Тьма в твоем сердце

      Кид со сдержанным отвращением обвёл глазами небольшое помещение, выложенное светло-голубой плиткой, пока профессор Штейн, весело напевая себе под нос, раскладывал на небольшом металлическом столике хирургические инструменты.       Операционная палата, обставленная стеллажами для медикаментов и аппаратурой, была чиста и аккуратна, хотя и далека от идеала симметрии.       Кид напрягся и настороженно посмотрел на мужчину, когда профессор, обработав зарубцевавшуюся рану антисептиком, приставил к его руке холодное лезвие скальпеля.       — Твои раны почти затянулись. Мне необходимо сделать небольшой разрез, чтобы снова сшить сухожилия, — успокоил его Штейн.       Кид сухо кивнул и откинул голову на спинку кожаного кресла, устремив взгляд на белый потолок и режущий глаза свет операционных ламп, чтобы больше не замечать растревоженную рану и сияющее садизмом лицо профессора, добравшегося до плоти Шинигами.       — К сожалению, анестезия на тебя не подействуют, так что придется всё делать наживую. — Восторженно объявил Штейн, премило улыбаясь под медицинской маской.       Смерть Младший даже не знал, что тяжелее вытерпеть: боль или отвращение от предстоящих манипуляций в своем теле. Было бы гораздо проще, если бы он просто мог отрубиться.       Кид набрал в легкие воздух и прикрыл глаза, стараясь отвлечься от тошнотворного запаха лекарств и спирта.       — Не сомневаюсь, что вы искренне сокрушаетесь, профессор.       Пробормотал Кид, зная, что если бы он был под наркозом, Штейн с радостью провёл бы на нём полноценное вскрытие.       Уголки губ профессора расползлись еще шире, и он приступил к операции.       Ощущение было не из приятных, Кид стиснул зубы, абстрагируя себя от омерзения и боли.       В конце концов, физические травмы для Шинигами не так страшны, как для обычного человека. К завтрашнему утру от них не останется ни единого следа.       Гораздо сложнее избавиться от ран душевных, вызванных неудачами и поражениями. Они тяжело заживают и могут бродить очень долго, постоянно напоминая о себе мучительными переживаниями.       Кид мысленно вернулся к минувшей схватке с зеленоглазой ведьмой, припоминая малейшие подробности их столкновения в заброшенной пещере.       При виде колдуньи в нём и сестрах Томпсон зародилось странное подсознательное чувство исходящей от неё угрозы.       Он так и не смог разглядеть её душу через своё восприятие. Ему было известно, что ведьмы способны утаивать своё присутствие среди людей, маскируя свою сущность под обычного человека, но вынуждены снимать заклинание, чтобы применить более сильную магию. Таинственная колдунья же полностью скрывала свою ауру даже во время проведения интенсивной атаки.       Её векторные стрелы напоминали колдовство Медузы, но зеленоглазая ведьма использовала их совсем по-другому. Этих женщин ничего не связывало кроме внешнего проявления магических заклинаний.       К тому же, девушка не узнала его при встрече, поэтому однозначно не являлась очередной реинкарнацией Горгоны. Скорее всего, она принадлежала к той поганой нечисти, которой противостоящим Академии ведьмам посчастливилось вызволить из книги.       Смерть Младший пошагово прокрутил в голове их бой. Ведьма действовала невероятно отлажено и быстро, пугающе точно рассчитывая его последующие действия и моменты для собственной атаки. Она ведь почти его убила, лишив возможности стрелять из пистолетов.       Кид неприятно поморщился. Вдоль его правого виска всё еще оставалось продолговатое темное пятно на коже. Ведьма специально ударила мимо. Хотя в её неистовом желании его прикончить не было никаких сомнений.       — Вот теперь всё готово, — Штейн окончил перевязку и довольно взирал на свою работу.       