться. Он провел рукой по бедру девушки, от чего по коже пробежали мурашки. О нет, только не это. Мужчина еще раз безумно рассмеялся и, не говоря ни слова, оседлал её. - Тебе понравится, дорогая, ты увидишь, что я намного лучше твоего парня. Послышалось недолгое шуршание, а потом его член, твердый и горячий, коснулся её бедер. Мужчина смеялся, водя им по её обнаженной коже. Стефан вошел быстро, без всяких предупреждений и прелюдий. Адская боль ворвалась внутрь, взрываясь огнем. Боль опаляла сильнее железа. Девушка, закатив глаза, кричала от жалости к себе и долгой невыносимой пытки, пока Стефан упорно толкался внутрь. - Неужели я ошибся? Или твой дружок имел тебя только сзади? А может быть, использовал твой милый ротик? Стефан сдавленной выдохнул и рывком вытащил из нее член. Горячая кровь стекала по бедрам на каменный пол, а мужчина быстро поднял Малефисенту и ударом прижал к стене. На всем теле Стефана было железо, и каждое прикосновение его одеяния к ее мраморной коже причиняло мучения. Он был ужасающе жесток, входя в ее сопротивляющееся естество. Снова и снова, он хватал ее за рога, с силой прижимал к стене, лишь смеясь в след её незатихающим крикам. - Мне нравится, что ты кричишь. Теперь ты - моя рабыня, а рабы делают то, чего желает хозяин. Откуда в нем взялось столько ненависти и безумия? Где тот добрый и надежный человек, которого она знала? Стефан ушел, оставив её одну, всю в смеси спермы и крови, задыхающуюся собственными слезами. Проходило время, и Малефисента, стоило затуманиться сознанию, надеялась никогда не проснуться, но мужчина раз за разом приводил её в чувство резкими ударами железной перчатки. Она не понимала, когда он приходит, когда уходит. Боль сопровождала её каждую секунду так, что она перестала видеть разницу. Стефан стонал, унижая её и изливаясь в податливое тело во всевозможных позах, а Малефисента просто лежала, стараясь не проронить ни звука, что так желанно было озлобленному Стефану. Она настолько привыкла к боли, что научилась частично подавлять в себе сопротивление, чтобы не доставлять мужчине радость своим криком. - Я знаю, что ты всегда хотела этого. После первого нашего поцелуя, ты жаждала моей близости. Я чувствовал, как ты хочешь меня. И вот ты, сучка, это получила. Ну разве я не радую тебя? - всегда по-разному, но с одним и тем же смыслом откуда-то издалека доносился до её сознания голос Стефана. Сколько времени прошло: час или может быть вечность? Она вырывалась из поглощающих объятий сна лишь на некоторое время. Стефан то появлялся, то исчезал. Малефисента находила утешение лишь во сне, выбирая из облака воспоминаний только родные образы. Ей виделся Диаваль и Аврора. Иногда она улавливала в звенящей тишине их голоса. Они что-то шептали, переговаривались, но были так далеко. Малефисента знала, что они не смогут ей помочь, и в глубине души оставалось только яростное желание умереть. Может быть после смерти она вновь сможет летать? - Мне стоило убить тебя еще тогда, - вырывал её из очередного забытья голос Стефана. - Ты бы не принесла столько проблем, мелкая дрянь. Я помню, как кромсал на кусочки твои паршивые крылья. Ты их не заслужила, шлюха. Малефисента не думала, что может так ненавидеть. Это была не полыхающая пожаром жажда мести, минутный пик раздражения, то было твердое, хладнокровное желание убить, рожденное из слез и крови, а не из отчаяния и боли. Фея накапливала крохи оставшихся сил, чтобы хотя бы раз лягнуть своего насильника в пах или укусить, что есть мочи, за неожиданно мелькнувший оголенный участок его кожи. Девушка была готова терпеть боль, лишь бы услышать минутное яростное рычание Стефана. Она жила ради этих мгновений. Однажды ей приснился очень странный сон. Голос Диаваля звал её из темноты, такой заботливый и нежный. - Я здесь, Мэл, - шептало видение. Никогда еще сон не был так похож на реальность. Если это и есть то, что происходит после смерти, то ей это нравится. - Ты пришел, чтобы спасти меня? - спросила она у неведомого ангела. - Конечно. Мне пришлось перебить половину стражи, вырезать мешающую деревушку и подвязать к потолку главу охраны. Не повезло здешней уборщице, - усмехнулся голос Диаваля. - Ты настоящий? - с надеждой в голосе спросила Малефисента. Собственный разум так