Кид придирчиво осмотрел бинтовые повязки на обеих руках. Слои белой сетчатой материи были наложены ровно, но его всё равно раздражало их наличие.       Юноша попробовал сжать кулаки. Пальцы сгибались, несмотря на незначительную вялость в движении.       Кид поблагодарил профессора, после чего не без труда привел себя в порядок из-за ограничения в подвижности рук, и отправился в кабинет к отцу.       Миновав парадный коридор из алых остроконечных гильотин, он оказался у каменной трибуны с большим напольным зеркалом, возле которого его ожидал Шинигами.       — Хаю-хаюшки, Кид. Как самочувствие? — озабоченно поинтересовался директор. — Слышал, тебя немного потрепало на сегодняшнем учебном задании.       Кид нахмурился и отвёл пристыженный взгляд от отца.       Если едва не расстаться с жизнью — это слегка потрепало, то можно выразиться и так.       — Не расскажешь-ка мне, что там случилось? — Шинигами непринужденно сложил пальцы домиком и наклонил голову набок в томительном ожидании объяснений сына.       Поражение Кида не могло быть случайностью, и богу Смерти не терпелось узнать, что для этого придумали ведьмы.       До визита Смерти Младшего он выслушал сестёр Томпсон, но из их бессвязного рассказа, в котором они эмоционально перебивали друг друга, сложно было воссоздать полную картину произошедшего.       Кид глубоко вздохнул, стараясь не обращать внимание на несерьёзность в поведении отца, и начал излагать всё с того момента, как ощутил странное исчезновение душ кишинов при обследовании пещеры. И чем дольше он описывал встречу с зеленоглазой ведьмой, тем заметнее с Шинигами слетал налёт беззаботности и веселья.       От нарастающего внутри гнева круглые глазницы его белоснежной маски-черепа приняли треугольную форму. Бог Смерти становился всё серьёзнее и страшнее, превращаясь из вечного шутника в отрешенную и мрачную фигуру.       — После её последнего удара я ненадолго потерял сознание, — Кид закончил своё повествование, настороженно ожидая вердикт отца.       Через несколько секунд напряженного молчания Шинигами, как ни в чем не бывало, непринуждённо хлопнул в ладоши, ограничившись лишь одним словом:       — Ясненько.       Кид в недоумении взглянул на отца. Жизнерадостный тон в состоянии крайнего раздражения выглядел у Шинигами весьма зловещим.       — Кто эта ведьма? — Изменение в настроении директора красноречиво говорило о том, что с колдуньей, с которой Смерть Младший столкнулся в подземелье, было всё далеко не так просто.       — Тебе не зачем о ней беспокоиться. Мерзавка просто более талантлива в использовании своих магических способностей, чем остальные, — холодно отрезал Шинигами и, отвернувшись от сына, задумчиво уставился в серебристую гладь зеркала.       — Её магия похожа на ту, что использовала Медуза. Она как-то связана с сёстрами Горгон? Схожее проявление магических способностей обычно бывает у ведьм с одной родословной. — Кид не унимался, пытаясь вытянуть из отца информацию.       Шинигами нахмурился:       — Ты нарушил приказ старшего по группе, оставил вверенных тебе людей и чуть не погиб сам в битве с одной единственной ведьмой из-за того, что чересчур полагался на свое происхождение и проявил самонадеянность и неосторожность. Возьми перерыв от всех заданий и отдохни, нет смысла себя изводить. Косы Смерти проведут по этому происшествию дополнительное расследование.        Кид ощетинился, исподлобья пронизывая отца злым взглядом. Ситуация требовала незамедлительных мер, и директор знал это. Как Шинигами, Смерть Младший обязан был действовать.       — Я понял, — Объятый чувством негодования Кид развернулся, и стремительно направился к выходу из кабинета, с силой захлопнув за собой дверь.       Пытаться навязать ему чувство вины и отчитывать, как маленького ребёнка, чтобы уйти от расспросов. По реакции отца было очевидно, что странная ведьма ему знакома.