часто обманывал её, не хотелось в тысячный раз попадаться на эту удочку. Мужчина не ответил. Что-то яркое загорелось совсем рядом с девушкой. Пламя полыхало в руках у Диаваля. Какое прекрасное видение, колдун стоял перед ней весь в крови, перемазанный внутренностями её врагов. Как он великолепен, когда в глазах блестят искры битвы и жажда сражений. Неужели это действительно он? Диаваль снял с себя серый плащ и набросил на обнаженное тело Малефисенты. Она вздрогнула от секундного прикосновения холодных пальцев. - Пошли отсюда, - велел призрачный Диаваль. Он обхватил её за плечи и прижал к себе, помогая подняться. Малефисента не заметила, но уже привычная боль в запястьях прошла. Девушка осторожно пошевелила рукой, ожидая новых вспышек боли, но те не приходили. Она свободна. Малефисента увидела впереди небольшую полоску света и нетвердой походкой двинулась туда. Она боялась смотреть на собственное тело, которое наверняка было покрыто ожогами, синяками и царапинами. Фея будто снова вернулась в то время, когда у нее отняли крылья. Сможет ли она теперь вообще нормально передвигаться? Диаваля, похоже, тоже волновал этот вопрос, потому что он бережно подхватил девушку на руки, и Малефисента в поисках защиты уткнулась в грудь спасителя. Сквозь запах крови чужих тел, она уловила едва заметный, но такой знакомый и любимый - запах Диаваля. Девушка не смогла бы его описать, она знала лишь, что он пахнет, как надежда. Она боялась, что проснется. Но пробуждение все не наступало. Реальность холодной волной обрушилась на нее, ударяя запахами и пятнами. Девушка зажмурилась от яркого света, словно само солнце блеснуло ей в глаза. Она слышала, как Диаваль что-то зашептал ей на ухо, голос был таким нежным и понимающим. Его губы бродили по волосам Малефисенты, неожиданно ласково опускаясь все ниже, едва касаясь кожи. Их мягкие прикосновения успокаивали обожженную кожу, прохладной волной затопляя все внутри. Она спасена. Диаваль спас её. Они возвращаются домой. Когда глаза привыкли к свету, девушка открыла глаза. Повсюду были трупы. Кровь заливала тела, открывая взору вывороченные части тел остывающих мертвецов. Прежнюю Малефисенту затошнило было и привело бы в ужас подобное зрелище, но настоящая Малефисента лишь отвернулась, уткнувшись кончиком носа в грудь мага. Отвратительный смрад заползал в ноздри, холодной нитью опутывая тело. Малефисента хрипло усмехнулась. Теперь все эти уроды получили по заслугам. Нет, она не жалела их: каждый человек в этом мире заслуживал своей участи; они не знают ни сочувствия, ни сожаления, ни совести. Лишь тьма в сердцах людей. Диаваль ей так упорно это доказывал, а она не видела. И поплатилась за это сполна. - Уходим, - прошептала Малефисента. Диаваль крепче прижал её к себе, и не спеша направился к выходу. Спешить некуда, замок отзывался на шаги колдуна лишь мертвой тишиной. Малефисента оторвала взгляд от груди мужчины и посмотрела назад. Их дорогу к выходу, словно королевская дорожка, устилали изувеченные трупы. - Так, так. И куда же это вы собрались? - раздался голос откуда-то из-за ближайшей колонны. Диаваль остановился и осторожно положил Малефисенту на пол, пристраивая её к стене. Девушка обернулась и увидела Стефана. Он был весь в крови, глубокие царапины широкими линиями вились по его лицу, разбавляя расползающиеся пятна синяков. - Ваше Величество, - поклонился смеющийся Диаваль. - Я думал, что уже убил Вас. Откуда в Вас столько живучести? Стефан издал яростный крик и бросился на колдуна с топором. Диаваль лишь с презрением взмахнул рукой, и король с грохотом отлетел к стене. На секунду замерев, он медленно поднялся, прижимая к груди изломанную левую руку. Из открывшейся раны на щеке бежала кровь. - Это все, что ты можешь, да? - хрипло рассмеялся Стефан. - А слабо сразится со мной без твоих фокусов? Дерись на мечах, ублюдок. Диаваль пожал плечами и схватил валявшиеся под его ногами клинки, бросив один Стефану. Король уверенно поймал его, оправдывая статус хорошего бойца. Не дав времени собраться с мыслями, Диаваль начал атаковать. Он легко уворачивался от слабых ударов Стефана, с усмешкой наступал. Его ноги двигались в такт рукам, исполняя отчаянный танец со смертью. Дьявол в лице Стефана по началу уверенно отражал