***

      На следующее утро Смерть Младший проснулся в еще более скверном расположении духа.       Выключив трель будильников, симметрично расставленных с двух сторон от кровати, парень подошёл к окну и распахнул тяжёлые черные шторы, позволяя мягкому солнечному свету оживить строгий интерьер комнаты.       Равнодушно отвернувшись от вида просыпающейся природы, Кид стянул с себя футболку и подошёл к большому зеркалу, прикрепленного к дверце стенного шкафа. Он критично оглядел свою сухощавое мускулистое тело и бледную кожу. Рубцы от вчерашних ран полностью затянулись, и он поспешил сорвать ненавистные бинты со своих рук.       В привычном для себя ритме он принял холодный душ, оделся и выпил чашку крепкого кофе, но паршивое настроение и раздражение не уходило даже после всех выполненных ритуалов. В задумчивом недовольстве Смерть Младший перешагнул порог особняка ровно в восемь часов утра и отправился на учебу.       Ему не нравились очередные недомолвки и желание отца отгородить его от дел. Он думал, что после истории с Асурой, заточенного под городом Смерти, все тайны и недоверие между ними остались позади. Но, похоже, что, как и в прошлый раз, ему придётся разобраться во всём самому.       В академии у доски с заданиями наблюдалась небывалая оживленность. Студенты были заняты бурным обсуждением, но при виде Кида притихли и осторожно зашушукались, провожая его любопытными или сочувствующими глазами. Парень бросил на собравшихся молодых людей безразличный взгляд. По-видимому, слухи о его неудачи на последнем задании уже распространились среди учащихся.       Он приблизился к стенду с заданиями. В самом верху появилась новая миссия, которая больше смахивала на предупреждение.       «Зеленоглазая ведьма. Избегать. Вступать в бой только нескольким повелителям 3 уровня».       Кид убрал руки в карманы брюк и презрительно усмехнулся. И это, по мнению отца, просто талантливая колдунья.       На занятии однокурсники продолжали поглядывать на него украдкой. Мака, Цубаки и Соул, сидевшие рядом за партой, были обеспокоены, но тактично не лезли с расспросами. Кид был уверен, что сестры Томпсон, им всё уже рассказали, поэтому не обращал на них особого внимания.       Выводя аккуратные цифры в тетради, парень почти не слушал лекцию профессора Штейна и с нетерпением ждал окончания пары.       Неожиданно раздался стук в дверь, и в класс смущенно вошла незнакомая девушка.       — Извините за опоздание, я не смогла сразу найти нужную аудиторию. Погруженный в свои мысли, Кид не стал отвлекаться от монотонного царапания карандашом по бумаге, чтобы посмотреть на очередную заблудившуюся ученицу из другого класса. Даже спустя несколько месяцев после начала учебы находились бедняги, которые терялись в извилистых коридорах академии.       — Ничего-ничего, проходи, — Поспешил успокоить её профессор, хитро глядя на девушку из-под круглых линз очков. — Приятно, наконец, познакомиться с кем-то из нового поколения.       Смерть Младший недоверчиво поднял глаза, как и большая часть студентов.       В академии постоянно случались странности за гранью здравого смысла и логики. И было совершенно неясно, для чего понадобилось зачислять новичка на последний курс сильнейшего класса.       Кид скептически оглядел новенькую. Длинные темно-каштановые волосы, легкими аккуратными волнами обрамляли невинное личико с большими ярко-голубыми глазами и по-детски румяными щеками. В лазурной блузке и белоснежной юбке до колен девушка была мила, как ангелочек, и совсем не смахивала на бойца высокого уровня.       Её образ казался вполне гармоничным. Кид в задумчивости начал отмечать симметричные детали, пока не заметил, что новенькая девушка смотрит прямо на него почти неотрывно. Это вырвало его из мыслей о балансе. Он понял, что, возможно, разглядывал её неприлично долго. В прочем это было неважно. Он вновь со скукой уставился в свою тетрадь, возвращаюсь к бессмысленному начертанию календарных чисел на бумаге.       Девушка также отвела от него глаза, слегка покраснев. Заметив свободное место на задних рядах, она скромно уселась за парту.       Лекция профессора Штейна наконец подошла к концу, и Кид, захлопнув тетрадь поспешил выйти из класса, бросив на прощание Лиз и Патти, чтобы не ждали его после занятий. Лиз пронзила его недовольным взглядом, но Шинигами было до глупых претензий, и он не стал задерживаться для выяснения отношений.       Вечерний солнечный свет, проникающий через панорамные стекла, становился всё тусклее, и от книжных стеллажей через просторное помещение библиотеки протянулись длинные хмурые тени. Смерть Младший захлопнул очередной толстый фолиант, так и не найдя искомого. Он пролистал кучу документов и книг и запросил специальный архив для Кос Смерти, но не отыскал ни одного намека на повстречавшуюся ему зеленоглазую ведьму.       Он бросил взгляд на настенные часы при входе. Библиотека закрылась сорок минут назад, и он остался в ней единственным посетителем.       Сухой низенький седоволосый старичок, отвечающий за выдачу книг, покорно стоял за стойкой информации, не высказывая и намека на недовольство отпрыску Шинигами. Кид не мог больше мучать старика, да и поиски были весьма бесполезны. Извинившись за задержку, он сдал обратно все архивные документы и книги. Пожилой мужчина добродушно улыбнулся, ответив, что рад нести службу.       Вечером в академии почти не осталось народа. Кид свернул в боковое крыло, которое должно было вывести его к выходу из учебного заведения. Одна из боковых стен длинного перехода сверху донизу была украшена оконными витражами, через которые золотистые лучи заходящего солнца заливали окружающее пространство многоцветными переливами.       Сощурившись и нахмурив брови от яркого света, Кид прикидывая варианты, где ему ещё можно узнать о подозрительной ведьме.       Внезапно путь ему преградили трое парней, окруживших вжавшуюся в стену девушку.       — Да брось ломаться. Пойдём с нами. Отметим твой первый учебный день.       Симпатичный парень в чёрной кожаной куртке и окрашенными в коричневато-рыжий цвет волосами почти навис над лицом девушки, оперев руку на стену над её головой. Крупный широкоплечий верзила и его долговязый товарищ с выбритыми висками стояли от него по бокам и ехидно ухмылялись, посмеиваясь между собой. На вид им было лет двадцать. Они также были одеты в тёмные куртки поверх белых футболок, больше смахивая на местных гопников из подворотни, чем на студентов.       — В чём дело? — строго спросил Кид.       Разговор никак не походил на дружеский. Между девушкой и парнями ощущалось явное напряжение.       — Ни в чем. Не видишь, мы просто беседуем, — Рыжеволосый парень, который говорил с девушкой, бросил на него угрожающий взгляд, давая понять, чтобы не лез не в своё дело.       Но Кид и не думал уходить, продолжая пронизывать тяжелым взглядом компанию.       Мускулистый здоровяк с круглым пухлым лицом и маленькими поросячьими глазами отделился от друзей и стал угрожающе надвигаться на Кида.       — Ты что тупой? Просто возьми и свали отсюда!       Он уже отвёл руку для замаха. Но рослый товарищ из шайки быстро догнал его, прошипев у самого уха.       — Придурок, это же сын Шинигами.       Хулиган иронически взглянул сверху вниз на внешне кажущее худощавым телосложение Смерть Младшего и нехотя двинулся за ретировавшимися друзьями, перебирая под нос проклятья.       Кид проводил их спины усталым и презрительным взглядом.       Город Смерти всегда был считался самым безопасным местом для людей. Но из-за нехватки специалистов после войны с арахнофобией и кишином, были открыты краткосрочные курсы переподготовки, куда брали сравнительно годных бойцов часто закрывая глаза на личностные качества абитуриентов. Решение проблемы дефицита кадров было не лучшим, как и отбор неокрепших учащихся из класса НОТ, и Кид успокаивал себя тем, что это была лишь временная кампания.       Девушка продолжала растеряно стоять у стены, прижимая к груди тетради и слегка испугано посматривая на Кида. Смерть Младший узнал в ней новенькую, которая сегодня утром появилась в их классе.       — Прошу прощения, что вы стали участником подобного инцидента в стенах академии. — Кид склонил перед ней голову в извинении, потому что, как Шинигами, он нёс ответственность за последствия политики, проводимой Шибусэном.       Большие небесно-голубые глаза девушки распахнулись от удивления.       — Нет, что вы. Это я должна благодарить вас за спасение.       Девушка с волнением склонила перед ним голову, чувствуя смущение и неловкость. Было что-то милое и трогательное в её искренней застенчивости.       Кид мягко улыбнулся и протянул ей руку для знакомства.       — Смерть Младший, — представился он. — Но можешь звать меня просто Кид, всё же мы теперь одноклассники.       — Мия Эмбер, приятно познакомиться, — девушка воодушевленно улыбнулась и ответила на рукопожатие.       В тонкой нежной руке совсем не чувствовалось силы.       — Ты оружие? — решил уточнить он.       Мия вздрогнула и кивнула, опустив глаза, будто уличенная в преступлении. И тут же испуганно взглянула на Кида, в смятении за свою странную реакцию.       Кид воспринял это спокойно и не стал лезть с дальнейшими вопросами, предложив проводить новую знакомую до выхода.       Мия облегченно вздохнула, ей совсем не хотелось отталкивать от себя юношу.       Она шла рядом с Кидом, украдкой поглядывая на необычного парня, весь облик которого словно излучал утонченность и благородство. В его прямой осанки, плавных и спокойных движениях совсем не ощущалось напряжения или наигранности. Чёрный деловой костюм с серебряной брошью в виде черепа элегантно контрастировал с белой кожей и тёмными волосами с тремя белоснежными полосками. Он держался спокойно и уверенно и казался по сравнению с ней таким взрослым, хотя они и были ровесники.       Мии хотелось его о чем-нибудь расспросить, но никак не удавалось подобрать тему для разговора.       — Что ты делала в академию так поздно? — Смерть Младший упредил её в желании задать вопрос, и первый начал беседу.       — Я заходила к профессору Штейну, чтобы уточнить расписание индивидуальных занятий, и затем вспомнила, что оставила в лекционном зале тетради и вернулась за ними. Но на обратном пути свернула не в ту сторону, и опять заблудилась, — с досадой поделилась Мия, поджав губы и слегка надув щеки.       Кид усмехнулся её забавному выражению лица. Девушка показалась ему совсем юной и неопытной, и парень посчитал нужным её предостеречь.       — Обычно в городе Смерти спокойно, но лучше не ходить по улицам одной с наступлением ночи. Здесь не всегда бывает безопасно, да и чудиков среди студентов тоже хватает. Тебе, как оружию, лучше не затягивать с поиском мастера.       Мия опустила глаза и нахмурилась, но вовсе не из-за нравоучительного тона Смерти Младшего.       — Сомневаюсь, что в мире найдётся хоть один человек, который сможет со мной работать, — произнесла она в расстроенных чувствах.       Кид предположил, что для девушки принятие себя в роли демонического оружия, весьма болезненно, и решил её подбодрить.       — Академия Шинигами на протяжении восьмиста лет занимается подготовкой мастеров и их оружия, и профессор Штейн лучший повелитель за всю её историю. Что бы там не было, он непременно тебе поможет.       — Да, я знаю. Я поступила сюда, в надежде, что это можно контролировать. Многие мечтают получить этот дар, но по мне это больше похоже на проклятье. После учебы в пансионе я собиралась поступать в медицинский институт, чтобы помогать людям. Но теперь я стала просто для них опасна, — голос девушки стал неровным, срываясь на рыдание. — Мое предназначение оказалось нести насилие и смерть. Мне никогда больше не завести друзей. На школьном празднике я чуть не убила всех своих одноклассниц…       — Эй, — Кид положил руку на плечо Мии, пока её рассказ не перерос в полноценную истерику. — Всё в порядке. Овладев своими способностями, ты сможешь использовать свою силу для защиты людей. Нага-сенсей является демоническим ножом и подрабатывает в медпункте, я думаю она будет рада, если ты станешь её помощником. Да и за остальных учащихся можешь не переживать, здесь все калечат друг друга примерно, как постоянно.       С последним воодушевляющим утверждением Кид слегка перегнул, но к счастью, девушка не предала этому значения.       Растерев тыльной стороной ладоней слезы по щекам, она постаралась улыбнуться.       — Спасибо, и прости за это. Я обещаю взять себя в руки.       — Вот и правильно. — Кид достал из внутреннего кармана пиджака белый носовой платок, помогая девушки убрать с лица остатки влаги и размазанной туши. Затем он осторожно кончиками пальцев пригладил выбившиеся пряди волос и заключил голову Мии в свои руки, внимательно всматриваясь в её лицо с широко распахнутыми от изумления глазами на предмет оставшихся недостатков.       — Ну вот, теперь всё хорошо, — Довольно заключил он, освободив её от захвата. — Прости за вмешательство, — Посчитав, что сделал для оказания помощи девушки всё, что смог, Кид передал ей в руки платок, на случай если он ей снова понадобится.       Мия продолжала смотреть на юношу в остолбенении, не зная, как реагировать на столь близкий контакт с парнем.       Но Смерть Младший похоже вообще не предавал своим действиям никакого значения, он уже вышел за пределы здания, оставив Мию позади, и направился к длинной каменной лестнице, ведущей из учебного заведения в город.       Мия в растерянности направилась за ним. Академия Шинигами была самой высокой точкой в городе, и возле начала ступеней перед девушкой с высоты предстал вид на тонкие улицы и крошечные строения, объятые пылающими лучами опускающегося за горизонт солнца.       — Красивый, — в восхищение произнесла она, глядя на простирающейся внизу город, залитый ослепляющими красками уходящего дня.       — Хм? — Кид развернулся на её голос, находясь ниже на ступенях.       Его чёрные волосы с тремя необычными горизонтальными белыми полосками развивались от порывов легкого ветерка, а жёлтые глаза отливали золотым светом заката.       — Город очень красивый, — слегка покраснев, повторила она, чтобы он случайно не подумал, что её слова были сказаны о нём.        По лицу Смерти Младшего проскользнула улыбка.       Он подождал, пока она спуститься к нему, и они продолжили идти вместе.       Кид начал рассказывать ей о различных местах и истории города, подумав, что ей, как впервые приехавшему сюда человеку, было бы интересно узнать об этом.       Незаметно для себя он свернул свой монолог к особенностям застройки и органичному стилю архитектуры города. Поняв, что увлекся, он прервался и посмотрел на Мию, ведь обычно в этот момент все его собеседники скучают. Девушка заинтересовано подняла на него глаза в ожидании продолжения рассказа. Он слегка улыбнулся, и она улыбнулась ему в ответ.       Бесконечная череда ступеней подошла к концу, и они оказались у начала центральной улицы. Заметив, что Мия, собирается идти в другом направлении, Кид решил уточнить:       — Тебе разве не в женское общежитие?       — Нет. Мне выдали квартиру от академии, и она почти на окраине города.       Сумерки уже сгущались, и Смерть Младший рассудил, что будет лучше на всякий случай всё же проводить незадачливую студентку до дома.       — Тебе не обязательно идти со мной, я уже хороша изучила дорогу. — Мия неловко запротестовала, видя, что Кид собирается идти с ней. Парень уже достаточно помог, и девушке не хотелось доставлять ему еще больше неудобств. Но Смерть Младший спокойно отверг её возражение, так как всё равно собирался прогуляться.       Они двинулись по брусчатой мостовой к отдаленному району города. На пустеющих узких улочках с редкими прохожими зажглись первые фонари, освещая пространство мягким жёлтым светом.       Мия чувствовала дискомфорт от наступившего между ними молчания, и чтобы заполнить образовавшеюся тишину, начала рассказывать Киду о своей прошлой школе для девочек, о том, как они с подругами пытались откосить от уроков и подшучивали над учителями, и также о всех глупых и нелепых ситуациях, в которые она попадала.       Кид слушал с легкой улыбкой на лице. Было удивительно, но беседа с девушкой его совсем не обременяла. Хоть он и не любил пустые разговоры, которые тратили время понапрасну, на душе сейчас было необычайно легко и приятно.       Он взглянул на первые огоньки звезд, зажигающиеся на фиолетово-синем небе, и почувствовал, как внутренне напряжение последних месяцев и дней наконец его отпускает.       — Ну вот, мы и пришли, — весело заключила Мия, подведя парня к старому панельному дому.       Окна в нём, как и в других обветшалых домах вокруг, были темны, а то и вовсе заколочены. Отсутствием жильцов удивляться не приходилось, так как буквально через пару дворов располагалось «Кладбище Крючков», являющимся одним из самых жутких мест в городе. Кид в замешательстве оглядывал находящиеся вокруг развалины, не понимая, чем вообще думали в академии, когда селили сюда новенькую.       — Мы же увидимся завтра? — Мия совсем не обращала внимания на неблагоприятную обстановку. Похоже окончательно забыв о своих тревогах, она словно светилась изнутри, смотря на Кида с искрой надежды большими светло-голубыми глазами.       — Конечно, — подтвердил он, добродушно ей улыбаясь.