атаки, но с каждой секундой его меч вертелся все медленнее, а шаги давались с большим трудом. Схватка длилась меньше двух минут, Диаваль прижал короля к стене и приставил клинок к его горлу. - Ну вот и все, Ваше Величество, - злобно выплюнул королю в лицо колдун. В его глазах больше не было усмешки, лишь презрение и желание убить. Малефисента представляла, как клинок вспарывает открытую шею Стефана, как он захлебывается собственной кровью, медленно падает, пытаясь закрыть рану, но у него ничего не выходит. Мелкая судорога сотрясает тело, и Стефан затихает навсегда. Нет, это слишком легкая смерть для этого монстра. - Стой, - хрипло попросила Малефисента. - Я хочу сделать это сама. Диаваль рассмеялся, отходя от Стефана. Колдун ударил короля в живот, от чего тот согнулся пополам. Маг обернулся к Малефисенте и протянул ей клинок. Девушка медленно поднялась, прижимаясь к стенке. Ненависть дала ей сил. Она посмотрела прямо в глаза Диавалю и медленно покачала головой. Нет, меч ей ни к чему. Она подошла к Стефану, всматриваясь в его искаженную от боли фигуру. Как же это было приятно. Малефисента чувствовала, как чудовище, что так долго спало в ней, почти уничтоженное болью предательства и отчаянием, восставало, подпитываемое желанием убить своего мучителя, разорвать его на кусочки, причинить ему ту же боль, что он принес ей. Ей хотелось снести этот замок до основания, не оставив ни щепки, ни камня этого ужасного места. Она чувствовала, что вновь способна на это. Сила огненным кольцом застывала в её руках, Малефисента чувствовала, как всё нутро клокочет, готовое вырваться на свободу. Магия наполняла её тело, железной клеткой опутывая сердце. Сила вернулась к ней. Девушка взмахнула рукой, и Стефан отлетел к стене. Малефисента хрипло рассмеялась и подошла ближе к врагу. Она будет мучить его, смотреть, как он медленно умирает от потери крови, как жизнь покидает его глаза, уступая место лишь пустоте. - Я убью тебя, - прошептала Малефисента так тихо, что слышал только Стефан. Девушка подошла вплотную к королю и опустилась на колени. Он будет чувствовать все то, что чувствовала она. Малефисента провела рукой по спине врага, позволяю огню наполнить её руки. Ей понравился его крик. - Я любила тебя, - шептала она ему, убирая руки и вновь опуская на израненную кожу. - И ты тоже любил меня, я знаю. Ты мог прийти в любой момент, я бы все простила тебе. Но ты выбрал жалкое существование, замаскированное под прекрасную жизнь короля. Ты готов был пожертвовать моей любовью ради этого. И к чему это привело? Знаешь, я была такой наивной. Верила, что ты придешь. Глупое создание. - Малефисента, - прошептал Стефан, когда она убрала руку. Девушка встала и со всей силы ударила врага по лицу. - Не смей произносить мое имя. Я не жалею тебя, не сочувствую. Ты этого не заслужил. Отправляйся в ад. Малефисента вновь отшвырнула Стефана, на этот раз направляю его тело к окну. Раздался звон бьющегося стекла, отчаянный крик и глухой звук падающего тела. Девушка осторожно прошла по осколкам и посмотрела вниз. Тело врага болталось на пике, круг из которых защищал стены замка. Стефан сам виноват в такой смерти. Мания собственной безопасности погубила его. Тело мужчины застыло, но глаза были открыты. Он был еще жив. Как она и хотела, он умер медленно. Достаточно долго, чтобы она смогла сполна насладиться его страданиями. Собственная магия, огнем струящаяся по жилам, залечивала все ранения, и Малефисента, перестав ощущать боль, осознала, что только усталость не покинула её тела. - Ты сделала это, - раздался за спиной голос Диаваля. Малефисента улыбнулась, покрепче затянула на себе плащ мага и обернулась. Мужчина молча вглядывался в уже неподвижную точку внизу и задумчиво сложил руки на груди. - Я не знал, что ты тоже обладаешь магией, - произнес Диаваль. - Хотя, как фея, должна была. Но похоже то, что у тебя украли крылья, так потрясло тебя, отчаяние затопило все ростки магии, на давая вырасти. Что же изменилось? - Только я сама, - покачала головой девушка. Диаваль рассмеялся и подошел ближе. - Тогда у меня есть для тебя подарок, Мэл. Я нашел их, когда мы только ворвались в замок, но времени, чтобы забрать их у меня не было. Пойдем. Малефисента была заинтригована. Она уверенно подняла голову и, будто не замечая усталости, двинулась за Диавалем. Он вел её недолго, после того, как они преодолели мост, впереди показалась небольшая комнатка, дверь которой была широко распахнута. Малефисента замерла в проходе, когда увидела, что находилось внутри. Заключенные в стеклянный ящик, бьющиеся о стенки и жаждущие вырваться, там были её крылья. Девушка рассмеялась и прижалась щекой к холодному стеклу. Не долго думая, она опрокинула ящик, со звоном разбивающегося стекла выпуская огромные крылья на свободу. Она ощущала, как они радостно трепещут и рвутся к ней, как обнимают, укутывая собой ее тело. Малефисента впервые за эти годы чувствовала себя целой, словно с крыльями у нее отняли частицу души, но теперь та вернулась назад. Не важно, что сердце еще долго будет излечиваться от ран, оно больше не разбито. Спокойствие юркой змеёй заползало внутрь. - Я не могу в это поверить, - улыбнулась Малефисента, поглаживая мягкие перья крыльев. Не смотря на столько лет заточения, они были все так же прекрасны и сильны. Спасибо, - тихо прошептала девушка своему спасителю. - Не за что, - ответил Диаваль, подходя ближе. Столь сильно желаемые губы еще никогда не были так близки к ней. Диаваль прижал девушку к стене, его горячее дрожащее дыхание проникло в ее легкие, и она ответила на долгожданный поцелуй. По всему телу прокатилась волна жара, она затопила все прочие чувства, обжигая сердце языками пламени. Губы Диаваля становились все требовательнее и яростнее. Колдун провел рукой по спутанным волосам Малефисенты, опускаясь все ниже и обхватывая длинными пальцами нежную кожу ее шеи. Его прикосновения распаляли копившееся годами желание, делая его невыносимым: Малефисента могла поклясться, что еще никогда она не хотела его здесь и сейчас. Оставляя своим языком пламенную дорожку на трепещущей груди, Диаваль легко срывал оставшиеся пуговицы с плаща, обнажая бледную кожу Малефисенты. Происходящее было ничем не сравнимо с издевательствами Стефана. Диаваль двигался уверенно, быстро, но очень аккуратно и нежно. Казалось, что его руки знали, каждый сантиметр её тела, губы исследовали все впадинки и изгибы. Малефисента умоляла его проникнуть быстрее, но он не торопился, давая ей время расслабиться. Но все это было уже так незначительно. Она безгранично доверяла ему, верила, что он не причинит ей боли. С губ срывались бессмысленные и бесконечные слова наслаждения, которые Диаваль ловил поцелуями. Каждый его вздох приносил ощущение потрясающего умиротворения, а каждый её волнующий стон окрашивал реальность в яркие цвета. Теперь она верила, что это всё по-настоящему. - Господин, - горячо шептала она на ухо Диавалю. - Моя Малефисента, - отвечал он, прижимаясь губами к её волосам. Это был первый раз, когда назвал её полное имя. *** Говорят, что в лесу водится неведомый зверь, похожий на человека. Он прекрасен, как ангел, но его черная душа отражается в блестящих зеленых глазах безумными огоньками. Каждый, кто видел его в истинном обличии, поражался его красоте и был готов умереть за него. Говорят, что люди видели его у опушки леса. Они боялись рогов на его голове и дьявольской ухмылки. Существо уводило людей из города, красотой заманивая в неведомые болота, заменяя настоящий свет поддельным. Никто не мог остановить будущих жертв, если он собирался погубить их. Говорят, что он может превращаться в любую птицу или животное, верили, что ему подвластны стихии и неведомые силы. Когда люди пытались убить существо, оно защищалось, но не нападало. Говорят, что у него есть прекрасная сестра. Ходили легенды о том, что она была человеческой принцессой, но другие существа украли её от родителей, которых уничтожили. Девушка стала принцессой темных болот, даря всем вокруг свои свет и доброту. Говорят, что у брата и сестры есть родители. Дьявол и фея, души которых были прокляты, защищали своих детей, оберегая свет девушки и тьму мужчины. Говорят, что иногда они выходят из своего убежища и долго смотрят на развалины старого замка, что остались на высоком холме. Люди верят, что раньше там жили короли. Говорят, что они убивают лишь тех, кто заслужил это, вынашивая годами в сердце лишь ненависть и злобу. Но люди не верят этому. Да и разве можно доверять тем, кто обладает магией?